В селении Вифания, расположенном невдалеке от Иерусалима, Господь воскресил из мертвых своего друга Лазаря. Это чудо можно сравнить только с сотворением Адама. Владыка жизни и смерти своим Божественным повелением: "Лазарь тебе говорю: встань", – превратил труп четырехдневного мертвеца в тело, подобное телу спящего юноши, и вернул в него душу. Из неведомой страны, из далекого странствия Христос возвратил пленника смерти в родной дом. Воскрешение Лазаря – образ будущего воскрешения из мертвых.

Приближался праздник Пасхи. Со всех концов Палестины и многочисленной иудейской диаспоры, которая к тому времени уже подобно меридианам опоясывала земной шар, богомольцы и паломники стекались в Иерусалим. Слух о воскрешении Лазаря мгновенно облетел Иерусалим. Сердца людей сжимались от радостной надежды: быть может, Иисус из Назарета – долгожданный Мессия, Царь Израилев, который, как Римский император во время триумфа, повергнет всех врагов к ногам Своим и даст свободу Израилю.

Господь в сопровождении учеников выехал из села Вифании и при свете утренней зари направился в Святой Град. С Елеонской горы Господь устремил свой взор на Иерусалимский храм, вглядываясь в раскинувшийся внизу город, которому предназначено было стать Чашей Его Страданий.

Господь направился в Иерусалимский храм. Толпы народа встречали Его, держа в руках пальмовые ветви, приветствуя криками: "Осанна!", что значит "Спасение, радость, слава". Христос приблизился к храму – сердцу Иерусалима. Но не звуки богослужения, а неясный гул, подобный вою бури в ущелье, доносился оттуда: рев волов, блеяние овец, пронзительные крики торговцев и меняльщиков монет. В Иудее был обычай, ставший законом: в храм запрещалось вносить деньги с языческими эмблемами, поэтому их обменивали на иудейские монеты в лавках на пути к храму. У городской стены покупали скот для жертвоприношений. Купали его в "Овечьей купели" и приводили в храм во "двор священников", где стоял жертвенник, называемый "Пылающим львом" или Ариилом - "Львом Божьим". Этим именем нередко означался у пророков Иерусалим, эмблемой которого был лев.

Постепенно торговцы и менялы проникли в пространство трех дворов храма, и даже самого святилища. Фарисеи, вдохновенно славившие новые правила и уставы, чтобы подчинить точному регламенту всю жизнь человека, надеть на него железный корсет запретов, делали вид, что не замечают беспорядка в храме.

Святой гнев засверкал в глазах Спасителя. Он взял бич и изгнал торгашей из церкви. Никто не противился Ему. Фарисеи и саддукеи молчали, боясь вызвать гнев и презрение народа. Они надеялись, что скоро им удастся расправиться с Христом.

Смеркалось. Господь покинул опустевший храм, и вместе с учениками возвратился в Вифанию...

Вход Господень в Иерусалим символически означает Второе Пришествие Христа. В Своем Первом Пришествии на землю Он явил Себя человечеству как Искупитель и Спаситель; во Втором – придет как Царь мира и Судия.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Учение Церкви говорит нам об удивительном, превысшем всякого постижения соединении во Христе Божественного и человеческого естества. Будучи бесстрастным по Божеству, Господь наш Иисус Христос по человечеству Своему мог испытывать голод и усталость, горечь и боль, радость и печаль. Будучи совершенным Богом, Он стал и совершенным Человеком. Поэтому мы не должны удивляться, читая в Евангелии о молитве Спасителя в Гефсиманском саду: «И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать. И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте. И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей». Но воля человеческая во Христе во всем решительно была согласна с волей Божественной. И оттого, укрепившись, Он заканчивает сию молитву словами: «Отче мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя». Слова эти решили судьбу человечества. Вскоре послышался шум, звон оружия. Отряд воинов, посланный первосвященниками, искал Иисуса. Иуда отделился от этой толпы, подошел к Спасителю и поцеловал Его словамии: «Радуйся, Равви!».

Как был мерзок для Господа этот поцелуй предателя! Поцелуй – знак любви – Иуда превратил в знак самого гнусного вероломства. Но Господь не отвратил Своего лица от губ Иуды, а сказал ему: «Друг, для чего ты пришел?». Господь хотел еще пробудить совесть в падшем ученике. Он называет его другом, то есть говорит: «Еще не поздно, ты еще можешь спастись, Я прощу тебя и вновь сделаю Своим другом и апостолом!»

Однако сердце Иуды было бесчувственно и холодно, как серебро, которое он сжал в своей руке под одеждой. Воины схватили Христа как преступника и ночью привели к первосвященнику Анне, бывшему первосвященнику, отстраненному римлянами, но, однако, пользовавшемуся большим влиянием в народе. Первосвященник стал допрашивать Иисуса о Его учении, и Господь ответил, что Он «…говорил явно миру… и тайно не говорил ничего, спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил», – сказал Спаситель.

Раб первосвященника с размаху ударил Христа в лицо, воскликнув: «Так отвечаешь Ты первосвященнику?». Ударил с такой силой, что Господь упал на землю, обливаясь кровью, и след этой руки, закованной в железную перчатку, остался темным пятном на Его лице.

Церковное предание говорит, что слуга, ударивший Спасителя, был тот расслабленный и несчастный больной, которого исцелил некогда Христос при Силоамской купели. Долгие годы он лежал, как живой труп, на одре, не в силах двинуться. Господь исцелил его, как бы даровал вторую жизнь, сказав: «Не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже». А человек этот тотчас пошел к первосвященникам и указал на Иисуса, донес, что Он совершает исцеления в субботу. Первосвященники оценили его усердие и взяли в свою храмовую стражу. И теперь несчастный, исцеленный Господом, отплатил за благодеяние – ударом по лицу!

Как часто мы духовно повторяем то же самое, отвечая Богу такой же страшной и черной неблагодарностью!

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

...Затем Господа ведут к первосвященнику Каиафе. Там начинается допрос, лжесвидетели путаются в своих показаниях. Каиафа встает и властью первосвященника вопрошает: «Ты ли Христос, Сын Благословенного?». Господь отвечает ему: «Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную … силы и грядущего на облаках небесных». Тогда первосвященник в порыве ложного негодования разрывает свою одежду и громко воскликнул: «На что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется?». И весь синедрион отвечает: «…повинен смерти». Некоторые, правда, говорят, что среди членов синедриона были и такие, кто защищал Христа, но их голосов не было слышно.

Есть и такое предание: святые Отцы учат, что когда Каиафа разодрал свои одежды, то это был знак того, что отошла благодать от ветхозаветного священства.

Знал Каиафа, знали фарисеи и книжники, что должен придти Мессия – Спаситель, ожидали Его. Они знали даже время и место, где родится Христос. Перед ними стоял Мессия, перед ними стояла их вечная жизнь, а они пылали против Христа, против Спасителя своего, страшной сатанинской ненавистью. Почему? Почему пауки, скорпионы, когда на них падает луч солнца, бегут снова во тьму, почему змеи при виде света шипят? Потому, что они ненавидят свет. Так и эти люди. Они не могли любить Того, в свете Которого была видна низость их собственной жизни. Их гордость не могла примириться с той любовью, которую проповедовал Христос, лживость их жизни – с Истиной. И поэтому они обрекли Христа на смерть как своего личного и самого лютого врага. Они знали: или они, или Христос.

По иудейским законам смертная казнь совершалась через побиение камнями, так что уже после нескольких ударов человек обычно терял сознание. У римлян казнь была более мучительна. Осужденного распинали на кресте. И вот враги Иисуса Христа, не довольствуясь тем, что обрекли Его на смерть, захотели выбрать Ему смерть самую страшную, самую мучительную. Поэтому они привели Его к прокуратору Иудеи Понтийскому Пилату на суд, говоря, что Этот Человек называл Себя Сыном Божиим, а потому Он должен умереть.

Пилат отказался судить Христа, он сказал: «Возьмите Его вы и по закону вашему судите Его». Тогда первосвященники стали говорить, что Иисус Христос называл Себя Царем, значит Он враг римского императора, значит Он мятежник. И если Пилат не осудит на смерть Христа, то перестанет быть другом императора. Это была страшная угроза, потому что в это время Римской империей правил жестокий тиран Тиверий, который по малейшему подозрению казнил и ссылал в ссылку приближенных к нему людей.

Пилат знал, что Христос невинен, однако, убоявшись гнева кесаря, осудил Спасителя на смерть. Он отдал Его воинам на бичевание – была такая пытка, забава для жестоких и грубых людей. Христа хотели привязать к столбу, но Христос Сам обнял столб. Воины стали бить Его бичами, которые назывались «кошки». В ремнях этих бичей были зашиты металлические крючья, которые при ударе вонзались в тело, вырывали куски его. Человек истекал кровью, и многие умирали во время этой страшной пытки. Потом Христа отпустили, и Он Сам, ползая по земле, стал собирать Свою одежду. Воины со смехом набросили на Него старый плащ полководца багряного цвета и говорили: «Радуйся, Царь Иудейский!». И сплетши Ему венец из колючего терния, несколько раз с размаху надевали и затем снимали этот венец с головы Спасителя и били палками по голове и по терновому венцу так, что иглы глубоко вонзались в тело и все лицо Христа было обагрено струями крови.

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Пилат вывел Христа к народу и сказал: «…се, Человек!». Он думал, что толпа, удовлетворившись в своей злобе, попросит отпустить Христа. Но народ, научаемый первосвященниками, продолжал кричать: «…распни, распни Его!».

На Христа положили тяжелый крест и заставили нести, влачить этот крест от претории дворца Пилата до Голгофы, находящейся недалеко от городских стен.

Есть предание, что иудеи, в насмешку над Христом, не хотели сделать Его крест из только что срубленного дерева, а взяли бревно, которое служило мостом через ручеек. Это бревно почернело от времени и грязи от ног тех паломников, которые переходили по нему, направляясь в храм. Из него и сделали Крест Христа Спасителя. И здесь это было знаком того, что Господь нес на Голгофу наши грехи, грязь наших черных преступлений.

По дороге Христос шатался и падал под тяжестью Креста. Когда Он падал, то толпа, как стая диких зверей, бросалась на Него, осыпая ударами, заставляя встать и идти дальше. Наконец Он упал и больше не мог подняться. В это время навстречу шел человек по имени Симон Киринейский. Он остановился и с сочувствием посмотрел на Господа. Это увидела стража и понудила, заставила Симона нести Крест. Но Симон был свободный землевладелец. Нести орудие казни, по законам Рима, могли заставить только раба или преступника. Он мог отказаться, однако из любви и жалости ко Христу, понес на своих плечах Его Крест. Так и мы, когда помогаем людям страдающим, несчастным, уподобляемся Симону Киринейскому, который нес Крест Спасителя.

На Голгофе, пока готовили яму для Креста, Христа посадили в пещеру. Но вот яму выкопали, затем бросили Христа на крестное древо, приложили гвозди к рукам и ногам, застучали молоты, и струи крови обагрили землю. Крест подняли и вложили в яму с такой силой, что он колебался и дрожал как струна, и при каждом движении его раны на руках разрывались, и Господь испытывал страшную боль. Спаситель, казалось, потерял сознание, но затем Он открыл Свои глаза.

Внизу, как бушующее море, бесновалась толпа. Он видел перед собой лица, искаженные ненавистью или гримасой насмешек. Толпа кричала: «Если Ты Сын Божий, сойди с креста». Господь открыл Свои пречистые уста и сказал первое слово с Креста. Какое это было слово? – «Отче! прости им, ибо не знают, что делают». Это первое слово, сказанное Господом с Креста, это – вечный завет нам, молитва за своих врагов.

Господь сказал: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас». Самый явный признак этой любви – любовь к врагам. Если человек исполнит все остальные заповеди, но не будет любить врагов, он уже не ученик Христа страдающего, он не христианин, он внутренне чужд Христу. Итак, первая заповедь, данная с Креста – любовь к врагам, которая определяет всю нашу вечную жизнь.

Около Христа были распяты два разбойника, два злодея. Всю жизнь свою они занимались этим страшным ремеслом. Жили в пещерах, скалах. Бросались на людей, словно дикие звери на свою добычу, грабя и убивая. Их тоже преследовали как диких зверей. Наконец поймали, закованных привели на суд и осудили на крестную казнь. И эти два злодея вместе с толпой насмехались и хулили Христа. Так иногда и мы в страданиях еще больше ожесточаемся и вместо покаяния хулим Бога.

Но вот один из разбойников услышал слова Спасителя, услышал Его молитву о врагах. И он понял, что около него – Сын Божий и Мессия, около него распята Сама воплощенная Любовь. Открылись у него очи сердца, и он увидел Христа в Божественном сиянии, и сказал товарищу своему: «Мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал». И, обратившись ко Христу, воскликнул: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!». Он исповедал Господа Царем, хотя не царская мантия, а раны и кровь были на теле Его. Вместо золотого престола – страшный Крест, вместо скипетра – гвозди, которые пронзили руки Христа. Но разбойник сердцем своим познал, что около него – Владыка Неба и Земли. Он сказал: «…достойное по делам нашим приняли».

Это первое покаяние! Он винил не кого-нибудь, а только самого себя в том, что он заслужил грехами своими, своими злодеяниями мучительную смертную казнь. «Помяни меня!». Он не просил у Господа вечного спасения, он только просил, чтобы Господь вспомнил его в Царствии Своем. И вот разбойник получает царственно-величественный ответ: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю».

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Итак, первым в рай вошел разбойник. Почему Господь сотворил это чудо? Почему первым был спасен не великий праведник и подвижник, а раскаявшийся разбойник? Это было сделано для нас, чтобы мы никогда не отчаивались, чтобы мы знали, как велико милосердие Божие. Знали, что двери покаяния всегда открыты для нас.

Господь спас разбойника и для того, чтобы мы не осуждали ни одного человека. Незадолго перед страданием Господа Иуда был в числе Его учеников и притом в числе ближайших двенадцати учеников, которым была дана великая власть исцелять, изгонять из людей демонов, творить чудеса. Казалось бы, Иуда должен быть навечно со Спасителем, а Иуда стал добычей ада! А разбойник, весь залитый человеческой кровью, совершивший все злодеяния и уже умиравший, этот разбойник стал сыном Божественного света.

Поэтому, может быть, люди, которых мы осуждаем нашими распущенными и грязными языками, в раю окажутся прежде нас; может быть, на том свете мы увидим их там же, где покаявшегося разбойника, и будем просить у них прощения, милости и помощи.

У Креста стояла Пречистая Матерь Господа и любимый Его ученик Иоанн Богослов. И Господь, обратившись к Деве Марии, сказал: «Жено! се, сын Твой». А Своему любимому ученику: «Се, Матерь твоя!». И здесь не только сыновняя забота о Деве Марии, здесь нечто другое. Здесь великое таинство. Господь, в лице Иоанна Богослова, усыновил Матери Своей весь человеческий род.

Пока у человека жива мать, он знает, что он не сирота, знает, что в мире есть одно сердце, которое бьется для него с любовью. А у нас теперь есть Небесная Матерь – сама Любовь! В сердце Девы Марии, расширенное страшными страданиями, вошло все человечество. И для Ее любви самый страшный преступник, самый ожесточенный грешник – это лишь несчастный ребенок, лишь страдающее больное дитя.



Страдания Господа увеличивались. Люди, пригвожденные ко кресту, терпят страшную боль, словно пылает все их тело. У них запекается кровь, и сердце кажется пронзенным тысячами игл. Все тело как будто разрывается на части. Но страдания Господа были более страшные – Его невидимые страдания. Тот адский огонь, который был уготован навечно всему человечеству за его грехи, те страшные страдания Господь должен был претерпеть на Кресте. Сам ад ворвался в пречистую душу Спасителя, и этот страшный огонь терзал Его. Грешник испытывает оставленность Богом. И эта богооставленность, которая нам сейчас совершенно непонятна, которую испытывают грешники в аду, – совершенная потеря Бога, она, как говорят святые Отцы, страшнее всех остальных мук. И ее испытал Христос. Поэтому Он воскликнул: «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?».

Но вот, – «…совершилось!» – сказал Господь. Что совершилось? Совершилось искупление человечества. Диавол, древний змий из бездны, который обвил своими кольцами всю землю, поднял голову, чтобы вызвать само Небо на бой. Но сошел Лев от колена Иудова, потомок Давида по человечеству, Сын Божий – Христос. Этот Лев стер голову адского змия, наступил на ад, логовище аспидов и скорпионов. И Крестом Своим, как мечом, поразил ад в самое его сердце.

Итак, свершилось спасение человечества. Раньше праведники после смерти сходили во ад, а теперь кающиеся грешники стали наследниками рая.

Взор Христа, тот взор, который радовал ангелов, угасал, как лучи солнца при закате. Смертельная бледность покрыла Его лицо. Последние слова были: «Отче! В руки Твои предаю дух Мой». Совершилось страшное и непостижимое таинство. Только в вечности узнаем мы, что произошло на Голгофе.



Архимандрит Рафаил (Карелин)

Поздравление архимандрита Рафаила с Пасхой Господней!

Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав!

Это древнехристианское песнопение передано Церкви самими апостолами. Вместе с Евангелием оно хранилось, как заветная святыня, во всех христианских общинах. Оно звучало как победоносный гимн во время гонений и в катакомбах Рима, и в пещерах Иудеи. В Пасхальную ночь весть о Воскресшем Христе льется волнами духовного света из каждого православного храма, превращая тьму и ночь в радостный златозарный день.

Христос Воскресе! В этих словах, как в мистическом центре, сходятся все радиусы Ветхого завета, его пророчества, образы и обетования.

Христос Воскресе! Из глубины этих слов, как из световой бездны, лучи расходятся по всей Вселенной. В этих словах заключена необъяснимая притягательная сила, как прикосновение руки Христа к самому сердцу человека.

Пасха – это утверждение нашего бессмертия, образ будущего воскресения мертвых, начало вечной жизни, победа Христа над двумя тиранами человечества – адом и смертью. Главные события земной и космической истории – это Распятие и Воскресение Христа Спасителя.

Сегодня мы приветствуем друг друга словами – Христос Воскресе! В этих словах – свет нашей веры, радость нашей надежды, крепость нашей любви. И на это приветствие отвечает Церковь земная и небесная: "Воистину Воскресе Христос!".

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Христос Воскресе!

Второй воскресный день по Пасхе называется Антипасхой, что значит «вместо Пасхи», так как этот день – первое воскресение, следующее за пасхальным празднеством, и он несет в себе свет и сияние Пасхи Христовой. Если бы в эти дни даже самый лютый враг, встретившись с нами, приветствовал нас вестью о Христе Воскресшем, то наше сердце дрогнуло бы, мы увидели, узнали бы в нем не врага, а друга. Если бы даже не человек, а дикий зверь мог нам сказать человеческим голосом: «Христос Воскресе!», то, кажется, что мы обняли бы его и поцеловали его мохнатую морду и ответили бы ему как брату: «Воистину Воскрес Христос!»

С рождением Христа история человечества разделилась на два периода. Новое летосчисление получило свое начало от дня Рождества Христова. С Воскресением Христа Священная история человечества также разделилась на два периода: на древний, когда царствовали в мире грех, ад и смерть; и новый, когда грех был побежден, смерть и ад – повержены и власть их ниспровергнута.

Что значит слово «Пасха»? В переводе с семитских языков – «прохожу мимо». В Ветхом Завете Пасха была праздником по случаю исхода иудеев из Египта.

Пророк Моисей решил вывести израильтян из Египта, явился к фараону, но тот отвечал гордо: «Бога твоего я не знаю и народ твой не отпущу!» Господь говорит Моисею: «Пусть израильтяне начертают на дверях и воротах своих домов знак кровью, чтобы ангел прошел мимо них». Что значат эти таинственные слова? Неужели ангел не имел ведения? Неужели ему нужны были чувственные видимые знаки, чтобы одних миловать, а других предавать казни? Здесь заключается пророчество об избавлении Христом человеческого рода. Кровь эта была кровью жертв. Ею начертывали на дверях и воротах две линии: одну – вертикальную, другую – горизонтальную, скрещивающуюся с нею. Так что здесь был знак креста, написанный кровью.

Итак, значение слова «Пасха» в том, что ангел проходил мимо, минуя те дома, на коих видел крест, начертанный кровью. И так же кровью, пролитой на Кресте, кровью Христа Спасителя были избавлены от смерти христиане.

Моисей говорит своему народу, что приведет его в землю, где текут мед и млеко. В ветхозаветной Пасхе людям заповедовалось есть опресноки, то есть пресный хлеб, в знак того, что они должны спешить уйти из Египта. Теперь мы едим Пасху, которая должна быть приготовлена на молоке и меде в знак того, что Царство Небесное открыто для нас! Христианам будут раздавать артос – освященный хлеб. Он знаменует собой манну Ветхого Завета, которой народ Израильский чудесно питался в пустыне, – небесный хлеб. А также и другое – Иисус Христос обычно вкушал трапезу вместе со Своими учениками; и после того, когда Он вознесся на небо, апостолы, собираясь вместе, полагали на столе в том месте, где обычно возлежал Иисус Христос, хлеб в знак Его незримого присутствия. А после трапезы поднимали этот хлеб и говорили: «Иисусе, помогай нам». Затем делили его между собой. И когда вы вкушаете артос, вы должны знать, что Христос невидимо присутствует с вами, что вы едите от одного хлеба с Иисусом Христом.

Господь победил смерть, но мы опять спросим: ведь смерть властвует над землей? Мы видим беспрерывно, как поколения сменяются поколениями и уходят в черное жерло могилы. Как же Господь победил смерть? Господь победил духовную смерть, но оставил смерть телесную, ибо долгая жизнь для праведников в этом грешном мире явилась бы страданием для них. А бесконечная жизнь людей преступных, злых явилась бы проклятием для всего человечества.

Господь оставил телесную смерть для того, чтобы через нее даровать нам жизнь вечную. Святой Иоанн Златоуст пишет: «Если мастер увидит, что золотая чаша повреждена и в ней трещины, то он бросает ее в огонь, расплавляет и из золота выливает другую чашу. Так и сделал Господь: Он не уничтожил смерть на земле, но превратил смерть в рождение, в новую жизнь».

Теперь смерть для нас – это уже не страшная черная бездна, не небытие, не та картина тления и разложения, даже мысль о которой леденит кровь, а тихое упокоение, сладкий сон до Воскресения из мертвых. Поэтому Господь победил ад!

Воистину Воскрес Христос!

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Христос Воскресе! Воистину Воскресе!

После распятия и погребения Христа Спасителя апостол Фома пребывал в тяжелом и мрачном унынии. Ему казалось, что окончательно разрушились все надежды, и Царство, которое обещал Христос, уже не придет никогда. Услышав весть о воскресении Христа из мертвых, апостол Фома боялся поверить ей: окажись она ложной, можно было бы впасть в безысходное отчаяние.

Весть о воскресении Христа Спасителя наполнила неземной радостью сердца мироносиц и учеников, наполнила незримым светом всю первенствующую Церковь. Но сердце апостола Фомы было погружено в мрачные сомнения и тоску. На свидетельство апостолов о том, что Господь Сам являлся им, Фома ответил: «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю».

Христос не отверг Своего сомневающегося ученика. Господь снова явился апостолам и сказал Фоме: «Подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим». Апостол Фома исповедал свою веру, воскликнув: "Господь мой и Бог мой! ". Иисус Христос, кротко укорив его, сказал: «Ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие».
Что значат эти слова? Апостол Фома хотел заменить веру знанием, чтобы свидетельство веры было не в душе и в сердце, а как бы на кончиках пальцев, которыми он дотронулся до ран Иисуса Христа. Если бы Господь дал нам очевидное доказательство Своего бытия, если бы мы видели воочию и знали, что Бог есть, то не было бы никакой награды за нашу веру. Бытие Божие не требовало бы от нас веры, но было бы только лишь очевидностью, свидетельством наших глаз. Господь захотел, чтобы вера была духовным прозрением, внутренним видением человеческого сердца; чтобы человек любовью своей искал Бога. Наша вера вознаграждается Богом; наша вера является нравственным деянием, потому что она свободна, ибо человек волен определить себя перед вечностью: с Богом он или без Бога.

Многие из нас имеют неверующих родственников. Как бы мы хотели, чтобы у них открылись очи сердца, чтобы они ощутили реальность вечной жизни и исповедали Господа Иисуса Христа как своего Спасителя! Но часто когда говоришь с ними, то кажется, что обращаешься к спящему или к человеку с окаменевшим сердцем. Что же нужно для их обращения? Больше всего нужна молитва. Мы должны молиться апостолу Фоме, чтобы по его молитвам Господь даровал веру сомневающимся и неверующим. Кроме того, мы должны молиться апостолу Фоме и об укреплении своей немощной, слабой веры. Мы верим в Бога, но живем так, как будто Его нет и Христос Спаситель не приходил на землю. Мы верим в Бога, но заповеди Его не исполняем, и поэтому наша вера подобна не животворящему свету солнца, а холодному блеску далеких звезд.

Для того чтобы истинно верить в Бога, нужно жить по заповедям. Кто живет по заповедям Божиим, кто имеет в сердце имя Иисуса Христа, тот и есть проповедник Евангелия. Кто исполняет волю Божию, тот и без слов молчаливо проповедует миру величие Христа Спасителя, потому что такой человек полон неземной любви и сам источает свет из своего сердца. И тогда, почувствовав Господа в Духе Святом, душа воскликнет, как апостол Фома: «Ты Господь и Бог мой навеки!».

Архимандрит Рафаил (Карелин)