У кого в сердце Иисусова молитва, для того трудно сказать вслух несколько слов, даже приветствовать братию, как будто он теряет молитвенную теплоту, и в это время начинает мерцать и гаснуть свет в его душе. У безмолвника открываются внутренние уста, это уста его сердца, которыми ум безгласно произносит молитву. Если он вступает в беседу с братией или со странниками, пришедшими в пустыню, то внутренние уста его смыкаются и смолкают. Поэтому для пустынников совершенство - это полное безмолвие, которое выше всяких назидательных слов. Благодать открывается, как бы беседует с пустынником в безмолвии, а когда он облекает мысль свою в слово, то уже переходит во внешнее, будто спускается по ступеням вниз, чтобы общаться с людьми. Только по особому откровению Божьему безмолвники брали на себя подвиг старчества и принимали посетителей. Но это был для них тяжелый труд, и они всегда тосковали по своему прежнему одиночеству, в котором открывался им духовный свет. Все великое совершается в молчании, все великое сокровенно от мира. В храме люди внимают священным песнопениям, которые как бы на крыльях возносят ввысь их. А пустынники внимают песне безмолвия, которая наполняет их сердце неизреченной радостью. В храмовых песнопениях душа возносится к небу, в безмолвии небо опускается в сердце монаха, и пустыня или уединенная келия становится для него преддверием рая. В душе пустынника отражаются лучи божественного света. При буре помыслов и страстей этот свет гаснет, как пламя свечи - от порыва ветра. На гладком, отшлифованном серебре отпечатлеваются изображения. Если поверхность серебра чернеет или покрывается пылью, то изображение становится неясным, как бы мутным. Если ум отключается от сердца и погружается во внешнее, то сердце безмолвника покрывается земным прахом и перестает отражать в себе небо. Поэтому безмолвие, прежде всего, - хранение сердца. Пустынник любит людей, но особой любовью: он жалеет мир, не познавший Бога, он жалеет тех своих братьев, которые променяли безмолвие на внешнее служение. Так с сожалением смотрят на царского сына, который взялся подметать улицы города.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Тропарь Благовещения Пресвятой Богородицы начинается словами: «Днесь спасения нашего главизна…», которые открывают то, что было Богом обещано Адаму: с человечества снимется проклятие, сатана потеряет свою власть и силу; Сын Девы наступит на голову змея и освободит человечество от рабства греха. Раньше даже великие святые после смерти сходили душой в ад, а теперь кающиеся грешники получают небесное царство.

Можно сказать, что Благовещение – это начало вечной жизни и радость всех радостей. Сын Божий – Дух предвечный, безграничный, бесконечный, пребывающий в неприступном свете, воспринимает человеческую плоть, чтобы принести Себя в жертву за грехи мира. Творец ангельских чинов, Создатель космоса, Глава видимого и невидимого мира, перед величием Которого вся вселенная с несчетным количеством звезд бесконечно мала, это Божество, высшее мысли и слова, – воспринимает человеческую плоть и открывается миру новыми именами: Иисус – Спаситель, Христос – носитель полноты Духа Святого.

После изгнания праотцев из Эдема в страну времени и смерти, Бог, воспринявший безгрешную человеческую плоть, взял на Себя наше наказание, испытал неизреченные муки, чтобы через Свою смерть по человечеству, даровать нам вечную жизнь, чтобы ввести нас в царство Своего предвечного света и Божественной благодати.

Понадобилась несколько тысячелетий, чтобы одна из ветвей человеческого рода дала прекрасный неповторимый цветок – Пресвятую Деву Марию. Один из высших архангелов Гавриил, имя которого означает «крепость Божия» становится Ее ангелом-хранителем.

Во время благовещения он возвещает Деве Марии, что пришло время исполнения всех пророчеств. Надежда должна исполнится и превратится в любовь.

В Деве Марии воплотились все добродетели, особенно смирение и чистота. Она знала, что родится Спасительот Девы и хотела только увидеть эту Деву и чем нибудь послужить Ей. А теперь архангел Гавриил открывает Ей нечто дивное и для Нее страшное: что этой Девой будет Она.

Имя Пресвятой Богородицы означает «высокая, возвышенная». Не было, нет, и не будет Девы, сияющей такой чистотой, как Дева Мария. Истинная красота – это озарение души Божественным светом; а уродство – потеря благодати Божией, выход из царства света в царство тьмы. В грехе запечатлена программа смерти, грех мерзок и уродлив. Променявшие чистоту на грех, лишаются богообщения в земной жизни, а по смерти остаются вне царства Божия, и уподобляются сатане – этому жалкому и уродливому антибогу.

Трагедия нашего времени в том, что христиане теряют внутреннее целомудрие, то есть истинную красоту. Поэтому праздник Благовещения – это призыв возвращения к Богу, это возможность получить то, чего лишился Адам, исправить то, что совершила Ева.

Господь желает нашего спасения, больше чем мы сами.

Поздравляю всех с этим таинственным, великим праздником и желаю всем православным христианам дать место Богу в своем сердце!

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Недавно мы праздновали Благовещение и прославляли Пресвятую Богородицу – Деву, сияющую чистотой, прекрасную как лазурь неба, с душой более светлой, чем солнечные лучи. По Своему достоинству Она превзошла все творения Божия, в том числе и высших небесных сил. Пресвятая Богородица – это чудо чудес.

Но теперь мы вспоминаем другое чудо: как Господь Спаситель и Искупитель по молитвам Божией Матери поднял грешную душу, как бы вырвал ее из мрачных глубин ада, и даровал не только прощение, но великую святость. Такой покаявшейся грешницей, вознесшейся к небу выше горных вершин, была та, кто стояла ниже всех людей, через пламенное покаяние получила благодать Божию, которую не достигли даже девы, посвятившие всю жизнь свою жизнь от юности Богу. Раба демона стала невестой Христа.

Демон изображается существом черного цвета, нагим, с оскаленными зубами. Черный цвет означает себялюбие: он только поглощает, но не дает тепла и света другим. Нагота – это потеря благодати, потеря невозвратимого, потеря вечного. У демонов только один путь – вниз и вниз, из одной глубины в другую пропасть. Поэтому ад изображается в глубине земли. Он скрыт от неба, на него давит земля, как будто тяжесть всех гор придавила его; огонь всех пожарищ, колыхающих на земле, будто сжигает, но не уничтожает его, а его холод в то же время превозмогает холод вечных льдов. Оскаленные зубы демона означают, что наши души – его добыча, это его невидимая пища и питие.

Преподобная Мария Египетская была не только искушаема и порабощена диаволом, она возлюбила демона и грех больше собственного существа и старалась в своей жизни, чтобы не оставалось ни одной мерзости, не совершенной ей. Она даже нарочито отправилась на Святую Землю, чтобы во время путешествия осквернить паломников направляющихся в Иерусалим, отнять у них то, что они надеялись получить – благодать Божию, заменить святость мерзостью.

Казалось, что Мария впала в безнадежность, что для нее нет спасения, хотя она и не думала о спасении и не желала его. Но Бог наш – Бог творяй чудеса! Он вырвал из пасти диавола его жертву, дал бывшей змее крылья, превратил скорпиона в голубицу.

Праздник преподобной Марии Египетской радость для нас грешников, укрепление нашей казалось бы несбыточной надежды на спасение. Господь увидел в сердце Марии то, что не ведала она сама и чему не поверил бы никто из знавших ее. Может быть, такой просвет сквозь тучи грехов увидит Господь и в нашем сердце.

В лице Марии Египетской Господь вновь посрамил демона и полтора тысячи лет, после смерти блудницы, ставшей пустынницей, Церковь взывает к ней: «Преподобная мати Марие, моли Бога о нас».

Сегодняшний день через пример преподобной Марии учит нас не впадать в уныние и отчаяние, хотя бы жизнь наша прошла в сквернах и мерзостях, а жить на земле остался бы только один день. И в этот день можно спастись, если у человека будет непоколебимая надежда и пламенное покаяние!

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Что такое человеческое слово? Ни один философ не дал на это удовлетворительного ответа, и вряд ли когда-нибудь ответ будет найден, так как слово возникает в глубине души, недоступной нашему наблюдению, и затем переходит в область сознания.

Слово представляет собой символ, в котором закодирована информация. Человек, общающийся с другим через слово, влагает в него заданную информацию, которую хочет передать собеседнику, а тот воспринимает словесную информацию через дешифровку слова, при этом, дешифровка становится во многом интерпретацией, то есть она воспринимается индивидуально, преломляясь через человеческий интеллект и принимая условный вид и субъективную окраску.

В древних языках количество существительных и прилагательных было меньше, чем в современных (наполненных и отягощенных варваризмами), но от этого речь не была беднее, так как глагольных форм было больше, и поэтому фраза обладала динамикой, пластичностью, гибкостью и упругостью, и могла передавать состояние предмета, как бы схватывая его налету.

Современная речь имеет огромное количество слов, но это привело к большему дроблению мысли, большей хрупкости фразы. Немощь мысли искала себе компенсацию в количестве слов и делала речь более статичной и поверхностной. Нам дороги древние языки именно потому, что они передают явления не в умерщвляющем анализе, а в их динамике. Если мы сравним Псалтирь на древнем и современном языках, то увидим, что древние языки индуктируют глубокие душевные переживания, а современные языки принадлежат больше к области сознания, и в таком динамичном творчестве, как молитва, они представляются немощью слова.

Почему святые любили молчание? Потому что многословие обычно противоположно глубине мышления. Слово должно быть выявлением назревшей мысли, а в многословии преобладают страстно-чувственные импульсы, поэтому многословный человек часто спохватывается и жалеет, что он сказал лишние слова. Но это еще одна сторона беды: общение через слово требует большой затраты душевной и нервной энергии. В рождении слова или в творении слова участвует душа человека, при этом знание души переходит в кодированный потенциал, затем происходит дешифровка слова и внесение в память заложенной в нее информации. Это ведет к огромной затрате душевных сил, к поверхностному мышлению, неспособности глубоко вникать в главные проблемы и вопросы жизни. Поэтому болтливые люди обычно остаются до смерти пустоцветами.

Злоупотребление даром слова ведет к оскудению молитвы. Слово, оземленное, профанированное и вульгарное, привыкшее вращаться в сфере временного и видимого, не может так легко трансформироваться в слово, обращенное к Богу – в слова молитвы, и поэтому молитва остается чуждой сознанию сердца. Это еще одна причина, почему современному человеку так трудно молиться: потому что он не предохраняет себя от многословия, потерял способность к размышлению и живет в атмосфере какого-то непрекращающегося блудословия.

Один из отцов сказал: «Когда человек постоянно говорит, то он теряет душевную теплоту подобно тому, как зимой остывает комната, в которой часто открываются двери».

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Слово человека несет в себе определенную энергию. Оно соединяет человека с космическими силами добра или зла, с ангелами или демонами. Высшее проявление человеческого слова - это молитва. Даже место, где совершается молитва, имеет свою особенную духовную атмосферу. Именно поэтому, входя в ограду монастыря, люди ощущают какую-то особую чистоту, ощущают ее почти физически, им хочется дышать этим воздухом всей грудью.

Но есть другие, черные слова, которые несут в себе невидимую, я бы сказал, метафизическую грязь - это миазмы брани, которые оседают на стенах жилища, въедаются в вещи, пропитывают своим зловонием одежду. Брань в метафизическом плане это нередко отказ от Бога и молитва к сатане. Попытаемся понять мистический смысл бранных слов и мы увидим, что они далеко не так безобидны, как принято считать.

Возьмем слово "сволочь". Оно означает мусор, который собирают, сволакивают в кучу и затем выбрасывают за порог жилища. Для христианина духовный дом - это храм, а вечное жилище - Царство Небесное. Поэтому слово "сволочь" - пожелание, чтобы человек был лишен своего дома, выкинут из вечного жилища, как мусор и отрепье, подобно тому, как в евангельской притче хозяин приказывает своим рабам выбросить недостойного гостя за порог дома в ночную тьму. Итак, в мистическом значении "сволочь" означает недостойный спасения, осужденный, выброшенный, изгнанный.

Возьмем следующее слово, которое мы слышим очень часто, - "мерзавец". Это слово означает мерзлый, замерзший, холодный, безжизненный. Святые отцы говорили, что Бог есть огонь, который согревает сердце, а сатана - вечный холод, леденящий душу. "Мерзавец" - это человек, в котором нет Бога, который потерял любовь. В теле змеи нет теплоты, поэтому "мерзавец" - то же самое что и потерявший любовь демон и гад, ползающий по земле. Здесь пожелание, чтобы человек потерял Бога и любовь и уподобился демону, который холоден, безжалостен и жесток.

Слово "стерва" означает падаль, гниющее мясо. Христианство - это учение о воскресении мертвых. Слово "стерва" в мистическом смысле означает: "останься гнилью, не воскресни".

Слово "негодяй", которое прочно вошло в лексикон, означает негодный, непригодный, не соответствующий своему назначению, испорченный. Назначение человека - вечная жизнь. Святитель Василий Великий сказал: "Человек - это тварь, которая получила повеление стать Богом". Духовная жизнь, в том числе аскеза, - это работа над собой, чтобы стать годным для Небесного Царства. Слово "негодяй" в мистическом плане означает: "пусть не исполнится цель его жизни, пусть он будет неспособен воспринять то, для чего сотворен человек - Божественную благодать". Здесь слово "негодяй" выступает синонимом слова "отверженный".

Слово "дурак" означает бурный, неспокойный, бушующий. Слово "мир" было приветствием Ветхого и Нового Заветов: Мир оставляю вам, - говорит Господь; присутствие Божества приносит душе мир, даже почившим мы желаем вечного покоя. Демон - мятежный дух, он в непрестанном волнении и смятении; будучи духом зла, он не испытывает покоя ни на мгновение. Поэтому слово "дурак" означает: "будь лишенным мира в этой и будущей жизни".

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Слово "подлец" означает низкий, ползающий, находящийся под ногами; это образ демона, который в преисподней, под всеми, и образ змея, который "подлез" к нашим праотцам. Здесь - мистическое обращение к диаволу и проклятие "будь подобен змею, будь под ногами у демона, упади в глубину преисподней, которая под всеми".

Слово "паршивый" означает человека, заболевшего болезнью, от которой выпадают волосы на голове и появляются струпы на теле. Паршивую овцу отделяют от других овец, чтобы она не заражала их. Парша - это грех, который, как заразу, легко распространяет вокруг себя развращенный и потерявший совесть человек. Паршивую овцу нельзя вылечить, мясо ее противно есть, ее просто выгоняют палкой из стада. А ведь Господь Своим стадом назвал христиан…

В мистическом смысле слово "паршивый" означает пожелание, чтобы человек был покинут своими друзьями, отлучен от своих близких, а самое главное - умер нераскаянным в грехах, как бы не излеченным от духовной парши, и был изгнан навеки из стада Христова.

Таким образом, сквернослов призывает демона усердно губить его братьев, то есть становится одним духом с сатаной.

Из бранного лексикона я выбрал лишь наиболее "безобидные" слова, которые не особенно режут слух, а для некоторых людей стали уже совершенно привычными. Но и они, эти слова, представляют собой скрытое обращение к сатане. Поэтому после брани сквернослов чувствует какое-то временное облегчение. Это тоже приманка сатаны, который шепчет грешнику на ухо: "Выругайся еще раз и получишь силу от моей силы, и глотнешь напиток из той чаши, которую я держу в своих руках".

Здесь я не касался самых грязных слов - их демонизм еще более явствен. В сатанинских оргиях богохульство и самое изощренное сквернословие входят в ритуал: чтобы диавол явился к своим приверженцам, им необходимо осквернить место, где они собраны, наряду с другими соделанными ими грехами и сквернословием. Припадки раздражения, которые сквернослов совершенно не может сдерживать, похожи на повторяющиеся приступы словесной дизентерии...

Слова не исчезают бесследно, поэтому квартира, где постоянно слышится брань и сквернословие, в духовном отношении становится похожей на общественный туалет, который никогда не убирается. Но самое страшное то, что адаптация к зловонию делает свое дело, и для сквернослова брань звучит как бодрящая музыка.

Тот, кто употребляет брань, названную матерной руганью, лишается покрова Пресвятой Богородицы, Которая наша духовная Мать. Затем, этими словами оскорбляется Церковь, которая как мать рождает нас для вечной жизни. И здесь присутствует неуважение к собственной матери, которая больше всего любит своего ребенка и каждый человек в неоплатном долгу перед ней.

Но особо ужасно то, что православные воины, которые раньше призывали Бога в помощь и умирали с молитвой на устах, теперь все чаще умирают с проклятием и грязной руганью, своим последним издыханием добровольно отдавая свою душу темным демоническим силам.

Поэтому мы должны всегда помнить, что человеку дан не только язык, чтобы говорить, но также и губы, чтобы сдерживать словесный поток.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

В селении Вифания, расположенном невдалеке от Иерусалима, Господь воскресил из мертвых своего друга Лазаря. Это чудо можно сравнить только с сотворением Адама. Владыка жизни и смерти своим Божественным повелением: "Лазарь тебе говорю: встань", – превратил труп четырехдневного мертвеца в тело, подобное телу спящего юноши, и вернул в него душу. Из неведомой страны, из далекого странствия Христос возвратил пленника смерти в родной дом. Воскрешение Лазаря – образ будущего воскрешения из мертвых.

Приближался праздник Пасхи. Со всех концов Палестины и многочисленной иудейской диаспоры, которая к тому времени уже подобно меридианам опоясывала земной шар, богомольцы и паломники стекались в Иерусалим. Слух о воскрешении Лазаря мгновенно облетел Иерусалим. Сердца людей сжимались от радостной надежды: быть может, Иисус из Назарета – долгожданный Мессия, Царь Израилев, который, как Римский император во время триумфа, повергнет всех врагов к ногам Своим и даст свободу Израилю.

Господь в сопровождении учеников выехал из села Вифании и при свете утренней зари направился в Святой Град. С Елеонской горы Господь устремил свой взор на Иерусалимский храм, вглядываясь в раскинувшийся внизу город, которому предназначено было стать Чашей Его Страданий.

Господь направился в Иерусалимский храм. Толпы народа встречали Его, держа в руках пальмовые ветви, приветствуя криками: "Осанна!", что значит "Спасение, радость, слава". Христос приблизился к храму – сердцу Иерусалима. Но не звуки богослужения, а неясный гул, подобный вою бури в ущелье, доносился оттуда: рев волов, блеяние овец, пронзительные крики торговцев и меняльщиков монет. В Иудее был обычай, ставший законом: в храм запрещалось вносить деньги с языческими эмблемами, поэтому их обменивали на иудейские монеты в лавках на пути к храму. У городской стены покупали скот для жертвоприношений. Купали его в "Овечьей купели" и приводили в храм во "двор священников", где стоял жертвенник, называемый "Пылающим львом" или Ариилом - "Львом Божьим". Этим именем нередко означался у пророков Иерусалим, эмблемой которого был лев.

Постепенно торговцы и менялы проникли в пространство трех дворов храма, и даже самого святилища. Фарисеи, вдохновенно славившие новые правила и уставы, чтобы подчинить точному регламенту всю жизнь человека, надеть на него железный корсет запретов, делали вид, что не замечают беспорядка в храме.

Святой гнев засверкал в глазах Спасителя. Он взял бич и изгнал торгашей из церкви. Никто не противился Ему. Фарисеи и саддукеи молчали, боясь вызвать гнев и презрение народа. Они надеялись, что скоро им удастся расправиться с Христом.

Смеркалось. Господь покинул опустевший храм, и вместе с учениками возвратился в Вифанию...

Вход Господень в Иерусалим символически означает Второе Пришествие Христа. В Своем Первом Пришествии на землю Он явил Себя человечеству как Искупитель и Спаситель; во Втором – придет как Царь мира и Судия.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Учение Церкви говорит нам об удивительном, превысшем всякого постижения соединении во Христе Божественного и человеческого естества. Будучи бесстрастным по Божеству, Господь наш Иисус Христос по человечеству Своему мог испытывать голод и усталость, горечь и боль, радость и печаль. Будучи совершенным Богом, Он стал и совершенным Человеком. Поэтому мы не должны удивляться, читая в Евангелии о молитве Спасителя в Гефсиманском саду: «И взял с Собою Петра, Иакова и Иоанна; и начал ужасаться и тосковать. И сказал им: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте. И, отойдя немного, пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей». Но воля человеческая во Христе во всем решительно была согласна с волей Божественной. И оттого, укрепившись, Он заканчивает сию молитву словами: «Отче мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя». Слова эти решили судьбу человечества. Вскоре послышался шум, звон оружия. Отряд воинов, посланный первосвященниками, искал Иисуса. Иуда отделился от этой толпы, подошел к Спасителю и поцеловал Его словамии: «Радуйся, Равви!».

Как был мерзок для Господа этот поцелуй предателя! Поцелуй – знак любви – Иуда превратил в знак самого гнусного вероломства. Но Господь не отвратил Своего лица от губ Иуды, а сказал ему: «Друг, для чего ты пришел?». Господь хотел еще пробудить совесть в падшем ученике. Он называет его другом, то есть говорит: «Еще не поздно, ты еще можешь спастись, Я прощу тебя и вновь сделаю Своим другом и апостолом!»

Однако сердце Иуды было бесчувственно и холодно, как серебро, которое он сжал в своей руке под одеждой. Воины схватили Христа как преступника и ночью привели к первосвященнику Анне, бывшему первосвященнику, отстраненному римлянами, но, однако, пользовавшемуся большим влиянием в народе. Первосвященник стал допрашивать Иисуса о Его учении, и Господь ответил, что Он «…говорил явно миру… и тайно не говорил ничего, спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил», – сказал Спаситель.

Раб первосвященника с размаху ударил Христа в лицо, воскликнув: «Так отвечаешь Ты первосвященнику?». Ударил с такой силой, что Господь упал на землю, обливаясь кровью, и след этой руки, закованной в железную перчатку, остался темным пятном на Его лице.

Церковное предание говорит, что слуга, ударивший Спасителя, был тот расслабленный и несчастный больной, которого исцелил некогда Христос при Силоамской купели. Долгие годы он лежал, как живой труп, на одре, не в силах двинуться. Господь исцелил его, как бы даровал вторую жизнь, сказав: «Не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже». А человек этот тотчас пошел к первосвященникам и указал на Иисуса, донес, что Он совершает исцеления в субботу. Первосвященники оценили его усердие и взяли в свою храмовую стражу. И теперь несчастный, исцеленный Господом, отплатил за благодеяние – ударом по лицу!

Как часто мы духовно повторяем то же самое, отвечая Богу такой же страшной и черной неблагодарностью!

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

...Затем Господа ведут к первосвященнику Каиафе. Там начинается допрос, лжесвидетели путаются в своих показаниях. Каиафа встает и властью первосвященника вопрошает: «Ты ли Христос, Сын Благословенного?». Господь отвечает ему: «Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную … силы и грядущего на облаках небесных». Тогда первосвященник в порыве ложного негодования разрывает свою одежду и громко воскликнул: «На что еще нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется?». И весь синедрион отвечает: «…повинен смерти». Некоторые, правда, говорят, что среди членов синедриона были и такие, кто защищал Христа, но их голосов не было слышно.

Есть и такое предание: святые Отцы учат, что когда Каиафа разодрал свои одежды, то это был знак того, что отошла благодать от ветхозаветного священства.

Знал Каиафа, знали фарисеи и книжники, что должен придти Мессия – Спаситель, ожидали Его. Они знали даже время и место, где родится Христос. Перед ними стоял Мессия, перед ними стояла их вечная жизнь, а они пылали против Христа, против Спасителя своего, страшной сатанинской ненавистью. Почему? Почему пауки, скорпионы, когда на них падает луч солнца, бегут снова во тьму, почему змеи при виде света шипят? Потому, что они ненавидят свет. Так и эти люди. Они не могли любить Того, в свете Которого была видна низость их собственной жизни. Их гордость не могла примириться с той любовью, которую проповедовал Христос, лживость их жизни – с Истиной. И поэтому они обрекли Христа на смерть как своего личного и самого лютого врага. Они знали: или они, или Христос.

По иудейским законам смертная казнь совершалась через побиение камнями, так что уже после нескольких ударов человек обычно терял сознание. У римлян казнь была более мучительна. Осужденного распинали на кресте. И вот враги Иисуса Христа, не довольствуясь тем, что обрекли Его на смерть, захотели выбрать Ему смерть самую страшную, самую мучительную. Поэтому они привели Его к прокуратору Иудеи Понтийскому Пилату на суд, говоря, что Этот Человек называл Себя Сыном Божиим, а потому Он должен умереть.

Пилат отказался судить Христа, он сказал: «Возьмите Его вы и по закону вашему судите Его». Тогда первосвященники стали говорить, что Иисус Христос называл Себя Царем, значит Он враг римского императора, значит Он мятежник. И если Пилат не осудит на смерть Христа, то перестанет быть другом императора. Это была страшная угроза, потому что в это время Римской империей правил жестокий тиран Тиверий, который по малейшему подозрению казнил и ссылал в ссылку приближенных к нему людей.

Пилат знал, что Христос невинен, однако, убоявшись гнева кесаря, осудил Спасителя на смерть. Он отдал Его воинам на бичевание – была такая пытка, забава для жестоких и грубых людей. Христа хотели привязать к столбу, но Христос Сам обнял столб. Воины стали бить Его бичами, которые назывались «кошки». В ремнях этих бичей были зашиты металлические крючья, которые при ударе вонзались в тело, вырывали куски его. Человек истекал кровью, и многие умирали во время этой страшной пытки. Потом Христа отпустили, и Он Сам, ползая по земле, стал собирать Свою одежду. Воины со смехом набросили на Него старый плащ полководца багряного цвета и говорили: «Радуйся, Царь Иудейский!». И сплетши Ему венец из колючего терния, несколько раз с размаху надевали и затем снимали этот венец с головы Спасителя и били палками по голове и по терновому венцу так, что иглы глубоко вонзались в тело и все лицо Христа было обагрено струями крови.

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)

Пилат вывел Христа к народу и сказал: «…се, Человек!». Он думал, что толпа, удовлетворившись в своей злобе, попросит отпустить Христа. Но народ, научаемый первосвященниками, продолжал кричать: «…распни, распни Его!».

На Христа положили тяжелый крест и заставили нести, влачить этот крест от претории дворца Пилата до Голгофы, находящейся недалеко от городских стен.

Есть предание, что иудеи, в насмешку над Христом, не хотели сделать Его крест из только что срубленного дерева, а взяли бревно, которое служило мостом через ручеек. Это бревно почернело от времени и грязи от ног тех паломников, которые переходили по нему, направляясь в храм. Из него и сделали Крест Христа Спасителя. И здесь это было знаком того, что Господь нес на Голгофу наши грехи, грязь наших черных преступлений.

По дороге Христос шатался и падал под тяжестью Креста. Когда Он падал, то толпа, как стая диких зверей, бросалась на Него, осыпая ударами, заставляя встать и идти дальше. Наконец Он упал и больше не мог подняться. В это время навстречу шел человек по имени Симон Киринейский. Он остановился и с сочувствием посмотрел на Господа. Это увидела стража и понудила, заставила Симона нести Крест. Но Симон был свободный землевладелец. Нести орудие казни, по законам Рима, могли заставить только раба или преступника. Он мог отказаться, однако из любви и жалости ко Христу, понес на своих плечах Его Крест. Так и мы, когда помогаем людям страдающим, несчастным, уподобляемся Симону Киринейскому, который нес Крест Спасителя.

На Голгофе, пока готовили яму для Креста, Христа посадили в пещеру. Но вот яму выкопали, затем бросили Христа на крестное древо, приложили гвозди к рукам и ногам, застучали молоты, и струи крови обагрили землю. Крест подняли и вложили в яму с такой силой, что он колебался и дрожал как струна, и при каждом движении его раны на руках разрывались, и Господь испытывал страшную боль. Спаситель, казалось, потерял сознание, но затем Он открыл Свои глаза.

Внизу, как бушующее море, бесновалась толпа. Он видел перед собой лица, искаженные ненавистью или гримасой насмешек. Толпа кричала: «Если Ты Сын Божий, сойди с креста». Господь открыл Свои пречистые уста и сказал первое слово с Креста. Какое это было слово? – «Отче! прости им, ибо не знают, что делают». Это первое слово, сказанное Господом с Креста, это – вечный завет нам, молитва за своих врагов.

Господь сказал: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас». Самый явный признак этой любви – любовь к врагам. Если человек исполнит все остальные заповеди, но не будет любить врагов, он уже не ученик Христа страдающего, он не христианин, он внутренне чужд Христу. Итак, первая заповедь, данная с Креста – любовь к врагам, которая определяет всю нашу вечную жизнь.

Около Христа были распяты два разбойника, два злодея. Всю жизнь свою они занимались этим страшным ремеслом. Жили в пещерах, скалах. Бросались на людей, словно дикие звери на свою добычу, грабя и убивая. Их тоже преследовали как диких зверей. Наконец поймали, закованных привели на суд и осудили на крестную казнь. И эти два злодея вместе с толпой насмехались и хулили Христа. Так иногда и мы в страданиях еще больше ожесточаемся и вместо покаяния хулим Бога.

Но вот один из разбойников услышал слова Спасителя, услышал Его молитву о врагах. И он понял, что около него – Сын Божий и Мессия, около него распята Сама воплощенная Любовь. Открылись у него очи сердца, и он увидел Христа в Божественном сиянии, и сказал товарищу своему: «Мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал». И, обратившись ко Христу, воскликнул: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!». Он исповедал Господа Царем, хотя не царская мантия, а раны и кровь были на теле Его. Вместо золотого престола – страшный Крест, вместо скипетра – гвозди, которые пронзили руки Христа. Но разбойник сердцем своим познал, что около него – Владыка Неба и Земли. Он сказал: «…достойное по делам нашим приняли».

Это первое покаяние! Он винил не кого-нибудь, а только самого себя в том, что он заслужил грехами своими, своими злодеяниями мучительную смертную казнь. «Помяни меня!». Он не просил у Господа вечного спасения, он только просил, чтобы Господь вспомнил его в Царствии Своем. И вот разбойник получает царственно-величественный ответ: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю».

Продолжение следует...

Архимандрит Рафаил (Карелин)