В Пермском крае малолетний ублюдок убил учительницу.

Он порезал свою классную руководительницу ножом в Пермском крае из-за недопуска к экзаменам. Он был второгодником и учился в 9-м классе.

Когда узнал, что Олеся Петровна (она была учителем года в 2018-м) не допустила его к ОГЭ , принес нож и убил педагога.

Ублюдок вообще-то всегда вёл себя, скажем так, специфически. Матерился на учителей, дрался, мастурбировал на уроках.

Может мне хоть один чиновник от просвещения - пермский или федеральный - объяснять, какого хера его пускали в школу? Почему не отправили в спецшколу закрытого типа? Все основания были. Даже, для возбуждения дела по статье "Хулиганство", и далее колония для несовершеннолетних.

Сейчас, по традиции, начнут судорожно искать крайних и виноватых. Уверен, что таковыми окажутся, опять же по традиции, школьный охранник и, например, завуч. Ну или, для разнообразия, физрук.

Но мы же все понимаем, что причины в другом.
В том, что у педагога нет ни одного реального инструмента для того, чтобы убрать из класса психа и девианта.

В том, что в школе нет оценок за поведение.

Что в случае конфликта ученик-учитель, чиновники почти всегда встают на сторону ученика. Вспомните историю с увольнением и судом над учителем в Екатеринбурге. Тысячи школьников по всей стране посмотрели на неё и сделали вывод "ага, мне тоже ничего не будет".

В том, что учитель завален идиотской, бессмысленной бумажной отчестностью и у него нет порой времени разобраться, кто из учеников что из себя представляет.

В том, что коллективный чиновник допустил ситуацию, когда школу безнаказанно терроризируют чокнутые тревожные мамаши со своими сыночками-корзиночками. И всех управленцев это устраивает. Не устраивает? Ну тогда давно надо было все изменить. Раз не меняется, значит устраивает.

В том, что ребёнка в школе нельзя воспитывать, делать замечания, даже попросить с доски стереть.

Ненормально и преступно, что русский педагог нынче это буквально святой подвижник. работает за маленькую зарплату, и терпит выходки учеников.

"Ах, как же нам остановить школьное насилие? Ах, давайте усилим охрану и уволим школьного психолога." Это все ерунда.

Верните русскому педагогу права и достоинство. Как это было в СССР и в Российской империи.

Верните в школу порядок, жёсткую систему ответственности, отчисления из школы, запрет на посещение учебных заведений. Дежурства по школе с уборкой классов и коридоров самими же учениками верните. И вот тогда что-то начнёт меняться.

Превратили педагога в прислугу и теперь сами удивляемся, что же со школой происходит?

Действительно, казалось бы, ничего не предвещало.

Семье невинно убиенной учительницы мои глубочайшие соболезнования.

Заместитель главы Каменско-Днепровского округа погиб во время эвакуации детей из школы при атаке ВСУ в Запорожской области, сообщил губернатор Евгений Балицкий.

В наших школах правят бал девианты

Сегодня утром 17-летний подросток с ножом напал на учительницу у входа в школу №5 в городе Добрянка Пермского края, где она проводила зарядку для 5-9 классов. Нападавший задержан. Он нанес своему классному руководителю несколько ножевых ранений. Врачи боролись за жизнь женщины, но, к сожалению, их усилия не увенчались успехом. Погибшая – потомственный педагог с 30-летним стажем, в 2018 году стала «Учителем года». У подростка якобы была личная неприязнь к преподавателю: у парня были серьезные проблемы с успеваемостью, из-за чего классный руководитель не собиралась допускать юношу к экзаменам.

Погибшая Олеся Багута преподавала русский язык и литературу в младших и старших классах, называла себя «настоящим литератором» и признавалась, что получает удовольствие, видя в подопечных интерес к учебе и «горящие глазки». Все говорят о ней, как о прекрасном педагоге и человеке.

О юноше информация прямо противоположная. К 17 годам он уже зарекомендовал себя как весьма неадекватный персонаж. Школьники неоднократно жаловались на угрозы со стороны юноши, а родители учеников обращались в полицию. Другие учащиеся остерегались задержанного из-за его странного поведения: он бился головой о стену, прилюдно занимался мастурбацией и ругался матом на преподавателей. По словам одноклассников, второгодник был на индивидуальном обучении, но затем снова стал посещать школу. При этом нападавший активно занимался спортом, в том числе боксом.

Что происходит в российских школах? Очередное убийство учителя — это не «трагическая случайность», а закономерный итог системного маразма, в котором живет наша школа. Десятилетиями разрушалась система специальных школ. На смену ей пришло красивое, но ядовитое словом «инклюзивность». Нам навязали это «добро» извне, с Запада (зачем – отдельный вопрос). Нас убедили, что смешивать всех в одну кучу — это гуманно. На деле же оказалось, что это преступная ошибка. Инклюзия в образовании — это путь в никуда.

Пытаясь создать для всех «равные возможности», мы снижаем уровень образования. Нельзя объединить Олимпиаду и Паралимпиаду, ориентируясь на результаты паралимпийцев. Это абсурд! Дети с особенностями требуют уникального подхода, которого в общеобразовательном классе обеспечить не в состоянии. А если речь идет о школьниках с девиантным поведением, то при их воспитании необходима еще и железная дисциплина, сравнимая с армейской. В обычной школе она невозможна. Да и не нужна!

Результат инклюзивного образования налицо: учителя беззащитны, дети деградируют под «общий знаменатель», а психически неуравновешенные ученики часто становятся неформальными лидерами классов или вот такими «минами замедленного действия».

Система спецшкол практически уничтожена. Её восстановление — вопрос национальной безопасности и выживания наших детей. Либо мы вернем жесткий отбор и специализированное обучение, либо будем и дальше соболезновать семьям погибших педагогов.

По данным из открытых источников, в России сейчас функционирует около 1600–1700 коррекционных школ. Но в данном случае речь идет о школах, в которые направляют по медицинским показаниям: школы для глухих и слабослышащих, для слепых и слабовидящих, для детей с тяжелыми нарушениями речи, для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата, для детей с задержкой психического развития (ЗПР), для детей с умственной отсталостью (интеллектуальными нарушениями).

Основная критика существующей сегодня системы касается «пограничных» случаев и детей с девиантным поведением. Спецшколы закрытого типа для малолетних правонарушителей исчисляются единицами на всю страну, что создает вакуум в работе с потенциально опасными подростками.

Дело в том, что, согласно Федеральному закону №273 «Об образовании в РФ», принудительно перевести ребенка на надомное обучение или отчислить его крайне сложно из-за приоритета права на образование.

(Окончание - в следующем посте.)