заплесневела
В Дубае я не слышу себя. И писать не хочу. Текст выпадает бетонными плитами. Мысли не оформляются в голове. Что вам рассказать? Что Дубай — это ад на земле? Так и есть.
Вчера я шла мимо стройки. Жар, вибрация земли от техники, запах пыли. И крик. Настоящий, душераздирающий. Не разобрать слов, просто крик, животный. Говорят, рабочие здесь живут по трое в комнатах на окраинах. Получают копейки. Кто-то умирает. От жары, от перегрузки.
В кафе сидят инстаграмные девушки, крепко сжимая в руках сумочки Chanel. Они делают селфи. Маленький араб в бургерной хамски разговаривал с сотрудниками, а затем залез на стойку и начал дразнить кассира. Хотелось стащить этого пухлого засранца и отшлепать. Но никто так не сделал, потому что он местный.
Вокруг нашего дома искусственные озера, которые на 50-градусной летней жаре стали вонять тухлыми яйцами. В квартире за лето разрослась черная плесень и сожрала мою любимую сумку.
И знаете, в этом что-то есть. Какой-то мучительный поиск своего. Начинаешь ценить жизнь. Например, на днях я с ужасом поняла, что в Москве у меня было много друзей, знакомых, с которыми я могла годами не видеться. Стоило кому-то из них оказаться здесь, я бы помчалась на встречу и схватила в охапку. Почему я раньше не ценила их.
Поэтому, когда в Дубае случается что-то простое и человечное, я направляю туда все внимание.
Вы спрашиваете, куда я пропала. А разве вам нравятся такие тексты? Они ничем не лучше искусственных озер. По процессу написания похожи на стройку. И внутри меня маленький араб, который что-то кричит, а я ничего не могу с этим сделать.
Последнее, что сделала, книга к дню рождения мужа (она получилась очень смешной и трогательной) и статья на английском для местного журнала. На английском писать легче, потому что исчезает психологический барьер уязвимости, на другом языке чувствуешь себя другой личностью. Я перевела статью на русский, чтобы поделиться с вами. Загружу сегодня вечером.
В Дубае я не слышу себя. И писать не хочу. Текст выпадает бетонными плитами. Мысли не оформляются в голове. Что вам рассказать? Что Дубай — это ад на земле? Так и есть.
Вчера я шла мимо стройки. Жар, вибрация земли от техники, запах пыли. И крик. Настоящий, душераздирающий. Не разобрать слов, просто крик, животный. Говорят, рабочие здесь живут по трое в комнатах на окраинах. Получают копейки. Кто-то умирает. От жары, от перегрузки.
В кафе сидят инстаграмные девушки, крепко сжимая в руках сумочки Chanel. Они делают селфи. Маленький араб в бургерной хамски разговаривал с сотрудниками, а затем залез на стойку и начал дразнить кассира. Хотелось стащить этого пухлого засранца и отшлепать. Но никто так не сделал, потому что он местный.
Вокруг нашего дома искусственные озера, которые на 50-градусной летней жаре стали вонять тухлыми яйцами. В квартире за лето разрослась черная плесень и сожрала мою любимую сумку.
И знаете, в этом что-то есть. Какой-то мучительный поиск своего. Начинаешь ценить жизнь. Например, на днях я с ужасом поняла, что в Москве у меня было много друзей, знакомых, с которыми я могла годами не видеться. Стоило кому-то из них оказаться здесь, я бы помчалась на встречу и схватила в охапку. Почему я раньше не ценила их.
Поэтому, когда в Дубае случается что-то простое и человечное, я направляю туда все внимание.
Вы спрашиваете, куда я пропала. А разве вам нравятся такие тексты? Они ничем не лучше искусственных озер. По процессу написания похожи на стройку. И внутри меня маленький араб, который что-то кричит, а я ничего не могу с этим сделать.
Последнее, что сделала, книга к дню рождения мужа (она получилась очень смешной и трогательной) и статья на английском для местного журнала. На английском писать легче, потому что исчезает психологический барьер уязвимости, на другом языке чувствуешь себя другой личностью. Я перевела статью на русский, чтобы поделиться с вами. Загружу сегодня вечером.
3❤40
Когда тобой движет любовь: невидимое путешествие жен, переезжающих в Дубай
Иногда я чувствую себя узницей с привилегиями, в безопасности, но взаперти. Целыми днями сижу одна в просторной квартире: выйти можно, но некуда; поговорить можно, но не с кем. Моё «преступление» — любовь. Я выбрала путь мужа вместо своего.
Первые месяцы я практически не вылезала из квартиры и сосредоточилась на создании уюта. Покупала вещи для дома, цветы, посуду. Изучала продукты в местных супермаркетах и каждые пять минут гуглила, сколько шампунь стоит в рублях. Считаю это главным показателем того, что в голове я ещё не «переехала» в Дубай.
Со временем освоила Careem, провела «кастинг» на домработницу и первое время корила себя за то, что она убирается, пока я сижу без дела. Мне важно было понять, что я личность, которая не растворилась в бытовых ролях. Так мой круг общения состоял из женщины со Шри-Ланки, массажистки с Филиппин, араба из аптеки и индийского продавца из продуктового. Правильно говорят, что эмиграция — это когда твои друзья кассирша и 70-летний сосед.
После тридцати сложно заводить друзей. Становишься избирательнее и скучнее для весёлых тусовок, где единственный интерес — развлечения. Друзья из прошлой жизни подбадривали в переписке, но не понимали сути моей апатии.
«Ты же живёшь в Дубае, в городе мечты, как ты можешь грустить?»
Из-за этого чувствуешь лёгкий стыд за свои чувства.
Когда становится совсем невыносимо, сбегаешь в Dubai Mall. Я сначала не понимала местную культуру проведения времени в торговых центрах. В Дубае поняла. Очень удобно ходить в прохладном помещении среди огромного количества людей и растворяться в потоке. Ты по-прежнему одинока, но в месте, где это уместно. Я часто вижу похожих на меня женщин. Они ходят из магазина в магазин. Интересно, чем они занимаются в течение дня? Нашли ли они своё комьюнити? А если да, то где?
«Ах если бы я жила в Дубае, то ездила бы на море, загорала, читала книжки, нашла интересную работу».
Да, ты бы так сделала, я рада за тебя. Но у меня пока не получается. Апатия после переезда подавила интерес к жизни. Я лениво откликаюсь на вакансии и принимаю мысль: «ты востребована на родине, но здесь у тебя дорога в администрацию салона красоты». Перед переездом в Дубай мне сделали два предложения: стать директором в китайской компании с релокацией в Пекин и выйти замуж в Дубай. Я не жалею о своём выборе, но была шокирована, когда получила ID-карту. В графе статус — домохозяйка. Семейный спонсор — Ф. И. О. мужа.
Радует, что спустя полгода в эмиграции появились знакомые маршруты. Чем больше мест в городе становятся привычными, тем меньше стресса от новой информации. Даже в родном городе поехать в незнакомую поликлинику — целое мероприятие по выходу из зоны комфорта, а в чужой культуре поначалу всё чужое.
__
Разговариваю с переехавшими — у многих похожие чувства. Говорят, первые два года такие, а потом и уезжать не хочется. Наверное, потому что однажды перестаёшь бежать, и начинаешь жить. Начинаю серию заметок про Дубай, одиночество в эмиграции и поиск себя с нуля.
Иногда я чувствую себя узницей с привилегиями, в безопасности, но взаперти. Целыми днями сижу одна в просторной квартире: выйти можно, но некуда; поговорить можно, но не с кем. Моё «преступление» — любовь. Я выбрала путь мужа вместо своего.
Первые месяцы я практически не вылезала из квартиры и сосредоточилась на создании уюта. Покупала вещи для дома, цветы, посуду. Изучала продукты в местных супермаркетах и каждые пять минут гуглила, сколько шампунь стоит в рублях. Считаю это главным показателем того, что в голове я ещё не «переехала» в Дубай.
Со временем освоила Careem, провела «кастинг» на домработницу и первое время корила себя за то, что она убирается, пока я сижу без дела. Мне важно было понять, что я личность, которая не растворилась в бытовых ролях. Так мой круг общения состоял из женщины со Шри-Ланки, массажистки с Филиппин, араба из аптеки и индийского продавца из продуктового. Правильно говорят, что эмиграция — это когда твои друзья кассирша и 70-летний сосед.
После тридцати сложно заводить друзей. Становишься избирательнее и скучнее для весёлых тусовок, где единственный интерес — развлечения. Друзья из прошлой жизни подбадривали в переписке, но не понимали сути моей апатии.
«Ты же живёшь в Дубае, в городе мечты, как ты можешь грустить?»
Из-за этого чувствуешь лёгкий стыд за свои чувства.
Когда становится совсем невыносимо, сбегаешь в Dubai Mall. Я сначала не понимала местную культуру проведения времени в торговых центрах. В Дубае поняла. Очень удобно ходить в прохладном помещении среди огромного количества людей и растворяться в потоке. Ты по-прежнему одинока, но в месте, где это уместно. Я часто вижу похожих на меня женщин. Они ходят из магазина в магазин. Интересно, чем они занимаются в течение дня? Нашли ли они своё комьюнити? А если да, то где?
«Ах если бы я жила в Дубае, то ездила бы на море, загорала, читала книжки, нашла интересную работу».
Да, ты бы так сделала, я рада за тебя. Но у меня пока не получается. Апатия после переезда подавила интерес к жизни. Я лениво откликаюсь на вакансии и принимаю мысль: «ты востребована на родине, но здесь у тебя дорога в администрацию салона красоты». Перед переездом в Дубай мне сделали два предложения: стать директором в китайской компании с релокацией в Пекин и выйти замуж в Дубай. Я не жалею о своём выборе, но была шокирована, когда получила ID-карту. В графе статус — домохозяйка. Семейный спонсор — Ф. И. О. мужа.
Радует, что спустя полгода в эмиграции появились знакомые маршруты. Чем больше мест в городе становятся привычными, тем меньше стресса от новой информации. Даже в родном городе поехать в незнакомую поликлинику — целое мероприятие по выходу из зоны комфорта, а в чужой культуре поначалу всё чужое.
__
Разговариваю с переехавшими — у многих похожие чувства. Говорят, первые два года такие, а потом и уезжать не хочется. Наверное, потому что однажды перестаёшь бежать, и начинаешь жить. Начинаю серию заметок про Дубай, одиночество в эмиграции и поиск себя с нуля.
5❤48
кровавая мэри
Это было весной. В шесть вечера на небе отрубило свет и город погрузился в темноту. Я бродила по комнатам и не могла найти себе места. Вошла в лифт. Вышла на улицу. Куда идти? Гулять вокруг озёр не хочется. В молл идти смешно. Зайти попить кофе неинтересно. На спорте уже была. Но домой я точно не вернусь, там я чувствую себя более потерянной. Я стояла на углу дома и, не думая, дёрнула первую попавшуюся дверь. Оказалось, я зашла в безвкусный салон красоты: фиолетовые кресла, сухоцветы в вазе, неоновые крылья на стене. На ресепшене лениво развалилась девушка с огромной грудью и ресницами длиной в Бурдж-Халифу.
– Здравствуйте, дорогая! Чем могу помочь?
– Ээ, маникюр и педикюр, пожалуйста.
– Сейчас позову мастера, а вы пока присаживайтесь.
Из служебного помещения вышла крупная африканка с короткой стрижкой. Она улыбнулась и принялась за работу. Я молчала, она молчала. Было уютно. На девятом ногте мы разговорились. Мэри рассказывала, что переехала в Дубай полгода назад из Камеруна.
– Вы знаете, где Камерун, мадам?
– Давай на ты. Да, это в Центральной Африке. А ты из франкоязычной или англоязычной части Камеруна?
– Из англоязычной. А ты хорошо разбираешься, была там?
– Нет, я востоковед-африканист по образованию.
Мэри продолжила молча пилить ногти и тихо напевать под нос. У меня появилось настроение сделать что-то новенькое, и я попросила нарастить мне длиннющие красные ногти.
– Ты живёшь в этом здании? С мужем? – кивнула на моё обручальное кольцо Мэри.
– Да. А ты?
– Я живу в Шардже, с моим парнем, – ответила Мэри.
Я разглядывала ногти на ногах, пока мастер искала средство для наращивания. Мы приступили к маникюру и где-то на третьем пальце снова разговорились.
– Он мне изменил. И он знает, что я знаю об этом, – спокойно сказала Мэри.
– Тогда почему ты ещё не съехала? Сложно найти новую квартиру?
– Нет, мне есть куда уйти. Я просто жду.
– Чего?
– Когда наконец найду его самое слабое место.
Я ничего не сказала. Мэри сосредоточенно делала ногти и улыбалась результату.
– Понимаю, что хочется отомстить. Но может просто уйти? – не выдержала я.
– Я так не могу. Он предал меня. Он до сих пор мне изменяет и ещё и предлагает мне жениться. А я запретила ему прикасаться к себе.
– Тяжело так жить, – вздохнула я.
– Да, но я выжидаю. Мне надо найти его самый большой страх. И тогда я отомщу.
Мэри капнула кровавый лак на мой ноготь и кисточкой растянула по всей длине.
– Если бы мы были у меня на родине, я бы просто отрезала ему всё, пока он спит. А здесь я не могу. Поэтому и ищу то, после чего он не оправится. Я раню его в сердце, как он меня.
Я смотрела на Мэри. Боль, с которой человек примирился, восхищает стихийностью. Всё равно что созерцать океан. Мэри не пыталась переложить на меня свои переживания и не наслаждалась жертвенной позицией. Она просто рассказала и позволила быть рядом. Пока мы сидели каждая со своими тревогами, становилось легче. Под конец мы уже смеялись на другие темы и фотографировали ногти для Инстаграма Мэри. Вдруг она поймала мой взгляд.
– Ты за меня не переживай. Я неординарная девушка.
– Это я уже поняла, – улыбнулась я.
В тот вечер у меня появилось желание впервые за несколько месяцев в Дубае нарядиться. С кровавыми ногтями и в чёрном костюме я пошла пить мартини. В английском пабе слушала музыку и наслаждалась вечером.
____
А вы что бы сделали на месте Мэри?
Это было весной. В шесть вечера на небе отрубило свет и город погрузился в темноту. Я бродила по комнатам и не могла найти себе места. Вошла в лифт. Вышла на улицу. Куда идти? Гулять вокруг озёр не хочется. В молл идти смешно. Зайти попить кофе неинтересно. На спорте уже была. Но домой я точно не вернусь, там я чувствую себя более потерянной. Я стояла на углу дома и, не думая, дёрнула первую попавшуюся дверь. Оказалось, я зашла в безвкусный салон красоты: фиолетовые кресла, сухоцветы в вазе, неоновые крылья на стене. На ресепшене лениво развалилась девушка с огромной грудью и ресницами длиной в Бурдж-Халифу.
– Здравствуйте, дорогая! Чем могу помочь?
– Ээ, маникюр и педикюр, пожалуйста.
– Сейчас позову мастера, а вы пока присаживайтесь.
Из служебного помещения вышла крупная африканка с короткой стрижкой. Она улыбнулась и принялась за работу. Я молчала, она молчала. Было уютно. На девятом ногте мы разговорились. Мэри рассказывала, что переехала в Дубай полгода назад из Камеруна.
– Вы знаете, где Камерун, мадам?
– Давай на ты. Да, это в Центральной Африке. А ты из франкоязычной или англоязычной части Камеруна?
– Из англоязычной. А ты хорошо разбираешься, была там?
– Нет, я востоковед-африканист по образованию.
Мэри продолжила молча пилить ногти и тихо напевать под нос. У меня появилось настроение сделать что-то новенькое, и я попросила нарастить мне длиннющие красные ногти.
– Ты живёшь в этом здании? С мужем? – кивнула на моё обручальное кольцо Мэри.
– Да. А ты?
– Я живу в Шардже, с моим парнем, – ответила Мэри.
Я разглядывала ногти на ногах, пока мастер искала средство для наращивания. Мы приступили к маникюру и где-то на третьем пальце снова разговорились.
– Он мне изменил. И он знает, что я знаю об этом, – спокойно сказала Мэри.
– Тогда почему ты ещё не съехала? Сложно найти новую квартиру?
– Нет, мне есть куда уйти. Я просто жду.
– Чего?
– Когда наконец найду его самое слабое место.
Я ничего не сказала. Мэри сосредоточенно делала ногти и улыбалась результату.
– Понимаю, что хочется отомстить. Но может просто уйти? – не выдержала я.
– Я так не могу. Он предал меня. Он до сих пор мне изменяет и ещё и предлагает мне жениться. А я запретила ему прикасаться к себе.
– Тяжело так жить, – вздохнула я.
– Да, но я выжидаю. Мне надо найти его самый большой страх. И тогда я отомщу.
Мэри капнула кровавый лак на мой ноготь и кисточкой растянула по всей длине.
– Если бы мы были у меня на родине, я бы просто отрезала ему всё, пока он спит. А здесь я не могу. Поэтому и ищу то, после чего он не оправится. Я раню его в сердце, как он меня.
Я смотрела на Мэри. Боль, с которой человек примирился, восхищает стихийностью. Всё равно что созерцать океан. Мэри не пыталась переложить на меня свои переживания и не наслаждалась жертвенной позицией. Она просто рассказала и позволила быть рядом. Пока мы сидели каждая со своими тревогами, становилось легче. Под конец мы уже смеялись на другие темы и фотографировали ногти для Инстаграма Мэри. Вдруг она поймала мой взгляд.
– Ты за меня не переживай. Я неординарная девушка.
– Это я уже поняла, – улыбнулась я.
В тот вечер у меня появилось желание впервые за несколько месяцев в Дубае нарядиться. С кровавыми ногтями и в чёрном костюме я пошла пить мартини. В английском пабе слушала музыку и наслаждалась вечером.
____
А вы что бы сделали на месте Мэри?
2❤41
акула
У каждой женщины в окружении есть та, что порадуется её падению. У одной девочки это я. Несколько месяцев назад наткнулась на аккаунт одной блядины и всем своим большим, чистым сердцем порадовалась, как плохо та стала выглядеть. Разглядывала её фотографии с улыбкой акулы Брюса из «В поисках Немо». Рыбы — наши друзья. Нифига. Таким селёдкам, как эта девочка, место на дне бочки.
К чему это я? Так вот. Я уверена, что я такая же селёдка для многих женщин. И найдётся немало тех, кто таким же большим, чистым сердцем порадуется моим неудачам. Только вот я их разочарую: кресло судьи занято мной, сертифицированным самокритиком. Единственные токсичные отношения в моей жизни были только самой с собой. Сегодня посмотрела на себя в зеркало и инстинктивно подставила ладошки, чтобы поймать ползущее вниз лицо. На бёдрах появились растяжки, на животе вкрапления целлюлита, асфальт Дубая застелен ковром моих волос. И я подумала: почему мы проще замечаем недостатки в других и в себе? Почему бы не напоминать себе чаще о чём-то приятном. Давайте я начну.
Мне нравится в себе то, что:
я могу разговорить любого человека,
отлично убираюсь,
натуральные губы,
природная гибкость,
хорошо готовлю (особенно потрошу рыбу)),
чувство юмора — могу рассмешить саму себя,
хорошо рассказываю хорошие истории,
здоровая агрессия,
быстро соображаю в кризисных ситуациях,
мои коллекция странных вещей,
большое, чистое сердце.
____
Чем больше напоминаешь себе о хорошем, тем крепче зубы. Селёдкам место в пластиковых контейнерах, а акулы плавают на глубине.
У каждой женщины в окружении есть та, что порадуется её падению. У одной девочки это я. Несколько месяцев назад наткнулась на аккаунт одной блядины и всем своим большим, чистым сердцем порадовалась, как плохо та стала выглядеть. Разглядывала её фотографии с улыбкой акулы Брюса из «В поисках Немо». Рыбы — наши друзья. Нифига. Таким селёдкам, как эта девочка, место на дне бочки.
К чему это я? Так вот. Я уверена, что я такая же селёдка для многих женщин. И найдётся немало тех, кто таким же большим, чистым сердцем порадуется моим неудачам. Только вот я их разочарую: кресло судьи занято мной, сертифицированным самокритиком. Единственные токсичные отношения в моей жизни были только самой с собой. Сегодня посмотрела на себя в зеркало и инстинктивно подставила ладошки, чтобы поймать ползущее вниз лицо. На бёдрах появились растяжки, на животе вкрапления целлюлита, асфальт Дубая застелен ковром моих волос. И я подумала: почему мы проще замечаем недостатки в других и в себе? Почему бы не напоминать себе чаще о чём-то приятном. Давайте я начну.
Мне нравится в себе то, что:
я могу разговорить любого человека,
отлично убираюсь,
натуральные губы,
природная гибкость,
хорошо готовлю (особенно потрошу рыбу)),
чувство юмора — могу рассмешить саму себя,
хорошо рассказываю хорошие истории,
здоровая агрессия,
быстро соображаю в кризисных ситуациях,
мои коллекция странных вещей,
большое, чистое сердце.
____
Чем больше напоминаешь себе о хорошем, тем крепче зубы. Селёдкам место в пластиковых контейнерах, а акулы плавают на глубине.
3❤42
бардак на столе и порядок в голове
По вторникам рано утром домработница звонит в дверь.
Я закрываю дверь в спальню и догоняю сон. Сегодня поймала себя на том, что прокручиваю фразы для неё: «Извини, что такой бардак на столе», «Ой, я приболела, поэтому сплю». Ворочалась от стыда и заставляла себя проснуться. Почему я оправдываюсь? Она мне кто? Судья? Она наёмный работник, которому мы оставляем хорошие чаевые и на прошлой неделе подарили пару бутылок просекко. Даже в предыдущем предложении сквозит оправдание!
В общем, я встала и с невозмутимым лицом передвигалась по квартире, вместо того чтобы, как обычно, суетливо имитировать бурную деятельность. Я не обязана ни перед кем объясняться. Что за дурацкая привычка наперёд придумывать ненужные фразочки и заведомо ставить себя в слабую позицию. Я думала, что давно искоренила в себе такой порок, но, видимо, нет.
Ещё из осознаний последнего времени: я решила не заводить друзей в Дубае. Поняла, что не готова дружить абы с кем ради заполнения пустоты. Общение с пластиковыми людьми оставляет тяжесть, как от шаурмы. Лучше дождусь своих людей. А если они не придут — ничего страшного, буду книжки читать и разводить попугаев.
Точно так же я не буду есть непроверенную еду лишь бы утолить голод. Я лучше перетерплю и съем то, что мне будет понятно и там, где будет приятно.
Я лучше буду ходить ненакрашенная, чем нанесу на лицо дешёвую косметику. Просто это мой выбор — пользоваться тем, что нравится.
Поняла, что паузы в жизни даны для создания внутренних манифестов. Пока не вижу новый масштаб, но кручу перемены на пальцах. Что-то грядёт большое и интересное. Ведь изменения приходят изнутри.
И больше никаких оправданий.
По вторникам рано утром домработница звонит в дверь.
Я закрываю дверь в спальню и догоняю сон. Сегодня поймала себя на том, что прокручиваю фразы для неё: «Извини, что такой бардак на столе», «Ой, я приболела, поэтому сплю». Ворочалась от стыда и заставляла себя проснуться. Почему я оправдываюсь? Она мне кто? Судья? Она наёмный работник, которому мы оставляем хорошие чаевые и на прошлой неделе подарили пару бутылок просекко. Даже в предыдущем предложении сквозит оправдание!
В общем, я встала и с невозмутимым лицом передвигалась по квартире, вместо того чтобы, как обычно, суетливо имитировать бурную деятельность. Я не обязана ни перед кем объясняться. Что за дурацкая привычка наперёд придумывать ненужные фразочки и заведомо ставить себя в слабую позицию. Я думала, что давно искоренила в себе такой порок, но, видимо, нет.
Ещё из осознаний последнего времени: я решила не заводить друзей в Дубае. Поняла, что не готова дружить абы с кем ради заполнения пустоты. Общение с пластиковыми людьми оставляет тяжесть, как от шаурмы. Лучше дождусь своих людей. А если они не придут — ничего страшного, буду книжки читать и разводить попугаев.
Точно так же я не буду есть непроверенную еду лишь бы утолить голод. Я лучше перетерплю и съем то, что мне будет понятно и там, где будет приятно.
Я лучше буду ходить ненакрашенная, чем нанесу на лицо дешёвую косметику. Просто это мой выбор — пользоваться тем, что нравится.
Поняла, что паузы в жизни даны для создания внутренних манифестов. Пока не вижу новый масштаб, но кручу перемены на пальцах. Что-то грядёт большое и интересное. Ведь изменения приходят изнутри.
И больше никаких оправданий.
1❤34
биг толк
Больше всего я ненавижу смол-толк. Это когда встречаешься с человеком и первые несколько минут, а может и больше, обмениваешься обезличенными фразочками из разряда «как погода», «ой, мы тоже ездили в этот парк», «как прошли выходные». Они ни к чему не ведут. Писателю Дэвиду Седарису тоже по душе начинать диалог с нестандартных вопросов. Он как-то совершенно случайно спросил женщину, когда она в последний раз трогала обезьян. В ответ она удивилась и спросила: «А что, от меня пахнет?» Затем рассказала, что работает в реабилитационном центре для макак. Этот разговор он запомнил на всю жизнь.
Сейчас общение и без того стало обезличенным и скатилось до лайков и огней на сторис. У меня есть подруга, с которой мы могли говорить на нетривиальные темы до одурения. Но потом повзрослели, окончили универы, заработались, вышли замуж. Наше общение сейчас сводится к редким перепискам по маршруту: привет — как дела — почему еще не родила. А так хочется иногда сесть с человеком и спросить: «Кем бы ты была из Зачарованных?» И жалеешь ли ты, что Плутон лишили статуса планеты?
Отдельная боль — это когда спрашиваешь человека о чем-то в переписке, а он пересылает тебе свои же сообщения из чата с кем-то другим. Я понимаю, что лень пересказывать нескольким людям одно и то же, но, блин, это же элементарные манеры. Это как если бы ты попросил ложку у хозяйки, а тебе протянули облизанную кем-то другим. Если вы так делаете, не надо. Никому не нужно обрабатывать фрагменты чужого диалога, здесь нужна исключительная персонализация, душа ваша нужна. Если нет сил, ответьте, когда они появятся, или хотя бы одной фразой: «Все прошло хорошо».
Прилагаю список своих идеальных вопросов вместо смол-толка:
- Если бы грудь росла или уменьшалась от силы мысли, то какой размер ты бы сделала себе?
- Когда и из-за чего ты смеялся в последний раз до боли в животе?
- Ты когда-нибудь ходил на тюремное свидание?
- Есть ли в твоей жизни человек, которому пожелал сиюминутную диарею?
- Веришь ли ты в сглаз?
- Если бы ты был евреем, то какой бы у тебя был любимый псалом из Теилима?
- Какую национальность ты выберешь в следующей жизни?
- Ты тоже хотел найсер-дайсер в детстве?
- У тебя была лазерная указка с разными насадками?
- Какая у тебя любимая теория заговора?
Больше всего я ненавижу смол-толк. Это когда встречаешься с человеком и первые несколько минут, а может и больше, обмениваешься обезличенными фразочками из разряда «как погода», «ой, мы тоже ездили в этот парк», «как прошли выходные». Они ни к чему не ведут. Писателю Дэвиду Седарису тоже по душе начинать диалог с нестандартных вопросов. Он как-то совершенно случайно спросил женщину, когда она в последний раз трогала обезьян. В ответ она удивилась и спросила: «А что, от меня пахнет?» Затем рассказала, что работает в реабилитационном центре для макак. Этот разговор он запомнил на всю жизнь.
Сейчас общение и без того стало обезличенным и скатилось до лайков и огней на сторис. У меня есть подруга, с которой мы могли говорить на нетривиальные темы до одурения. Но потом повзрослели, окончили универы, заработались, вышли замуж. Наше общение сейчас сводится к редким перепискам по маршруту: привет — как дела — почему еще не родила. А так хочется иногда сесть с человеком и спросить: «Кем бы ты была из Зачарованных?» И жалеешь ли ты, что Плутон лишили статуса планеты?
Отдельная боль — это когда спрашиваешь человека о чем-то в переписке, а он пересылает тебе свои же сообщения из чата с кем-то другим. Я понимаю, что лень пересказывать нескольким людям одно и то же, но, блин, это же элементарные манеры. Это как если бы ты попросил ложку у хозяйки, а тебе протянули облизанную кем-то другим. Если вы так делаете, не надо. Никому не нужно обрабатывать фрагменты чужого диалога, здесь нужна исключительная персонализация, душа ваша нужна. Если нет сил, ответьте, когда они появятся, или хотя бы одной фразой: «Все прошло хорошо».
Прилагаю список своих идеальных вопросов вместо смол-толка:
- Если бы грудь росла или уменьшалась от силы мысли, то какой размер ты бы сделала себе?
- Когда и из-за чего ты смеялся в последний раз до боли в животе?
- Ты когда-нибудь ходил на тюремное свидание?
- Есть ли в твоей жизни человек, которому пожелал сиюминутную диарею?
- Веришь ли ты в сглаз?
- Если бы ты был евреем, то какой бы у тебя был любимый псалом из Теилима?
- Какую национальность ты выберешь в следующей жизни?
- Ты тоже хотел найсер-дайсер в детстве?
- У тебя была лазерная указка с разными насадками?
- Какая у тебя любимая теория заговора?
2❤30
один вопрос
Помните, я рассказывала про кровавую Мэри?
В тот день, когда она делала мне педикюр, я спросила её:
– Мэри, а у тебя есть знакомые персональные тренеры?
– Ты для себя?
– Нет, для мужа. Он поклялся мне, что будет заниматься спортом.
Мэри выдержала паузу, встряхнула бутылёк красного лака и выразительно посмотрела на меня.
– Ничего, что тренер чёрный?
Так в нашей жизни появился Сайло — камерунец с крутым чувством юмора. Первые полгода муж занимался с ним один, а недавно и я вступила в бойцовский клуб. На занятиях мы перекидывались шутками и не более.
Вчера вечером я пришла на тренировку, и мы с Сайло начали со смол-толка.
– Как прошёл твой день?
– Отлично. Твой как?
– Тоже отлично.
Сайло повёл меня в сторону гантелей, и у меня сработал инстинкт жертвы, которую офицер ведёт в камеру пыток. Нужно отстрочить страдания!
– Я сегодня написала текст для своего тг-канала. – не в тему выпалила я.
– Не знал, что ты пишешь. О чём он? – вежливо спросил тренер.
Я вкратце пересказала суть последнего поста и показала Сайло список вопросов. Он смеялся и стелил передо мной мат. Я с ужасом смотрела на зелёный коврик — неужели заставит делать ненавистные берпи.
– Давай, пятнадцать берпи, три подхода, – озвучил мои худшие ожидания офицер.
Я схватила телефон и показала тренеру.
– Сайло, смотри, у меня тут был вопрос: «Есть ли в твоей жизни человек, которому бы ты пожелал сиюминутную диарею?»
– Да, есть. – серьезно ответил Сайло.
Не успела ничего сказать, как меня заставили делать проклятые прыжки, а затем качать руки. Я вздыхала и спрашивала, не делает ли меня Сайло привлекательной для женской тюрьмы. Он уверил, что с таким весом мне это не грозит, и дал ещё один мучительный сет.
Через минуту я сидела на полу и вытирала салфетками пот с лица и шеи.
– Сайло… – прохрипела я.
– Что?
Я сделала судорожный вдох в попытках восстановить дыхание.
– А расскажи про человека, которому бы ты пожелал диарею.
Тренер засмеялся, а затем мечтательно уставился в пустоту. Он наклонился ко мне и сказал:
– Ладно, вот история.
Следующие десять минут Сайло рассказывал, как много лет назад у него была девушка. Они были счастливы вместе ровно до того дня, когда на неё положил глаз один парень. Он пришёл к Сайло в качестве священника и устроил проповедь о жизни во грехе, призывая спасти свою душу от порочных отношений. В тот же момент друг псевдосвященника проводил аналогичную проповедь с девушкой Сайло.
– Я ей сказал, что это уловка, но она меня не слушала. Начала тайно общаться с ним, а через некоторое время я увидел уведомление на Фейсбуке, что они помолвлены.
– Они поженились? Так это же здорово.
– Поженились, родили ребёнка, а сейчас разводятся.
– Откуда ты знаешь?
– Она мне писала недавно. Говорила, что сожалеет о том, что изменила мне. Вот ей я и желаю диарею.
Всю тренировку мы с Сайло говорили по душам — о жизни, об отношениях, делились воспоминаниями.
И всё началось с вопроса про диарею.
Вот она — сила биг-толка.
——
Из словаря Рады Сарос:
Big talk — абсурдные вопросы, после которых люди почему-то начинают говорить по-настоящему. Альтернатива формальному смол-толку.
Помните, я рассказывала про кровавую Мэри?
В тот день, когда она делала мне педикюр, я спросила её:
– Мэри, а у тебя есть знакомые персональные тренеры?
– Ты для себя?
– Нет, для мужа. Он поклялся мне, что будет заниматься спортом.
Мэри выдержала паузу, встряхнула бутылёк красного лака и выразительно посмотрела на меня.
– Ничего, что тренер чёрный?
Так в нашей жизни появился Сайло — камерунец с крутым чувством юмора. Первые полгода муж занимался с ним один, а недавно и я вступила в бойцовский клуб. На занятиях мы перекидывались шутками и не более.
Вчера вечером я пришла на тренировку, и мы с Сайло начали со смол-толка.
– Как прошёл твой день?
– Отлично. Твой как?
– Тоже отлично.
Сайло повёл меня в сторону гантелей, и у меня сработал инстинкт жертвы, которую офицер ведёт в камеру пыток. Нужно отстрочить страдания!
– Я сегодня написала текст для своего тг-канала. – не в тему выпалила я.
– Не знал, что ты пишешь. О чём он? – вежливо спросил тренер.
Я вкратце пересказала суть последнего поста и показала Сайло список вопросов. Он смеялся и стелил передо мной мат. Я с ужасом смотрела на зелёный коврик — неужели заставит делать ненавистные берпи.
– Давай, пятнадцать берпи, три подхода, – озвучил мои худшие ожидания офицер.
Я схватила телефон и показала тренеру.
– Сайло, смотри, у меня тут был вопрос: «Есть ли в твоей жизни человек, которому бы ты пожелал сиюминутную диарею?»
– Да, есть. – серьезно ответил Сайло.
Не успела ничего сказать, как меня заставили делать проклятые прыжки, а затем качать руки. Я вздыхала и спрашивала, не делает ли меня Сайло привлекательной для женской тюрьмы. Он уверил, что с таким весом мне это не грозит, и дал ещё один мучительный сет.
Через минуту я сидела на полу и вытирала салфетками пот с лица и шеи.
– Сайло… – прохрипела я.
– Что?
Я сделала судорожный вдох в попытках восстановить дыхание.
– А расскажи про человека, которому бы ты пожелал диарею.
Тренер засмеялся, а затем мечтательно уставился в пустоту. Он наклонился ко мне и сказал:
– Ладно, вот история.
Следующие десять минут Сайло рассказывал, как много лет назад у него была девушка. Они были счастливы вместе ровно до того дня, когда на неё положил глаз один парень. Он пришёл к Сайло в качестве священника и устроил проповедь о жизни во грехе, призывая спасти свою душу от порочных отношений. В тот же момент друг псевдосвященника проводил аналогичную проповедь с девушкой Сайло.
– Я ей сказал, что это уловка, но она меня не слушала. Начала тайно общаться с ним, а через некоторое время я увидел уведомление на Фейсбуке, что они помолвлены.
– Они поженились? Так это же здорово.
– Поженились, родили ребёнка, а сейчас разводятся.
– Откуда ты знаешь?
– Она мне писала недавно. Говорила, что сожалеет о том, что изменила мне. Вот ей я и желаю диарею.
Всю тренировку мы с Сайло говорили по душам — о жизни, об отношениях, делились воспоминаниями.
И всё началось с вопроса про диарею.
Вот она — сила биг-толка.
——
Из словаря Рады Сарос:
Big talk — абсурдные вопросы, после которых люди почему-то начинают говорить по-настоящему. Альтернатива формальному смол-толку.
1❤25
не захлебнись
Мне казалось, что со мной что-то не так: ничего не хотелось смотреть, читать, слушать. Хотелось полной тишины. Думала, может, это степень деградации и, как любят говорить, клиповое мышление. В последнем, на мой взгляд, нет ничего плохого. Это адаптация мозга к бесконечному потоку контента. Мы живём в эпоху непрерывного прослушивания чужих талантов. Словно сидишь в экзаменационной комиссии и с утра до ночи смотришь выступления незнакомых детей.
Сейчас всего достаточно, на любую тему и вкус. Но оборотная сторона усталость. Когда испытываю пресыщение контентом, беру паузу, чтобы самой не гадить в информационном пространстве.
Опишу, что делала в последнее время.
Задача была проснуться и растормошить вкусовые рецепторы к жизни. Сначала попрощалась со всеми вредными привычками за раз. Чтобы не одуреть от потери эмоциональных костылей, схваченных в детстве за гаражами, ринулась в спорт. Сейчас как проснулась иду в зал, кручу педали на велотренажёре, затем делаю лимфатическую зарядку. Купила массажный набор: мячик, роллер, скалку с шипами как импульс к действию. В течение дня много хожу пешком. Вечером силовые тренировки или велопрогулки по ночному городу.
Эффект от перестройки начался, я очнулась. Шла по улице и внезапно осознала, что живу в пешей доступности от моря. Раньше мне казалось стрёмно купаться на муниципальном пляже. Много народа, мусора, да и вообще не думала об этой локации. А тут поняла, что море рядом, иди и плавай, пока сезон. Мне понравилось, что нет буйков и можно уплывать далеко от берега. Качаешься на волнах, вокруг никого, чувствуешь, как просыпается лимфа. На днях уснула на лежаке и проснулась от сирены береговой охраны. Всех выгнали из моря, неподалёку что-то случилось, шли поиски.
Ты возвращаешь себе жизнь, а рядом кто-то теряет её.
Пока я не утратила свою, у меня есть шанс всё изменить. С регулярным, интенсивным спортом пришла азартная энергия, охотничьи инстинкты. Мой совет, проверенный лично не раз. Если у вас застой в жизни, начните шевелиться физически. И не надо отговорок, что нет кроссовок, абонемента в зал, спортивной формы.
Можно бегать вокруг убитых девятиэтажек в старой футболке, ходить по лестницам, наматывать пешком километры. Качество жизни напрямую зависит от движения. Здоровое, красивое тело единственная роскошь, которую не купить, не украсть. Не дряхлейте раньше времени, не лежите дома, поглощая чужой контент впустую. Сегодня же сделайте что-нибудь. Ок?
Мне казалось, что со мной что-то не так: ничего не хотелось смотреть, читать, слушать. Хотелось полной тишины. Думала, может, это степень деградации и, как любят говорить, клиповое мышление. В последнем, на мой взгляд, нет ничего плохого. Это адаптация мозга к бесконечному потоку контента. Мы живём в эпоху непрерывного прослушивания чужих талантов. Словно сидишь в экзаменационной комиссии и с утра до ночи смотришь выступления незнакомых детей.
Сейчас всего достаточно, на любую тему и вкус. Но оборотная сторона усталость. Когда испытываю пресыщение контентом, беру паузу, чтобы самой не гадить в информационном пространстве.
Опишу, что делала в последнее время.
Задача была проснуться и растормошить вкусовые рецепторы к жизни. Сначала попрощалась со всеми вредными привычками за раз. Чтобы не одуреть от потери эмоциональных костылей, схваченных в детстве за гаражами, ринулась в спорт. Сейчас как проснулась иду в зал, кручу педали на велотренажёре, затем делаю лимфатическую зарядку. Купила массажный набор: мячик, роллер, скалку с шипами как импульс к действию. В течение дня много хожу пешком. Вечером силовые тренировки или велопрогулки по ночному городу.
Эффект от перестройки начался, я очнулась. Шла по улице и внезапно осознала, что живу в пешей доступности от моря. Раньше мне казалось стрёмно купаться на муниципальном пляже. Много народа, мусора, да и вообще не думала об этой локации. А тут поняла, что море рядом, иди и плавай, пока сезон. Мне понравилось, что нет буйков и можно уплывать далеко от берега. Качаешься на волнах, вокруг никого, чувствуешь, как просыпается лимфа. На днях уснула на лежаке и проснулась от сирены береговой охраны. Всех выгнали из моря, неподалёку что-то случилось, шли поиски.
Ты возвращаешь себе жизнь, а рядом кто-то теряет её.
Пока я не утратила свою, у меня есть шанс всё изменить. С регулярным, интенсивным спортом пришла азартная энергия, охотничьи инстинкты. Мой совет, проверенный лично не раз. Если у вас застой в жизни, начните шевелиться физически. И не надо отговорок, что нет кроссовок, абонемента в зал, спортивной формы.
Можно бегать вокруг убитых девятиэтажек в старой футболке, ходить по лестницам, наматывать пешком километры. Качество жизни напрямую зависит от движения. Здоровое, красивое тело единственная роскошь, которую не купить, не украсть. Не дряхлейте раньше времени, не лежите дома, поглощая чужой контент впустую. Сегодня же сделайте что-нибудь. Ок?
2❤45
мои осколки
Как-то ехала в метро и любовалась женщиной. На вид ей около пятидесяти, морщины на лице выглядят как царапины ножом на сухой скале, но служат украшением, а не изъяном. Светлые волосы собраны в небрежный пучок. Элегантное черное мини-платье, поджарое тело в тонусе. На коленях сумка Louis Vuitton, сверху накинут дымчатый серебряный шарф. Свежий маникюр, каждый ноготь выкрашен своим оттенком серого. На пальцах массивные кольца, на запястьях браслеты: один грубый, два тонких с бриллиантами. На веках жемчужные тени, подводка, очки в черной оправе. Туфли лодочки на тонких ремешках. На шее бейджик с деловой выставки, рядом коллега в строгом костюме.
Все тело в татуировках: большая бабочка, какие-то лица, маятник, перо, надписи, линии. Вроде бы избитые символы, но на ней они выглядели как продолжение сильной, харизматичной личности. Татуировки удивительно органично сочетались с деловым образом. Она увлеченно беседовала с коллегой на каком-то европейском языке и задумчиво щурилась на табло.
Я сидела в наушниках, когда меня окликнул ее кавалер и показал, что поезд дальше не идет, нужно пересесть в другой вагон. На станции был час пик, людей тьма. Я стояла рядом со своей иконой стиля, двери открылись и какая-то молодая женщина закричала. Она побежала к сотрудникам, а моя татуированная дама сказала по-английски, что вагон уехал с ребенком этой мамы.
Пришел поезд. На следующей станции в дверь вошел мужчина и крикнул, кто потерял ребенка. На перроне вокруг коляски столпились шесть неравнодушных человек и напряженно обсуждали судьбу маленького пассажира. Наш вагон крикнул в ответ, что мама осталась на предыдущей остановке.
Когда мы выходили, я не выдержала, подошла к женщине и сделала ей комплимент. Она взяла меня за руку и растрогалась.
Но не ко всем, кто мне интересен, я подхожу.
В эмиграции большую часть времени живешь в роли наблюдателя. Весь ноябрь я хожу на море. Мой ритуал: доплыть до желтого куба, который служит подобием буйка и ориентиром для катеров. Мало кто заплывает на глубину, и обычно я плыву к кубу только если вижу недалеко еще кого-нибудь.
А потом у меня появился компаньон, азиатская бабушка с химией на красных волосах и розовым козырьком от солнца. Когда мы видим друг друга в воде, смотрим молча, без улыбки, и плывем до куба на небольшой дистанции. Она плавает каждый день до самого заката. Если я пропустила смену и с берега вижу розовый козырек, сразу бегу в воду. Я чувствую, что она делает то же самое, когда видит меня.
Может, нам действительно нравится в других то, что есть в нас самих или когда-то появится. Фантазирую, что на небе висело большое единое зеркало, его разбили, а осколки упали на землю и превратились в разные стороны личности. Женщина с татуировками мой будущий стиль. Элегантное проявление индивидуальности. Бабушка с козырьком я в старости. Пока ее дед дремлет на лежаке, она с неулыбчивым лицом терминатора идет в воду каждые полчаса. Они независимы, наслаждаются жизнью, сами создают себе настроение. Спасибо, что показали мне мои взрослые годы.
Как-то ехала в метро и любовалась женщиной. На вид ей около пятидесяти, морщины на лице выглядят как царапины ножом на сухой скале, но служат украшением, а не изъяном. Светлые волосы собраны в небрежный пучок. Элегантное черное мини-платье, поджарое тело в тонусе. На коленях сумка Louis Vuitton, сверху накинут дымчатый серебряный шарф. Свежий маникюр, каждый ноготь выкрашен своим оттенком серого. На пальцах массивные кольца, на запястьях браслеты: один грубый, два тонких с бриллиантами. На веках жемчужные тени, подводка, очки в черной оправе. Туфли лодочки на тонких ремешках. На шее бейджик с деловой выставки, рядом коллега в строгом костюме.
Все тело в татуировках: большая бабочка, какие-то лица, маятник, перо, надписи, линии. Вроде бы избитые символы, но на ней они выглядели как продолжение сильной, харизматичной личности. Татуировки удивительно органично сочетались с деловым образом. Она увлеченно беседовала с коллегой на каком-то европейском языке и задумчиво щурилась на табло.
Я сидела в наушниках, когда меня окликнул ее кавалер и показал, что поезд дальше не идет, нужно пересесть в другой вагон. На станции был час пик, людей тьма. Я стояла рядом со своей иконой стиля, двери открылись и какая-то молодая женщина закричала. Она побежала к сотрудникам, а моя татуированная дама сказала по-английски, что вагон уехал с ребенком этой мамы.
Пришел поезд. На следующей станции в дверь вошел мужчина и крикнул, кто потерял ребенка. На перроне вокруг коляски столпились шесть неравнодушных человек и напряженно обсуждали судьбу маленького пассажира. Наш вагон крикнул в ответ, что мама осталась на предыдущей остановке.
Когда мы выходили, я не выдержала, подошла к женщине и сделала ей комплимент. Она взяла меня за руку и растрогалась.
Но не ко всем, кто мне интересен, я подхожу.
В эмиграции большую часть времени живешь в роли наблюдателя. Весь ноябрь я хожу на море. Мой ритуал: доплыть до желтого куба, который служит подобием буйка и ориентиром для катеров. Мало кто заплывает на глубину, и обычно я плыву к кубу только если вижу недалеко еще кого-нибудь.
А потом у меня появился компаньон, азиатская бабушка с химией на красных волосах и розовым козырьком от солнца. Когда мы видим друг друга в воде, смотрим молча, без улыбки, и плывем до куба на небольшой дистанции. Она плавает каждый день до самого заката. Если я пропустила смену и с берега вижу розовый козырек, сразу бегу в воду. Я чувствую, что она делает то же самое, когда видит меня.
Может, нам действительно нравится в других то, что есть в нас самих или когда-то появится. Фантазирую, что на небе висело большое единое зеркало, его разбили, а осколки упали на землю и превратились в разные стороны личности. Женщина с татуировками мой будущий стиль. Элегантное проявление индивидуальности. Бабушка с козырьком я в старости. Пока ее дед дремлет на лежаке, она с неулыбчивым лицом терминатора идет в воду каждые полчаса. Они независимы, наслаждаются жизнью, сами создают себе настроение. Спасибо, что показали мне мои взрослые годы.
52❤51
хвосты
Меня сейчас здесь мало. До конца года решила выплатить энергетический долг самой себе. По моей теории, когда ты хочешь, но не делаешь, образуется чешуя. Слой за слоем, день за днём. И не замечаешь, как процессы замедляются до уровня рептилии, вырастает хвост длиною в список невыполненных дел, и ты пугливо уползаешь прятаться в камнях.
В общем, я решила через нехочу сесть и разобраться со своим списком неприятных дел и к новому году сбросить старую кожу.
Так как мышление у меня образное, придумала ещё одну теорию отложенных задач. Когда мы чего-то хотим, в пространстве возникает наш образ, у которого это уже есть. И если действиями с ним не слипнуться как можно скорее, он начинает ходить за тобой тенью, шуметь, будить по ночам, портить настроение. Нужно либо попрощаться с ним и сказать: сори, я тебя создала по глупости, передумала. Или наоборот начать идти к нему действиями.
Ещё у меня есть ритуал, может, кому-то пригодится. Я выбираю человека, с которым вижусь не часто, и загадываю на встречу с ним крупные перемены. Обожаю дурить свои нейроны. Сегодня как раз такая встреча.
Декабрь месяц особенный. В нём всегда случаются чудеса. Какие мысли?
Меня сейчас здесь мало. До конца года решила выплатить энергетический долг самой себе. По моей теории, когда ты хочешь, но не делаешь, образуется чешуя. Слой за слоем, день за днём. И не замечаешь, как процессы замедляются до уровня рептилии, вырастает хвост длиною в список невыполненных дел, и ты пугливо уползаешь прятаться в камнях.
В общем, я решила через нехочу сесть и разобраться со своим списком неприятных дел и к новому году сбросить старую кожу.
Так как мышление у меня образное, придумала ещё одну теорию отложенных задач. Когда мы чего-то хотим, в пространстве возникает наш образ, у которого это уже есть. И если действиями с ним не слипнуться как можно скорее, он начинает ходить за тобой тенью, шуметь, будить по ночам, портить настроение. Нужно либо попрощаться с ним и сказать: сори, я тебя создала по глупости, передумала. Или наоборот начать идти к нему действиями.
Ещё у меня есть ритуал, может, кому-то пригодится. Я выбираю человека, с которым вижусь не часто, и загадываю на встречу с ним крупные перемены. Обожаю дурить свои нейроны. Сегодня как раз такая встреча.
Декабрь месяц особенный. В нём всегда случаются чудеса. Какие мысли?
2❤39
Я — housewife, и это мой выбор
Первые годы жизни я пробегала во дворе и, пока пинала футбольный мяч, набиралась представлений об идеальной себе в будущем. Мне казалось, что я буду крутой, если научусь делать хет-трик и лучше лазить по деревьям. Мама открывала окно и кричала, чтобы я шла домой. Дома просила перестать играть в футбол и материться, как пацан. А я делала вывод: если мама запрещает такие важные вещи, значит, быть девочкой — скука смертная.
Большую часть сознательной жизни я продолжала бегать, но уже не во дворе, а от всего, что связано с моим представлением о женственности — быта и замужества. Брак — это потеря идентичности, жизнь на деньги мужчины вообще позор.
До 30 лет вместо деревьев я карабкалась по карьерной лестнице. А потом выгорела. Потом устала.
Мне было тоскливо в Москве, тянуло туда, где мама разводит миллиард цветов, которые я ненавидела поливать, пока она была в отъезде. Я освоила магазин «Садовый рай» и натаскала оттуда горшки в съёмную квартиру. В «Фамилии» покупала красивые тарелки и подсвечники. Мне не хватало уюта, до боли хотелось своего пространства. Но в нём одной было бы грустно, нужно, чтобы там кто-то шуршал. Так у меня появился кот, а потом собака. Я стала менее одинокой. Но чего-то по-прежнему не доставало. По вечерам я представляла место, наполненное смехом и теплом. А шумный офис днём и бары по вечерам приносили больше тревоги, чем удовлетворения.
Личная жизнь не клеилась: любой намёк на её появление сгорал в поле моих детских установок. Пришлось взять садовую лопату и искоренить всё, что мешало. Это был долгий путь, и я встретила своего человека. На первом свидании я смотрела на него и впервые хотела варить португальский суп, покупать винтажные ковры, делать кормушки для попугаев. От моего мужчины пахло домом, и мне захотелось в него переехать.
Первые годы жизни я пробегала во дворе и, пока пинала футбольный мяч, набиралась представлений об идеальной себе в будущем. Мне казалось, что я буду крутой, если научусь делать хет-трик и лучше лазить по деревьям. Мама открывала окно и кричала, чтобы я шла домой. Дома просила перестать играть в футбол и материться, как пацан. А я делала вывод: если мама запрещает такие важные вещи, значит, быть девочкой — скука смертная.
Большую часть сознательной жизни я продолжала бегать, но уже не во дворе, а от всего, что связано с моим представлением о женственности — быта и замужества. Брак — это потеря идентичности, жизнь на деньги мужчины вообще позор.
До 30 лет вместо деревьев я карабкалась по карьерной лестнице. А потом выгорела. Потом устала.
Мне было тоскливо в Москве, тянуло туда, где мама разводит миллиард цветов, которые я ненавидела поливать, пока она была в отъезде. Я освоила магазин «Садовый рай» и натаскала оттуда горшки в съёмную квартиру. В «Фамилии» покупала красивые тарелки и подсвечники. Мне не хватало уюта, до боли хотелось своего пространства. Но в нём одной было бы грустно, нужно, чтобы там кто-то шуршал. Так у меня появился кот, а потом собака. Я стала менее одинокой. Но чего-то по-прежнему не доставало. По вечерам я представляла место, наполненное смехом и теплом. А шумный офис днём и бары по вечерам приносили больше тревоги, чем удовлетворения.
Личная жизнь не клеилась: любой намёк на её появление сгорал в поле моих детских установок. Пришлось взять садовую лопату и искоренить всё, что мешало. Это был долгий путь, и я встретила своего человека. На первом свидании я смотрела на него и впервые хотела варить португальский суп, покупать винтажные ковры, делать кормушки для попугаев. От моего мужчины пахло домом, и мне захотелось в него переехать.
52❤28
морковки
В 2018 году я училась в аспирантуре и подавала надежды в мире науки. Устроилась работать помощником одного человека. Меня настолько пленил образ нового работодателя, что тогда я была готова жизнь за него положить. От других предложений я настойчиво отказывалась и выбирала безопасность в тени старого льва. Мне казалось, что однажды он наградит меня за верную службу особым шансом, большим продвижением.
Время шло, зарплата оставалась прежней, а задачи росли. Я стала злиться и спрашивать шефа, когда мне дадут повышение. Шеф отмахивался до тех пор, пока я не намекнула на увольнение. И вот однажды он вызвал меня в кабинет и назначил ответственной за большой проект. Про зарплату он отмахнулся и сказал:
«Ты сначала покажи результаты, а там посмотрим».
Он посоветовал найти молодых стажёров в помощь и пообещал нам золотые горы. Я поверила, ведь его имя имело вес. Через пару месяцев я вернулась к начальнику с вопросом о вознаграждении хотя бы стажёрам. На что мой шеф ответил:
«Ты пообещай им перспективу. Перед людьми её надо подвешивать, как морковку. Всему учить тебя надо».
Я с серьёзным видом кивала головой, будто мы на равных обсуждаем важный государственный вопрос. Закончилось всё логично — стажёры ушли, никто не хочет работать за идею.
Однажды я подошла к зеркалу и увидела, что сама с ног до головы обвешана этими морковками.
В 2018 году я училась в аспирантуре и подавала надежды в мире науки. Устроилась работать помощником одного человека. Меня настолько пленил образ нового работодателя, что тогда я была готова жизнь за него положить. От других предложений я настойчиво отказывалась и выбирала безопасность в тени старого льва. Мне казалось, что однажды он наградит меня за верную службу особым шансом, большим продвижением.
Время шло, зарплата оставалась прежней, а задачи росли. Я стала злиться и спрашивать шефа, когда мне дадут повышение. Шеф отмахивался до тех пор, пока я не намекнула на увольнение. И вот однажды он вызвал меня в кабинет и назначил ответственной за большой проект. Про зарплату он отмахнулся и сказал:
«Ты сначала покажи результаты, а там посмотрим».
Он посоветовал найти молодых стажёров в помощь и пообещал нам золотые горы. Я поверила, ведь его имя имело вес. Через пару месяцев я вернулась к начальнику с вопросом о вознаграждении хотя бы стажёрам. На что мой шеф ответил:
«Ты пообещай им перспективу. Перед людьми её надо подвешивать, как морковку. Всему учить тебя надо».
Я с серьёзным видом кивала головой, будто мы на равных обсуждаем важный государственный вопрос. Закончилось всё логично — стажёры ушли, никто не хочет работать за идею.
Однажды я подошла к зеркалу и увидела, что сама с ног до головы обвешана этими морковками.
2❤35
Переписала сюда запись из дневника «Утренние страницы» от 1 января 2026 г. Писала и чувствовала, как внутри развязываются узлы. Когда лежишь на кровати, кажется, что внизу чудовище. Стоит посветить фонариком — и оказывается, что там его нет.
P.S. Сейчас 80% страхов из этой заметки исчезли навсегда.
я боюсь
Я боюсь, что уже не постройнею. Боюсь, что лицо поплывёт вниз. Боюсь стать домохозяйкой. Боюсь, что не научусь водить. Боюсь, что не заберём животных. А что, если заберём и они будут ещё больше ограничивать.
Боюсь, что тупею от рилсов и словарный запас скудеет. Боюсь, что сильно упаду на скейте и что-то сломаю. Боюсь, что буду и дальше слушать музыку, которая не заряжает. Боюсь, что больше не буду писать, что тг-канал заглохнет. Боюсь, что у меня всегда будет 300 подписчиков в инсте.
Боюсь, что не рожу или что придётся упороться со всякими ЭКО. Боюсь, что никогда не заведу здесь друзей, а старых растеряю. Боюсь, что мне неинтересно читать, а искать новое лень. Что буду тупеть дальше. Боюсь, что забываю китайский. Боюсь, что тело покроется целлюлитом и, как плесень, захватит не только бёдра, но и всю площадь.
Боюсь, что муж разлюбит меня, а я останусь старой, целлюлитной, неинтересной овцой без сбережений и работы. Боюсь, что не зажгу в себе новые искры, а старые уже истлели. Боюсь зажраться и стать жертвой комфорта. Боюсь умереть, не успев раскрыть что-то важное в себе. Боюсь зажечься смыслом на исходе дня и жадно считать каждый день.
Боюсь, что моя вера в себя оказалась юношеским максимализмом, оторванным от реальности. Боюсь, что с мужем так классно и счастливо только первые годы, а потом мы опостылеем друг другу. Боюсь, что буду и дальше лежать и смотреть сериалы. Боюсь, что у меня энергии становится мало и кости хрустят.
Боюсь не успеть чего-то. Боюсь, что не реализую своё призвание. Боюсь, что придётся идти в найм, где буду престарелым бухгалтером. Боюсь работать на кого-то, боюсь не работать.
Боюсь превратиться в тётеньку. Боюсь быть слишком тяжёлой, сложной, замороченной. Боюсь не найти своих. Боюсь, что свои и не нужны. Боюсь, что родители станут старыми и мне придётся их мыть.
Боюсь, что чего-то жду и так и прожду. Боюсь, что больше не почувствую себя секси. Боюсь, что сопьюсь и скурюсь. Боюсь признать, что я сквиб, а не маг.
Боюсь, что я живой человек, у которого это первая жизнь. И что страхи — это самое естественное и лучшее. Это как предохранитель, ориентир, компас. И если научиться бояться правильно, всё будет ок.
А вы чего боитесь?
P.S. Сейчас 80% страхов из этой заметки исчезли навсегда.
я боюсь
Я боюсь, что уже не постройнею. Боюсь, что лицо поплывёт вниз. Боюсь стать домохозяйкой. Боюсь, что не научусь водить. Боюсь, что не заберём животных. А что, если заберём и они будут ещё больше ограничивать.
Боюсь, что тупею от рилсов и словарный запас скудеет. Боюсь, что сильно упаду на скейте и что-то сломаю. Боюсь, что буду и дальше слушать музыку, которая не заряжает. Боюсь, что больше не буду писать, что тг-канал заглохнет. Боюсь, что у меня всегда будет 300 подписчиков в инсте.
Боюсь, что не рожу или что придётся упороться со всякими ЭКО. Боюсь, что никогда не заведу здесь друзей, а старых растеряю. Боюсь, что мне неинтересно читать, а искать новое лень. Что буду тупеть дальше. Боюсь, что забываю китайский. Боюсь, что тело покроется целлюлитом и, как плесень, захватит не только бёдра, но и всю площадь.
Боюсь, что муж разлюбит меня, а я останусь старой, целлюлитной, неинтересной овцой без сбережений и работы. Боюсь, что не зажгу в себе новые искры, а старые уже истлели. Боюсь зажраться и стать жертвой комфорта. Боюсь умереть, не успев раскрыть что-то важное в себе. Боюсь зажечься смыслом на исходе дня и жадно считать каждый день.
Боюсь, что моя вера в себя оказалась юношеским максимализмом, оторванным от реальности. Боюсь, что с мужем так классно и счастливо только первые годы, а потом мы опостылеем друг другу. Боюсь, что буду и дальше лежать и смотреть сериалы. Боюсь, что у меня энергии становится мало и кости хрустят.
Боюсь не успеть чего-то. Боюсь, что не реализую своё призвание. Боюсь, что придётся идти в найм, где буду престарелым бухгалтером. Боюсь работать на кого-то, боюсь не работать.
Боюсь превратиться в тётеньку. Боюсь быть слишком тяжёлой, сложной, замороченной. Боюсь не найти своих. Боюсь, что свои и не нужны. Боюсь, что родители станут старыми и мне придётся их мыть.
Боюсь, что чего-то жду и так и прожду. Боюсь, что больше не почувствую себя секси. Боюсь, что сопьюсь и скурюсь. Боюсь признать, что я сквиб, а не маг.
Боюсь, что я живой человек, у которого это первая жизнь. И что страхи — это самое естественное и лучшее. Это как предохранитель, ориентир, компас. И если научиться бояться правильно, всё будет ок.
А вы чего боитесь?
2❤24
что я читала в последнее время
Моби Дик
Год начался с «Моби Дика». Долго ходила кругами вокруг кита американской классики. Читать про забивание пакистанских собачек не хотелось, но не могла проигнорировать частоту цитирования и отсылок в американском кино и литературе на работу Мелвилла. Например, каркас фильма «Кит» Даррена Аронофски строится на книге.
900 страниц энциклопедического описания кита вперемешку с теологическими рассуждениями о Боге. Ощущение, что мозги густеют и превращаются в спермацет. Я читала и думала: неужели это я такая недалёкая, что не могу понять, как такой скучнейший роман с ужасной структурой, слабым сюжетом стал величайшим произведением.
Грозовой перевал
Читала и смаковала каждую страницу. Вот это блестящая история про саморазрушение, домашнее насилие, одержимость, но никак не про любовь. Читала и ненавидела Хитклифа. Ходила под впечатлением целый месяц. Я рада, что прочитала его в осознанном возрасте, а не в школе.
Тошнота
Одолела страниц 100 и захлопнула. Сартр слишком реалистично описал состояние экзистенциального кризиса. Испугалась, что снова прикоснусь к этому состоянию. Больше всего впечатлило описание обычного камня. Герой смотрел на камень, и его тошнило от него. От всего вокруг тошнило. Великолепная книга, когда-нибудь обязательно вернусь к ней.
Завтрак у Тиффани
Периодически перечитываю повесть о Холли Голайтли. Я фанат фильма с Одри Хепберн. Повесть не оставляет сильного послевкусия, как тот же «Грозовой перевал», но мне просто нравится атмосфера. И, в отличие от фильма, в нём нет счастливого финала.
А что вас из прочитанного в последнее время действительно зацепило?
Моби Дик
Год начался с «Моби Дика». Долго ходила кругами вокруг кита американской классики. Читать про забивание пакистанских собачек не хотелось, но не могла проигнорировать частоту цитирования и отсылок в американском кино и литературе на работу Мелвилла. Например, каркас фильма «Кит» Даррена Аронофски строится на книге.
900 страниц энциклопедического описания кита вперемешку с теологическими рассуждениями о Боге. Ощущение, что мозги густеют и превращаются в спермацет. Я читала и думала: неужели это я такая недалёкая, что не могу понять, как такой скучнейший роман с ужасной структурой, слабым сюжетом стал величайшим произведением.
Грозовой перевал
Читала и смаковала каждую страницу. Вот это блестящая история про саморазрушение, домашнее насилие, одержимость, но никак не про любовь. Читала и ненавидела Хитклифа. Ходила под впечатлением целый месяц. Я рада, что прочитала его в осознанном возрасте, а не в школе.
Тошнота
Одолела страниц 100 и захлопнула. Сартр слишком реалистично описал состояние экзистенциального кризиса. Испугалась, что снова прикоснусь к этому состоянию. Больше всего впечатлило описание обычного камня. Герой смотрел на камень, и его тошнило от него. От всего вокруг тошнило. Великолепная книга, когда-нибудь обязательно вернусь к ней.
Завтрак у Тиффани
Периодически перечитываю повесть о Холли Голайтли. Я фанат фильма с Одри Хепберн. Повесть не оставляет сильного послевкусия, как тот же «Грозовой перевал», но мне просто нравится атмосфера. И, в отличие от фильма, в нём нет счастливого финала.
А что вас из прочитанного в последнее время действительно зацепило?
1❤22
танго
После рабочей встречи я шла по центру Москвы в очень подавленном настроении. Случайно забрела в бар в подвальном помещении. В нос ударил резкий запах кошачьей мочи. За стойкой сидел уставший мужчина, пил виски и что-то шептал сотрудникам на ухо. Они тут же бежали исполнять его приказы.
Бар был мрачный, душный, одни мужские компании. Рыжая кошка лежала на барной стойке и спала.
Я садилась за барную стойку и пила пиво. Мне казалось, что я живу очень кинематографично. Уставшая, с пиджаком на плечах, среди вони. Рядом со мной сидели взрослые мужики. Один молча протянул мне бокал чтобы чокнуться, а после вернулся к своим вонголе.
Через пару месяцев меня уже встречал весь бар:
«РАДЖАНА, ТВОЮ МАТЬ, ТЫ ГДЕ БЫЛА?!»
После закрытия оставалась играть в покер с барменами и пила виски.
Закончилось все пьяной стычкой, я напилась до состояния и кричала «ДА ВЫ ВСЕ НЕ СЛУЖИЛИ В СИРИИ, А Я СЛУЖИЛА!». И тогда я поняла, что все, это дно.
Внутренний конфликт достиг эпогея. Я устала от деструктивного отдыха, культивирования стресса, романтизации откровенно ужасного образа жизни. Я захотела завести собаку, наклеить смешные этикетки на банки с крупами, вместе с любимым ходить по продуктовым. Захотела вместе выбирать матрас, спорить по утрам кто пойдет с собакой, а потом идти гулять вместе.
И тогда я начала перестраивать жизнь.
После рабочей встречи я шла по центру Москвы в очень подавленном настроении. Случайно забрела в бар в подвальном помещении. В нос ударил резкий запах кошачьей мочи. За стойкой сидел уставший мужчина, пил виски и что-то шептал сотрудникам на ухо. Они тут же бежали исполнять его приказы.
Бар был мрачный, душный, одни мужские компании. Рыжая кошка лежала на барной стойке и спала.
Я садилась за барную стойку и пила пиво. Мне казалось, что я живу очень кинематографично. Уставшая, с пиджаком на плечах, среди вони. Рядом со мной сидели взрослые мужики. Один молча протянул мне бокал чтобы чокнуться, а после вернулся к своим вонголе.
Через пару месяцев меня уже встречал весь бар:
«РАДЖАНА, ТВОЮ МАТЬ, ТЫ ГДЕ БЫЛА?!»
После закрытия оставалась играть в покер с барменами и пила виски.
Закончилось все пьяной стычкой, я напилась до состояния и кричала «ДА ВЫ ВСЕ НЕ СЛУЖИЛИ В СИРИИ, А Я СЛУЖИЛА!». И тогда я поняла, что все, это дно.
Внутренний конфликт достиг эпогея. Я устала от деструктивного отдыха, культивирования стресса, романтизации откровенно ужасного образа жизни. Я захотела завести собаку, наклеить смешные этикетки на банки с крупами, вместе с любимым ходить по продуктовым. Захотела вместе выбирать матрас, спорить по утрам кто пойдет с собакой, а потом идти гулять вместе.
И тогда я начала перестраивать жизнь.
1❤30
азбука вкуса
У нее были огромные зубы, нос, глаза, грязные волосы, и она страшно шепелявила.
Она много материлась и явно наслаждалась разговором.
«Ну и где ты раньше был, Вася? А всё? Поздно. Твое место занято».
Я была в Азбуке Вкуса. По магазину расхаживала молодая девушка в униформе техника и громко разговаривала по телефону.
«Вася, да иди ты нахуй! Нужен ты мне будто. Захотел он вернуться. А я будто сижу, жду тебя».
Покупатели ошарашенно поглядывали на девушку, которая вовсе их не замечала, а продолжала отчитывать мужчину по телефону. Она ходила между рядов туда-сюда в комбинезоне и огромной зимней куртке с логотипом Мосметро.
Мне стало интересно за ней наблюдать, и я делала вид, что меня дико интересует состав маринованных огурцов.
«Ага, побежала я к тебе трахаться! Твое место уже давно занято, дорогой», — кричала девушка.
В магазин заглянул мужчина в такой же униформе и выжидающе посмотрел на нее. Она жестом показала подождать, и он вернулся на улицу. Девушке важно было закончить разговор с бывшим.
«Всё, Вася, соси хуй. У меня поезд уже».
Но девушку снова увлек разговор. Она коварно улыбалась.
На кассе она взяла литровую бутылку самой дешевой водки и пару пачек «Петра I».
Я с досадой провожала ее взглядом. Мне было интересно, кто ей звонил, почему они расстались, что за новый мужчина ждал ее у входа, куда они ехали. И я радовалась ее торжеству над бывшим. Шла домой и улыбалась.
Иногда человеку достаточно открыть рот на две минуты, чтобы за ним обнаружилась целая вселенная.
У нее были огромные зубы, нос, глаза, грязные волосы, и она страшно шепелявила.
Она много материлась и явно наслаждалась разговором.
«Ну и где ты раньше был, Вася? А всё? Поздно. Твое место занято».
Я была в Азбуке Вкуса. По магазину расхаживала молодая девушка в униформе техника и громко разговаривала по телефону.
«Вася, да иди ты нахуй! Нужен ты мне будто. Захотел он вернуться. А я будто сижу, жду тебя».
Покупатели ошарашенно поглядывали на девушку, которая вовсе их не замечала, а продолжала отчитывать мужчину по телефону. Она ходила между рядов туда-сюда в комбинезоне и огромной зимней куртке с логотипом Мосметро.
Мне стало интересно за ней наблюдать, и я делала вид, что меня дико интересует состав маринованных огурцов.
«Ага, побежала я к тебе трахаться! Твое место уже давно занято, дорогой», — кричала девушка.
В магазин заглянул мужчина в такой же униформе и выжидающе посмотрел на нее. Она жестом показала подождать, и он вернулся на улицу. Девушке важно было закончить разговор с бывшим.
«Всё, Вася, соси хуй. У меня поезд уже».
Но девушку снова увлек разговор. Она коварно улыбалась.
На кассе она взяла литровую бутылку самой дешевой водки и пару пачек «Петра I».
Я с досадой провожала ее взглядом. Мне было интересно, кто ей звонил, почему они расстались, что за новый мужчина ждал ее у входа, куда они ехали. И я радовалась ее торжеству над бывшим. Шла домой и улыбалась.
Иногда человеку достаточно открыть рот на две минуты, чтобы за ним обнаружилась целая вселенная.
1❤18
пещера номер 7
Вечером мы сидели с мужем на балконе. Я ела яблоко, а он смотрел в телефон.
– Ты заметил, что вечером лучше себя чувствуешь? Наверное, кислород появляется.
– Да, заметил, — ответил муж и внимательно посмотрел на меня.
– Как думаешь, птицы сейчас наслаждаются прохладой?
– Думаю, да.
Муж держал телефон перед собой и серьёзно смотрел на меня. Я не обращала внимания на его взгляд, ела яблоко и продолжала вслух озвучивать мысли.
– Это очень вкусное яблоко. Попробуй его, – сунула я мужу огрызок.
– Не хочу, — отмахнулся он и снова посмотрел в телефон.
Я продолжала обгладывать плод и глядела на звёзды. Муж выжидающе смотрел на меня, затем снова на экран телефона. Он поймал мой взгляд и испуганно спрятал его под стол.
– Да что ты там делаешь? Ну-ка дай, – спросила я и протянула руку.
Он убрал его себе на колени. Я вернулась к яблоку.
– Прикинь, в древние времена сидел мужик в пещере номер 7, пережёвывал яблоки и сплёвывал в банки. А потом продавал как яблочный сок. И мама-неандерталец говорила ребёнку: «Возьми листики, сходи за соком».
Муж вздохнул и положил телефон на стол.
– Что это? Таймер? Что ты там считаешь? – удивилась я.
– Семь секунд.
– Что семь секунд?
– Это максимум, сколько ты молчишь.
Вечером мы сидели с мужем на балконе. Я ела яблоко, а он смотрел в телефон.
– Ты заметил, что вечером лучше себя чувствуешь? Наверное, кислород появляется.
– Да, заметил, — ответил муж и внимательно посмотрел на меня.
– Как думаешь, птицы сейчас наслаждаются прохладой?
– Думаю, да.
Муж держал телефон перед собой и серьёзно смотрел на меня. Я не обращала внимания на его взгляд, ела яблоко и продолжала вслух озвучивать мысли.
– Это очень вкусное яблоко. Попробуй его, – сунула я мужу огрызок.
– Не хочу, — отмахнулся он и снова посмотрел в телефон.
Я продолжала обгладывать плод и глядела на звёзды. Муж выжидающе смотрел на меня, затем снова на экран телефона. Он поймал мой взгляд и испуганно спрятал его под стол.
– Да что ты там делаешь? Ну-ка дай, – спросила я и протянула руку.
Он убрал его себе на колени. Я вернулась к яблоку.
– Прикинь, в древние времена сидел мужик в пещере номер 7, пережёвывал яблоки и сплёвывал в банки. А потом продавал как яблочный сок. И мама-неандерталец говорила ребёнку: «Возьми листики, сходи за соком».
Муж вздохнул и положил телефон на стол.
– Что это? Таймер? Что ты там считаешь? – удивилась я.
– Семь секунд.
– Что семь секунд?
– Это максимум, сколько ты молчишь.
2❤22