ДОБРОЕ УТРО

Утром я ехала в метро на работу и снова думала о том, как раздражает необходимость сообщать начальнику время своего прихода. Поскорее бы закончился испытательный срок. Я очень пунктуальный человек, но микроконтроль бесит. Я стояла, облокотившись на дверь, и мысленно прокручивала оправдания на случай, если опоздаю на открытие конференции. Да даже если опоздаю, ничего страшного не случится! Вдруг парень сел передо мной на корточки и быстрым движением смахнул пот со лба. Я сразу поняла, что происходит. Остальные пассажиры неодобрительно косились на него.

Он распахнул куртку и снова протёр лоб. Да, точно, все признаки на лицо. Я наклонилась к нему и спросила, нужна ли ему помощь. Парень посмотрел на меня отстранённым взглядом и сказал:

— Всё в порядке, давление.

Голос у него был спокойный, но я уже много раз теряла сознание в общественных местах и знала: в такие моменты не хочется, чтобы на тебя смотрели. Я положила руку ему на плечо:

— Давайте выйдем на следующей станции. Вам нужно сесть и опустить голову вниз.

— Да-да, я знаю.

Он неуклюже встал и посмотрел в пустоту. Понятно, значит, уже ничего не видит. Поезд замедлился, и я посмотрела на часы. 8:50. Мне срочно надо бежать в офис. Я и так рискую опоздать. Но как я могу его здесь оставить? Да кто поверит мне потом, что я опоздала, потому что помогала человеку? С этими мыслями двери открылись, люди высыпали на станцию.

— Мне выходить с вами? — спросила я.

Он выпрямил спину и изо всех сил держался. Его лицо побледнело, но он поправил рубашку.

— Не надо, это и так моя станция, — тихо ответил он и понимающе кивнул.

Я смотрела на него и топталась на месте, готовая сорваться следом, но двери начали закрываться. Он обернулся и посмотрел на меня долгим взглядом. Затем слегка улыбнулся, кивнул, и беззвучно произнес «спасибо».

Я шла на работу и винила себя за то, что не вышла из вагона. На работе никто не заметил моего опоздания. А я снова не успела остаться человеком.

ТЕПЛЫЙ ВОЗРАСТ

Мы с друзьями гуляли в парке возле университета. Под утро возвращались в общежитие, которое закрывалось на ночь. Нужно было залезть на козырёк, а затем пролезть на второй этаж общей кухни. Убиться с такой высоты было нельзя, а вот вылететь из китайского университета — да. Потом закрывались у кого-то в комнате и пили пиво «Харбин». При этом я много училась и, несмотря на двухчасовой сон, надевала балетки от Mango и шла на пары. В них же я гуляла пол-ночи по всему Гуанчжоу, а когда снимала, на асфальт выливалась лужа крови. Но мне было пофиг, потому что выглядели они стильно.

А когда училась на Желтом море, сбежала ночью с одним психопатом на пляж. Залезла в море в белом платье, а потом мы на автобусе возвращались обратно в общежитие. Сейчас даже не представляю, что должно произойти, чтобы я: а) испортила платье морской солью, б) ехала мокрая в автобусе, в) общалась с психопатом.

С тех пор сменилось много сезонов. И этой осенью я поняла, что наконец стала взрослым человеком. Я стала тепло одеваться и не понимаю, как могла ходить в тонком пальто ещё прошлой зимой. Сейчас на мне шерстяные вещи, и я подумываю купить термобельё, перчатки и плотные колготки.

Я продолжаю придерживаться режима и ложиться спать в положенное время. Сплю в позе Дракулы, потому что Дита фон Тиз сказала, что иначе лицо сползёт вниз.

На выходных отсыпаюсь и пересматриваю любимые фильмы. Обожаю «Гордость и предубеждение» Джо Райта. Элизабет говорила, что умрёт старой девой, потому что только глубокое чувство толкнёт её к алтарю.

А я отказываюсь от всех предложений пойти на свидание. Это же надо накраситься, приодеться, выйти из дома… Да ну нафиг. Даже глубокое чувство не заставит меня натянуть термобельё и выйти на улицу в выходной день.

Я верю, что время нелинейно, и что Раджана до сих пор где-то морозит поясницу, ходит в неудобной обуви и пьёт «Харбин». Ну и молодец. Удачи ей. А я сегодня приготовлю утку и лягу спать в девять вечера.

КАК Я ЧУТЬ НЕ УВЕЛА ЗЯТЯ У БОМЖЕЙ
 
Возле моего дома гуляют две бродячие собаки. Одна из них в последнее время приходит на полянку, где мы с Ючи играем по утрам. Большая, чёрная, сидит с грустными глазами. На её фоне мой пёс кажется неуместно толстым и залюбленным мальчиком. А бездомная собака пронзительно вглядывается в лицо каждого прохожего, тыкается носом в ладони, будто ищет в них своего человека. 
 
Днём я решила, что заберу собаку себе. И плевать, что это дополнительный источник проблем, расходов, ответственности. Полдня придумывала имя и после работы побежала домой, чтобы поскорее её найти. У подъезда встретила соседа. 

— Дим, привет. Ты видел возле нашего дома чёрную собаку? 

— А, да. Это собаки бомжей. Одну Булка зовут, у которой грудь рыжая. 

— А с ними всё нормально? 

— Да, у бомжей всё схвачено, псины на свободном выгуле, накормлены. У Рады только когда течка — зять достаёт. 

— Чей зять? 

— Ну вторую собаку зовут Зять. И он до Рады моей докапывается. 

— Понятно, я уже хотела Зятя себе забрать. 

— Не, не стоит. У них всё хорошо, не переживай. 

— Ладно, спасибо, Дима. Как говорится, зятя не выбирают. 

— Тебя кстати точно Рада зовут? 

— Да, как твою собаку.

21 ноября

В моей квартире было много людей. Я никого не знала. И не сразу поняла, что это мёртвые. Трое мужчин смотрели на меня испуганно.

– Почему вы так на меня смотрите?
– Мы боимся тебя, — ответил один из них.
– Почему? Вы же у меня дома.
– Потому что ты — это смерть.

Я проснулась и не поняла смысла странного сна. Загрузила его в GPT-чат и попросила дать трактовку. GPT написал, что, скорее всего, скоро завершится период в моей жизни. Мой внутренний мир знает об этом, но сопротивляется. Я не поняла и забила.

А сегодня утром планета стала легче на одну душу.

Период абсолютной безопасности, когда все, кого ты любишь, живы и здоровы, заканчивается.

Ровно 4 месяца назад я сделала запись в дневнике

13 октября 2024 г.
Настроение — предвлюблённое. Это когда чувствуешь, как событие несётся к тебе через пространство. Событие, с которым придёт мой человек.

три желания

Я пропала с канала и не заходила туда со дня смерти дяди Сени. Перечитала последний пост — и удивилась. Всё-таки шаманская кровь во мне сильна. В ноябре меня не отпускало тревожное предчувствие. Я знала, что дядя умрёт. Во сне меня предупредили о грядущих переменах.

Я попросила маму прилететь в Москву, чтобы она присматривала за животными, пока я буду в командировке. Утром, выйдя на кухню, увидела маму за плитой. Она, как обычно, готовила мне завтрак — тонкие, кружевные, хрустящие блинчики. Молча разливала тесто на сковороду.
— Дядя Сеня умер ночью, — сказала она.
— Понятно. Я выгуляю собаку.

В нашей семье не было принято открыто выражать чувства. Мы позавтракали молча, и я ушла на работу. Всю неделю перед отъездом меня накрывали волны горя, выталкивая воспоминания из детства. Но я запрещала себе плакать. Боялась, что если начну, мама тоже не выдержит. Она же родитель — должна быть сильной. Я тоже должна. Поплачу как-нибудь потом. Сейчас некогда — командировка.

Первое желание — велосипед

В день вылета меня накрыло. В такси вспоминала, как дядя Сеня подарил мне первый велосипед — «Школьник», о котором я мечтала до одури. Мы с подругами гоняли по району, не слезая с него. Я натирала велосипед до блеска, а друзья смеялись: «Ты там дырку уже не протёрла?» Именно тогда я научилась отпускать руль, раскидывать руки в стороны, как в «Титанике», и чувствовать свободу на бешеной скорости. Это было первое желание, которое исполнил дядя.

Второе желание — кольцо

Возле нашего дома стоял серый, невзрачный универмаг «Юбилейный» — тогда он казался мне целым миром. На втором этаже, рядом с лестницей, был бутик украшений. Каждый день я забегала туда, чтобы полюбоваться кольцом с мутно-голубым камнем. Я хотела его до слёз, но оно стоило тысячу рублей — слишком дорого по меркам нулевых. Когда дядя Сеня приехал в гости, он просто дал мне тысячу. И я побежала за кольцом.

Третье желание — просьба к дяде

В самолёте я чувствовала опустошение. Свитер промок от слёз. Сдерживать эмоции было невозможно — они только усиливались. Почему так? Дома, наедине с болью, ты сидишь в темноте и смотришь в пустоту, а в шумных людных местах слёзы текут рекой. Наверное когда энергетически делишь ее с незнакомцами, становится легче

Я разговаривала с дядей у себя в голове. Просила прощения за то, что так и не позвонила ему ни разу. Последнее, что я ему сказала мысленно, было:

«Дядя Сеня, если ты ещё не ушёл далеко, помоги мне найти моего человека. Одна я не справлюсь. Если встречу его, подай знак, чтобы я поняла, что это он».

Самолёт взлетел. Через десять часов я уже была в Шэньчжэне.
И чувствовала — что-то изменилось.

Что за вредная привычка, быть самой собой.

История о том, как привычка убегать привела туда, где я должна была быть.

Лайки за честность на грани уязвимости💥

Готовы к продолжению истории?

кантонская забегаловка

Я не была в Гуанчжоу целых пять лет. Утром мы сидели на террасе китайской забегаловки. Южная кухня — не моя история: жижа из травы. На вид будто кого-то вырвало в тарелку с рисом.

Я смотрела на него. На чувака с бизнес-программы, который вдруг стал живым человеком. В голове кто-то щёлкнул пультом.

…утренний автобус — его силуэт на заднем ряду.
…конференция — он сидит рядом, вертит ручку, рисует в блокноте.
…список — его фамилия, из-за которой мы с коллегой переругались.
…гостиница — соседний номер, знакомый голос в коридоре.

Я моргнула. Глоток воздуха.
Он был рядом все это время.

Я тряхнула головой. Всё ещё он, напротив, в чёрной футболке, со скептическим прищуром. Я помню тот понедельник…

Понедельник

Белый костюм, потухший взгляд. Я выглядела как деловая невеста, которой отменили свадьбу. Сидела за столом, вцепившись глазами в пустоту, пока он не появился.

Он стоял напротив, разговаривал с тем самым коллегой, с которым я накануне сцепилась из-за моей ошибки в его фамилии. Я наблюдала, как он медленно засунул руку в карман, достал красную пачку китайских сигарет и встряхнул её, будто не хотел, а всё же достал.

Я встала. Каблуки гулко отбили по плитке.
Он поднял глаза.

– Угостишь сигаретой?
– Конечно.
– Пойдём на крышу. Здесь есть секретное место.

Коллега за его спиной скривился, явно не в восторге, что я увожу собеседника.

С крыши открывался вид на водохранилище. Вода горела розовым пламенем — закат будто спаливал город с краёв. Я рассказывала что-то про Африку, разглядывая браслеты на его запястье. В его стиле было что-то близкое. Простое. Понятное.

Мне нравился его голос — слегка задумчивый, будто он не был до конца уверен, что стоит тратить его на меня. Я хотела остаться на этой крыше, а не возвращаться в зал, где пахло кофе из термосов.

Но он смотрел сквозь меня. Всю неделю потом избегал, отводил взгляд. Ну и ладно. Не так уж он мне и понравился.

Пятница

Последний день конференции. Китайская столовая в псевдоевропейском стиле: белые скатерти, цветочки в вазочках, макароны с креветками. Бокалы с вином в ледяных ведёрках.

Я заметила его в углу. Один, с бокалом в руке.

Подошла.
– Один здесь отдыхаешь?
Он усмехнулся, не отводя глаз.
– Вижу, теперь уже нет.

Вино в его бокале покачнулось, как жидкий рубин.

– А правда, что в лакированной обуви нельзя ходить на деловые встречи?
Он медленно поднял бровь.
– Кто тебе это сказал?
– Ну, есть такое правило.
– Бред. Я всегда так хожу.

Я кивнула, сделала вид, что заинтересована. На самом деле просто хотела, чтобы он ещё что-нибудь сказал.

– Женат? – спросила с неприличным прямолинейным интересом.
– Нет.
– Девушка есть?
– Нет.
– Ты в курсе, что мы с тобой одни остаёмся в Китае? Я видела, ты тоже продлил номер.
– Да. Командировка. Мне так удобнее.

Он ответил жёстко, почти как отстрелялся.
Я пожала плечами, развернулась и ушла.

Утро

Я долго смотрела на экран телефона. Написать? Не написать?
После его вчерашнего тона казалось, что не стоит. Но это же просто про завтрак, ничего личного.

«Идёшь завтракать?»

Отправила и сразу пожалела.
Но он ответил почти сразу.
«Да. В столовой через 10 минут.»

Я вошла, а он уже сидел за столиком, постукивая китайскими палочками о край тарелки и внимательно наблюдая, как я иду к нему навстречу.

– Какие планы на сегодня?
– Поеду в Гуанчжоу. Мой любимый город, давно там не была.
– Можно я с тобой?

Я приподняла брови.
Он, не дожидаясь ответа, потянулся к моей банке колы, взял её и сделал глоток.
Как сказала бы Маша из «Реальных пацанов», это было так по-свойски.