Одержимое соперничество

Привет! С вами снова Милослав Чемоданов с новостями квир-кино. Среди американских геев-киноманов — настоящий бум по микробюджетному австралийскому хоррору, который только-только вышел в американский прокат. Он называется «Левит» (Leviticus).

«Двое подростков пытаются спастись от жестокой сущности, принимающей облик того, кого они больше всего желают — друг друга».

Полгода назад он всех поразил на кинофестивале в «Санденсе», а пару месяцев назад стал фильмом открытия Нью-Йоркского фестиваля «Дебютного кино». На показ было невозможно достать билеты, но гей-иммигрант из России и не такие препятствия преодолевал.

Страшный, атмосферный, романтичный и очень неглупый «Левит» уже нашел немало фанатов среди критиков: при 108 рецензиях его оценка держится на высоченных 93% Rotten Tomatoes.

Рассказываем про ваш будущий любимый квир-хоррор.

Живите свою лучшую жизнь и идите к мечте

как актер Коннор Сторри, который в прошлом году танцевал под Мадонну на заднем дворе, а теперь хихикает с ней, сидя на первом ряду показа Сен Лоран SS27.

Рядышком еще Кейт Мосс и Чарли ХСХ красивые плавятся от жары.

В официальный российский прокат выходит документальный фильм про Марка Джейкобса — одного из самых известных открытых геев в мире моды. Без цензуры и «нарезок» (что? да!). Мы его посмотрели и рассказываем, как такое возможно.

Сегодня, 25 июня, в российских кинотеатрах выходит «Марк глазами Софии» — документалка Софии Копполы о дизайнере Марке Джейкобсе.

В прошлом году картина участвовала во внеконкурсной программе Queer Lion («Квир-лев») — специальной премии Венецианского кинофестиваля для фильмов на ЛГБТ-тематику. Теперь он в российских кинотеатрах. И из него ничего не вырезали.

Но есть нюанс: вырезать изначально было особо нечего. Несмотря на то, что у Марка есть муж. В программу квир-льва фильм попал исключительно из-за сексуальной идентичности главного героя. Джейкобс пару раз расхаживает по экрану на каблуках (это его обычный стиль), но в основном рассказывает о своей работе — жестикулируя перед камерой с идеальным «металлическим» маникюром.

На ранних этапах карьеры пресса и коллеги нередко называли его enfant terrible («несносный ребенок»). В объективе Копполы он совсем другой — сдержанный, мягкий, почти домашний. То ли сказывается возраст, дизайнер недавно отметил 63 года, то ли камера подруги делает свое дело: Джейкобс явно расслаблен.

Для справки: София — оскароносная режиссерка и сценаристка, Марк — известный модельер, который с 1997 по 2013 руководил модным домом Louis Vuitton, а сейчас занимается брендами под своим именем. И они лучшие друзья.

Как и большинство документальных фильмов о дизайнерах, картина строится вокруг создания коллекции — весенней ready-to-wear Джейкобса 2024 года. И здесь кроется главная проблема. Подготовка к показу должна держать в напряжении, но всё идет слишком гладко. Ни конфликта, ни сомнений, ни срывов. Джейкобс признается, что волнуется перед каждым показом — даже после ста с лишним, — однако на экране это никак не чувствуется.

Фильм раскачивается медленно (это ведь Коппола), зато оживает, когда действие переносится в начало 1990-х — время знакомства Марка и Софии в Нью-Йорке. Тогда Джейкобс создал гранжевую коллекцию, вдохновленную уличной модой, и моментально стал персоной нон грата в индустрии: высокая мода сторонилась улицы. Расхожая версия гласит, что именно эта коллекция стоила ему места в некогда популярном модном доме Perry Ellis. Коппола спрашивает напрямую, Джейкобс отрицает, но смеется и говорит, что эта легенда ему нравится.

Поначалу Коппола остается за кадром, и это ошибка. Их отношения — главный нерв фильма. К счастью, позже она всё-таки появляется в кадре, и сразу становится понятно, что держит эту историю вместе: взаимная симпатия и общая любовь к кино. Джейкобс вдохновлен «Горькими слезами Петры фон Кант» Фассбиндера, номером «Большой транжира» из «Милой Чарити», образом миссис Робинсон из «Выпускника», работами Боба Фосса. Коппола органично вплетает в ткань фильма эти упоминания, а также архивные кадры с Элизабет Тейлор и Монтгомери Клифтом и Барбару Стрейзанд в «Привет, Долли!». И эти вставки, пожалуй, самое квирное, что есть в фильме, если не считать самого Джейкобса.

В одном из эпизодов Джейкобс говорит: «Ничто не пугает людей так, как естественность, потому что с ней невозможно спорить». Трудно представить более точную формулировку того, что происходит с правами ЛГБТ в России. И вдвойне иронично, что произносит её один из самых известных геев в мире моды — в фильме, который по всем формальным основаниям должен был оказаться под запретом. Но он вышел. И уже только поэтому его стоит увидеть.