Пока мы готовили этот выпуск, стало известно, что Eli Lilly — а это инсулин и антидепрессанты — тоже уходят из России. Что это значит, пока не очень понятно, потому что на прошлой неделе то же самое объявила американская фармкомпания BMS, но ее в России будет представлять ее швейцарский партнер. Короче, в новом выпуске мы разбираемся, что в России происходит с лекарствами.
В начале марта в аптеках по всей России пропали многие препараты. Сейчас большинство, хоть и не все, появились обратно, но заметно дороже. Чиновники докладывают, что лекарств хватит на годы, поставки налажены и вообще импортозамещение. На прошлой неделе я спросил у друзей в инстаграме, кому чего не хватает из лекарств, и получил полсотни сообщений.
Что означает ограничение деятельности в России Pfizer, J&J, Takeda и других фарм компаний? Почему лекарства исчезли, появились, и что будет дальше? Поговорил про это с пациентами, врачами, активистами, а также с Катей Шерговой, директором фонда «Подари жизнь» и с Дмитрием Кряжевым, издателем индустриального фарм журнала Vademecum. Вывод Димы вошел в (не)веселый заголовок программы. Смотрите, это полезно знать: https://youtu.be/hUDgiAZ8ZtU

А вот мой последний разговор с православным попом. Это была каторга, два с половиной часа он рассказывал мне про удивительный мир, в котором уже победила толерантность, гомофобы это маргиналы и у простого русского мужика отнято право "не быть геем". Про мир, в котором "все мы больны", но некоторые из нас, очевидно, больнее.
Когда я первый раз говорил со священником Александром Борисовым на "Холоде", мне казалось, что важно искать диалога с православными верующими. Когда я брал интервью у Уминского и других представителей православной конфессии, я искренне надеялся на взаимное уважение. Но вот этот разговор с Мажуко, я точно знаю, был последним в моей жизни. Не только потому что никто из них не готов на самом деле уважать людей, но и потому что я, как ни старался, потерял остатки уважения к ним. Их высокомерие, презрение под личиной сострадания, попытки изнасиловать душу каждого человека под видом исправления – все это у меня вызывает брезгливость и ярость. Ни счастье, ни даже простое спокойствие невозможны, пока у религии, и особенно у православной церкви есть какое-то влияние. Сколько пользы от православной церкви как института для самих верующих мы особенно хорошо видим теперь, во время войны.
Никогда я больше не буду говорить с этими людьми, говорить с ними не о чем и незачем. Религии во всем мире стремительно теряют авторитет и чем они более костные и консервативные, тем глубже могила, которую они сами себе роют. Если я доживу до старости, я точно знаю, что падение православия в ту самую могилу, которую оно себе роет, произойдет на моих глазах. Это вырождение и вымирание православия я буду наблюдать с коктейлем в руке, под торжественную музыку. https://youtu.be/RGINXW2FPF8

Утром 9 мая, когда все гос сми следили за парадом на Красной Площади, лента.ру, как вы помните, превратилась на несколько минут в самое отвязное оппозиционное издание:
"Россия полностью уничтожила Мариуполь", "Рекордные расходы на армию не помогли России победить Украину", "Российская стабильность оказалась хуже европейской нищеты" и еще более 40 подобных заголовков заполнили главную страницу Ленты.
В кэше их можно найти и сейчас.
Все тексты написали и опубликовали завотделом экономики Егор Поляков и сотрудница его отдела Александра Мирошникова.

Егор и Александра не одиноки – с начала марта десятки, если не сотни журналистов ушли с государственных каналов и из государственных печатных сми. С НТВ ушли Лилия Гильдеева и Вадим Глускер, с Первого – Жанна Агалакова и Марина Овсянникова, с России - 1 ведущий программы 100 к 1 Александр Гуревич, с Матч ТВ ушли Александр Шмурнов и Сергей Кривохарченко.
Как правило, журналисты уходят без лишнего шума и пыли, но Егор и Александра вышли, эффектно хлопнув дверью.
Я поговорил с ними уже после того как шум от их перфоманса улегся. О том, как устроена цензура в российских медиа, откуда спускаются запреты и руководства, но больше всего меня интересовало, как происходит этот поворот: ты годами следуешь правилам и занимаешься самоцензурой, но наступает момент, когда ты больше не можешь. Что ты чувствуешь в этот момент? И что тебя ждет после этого? https://youtu.be/ddMhQxtVDe4

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА
Эта тема меня занимает больше всего. "Донос" – страшное слово с множеством ассоциаций. при этом у него нет точного определения. Где пролегает граница между гражданской ответственностью и подлостью? Чем отличаются доносы сегодня и во времена большого террора или, скажем, от писем, которые анонимно клали в пасть каменного льва в Венеции? Про это мы поговорили с историком советской культуры, моим дорогим другом Ильей Венявкиным. Сильное впечатление производят доносы учеников на учителей, которые особенно поощряет государство в университетах и школах от Бурятии до Крыма. Есть в этом выпуске и трагикомический герой шекспировского масштаба: человек из Чебоксар, который настолько испугался своего антивоенного плаката, что донес сам на себя. В полном ужасе от самого себя он пребывает до сих пор, уже после суда, судя по нашему разговору. Но мой любимый герой здесь – это Ян, дальнобойщик из небольшого города в Красноярском крае. Я, говорит, до 2015 года вообще не интересовался политикой, но когда запустили "Платон" начал разбираться, и за эти семь лет власть сделала из меня ярого оппозиционера. И нас таких огромное количество. С первых дней Ян публиковал новости из Украины и сразу на него стали писать доносы. Первый суд закончился почти уникальным решением: дело закрыли за отсутствием состава преступления. Как развивается второе дело, вы узнаете из видео. Как и то, почему люди доносят друг на друга и что может быть еще страшнее повального доносительства. https://m.youtube.com/watch?v=ocxA3wSiFtw&feature=youtu.be

По-хорошему завидую Мише Зыгарю, который взял интервью у моего любимого актера Джона Малковича. Это поразительно, как кумиры моего детства становятся ближе и говорят буквально про нашу жизнь – про войну, про изгнание и про кино будущего. Классное интервью, посмотрите https://youtu.be/65pnlOU1agg

Итак, Владивосток! Говорят, зимой тут такие морозы, что лопаются провода и мосты закрывают, потому что они покрываются ледяной коркой, но мы его запомнили жарким, ярким, абсолютно свободным и во всех смыслах далеким от Москвы. Всерьез обсуждали, что хорошо бы приезжать сюда и жить хотя бы пару месяцев в году.
Это первая серия нового сезона Квирографии, будем считать его нашим подарком на месяц прайда всем, кого это касается (то есть, абсолютно всем) https://youtu.be/gEMOHBoznl8
Смотрим, не стесняемся делиться в соцсетях!

Если захотите поделиться ссылкой в постах или сториз, вот у нас и контент имеется

В Мурманске много портов, но нет набережных и пляжей. Из таких примет складывается ощущение что город не учитывает людей. Наш фильм начинается с подводной лодки "Курск", потому что, как говорит Рита, нет в Мурманске семьи, которой не коснулась эта трагедия. Сереже спасательная операция, в которой он участвовал, открыла глаза на устройство государства, телевидения, армии и на цену человеческой жизни. Я не очень люблю Звягинцева и его диагнозы, но я понимаю, почему Левиафана снимали здесь. Виолетта Грудина начала наше знакомство с фразы "я не буду комментировать личную жизнь", после чего мы четыре дня проговорили с ней про любовь и ненависть. Она возглавляла штаб Навального – мировые сми писали про Виолетту в прошлом году, во время голодовки и принудительного лечения.
Но самая страшная драма в этом фильме скрывается, как часто бывает, за самым легкомысленным фасадом.
Мы снимали в Оленегорске, Териберке, Мурманске и окрестнойстях – в идеальных декорациях для того чтобы показать хрупкость и стойкость, нежность и ярость квир-человека в России. https://youtu.be/Q5N8ElW8WfI

К вопросу о том, почему стигматизация убивает: Участница группы Pussy Riot Ника Никульшина опубликовала пост, в котором рассказала, что ее отец был геем и умер от СПИДа, добровольно отказавшись от терапии. Дорогая моему сердцу Анна Монгайт взяла интервью у Ники — об отце, стигматизации гомосексуальности в России и новом законе о гней-пропаганде». https://youtu.be/QKWd_65Ijkk

В России, по данным ООН, находится 1,24 млн украинских беженцев. Российские власти называют число в полтора раза выше. Украинские власти говорят, что речь идет не о беженцах, а о депортации. Для этого видео мне удалось поговорить с несколькими мариупольцами, которые прошли фильтрацию, пункты временного размещения, затем уехали из России и сейчас находятся в безопасности. Еще я поговорил с волонтерами в Питере, Чебоксарах, Грузии о том, как устроена их работа и жизнь украинцев в России.
https://youtu.be/8n4QsFL8YcA

Третий день Россия и Евросоюз меряются санкциями за счет Калининграда. Когда мы снимали в Калининграде и Светлогорске за четыре месяца до войны, город и его окрестности казались нам лучшей версией российской провинции, стирающей границу между Россией и Европой. Самый легкий и свободный из небольших городов, попавшийся нам на пути. Город семейных людей, как сказал один из наших героев. Светлогорск так и вовсе игрушечка, участник движения "Медленных городов". Нам повезло поймать эти места и этих людей в самом нежном состоянии, когда туристы уже разъехались а холода еще не настали.
https://youtu.be/AHnfKEKJp7I

Четыре месяца идет война и сотни тысяч россиян по-разному отвечают себе на одни и те же вопросы: уезжать или оставаться, протестовать или поддерживать, говорить что думаешь или молчать? Молодежное демократическое движение "Весна" как и многие другие оппозиционные или либеральные организации в начале войны направили все силы на антивоенное сопротивление: они привлекают внимание к войне и ее последствиям и вовлекают в свою работу всех, до кого могут дотянуться. Вскоре члены "Весны" начали сталкиваться с давлением, репрессиями и арестами. Основатель "Весны" Богдан Литвин и ее сторонник Иван Дроботов покинули Россию, поскольку на них завели уголовные дела, журналистка Ангелина Рощупко, которая формально вообще не имеет никакого отношения к движению кроме того что она написала о нем статью, также нахоится под следствием, но остается в России.
Какой может быть смысл в том, чтобы продолжать антивоенные акции, если они точно не остановят войну, зачем уезжать или оставаться, когда тебе угрожает тюрьма, и что про это говорит опыт новейшей истории – это мы обсудили с социологом и филосовом Константином Гаазе, который сам эмигрировал в Казахстан.

https://youtu.be/gyTJulK76Dk

Сегодня у меня день рождения и лучший подарок, который я мог представить, как раз сегодня и готов – это финал-апофеоз нашего сериала "Квирография". Рождественская романтическая комедия про обитателей Сочи. Памятник беззаботности, полет вокруг елки за два месяца до пробуждения.
Ровно полгода назад, утром 1 января, мы открыли шампанское под заснеженной пальмой в абсолютно пустом Сочи. Опохмелились и отправились в ресторан на берегу завтракать, где и просидели до темноты. В новогоднюю ночью накануне мы закончили снимать второй сезон Квирографии. Уезжали из Сочи в полной уверенности, что весной начнем снимать третий сезон. Но третьего сезона не будет.
Зато будет кое-что новое, ради чего мы с моими любимыми коллегами соберемся уже через несколько дней вместе в Берлине! Они прилетят из разных стран, мы сядем и напишем новый график, новый монтажный план, новое кино и новую жизнь. Поживем еще маленько, так сказать.
Если вы хотите меня поздравить, пожалуйста, не придумывайте ничего, не желайте, просто возьмите нашу последнюю серию Квирографии и опубликуйте ее где можете, пожалуйста. Это самое важное для меня сейчас. https://youtu.be/yxTiKCQJUyc

Спойлер! Кусок финала, зацените:)

А вот и все форматы тизеров, годный контент! Не стесняйтесь выкладывать ссылку на "Сочи: Рождество перед войной" в своих соцсетях, пока это совершенно законно, улучшает самочувствие и карму!