В Лондоне в галерее Тейт Модерн открылась выставка Ли Боуэри. Она рассказывает не только про короткую и радикально-тусовочную жизнь художника, но также показывает, откуда растут ноги Александра Маккуина, Петлюры с Бартеневым, наших современниц вроде Джены Марвин, и вообще культуры ночных клубов и фриковства от зарождения в восьмидесятые и до наших дней.

Пять залов фотографий, видео, картин и костюмов собраны в машину времени, возвращающую зрителя во времена, когда героин был модным рекреационным наркотиком, и не было ни профилактики ВИЧ, ни пределов угара, за которые не зашли бы Боуэри с друзьями.

Ли Боуэри прожил всего 33 года, как и положено пророку. Родившись в австралийской деревне под Мельбурном, он приехал в девятнадцать лет в Лондон, в момент расцвета нового романтизма. И понеслась.

Боуэри называли фриком, клубным монстром и иконой, дизайнером и моделью, живой скульптурой и перформером, клоуном без цирка, двуногим произведением современного искусства — это все цитаты.

Продолжая традицию Энди Уорхола, он исследовал границу между жизнью и искусством, стирал ее и замазывал густым слоем грима. Боуэри использовал стыд как инструмент для вскрытия собственных комплексов и ханжества окружающего общества.

Дело как раз происходило на волне роста консерваторов, в эпоху развитого «тетчеризма» и ужаса перед эпидемией ВИЧ, квир-фобии, короче, тогда, когда творчество Боуэри било в самые болезненные точки.

И хотя гомосексуальность была декриминализована в Англии еще в 1967 году (и кстати только в 1980 году в Шотландии и в 1982 году в Северной Ирландии), полиция регулярно продолжала придираться к геям — по старой памяти и в связи с предрассудками по поводу ВИЧ.

На фоне всего этого новые романтики и их тусовки в клубах, эпатаж и оскорбление чувств добропорядочных граждан стали серьезным политическим высказыванием, протестом против ненависти к квирам.

Клубная жизнь, которой жили Боуэри и его избранная семья, не обходилась без наркотиков. Художник Троян, лучший друг Боуэри, умер от передозировки в 21 год, а три месяца спустя умер Марк Вольтер.

Сам Боуэри занимался больше превращением себя в произведение искусства, причем каждый раз перед выходом из дома: «Я хочу быть тем городским сумасшедшим, встречу с которым вы будете описывать маме». Не раз дело кончалось задержаниями за нарушение общественного порядка, что в целом полностью соответствовало действительности.

С каждым годом образы Боуэри становились все более профессиональными, из андеграундного тусовщика он превратился в большого и признанного художника, человека из толстых журналов.

На выставке в Тейте есть несколько портретов Боуэри кисти Люсьена Фрейда — и это единственные изображения Боуэри без грима и костюмов, полностью обнаженным.

Ли Боуэри умер в 1994 году от СПИДа, совсем немного не дожив до появления терапии.

В конце февраля журналист Карен Шаинян и квир-издание Just Got Lucky выпустили интервью с Ники Джем. «Я, как люблю говорить, фулл-тайм дрэг-квин, подкастерка, москвичка, и всё это — бывшая», — представляется артистка.

Ники занимается дрэгом уже 11 лет и три месяца как живёт в Белграде. Решение об эмиграции было вынужденным — принятым после облавы в клубе Mono, где их с колле:жанками избили и задержали.

Публикуем цитаты из интервью, посмотреть его целиком можно на YouTube-канале Карена.