какой-то очень долгий день получился. 26 км по болотам, бульварам, паркам и набережным.
❤4🔥1🕊1
постепенно мои мысли захватывают слизни.
я всё думала, что займёт пустоту, образовавшуюся после чаек. что вырастет на месте моего проекта.
и вот оно начало расти, кажется. в мои мысли пробрались слизни из битцевского леса, и на них меня заклинило. я думаю о них постоянно. о разнице в восприятии. и про изолированность каждого отдельного восприятия от другого, замкнутость сопутствующего мира. о том, что коммуникация очень маловероятна, если не невозможна вовсе.
слизни довольно примитивны. и это скорее форма, чем вид, я почитала, что это разные брюхоногие, которые пошли по пути редукции, стали проще.
как вот они видят мир своими считанными тысячами фоточувствительных клеток? это я могу хотя бы немного представить, да и то смутно. остальные слизневые чувства так и вовсе останутся для меня недостижимыми. и мои для него.
самое пугающее тут, что слизни существуют для меня, я вижу их, знаю о них многое. но они не знают ничего обо мне. и как бы я ни захотела поделить мир — присвоить его всецело себе или разделить по справедливости между всеми живущими, он не узнает об этом. ему всё равно. мне кажется, что от моего решения что-то поменяется в мире, поэтому тщательно выбираю себе онтологию по вкусу, но все эти усилия разбиваются о ползущего по своим делам слизня. я могу наблюдать за ним, могу снять всю его жизнь на видео, тщательно задокументировать его маршруты, проанализировать химический состав его чёртовой слизи, могу даже вскрыть его от бессилия, но ничего из этого не приблизит меня к его миру.
мы придумываем себе кошмары с вторжением другого и чужого, непонятного, живущего по своим правилам, но на деле мы живём в худшем из кошмаров, где другое и чужое оказываются чужими настолько, что они в принципе не могут заметить нас и остаются пугающе равнодушными к нашему существованию. мы шлём им угрозы, повторяем, что уничтожим землю, и отчаянно пытаемся её уничтожить, будто бы надеемся, что они заметят и испугаются, или оценят, или поблагодарят. но им всё равно. сколько бы я ни включала в свою картину мира слизней, это не включит меня в их...
я всё думала, что займёт пустоту, образовавшуюся после чаек. что вырастет на месте моего проекта.
и вот оно начало расти, кажется. в мои мысли пробрались слизни из битцевского леса, и на них меня заклинило. я думаю о них постоянно. о разнице в восприятии. и про изолированность каждого отдельного восприятия от другого, замкнутость сопутствующего мира. о том, что коммуникация очень маловероятна, если не невозможна вовсе.
слизни довольно примитивны. и это скорее форма, чем вид, я почитала, что это разные брюхоногие, которые пошли по пути редукции, стали проще.
как вот они видят мир своими считанными тысячами фоточувствительных клеток? это я могу хотя бы немного представить, да и то смутно. остальные слизневые чувства так и вовсе останутся для меня недостижимыми. и мои для него.
самое пугающее тут, что слизни существуют для меня, я вижу их, знаю о них многое. но они не знают ничего обо мне. и как бы я ни захотела поделить мир — присвоить его всецело себе или разделить по справедливости между всеми живущими, он не узнает об этом. ему всё равно. мне кажется, что от моего решения что-то поменяется в мире, поэтому тщательно выбираю себе онтологию по вкусу, но все эти усилия разбиваются о ползущего по своим делам слизня. я могу наблюдать за ним, могу снять всю его жизнь на видео, тщательно задокументировать его маршруты, проанализировать химический состав его чёртовой слизи, могу даже вскрыть его от бессилия, но ничего из этого не приблизит меня к его миру.
мы придумываем себе кошмары с вторжением другого и чужого, непонятного, живущего по своим правилам, но на деле мы живём в худшем из кошмаров, где другое и чужое оказываются чужими настолько, что они в принципе не могут заметить нас и остаются пугающе равнодушными к нашему существованию. мы шлём им угрозы, повторяем, что уничтожим землю, и отчаянно пытаемся её уничтожить, будто бы надеемся, что они заметят и испугаются, или оценят, или поблагодарят. но им всё равно. сколько бы я ни включала в свою картину мира слизней, это не включит меня в их...
❤3👏1
я медленно соображаю по жизни. и кажется, до сих пор нигде не поделилась ссылкой на каталог со своими работами, которые сейчас продаются в галерее хсе.
там в основном мелкие вышитые работы задёшево.
большие купили в коллекцию, об этом я тоже, кажется, тут не писала.
хотя не знаю, как художнику продавать свои работы по-правильному, мне куда больше нравится думать о всяком, а не о собственном продвижении. но будет здорово, если купят всё. деньги я потрачу на новые работы и глупые мечты.
там в основном мелкие вышитые работы задёшево.
большие купили в коллекцию, об этом я тоже, кажется, тут не писала.
хотя не знаю, как художнику продавать свои работы по-правильному, мне куда больше нравится думать о всяком, а не о собственном продвижении. но будет здорово, если купят всё. деньги я потрачу на новые работы и глупые мечты.
❤6
я вчера пересмотрела акиру.
мне хотелось пересмотреть эту классику киберпанка уже какое-то время, а тут я обнаружила сеанс в кино, ну и думать особенно не пришлось.
последний раз я смотрела акиру года 2-3 назад, до того, как пойти учиться. я смотрела, как дизайнер. ну и визуально это мощно. на большом экране потрясает ещё сильнее. японская анимация 80-90х это вообще всегда шок.
пересматривать вещи, подобные акире, можно после каждой прочитанной книжки, восприниматься будет по-разному. у меня прочитанных книжек накопилось достаточно, чтобы посмотреть это культовое аниме ну совсем по-новому.
у японцев своя манера повествования. они очень прямолинейны, и им не всегда нужны метафоры. ещё и привычной дихотомии добро-зло может не быть. но в целом кажется, что разбирать там нечего, они сами всегда всё говорят. война, уничтожение мегаполиса и строительство нового токио (это у них повторяющийся троп, даже в сейлормун был новый токио в будущем), человек высвобождает силы, которые не может контролировать, и в итоге глобальный ход событий определяют его личные уязвимости — чувства, эмоции, травмы и тд.
но я вчера хотела найти какие-то приличные комментарии с привлечением новой философии и сходу не нашла. все разборы и комментарии максимально поверхностные.
например, ближе к концу антагонист лишается руки, и он своей телекинетической силой собирает себе из всякого техногенного мусора протез, который потом срастается с его плотью, и это сочетание плоти и техногенного начинает неконтролируемо расти и разрастается в огромного младенца. и мне показалось очевидным, что речь тут про гибридизацию человека и технологии, которая как раз-таки и вышла из-под контроля и породила что-то типа сверхчеловека. но я с удивлением прочитала где-то довольно сухое "это рак от радиации". акира умнее этого, тоньше.
ещё занятно вышло, что позавчера я посмотрела сканеров кроненберга. тоже телепаты, но в боди-хорроре. на обсуждении сказали интересное, что в кино был всплеск интереса к телепатам в 70-80е годы, что связано с широким распространением телевидения, технологии, которая позволяла дистанционно влиять на разум, что не могло не вызывать тревогу.
их вообще оказалось интересно сравнить, хотя вместе они оказались чисто случайно. но как-то в таком сочетании хорошо показывают разницу в восприятии людей запада и востока. на западе это боди-хоррор и лопающиеся головы, злые корпорации и внимание к индивидуальному уровню, на востоке это массовое явление, внимание к массам, даже если история по сути про двух друзей, природа и скорее правительство и военные, чем злые капиталисты.
мне хотелось пересмотреть эту классику киберпанка уже какое-то время, а тут я обнаружила сеанс в кино, ну и думать особенно не пришлось.
последний раз я смотрела акиру года 2-3 назад, до того, как пойти учиться. я смотрела, как дизайнер. ну и визуально это мощно. на большом экране потрясает ещё сильнее. японская анимация 80-90х это вообще всегда шок.
пересматривать вещи, подобные акире, можно после каждой прочитанной книжки, восприниматься будет по-разному. у меня прочитанных книжек накопилось достаточно, чтобы посмотреть это культовое аниме ну совсем по-новому.
у японцев своя манера повествования. они очень прямолинейны, и им не всегда нужны метафоры. ещё и привычной дихотомии добро-зло может не быть. но в целом кажется, что разбирать там нечего, они сами всегда всё говорят. война, уничтожение мегаполиса и строительство нового токио (это у них повторяющийся троп, даже в сейлормун был новый токио в будущем), человек высвобождает силы, которые не может контролировать, и в итоге глобальный ход событий определяют его личные уязвимости — чувства, эмоции, травмы и тд.
но я вчера хотела найти какие-то приличные комментарии с привлечением новой философии и сходу не нашла. все разборы и комментарии максимально поверхностные.
например, ближе к концу антагонист лишается руки, и он своей телекинетической силой собирает себе из всякого техногенного мусора протез, который потом срастается с его плотью, и это сочетание плоти и техногенного начинает неконтролируемо расти и разрастается в огромного младенца. и мне показалось очевидным, что речь тут про гибридизацию человека и технологии, которая как раз-таки и вышла из-под контроля и породила что-то типа сверхчеловека. но я с удивлением прочитала где-то довольно сухое "это рак от радиации". акира умнее этого, тоньше.
ещё занятно вышло, что позавчера я посмотрела сканеров кроненберга. тоже телепаты, но в боди-хорроре. на обсуждении сказали интересное, что в кино был всплеск интереса к телепатам в 70-80е годы, что связано с широким распространением телевидения, технологии, которая позволяла дистанционно влиять на разум, что не могло не вызывать тревогу.
их вообще оказалось интересно сравнить, хотя вместе они оказались чисто случайно. но как-то в таком сочетании хорошо показывают разницу в восприятии людей запада и востока. на западе это боди-хоррор и лопающиеся головы, злые корпорации и внимание к индивидуальному уровню, на востоке это массовое явление, внимание к массам, даже если история по сути про двух друзей, природа и скорее правительство и военные, чем злые капиталисты.
❤4
ранним утром небо какое-то бесцветное. и очень светло. за это я люблю летние месяцы — ночи почти нет. но, может быть, поэтому я плохо сплю. а может быть, потому что начинаю слишком уж смело мечтать. нельзя.
однажды мне довелось обнаружить себя в тисках закручивающихся фрактальных спиралей. точнее там даже не было места мне, только этот ветвящийся ураган, бесконечно ниспадающий в себя.
иногда я не могу поверить в то, что пишу. не могу поверить, что это серьёзно.
глядя в бесцветное небо из кирпичной коробки, я думаю, как было здорово родиться среди звёзд. как-нибудь максимально тупо, на куске камня. а потом кочевать всю жизнь из одной кирпичной коробки в другую, прислоняться спиной к её тесным стенкам по утрам и мечтать несбыточные мечты. а потом однажды распасться на атомы.
однажды мне довелось обнаружить себя в тисках закручивающихся фрактальных спиралей. точнее там даже не было места мне, только этот ветвящийся ураган, бесконечно ниспадающий в себя.
иногда я не могу поверить в то, что пишу. не могу поверить, что это серьёзно.
глядя в бесцветное небо из кирпичной коробки, я думаю, как было здорово родиться среди звёзд. как-нибудь максимально тупо, на куске камня. а потом кочевать всю жизнь из одной кирпичной коробки в другую, прислоняться спиной к её тесным стенкам по утрам и мечтать несбыточные мечты. а потом однажды распасться на атомы.
❤4
а вчера я посмотрела призрак в доспехах мамору осии в кино. была в зале одна, интересный опыт (мне понравилось).
ещё одно культовое аниме жанра киберпанк, повлиявшее примерно на всё, что было после. на матрицу, например. мрачное и очень философское, герои постоянно обсуждают жизнь, идентичность и природу реальности. вчера мне показалось, что оно ещё по-своему довольно романтичное, и даже в какой-то мере оптимистичное. ну насколько оптимистичным может быть постгуманизм и преодоление антропоцентризма через гибридизацию человека и машины, конечно.
ещё одно культовое аниме жанра киберпанк, повлиявшее примерно на всё, что было после. на матрицу, например. мрачное и очень философское, герои постоянно обсуждают жизнь, идентичность и природу реальности. вчера мне показалось, что оно ещё по-своему довольно романтичное, и даже в какой-то мере оптимистичное. ну насколько оптимистичным может быть постгуманизм и преодоление антропоцентризма через гибридизацию человека и машины, конечно.
❤5🕊1
как называется это чувство, когда смотришь на что-то и думаешь: «о, это я?»
на асфальте ажурная сетка из дрожащих бликов и теней, они танцуют вместе с порывами ветра. это приносит банальную до отвращения мысль: нельзя сложить узор из одних только бликов. меня бесит эта дурацкая пена из благостной надежды и романтизированной тревожности. непрекращающиеся танцы тьмы со светом. циклы хороших и плохих времён, снова и снова. проклятые маринованные сливы в деревне на развалинах токио-3. снова и снова. нужно постоянно что-то разрушать, вода должна растворять камни, плоть должна гнить. распад и смерть — надёжные источники жизни. проще некуда, поэтому и раздражает так сильно. снова и снова.
я ненавижу зиму, но не смогу жить там, где вечное лето. меня раздражает, что окончание зимы мне приносит больше радости, чем наступление лета. а лето в основном ощущается, как что-то, что скоро закончится.
когда всё плохо, есть надежда, когда всё хорошо, есть тревога.
я чувствую странное родство с растениями, которые растут в трещинах в камнях.
«эти малыши могут жить только здесь».
чудовищное, но странным образом освобождающее открытие: и для меня нет другой почвы, я слишком привыкла к камням.
на асфальте ажурная сетка из дрожащих бликов и теней, они танцуют вместе с порывами ветра. это приносит банальную до отвращения мысль: нельзя сложить узор из одних только бликов. меня бесит эта дурацкая пена из благостной надежды и романтизированной тревожности. непрекращающиеся танцы тьмы со светом. циклы хороших и плохих времён, снова и снова. проклятые маринованные сливы в деревне на развалинах токио-3. снова и снова. нужно постоянно что-то разрушать, вода должна растворять камни, плоть должна гнить. распад и смерть — надёжные источники жизни. проще некуда, поэтому и раздражает так сильно. снова и снова.
я ненавижу зиму, но не смогу жить там, где вечное лето. меня раздражает, что окончание зимы мне приносит больше радости, чем наступление лета. а лето в основном ощущается, как что-то, что скоро закончится.
когда всё плохо, есть надежда, когда всё хорошо, есть тревога.
я чувствую странное родство с растениями, которые растут в трещинах в камнях.
«эти малыши могут жить только здесь».
чудовищное, но странным образом освобождающее открытие: и для меня нет другой почвы, я слишком привыкла к камням.
❤4🕊1
ходила вчера на кроненберга опять в гэс-2, показывали бешеную. ну это гениально, конечно, совершенно дикий микс из боди-хоррора, зомби-апокалипсиса, фрейда и критики декарта.
после было обсуждение с хаустовым, он много интересного сказал (как всегда), но кое-что я себе аж даже записала, так мне это понравилось.
вот раньше было как, картина мира должна была быть складной, непротиворечивой, цельной. это было нормально. и если что-то у тебя не складывается, то ты псих. а сейчас наоборот. «если всё сложилось, поздравляю, вы психотик». а здоровая картина мира как раз с трещиной.
после было обсуждение с хаустовым, он много интересного сказал (как всегда), но кое-что я себе аж даже записала, так мне это понравилось.
вот раньше было как, картина мира должна была быть складной, непротиворечивой, цельной. это было нормально. и если что-то у тебя не складывается, то ты псих. а сейчас наоборот. «если всё сложилось, поздравляю, вы психотик». а здоровая картина мира как раз с трещиной.
❤2
занесло меня в выходные в парк лосиный остров. а он гигантский же, местами заповедник, местами как будто просто лес. и я с какой-то не самой популярной стороны зашла (есть у меня такой талант — выбирать странные маршруты).
и я оказалась прям сразу в чаще на краю города, на узкой тропинке, очень несмело царапающей густую растительность. на очень безлюдной тропинке (из людей на ней была только я). не в первый раз со мной такое, как я уже сказала — талант.
отсутствие людей всегда ощущается очень тревожно. люди — это некоторая гарантия безопасности, рядом с людьми — люди именно как поток или масса — куда спокойнее. хотя мы все всё про людей знаем.
ещё и в незнакомом месте, когда понятия не имеешь, куда вообще идёт эта тропинка. много разных интересных мыслей рождает эта обстановка, большая часть из которых связана с какой-то философией, к о н е ч н о.
жуткое, реальное, всякое, не желающее мириться со статусом объекта. я как раз думала, ну почему неизвестное, непознаваемое = жуткое и ужасное? почему чужой, почему хищник, почему всё что угодно из лавкрафта? а умозрительно этого и не понять. когда вокруг герметичная оболочка цивилизации и несколько слоёв симулякров, многое остаётся по ту сторону. и мир вне отстоит очень далеко.
но оказывается, достаточно ступить на незнакомую тропинку в незнакомом лесу, чтобы понять, почему именно ужас так хорошо выражает отношение к неизведанному и немыслимому.
та тропинка довольно быстро вывела к оживлённой дорожке. рядом с людьми спокойнее, есть ощущение, что всё в порядке. но не для того я шла в лес, поэтому предпочла и дальше исследовать безлюдные тропинки.
и я оказалась прям сразу в чаще на краю города, на узкой тропинке, очень несмело царапающей густую растительность. на очень безлюдной тропинке (из людей на ней была только я). не в первый раз со мной такое, как я уже сказала — талант.
отсутствие людей всегда ощущается очень тревожно. люди — это некоторая гарантия безопасности, рядом с людьми — люди именно как поток или масса — куда спокойнее. хотя мы все всё про людей знаем.
ещё и в незнакомом месте, когда понятия не имеешь, куда вообще идёт эта тропинка. много разных интересных мыслей рождает эта обстановка, большая часть из которых связана с какой-то философией, к о н е ч н о.
жуткое, реальное, всякое, не желающее мириться со статусом объекта. я как раз думала, ну почему неизвестное, непознаваемое = жуткое и ужасное? почему чужой, почему хищник, почему всё что угодно из лавкрафта? а умозрительно этого и не понять. когда вокруг герметичная оболочка цивилизации и несколько слоёв симулякров, многое остаётся по ту сторону. и мир вне отстоит очень далеко.
но оказывается, достаточно ступить на незнакомую тропинку в незнакомом лесу, чтобы понять, почему именно ужас так хорошо выражает отношение к неизведанному и немыслимому.
та тропинка довольно быстро вывела к оживлённой дорожке. рядом с людьми спокойнее, есть ощущение, что всё в порядке. но не для того я шла в лес, поэтому предпочла и дальше исследовать безлюдные тропинки.
❤4🕊2