моя комета осыпается горящим льдом

я, как без рома моряки, умру без ломаного ритма воющих сирен, и полный ход по парусам на галеонах габаритных прямо о скалы

сегодня ты снова полна красоты, да, но я всегда любил самых пустых

в поле дом, и где всю ты жила свою юность, останется пыль

я тянусь к её септуму. руки в тату будто чёрными метками

из интереса, разрешите, обращусь: «ты пуста, а ведёшь себя, как принцесса, но я тащусь»

прошу, помолчи. сколько прошёл на пути к бесконечному лету, но вечно весна в одиночной

дай мне стимул вдаль нести эту синусоидальную нить, суицидальную в миг

мы беспризорники, нас бросят небожители

мотыльков привлекает не свет, но его чистота

она ждала пожар, ибо вхожа была в огонь его, а я нет, а потому прощай. дельнадрис — пока

его лексикон так полон, что я даже удивлён, как этот долбоёб закончил школу

грянула гроза, и мы забыли, как выглядят и пахнут круассаны

я звезда, пиздец! из шестиста попал в топ восемь лучших — так молниеносно, что зассал и зевс, — нагнувши раком фаворита баттла в прошлом туре

но средь однодневных идолов как умереть легендой?

и ты подумай только, песня абсурд весь не передаст, когда везде слепые люди открыть хотят третий глаз

старый подлунный сквер, какой-то волшебный флёр, и свет мягенький, как эклер

и мы с тобой, как звёзды, светимся ещё прохожим

ты моя эми вайнхаус, я твой кобейн. я джими хендрикс, ты как лана дел рей

punk is dead, пора в путь. на поминки придёт юра дудь, на прощанье свои дары дать, принять тихо на грудь и грустить, да рыдать

но если нету прошлого, то нет и будущего