но твой бог для тебя оглашал, что ты жалкий червяк и никак не способен решать за себя, что ты грешная мразь — всё внушал

и не ищи надежду в этом месте, она умерла

двадцать лет, но мы ведём себя, как дети

и мы плачем, смеёмся и бьём себя в грудь

но те времена ушли, культурный слой, наращивая жир, скрывает башен высоченных этажи

рассказал бы всё то, что запретно, тебе, твоей даме, друзьям и родным

и за каждое слово и за свою каждую песню над головой моей сойдется клином возмездие

и ты, от волнения войдя в кураж, на панельке жми красную кнопку

что случилось в наших лесах?

важен только пепел, остальное — метафизика

дыры в небе заделывать некому

ад пуст, и все демоны здесь, но мы тоже их в сердце поместим

тут нет нихуя, что могло бы приблизить к мечте ну хотя бы на шаг

проскакало и горит солнце в небе, там, где волны бьют о скалы корабли

и все ждём селезнёву алису, что явится нам и укажет тут правильный путь

под эгидой венеры — мы тысячи утренних звёзд, поколения глас

стал маяком безыдейности, сдался в музей и в отдельности, более не несёт ценности, ведь искусство — хуйня

и вся наша любовь — это лишь вампиризм

если не достанется мне, не отдам никому, не отдам никому, мама

но эти звёзды на небе — они горят, — они живее, чем я и ты, но пока до нас дойдёт свет, они давно мертвы, и мы с тобою также, и мы с тобою тоже

она не хочет популярной стать, а только по полям гулять, и строки через ямб писать, и тот час обнулять, представь