всё как ебучее кино, затянет тучами, клеймо моё останется в сердцах околобарных фрау

из 80-х её блузка, она любит современное искусство. по поведению ей даже семнадцати не дашь, просто, мама, извини, но моя девочка софт-гранж, во-о

хотел поставить точку, и сколько бы ни жил и ни рожал детей, придётся всё равно вернуться в почву

и мы трахнем мир, да, запросто поверь. и нам не важно — cristal или виски за пятьсот рублей, не важно, где мы, на квартире или в домике у берега. мы в космосе, родная, будто джим и сара керриган

там бы — штрих, а там бы — стёрла. на стене очередная тамблер гёрла всё рисует: там — прямой, там — перевернут, там — траву и домик, там — ребро с отвёрткой, там — оливковую ветвь, а там — веночек с тёрном

чем больше счастья червям, тем уродливей дети бабочек, а в коконах снова брак

это вирус, и один из нас — носитель, но тогда как быть? кровь не остановить, она кап-кап, кап

я тоскливо пепелю окурки, но научил за годы город петербург меня, хоть и расставания грустны, но чьи-то корабли не поплывут, пока не разведут мосты

друзья, с днём рождения андрея!

из тысячи лиц ты узнаешь моё по пылающим ярко глазам, в них смотри, смотри, смотри

меня не судите, просто всё это трансгрессивно-переходный возраст

я, ты, мы больше не свидимся, видимо. я пьян был, о любви тебе сыпал эпитетов

светят брюлики как семицветик (как ёбаная лампа). тут так ярко, даже, кажется, слепых слепит (как кварцевая, блять)

небо не лётно, и эмоции нынче как лёд и, подавно, потеряны

там, где океан касаток, и хитрый жук по небу катит солнца шар на запад, и еле тлеющей дугой, как хвост электроската, моя тоска

смотри, как мне похуй, я выпил всё, что было на барной стойке

помню, как, оседлав грозу, девчонка, сидя на молнии, тянет луны косу

я себе впариваю боль в бутылке, чтоб скорей отправить на покой рассудок

и, кто ты на самом деле, диктует полёт фантазии

ах, вы птица ещё та, но жаль, что я не орнитолог

друзья, спасибо за 200! 🔥🔥🔥