по кирпичикам, по кирпичикам. в кромешной темноте ты красива до неприличия

и сотни вёрст я пробежал туда-обратно, и искал тебя, а потерял себя, и вправду надоело всё

что недвижимо, то сотрут

на тусовках шумных о несбывшихся мечтах напомнит балерина на шкатулке, и в старой вазе вянут листья георгина. твою песню отразит слеза печали в каждой нотке пианино

привет. давненько выгорел дотла крест. тут, утопая, я, в твоих глазах, сожрал бездну

но виноват наш век, и рок судьбы послал в пизду, фортуну пальцами по струнам

не смотри на мои страшные обугленные крылья

и зачем ты хочешь быть взрослым? наркотики, секс, алкоголь, но я был там, я знаю, там только лишь грустная простынь

восток моей юности, запад пройденных дней на вечной дороге, на вечной дороге

девочка пахнет золотом, девочка огонь, только девочка пахнет холодом

где-то протекает речка, через речку видно мост, на мосту стоит овечка, у овцы рога и хвост, как скакалку раскачала хвост, натянутый как трос. может, рассказать сначала? хохоча. да не вопрос!

пламенной птице, расправившей крылья над морем, туда, где живут корабли, корабли, корабли

никак не разбить эту полосу, сломанным мечом можно только зарубить себе на носу

мы, рэперы, бенефицируем знак козы и присваиваем его себе, поэтому, поднимаем все козу в воздух и кричим: «рэп!» рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэп, рэ-э-э-э-э-п!

в бешеном ритме моя кровь, твои слёзы в единой палитре, я смешаю эти разнообразные, самые яркие краски

вереницы неоновых ламп. тысячи лун и найти бы одну настоящую, ту, что зовёт меня снова с собой уводя в темноту

давно бы собрал олимпийский, если б не blazer, таблетки и виски

напыщенный петух, встречай. с чего ты думал вдруг над тысячами рук читать?

и в нём лишь вид на жительство. эй, bae, без обид: кому-то жительство, кому-то вид

а город — запеканка, я на лоб едва надвину кепочку

мир будет пылать, мы сожгли своё знамя. и нам наплевать, как-то справитесь сами