К ЧААДАЕВУ
Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!
Стихотворение Александра Сергеевича Пушкина, адресованное его другу Петру Чаадаеву.
1818 г.
Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман;
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!
Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!
Стихотворение Александра Сергеевича Пушкина, адресованное его другу Петру Чаадаеву.
1818 г.
Александр Пушкин
This media is not supported in the widget
VIEW IN TELEGRAM
ПРОРОК
Духовной жаждою томим, В пустыне мрачной я влачился, И шестикрылый серафим На перепутье мне явился; Перстами легкими как сон Моих зениц коснулся он: Отверзлись вещие зеницы, Как у испуганной орлицы. Моих ушей коснулся он, И их наполнил шум и звон: И внял я неба содроганье, И горний ангелов полет, И гад морских подводный ход, И дольней лозы прозябанье. И он к устам моим приник, И вырвал грешный мой язык, И празднословный и лукавый, И жало мудрыя змеи В уста замершие мои Вложил десницею кровавой. И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул. Как труп в пустыне я лежал, И бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».
1826 г.
Духовной жаждою томим, В пустыне мрачной я влачился, И шестикрылый серафим На перепутье мне явился; Перстами легкими как сон Моих зениц коснулся он: Отверзлись вещие зеницы, Как у испуганной орлицы. Моих ушей коснулся он, И их наполнил шум и звон: И внял я неба содроганье, И горний ангелов полет, И гад морских подводный ход, И дольней лозы прозябанье. И он к устам моим приник, И вырвал грешный мой язык, И празднословный и лукавый, И жало мудрыя змеи В уста замершие мои Вложил десницею кровавой. И он мне грудь рассек мечом, И сердце трепетное вынул, И угль, пылающий огнем, Во грудь отверстую водвинул. Как труп в пустыне я лежал, И бога глас ко мне воззвал: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли, Исполнись волею моей, И, обходя моря и земли, Глаголом жги сердца людей».
1826 г.
3 малоизвестных факта о Пушкине
1. За «Евгения Онегина» Пушкин получил баснословный гонорар
Пушкин писал «энциклопедию русской жизни» 7 лет 4 месяца 17 дней, а современники писателя читали роман по главам, которые издавались отдельными книгами.
Для Пушкина это была очень выгодная работа, ведь он получал гонорар за каждую книгу-главу. «Ничто так легко не дает денег, как «Онегин», выходящий по частям, но регулярно через два или три месяца», — писал Пушкину издатель Петр Плетнев.
Общий гонорар Пушкина за «Евгения Онегина» составил 12 тыс. руб. (10,5 млн руб. в пересчете на современные деньги).
2. Родители Пушкина — дальние родственники
Отец Александра Пушкина — Сергей Львович Пушкин. Мать, Надежда Осиповна Ганнибал, состояла в родстве с Пушкиными: девичья фамилия ее матери (то есть бабушки писателя) — Пушкина. Надежда Осиповна приходилась Сергею Львовичу внучатой племянницей..
3. У Пушкина были родные братья и сестры
У Сергея и Надежды Пушкиных родились восемь детей, но лишь трое дожили до взрослого возраста.
Первенец Пушкиных, дочь Ольга, родилась в 1797 году. Ольга Сергеевна вышла замуж за историка Николая Павлищева. С братом Александром поддерживала теплые родственные отношения. Умерла в 1868 году после продолжительной болезни.
Через два года после Ольги родился Александр Пушкин, второй ребенок в семье и старший сын. В 1801 году — третий ребенок Пушкиных, Николай. Мальчик умер в возрасте шести лет. В 1805-м родился Лев Пушкин. По мнению многих исследователей, именно он был любимцем матери, Надежды Осиповны. Лев Сергеевич Пушкин стал литературным секретарем у знаменитого брата и надворным советником. Умер в 1852 году.
Следующие четыре ребенка Пушкиных — София, Павел, Михаил и Платон — умерли в младенчестве.
1. За «Евгения Онегина» Пушкин получил баснословный гонорар
Пушкин писал «энциклопедию русской жизни» 7 лет 4 месяца 17 дней, а современники писателя читали роман по главам, которые издавались отдельными книгами.
Для Пушкина это была очень выгодная работа, ведь он получал гонорар за каждую книгу-главу. «Ничто так легко не дает денег, как «Онегин», выходящий по частям, но регулярно через два или три месяца», — писал Пушкину издатель Петр Плетнев.
Общий гонорар Пушкина за «Евгения Онегина» составил 12 тыс. руб. (10,5 млн руб. в пересчете на современные деньги).
2. Родители Пушкина — дальние родственники
Отец Александра Пушкина — Сергей Львович Пушкин. Мать, Надежда Осиповна Ганнибал, состояла в родстве с Пушкиными: девичья фамилия ее матери (то есть бабушки писателя) — Пушкина. Надежда Осиповна приходилась Сергею Львовичу внучатой племянницей..
3. У Пушкина были родные братья и сестры
У Сергея и Надежды Пушкиных родились восемь детей, но лишь трое дожили до взрослого возраста.
Первенец Пушкиных, дочь Ольга, родилась в 1797 году. Ольга Сергеевна вышла замуж за историка Николая Павлищева. С братом Александром поддерживала теплые родственные отношения. Умерла в 1868 году после продолжительной болезни.
Через два года после Ольги родился Александр Пушкин, второй ребенок в семье и старший сын. В 1801 году — третий ребенок Пушкиных, Николай. Мальчик умер в возрасте шести лет. В 1805-м родился Лев Пушкин. По мнению многих исследователей, именно он был любимцем матери, Надежды Осиповны. Лев Сергеевич Пушкин стал литературным секретарем у знаменитого брата и надворным советником. Умер в 1852 году.
Следующие четыре ребенка Пушкиных — София, Павел, Михаил и Платон — умерли в младенчестве.
Forwarded from Александр Пушкин
This media is not supported in the widget
VIEW IN TELEGRAM
Отрывок «Ветер, ветер! Ты могуч…» из поэмы «Руслан и Людмила»
Ветер, ветер! Ты могуч,
Ты гоняешь стаи туч,
Ты волнуешь сине море,
Всюду веешь на просторе.
Не боишься никого,
Кроме бога одного.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ее». — «Постой, —
Отвечает ветер буйный, —
Там за речкой тихоструйной
Есть высокая гора,
В ней глубокая нора;
В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места,
В том гробу твоя невеста.
1820 г.
Ветер, ветер! Ты могуч,
Ты гоняешь стаи туч,
Ты волнуешь сине море,
Всюду веешь на просторе.
Не боишься никого,
Кроме бога одного.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ее». — «Постой, —
Отвечает ветер буйный, —
Там за речкой тихоструйной
Есть высокая гора,
В ней глубокая нора;
В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места,
В том гробу твоя невеста.
1820 г.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
К *** (Я помню чудное мгновенье…)
Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.
Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.
В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.
1827 г.
Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
В томленьях грусти безнадежной,
В тревогах шумной суеты,
Звучал мне долго голос нежный
И снились милые черты.
Шли годы. Бурь порыв мятежный
Рассеял прежние мечты,
И я забыл твой голос нежный,
Твои небесные черты.
В глуши, во мраке заточенья
Тянулись тихо дни мои
Без божества, без вдохновенья,
Без слез, без жизни, без любви.
Душе настало пробужденье:
И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты.
И сердце бьется в упоенье,
И для него воскресли вновь
И божество, и вдохновенье,
И жизнь, и слезы, и любовь.
1827 г.
Александр Пушкин
This media is not supported in the widget
VIEW IN TELEGRAM
Александр Пушкин
Поздравляем победителей! Закрывали канал, так как боты были шустрее подписчиков)
Зимний вечер
Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя, То по кровле обветшалой Вдруг соломой зашумит, То, как путник запоздалый, К нам в окошко застучит. Наша ветхая лачужка И печальна и темна. Что же ты, моя старушка, Приумолкла у окна? Или бури завываньем Ты, мой друг, утомлена, Или дремлешь под жужжаньем Своего веретена? Выпьем, добрая подружка Бедной юности моей, Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей. Спой мне песню, как синица Тихо за морем жила; Спой мне песню, как девица За водой поутру шла. Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя. Выпьем, добрая подружка Бедной юности моей, Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей.
1825 г.
Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя, То по кровле обветшалой Вдруг соломой зашумит, То, как путник запоздалый, К нам в окошко застучит. Наша ветхая лачужка И печальна и темна. Что же ты, моя старушка, Приумолкла у окна? Или бури завываньем Ты, мой друг, утомлена, Или дремлешь под жужжаньем Своего веретена? Выпьем, добрая подружка Бедной юности моей, Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей. Спой мне песню, как синица Тихо за морем жила; Спой мне песню, как девица За водой поутру шла. Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя; То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя. Выпьем, добрая подружка Бедной юности моей, Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей.
1825 г.
Пушкин
Есть имена, как солнце! Имена -
Как музыка! Как яблоня в расцвете!
Я говорю о Пушкине: поэте,
Действительном, в любые времена!
Но понимает ли моя страна -
Все эти старцы, юноши и дети, -
Как затруднительно сказать в сонете
О том, кем вся душа моя полна?
Его хвалить! - пугаюсь повторений…
Могу ли запах передать сирени?
Могу ль рукою облачко поймать?
Убив его, кому все наши вздохи?
Дантес убил мысль русскую эпохи,
И это следовало бы понять…
1926
Игорь Северянин
Есть имена, как солнце! Имена -
Как музыка! Как яблоня в расцвете!
Я говорю о Пушкине: поэте,
Действительном, в любые времена!
Но понимает ли моя страна -
Все эти старцы, юноши и дети, -
Как затруднительно сказать в сонете
О том, кем вся душа моя полна?
Его хвалить! - пугаюсь повторений…
Могу ли запах передать сирени?
Могу ль рукою облачко поймать?
Убив его, кому все наши вздохи?
Дантес убил мысль русскую эпохи,
И это следовало бы понять…
1926
Игорь Северянин