Трушный Гулливер не для детских глаз и ушей

«Esse homo»
Режиссёр: Алексей Лелявский
Karlsson Haus

В названии спектакля – слова Понтия Пилата об Иисусе Христе.

Тогда вышел Иисус в терновом венце и в багрянице. И сказал им Пилат: «се, Человек!» Когда же увидели Его первосвященники и служители, то закричали: «распни, распни Его!» Пилат говорит им: «возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины».

Следующий спектакль – 1 ноября. Там, кстати, будет другой состав, не тот, что видела я.

Моё первое обсуждение спектакля театра кукол

Обычно я веду обсуждения после спектаклей в Ленсовета. Честно говоря, я даже не знаю, в какой степени это может считаться опытом работы модератором обсуждений, потому что у нас немного нетипичный формат. Ко мне приходят зрители, я пытаюсь понять их запрос и стараюсь помочь им осмыслить спектакль настолько, насколько им самим это нужно. То есть я каждый раз отталкиваюсь от зрителя и просто болтаю о том, что нужно ему. Иногда просто слушаю. Иногда просто советую, на что ещё сходить.

А сегодня я действительно проводила полноценное обсуждение со зрителями. Ещё и обсуждение того, что люблю больше всего на свете. Плюс мне очень повезло с аудиторией – ребята из Анненкирхе были очень заинтересованы в разговоре!

В общем, зовите чаще, я люблю модерировать такие хорошие вещи!

IN-GAME ТЕАТР
#ПроЖизнь

Во время пандемии театр активно осваивал виртуальное пространство. Тогда же произошёл всплеск интереса к тому, что называют «цифровым театром». Выход в онлайн был закономерным: в условиях изоляции нужно было срочно находить новые формы общения со зрителем.

При этом границы явления «digital» изначально были довольно размытыми. Под него подбивали всё подряд: видео и аудиозаписи, прямые трансляции, Zoom-постановки, VR-проекты и даже спектакли с проекциями. Термин разросся во все стороны, что не добавило ясности.

Ну а когда театры снова открылись, цифровой бум сошёл на нет. Тем не менее, среди цифровых практик есть одно, на мой взгляд, очень интересное направление — «in-game театр». Это спектакли, поставленные в видеоиграх. Почти не исследованное направление, поднимающее массу вопросов.

Где проходят границы театрального и виртуального? Как вообще понимать такую сцену, актёра, зрителя? Сейчас работаю с этой темой, так что пишите: было бы вам интересно почитать про «in-game спектакли»?

Я попросила Володю рассказать подробнее про его мысль

«Невероятно, но факт! «In-game театр» и театр кукол оказались ближе друг к другу, чем я думал. На первый взгляд совсем разные формы, но между ними есть несколько поразительно чётких параллелей.

В обоих случаях актёры работают через посредника. И действуют они через систему управления с жёсткими ограничениями. К примеру, марионетка приводится в движение с помощью ваги и нитей, а виртуальный аватар с помощью клавиатуры и мыши.

Цифровой герой подчинён коду, он точно не сделает того, что не предусмотрено механиками игры. А марионетка подчинена конструкции, поэтому вряд ли выйдет за пределы тех движений, которые изначально заложены в её устройстве».

«В-третьих, в начале пути марионеточный театр стремился быть максимально похожим на театр живого актёра. И это удивительно рифмуется с «in-game спектаклями» труппы «Metaverse Shakespeare Company», работавшей в виртуальном мире «Second Life».

Точная цифровая копия театра «Глобус», аутентичные костюмы и декорации. Были афиши и даже продавались билеты. Всё организовывалось так, чтобы зритель воспринимал происходящее как «настоящий спектакль», только перенесённый в виртуальную среду.

По сути, это тот же ранний этап, но только уже в истории «in-game театра»».

Что думаете? Есть же сходство?