Мета-метаанализ 484 исследований показал, что эффекты эмоционального интеллекта (ЭИ) снижаются.

С момента появления концепции в 1990 году (Salovey & Mayer) многие исследования подтвержали, что ЭИ предсказывает успех в карьере, здоровье, учёбе и личной жизни. Однако сейчас эффекты, которые ранее казались надёжными, оказываются слабее или вовсе исчезают.

Исследование 2019 года (Gong & Jiao) — первый мета-метаанализ по поводу — выяснил, что да, эффекты ЭИ действительно снижаются со временем, но не во всех случаях одинаково. И причина не в том, что ЭИ перестал работать, а в том, как мы его определяем и измеряем.

Эмоциональный интеллект мы можем определить не только как некую способность, но и как черту личности.

В первом случае (ability EI) речь идёт о когнитивной способности точно воспринимать, понимать и регулировать эмоции. Данная способность измеряется объективными тестами (например, MSCEIT).

Во втором случае (mixed EI) речь идёт о когнитивных и личностных чертах: уверенности, эмпатии, мотивации. Измеряется через самоотчёты (например, EQ-i, TEIQue)

Авторы мета-метаанализа проанализировали 484 первых исследования (на 102 579 участников) из 9 метаанализов и обнаружили:

Средний эффект ЭИ по всем исследованиями составляет r = 0.244 (p < 0.001). Статистически значимый, но умеренный.
Смешанный ЭИ даёт больший эффект (r = 0.272), чем ЭИ модели способностей (r = 0.160).
Эффекты снижаются со времени, но только в исследованиях смешанного ЭИ.
В исследованиях ЭИ как способности нет признаков снижения.
Предполагается, что изначальные исследования завысили связь ЭИ с другими переменными.

Первая проблема: смешанный интеллект коррелирует с чертами Большой пятёрки, оптимизмом и позитивным аффектом. Эта связь ставит под сомнение независимость ЭИ как конструкта.

Вторая очевидная для психологической науки проблема: люди плохо оценивают собственные способности. Самоотчёт — ненадёжный метод, а самооценка интеллекта слабо коррелирует с реальными IQ-тестами.

Третья очевидная для психологической науки проблема (до внедрения практик препринтов и публикации негативных результатов): ранние работы чаще публиковали значимые и яркие результаты, игнорируя нулевые или отрицательные эффекты.

Это в очередной раз ставит вопрос о теории и практике применения психологических концепций и методик. В образовании и найме некритичный и максималистский подход (например, практика EQ-тестирования при приёме на работу и использование результатов как решающего фактора) может привести к кромешному Аду.

Я давным-давно отошёл от марксистской и советской апологетики, стараюсь не впадать в ад хоминем и ад эминем. Кроме того, никогда не защищал образование позднего Союза.

Но биля, Эдуард Дмитриевич Днепров? Ни в коем случае не хочу принизить достижения государственных деятелей 90-х, но главным измеримым достижением Эдуарда Дмитриевича можно назвать закон "Об образовании". Это был один из первых ельцинских законов, и, если кому-то интересно, вы можете почитать о реакции общественности в 90-е. Что во время принятия, что после осознания масштабов пиздеца — всю дорогу и все об этом законе говорили ровно одно: он популистский.

История системы образования в современной России — в целом несмешной мем. В 90-е в воздухе витали ароматы гуманизма, анти-идеологизации, демократии, человечности и чёрного октября. В самом конце нулевых, когда стало понятно, что образование — это СИСТЕМА, а не влажные фантазии борцов за свободу и гуманизм, когда стало понятно, что одними "деидеологизированным" учебниками сыт не будешь, государство сменило вектор.

Пришёл "коммунист" Филиппов, заручился поддержкой Кузьмина (основателя ВШЭ и мужа Набиуллиной 💅🏻) и начал строить православный капитализм, где открыто было заявлено: мы ща буим делать рынок. Результаты всей деятельности наших реформаторов можете оценить самостоятельно.

Нельзя сказать, что российское образование откровенно ужасное. У нас прекрасное образование, и если сравнивать его с советским, оно однозначно лучше по многим параметрам, это заслуга цивилизационного прогресса и умения российского общества предлагать грубые, но эффективные решения.

Хотели изжить советскую экономику и советское образование — получайте 90-е. Хотели выбраться из пиздеца 90-х — получайте ЕГЭ, вы его заслужили. Днепров — прекрасный министр, который выполнил свою цель — разложить советское образование так, чтобы советская идея более не передавалась в школе. Потому я сильно сомневаюсь, что к оценке советского образования от человека, целью которого было развалить советское образование любыми средствами, стоит прислушиваться. Это первое.

Второе: отсутствие инновационности в позднем происходит из совсем иных причин, не в образовании и его склонности формировать ригидность мышления дело. Как и в любой большой сфере государства, здесь дело в том, как функционирует система и институты.

Третье: "немногие инженеры смогли приспособиться, остальных ждали безработица и аддикции". Я даже не знаю, с какой стороны здесь подойти. Мне кажется, что ситуация, когда ты вчера продал квартиру, а сегодня на эти же деньги можешь купить только хлеба буханку, намного больше склоняет к безработице и аддикции, чем какое-то там высушивающее мозги ужасное советское образование.

Какое дегуманизирующее советское образование: готовило людей к тому, чтобы они друг дружке помогали, но не приготовило к ситуации, когда вы друг дружке будете глотки грызть.

Лиза Баррет. Как рождаются эмоции.

"Вера в классический взгляд [на эмоции] может стать началом войны. Война в Персидском заливе была отчасти развязана из-за того, что единокровный брат Саддама Хусейна решил, что он умеет читать эмоции американских участников переговоров и информировал Саддама, что Соединенные Штаты говорят о нападении. Последующая война унесла жизни 175 тысяч иракцев и сотен солдат войск коалиции"

Пока готовлю большой материал о современных концепциях тревоги, скину некоторые интересные, дико важные и довольно базовые положения, которые считаются консенсусом в саврименай ноуке.

Во-первых, тревога рассматривается как адаптивная прогностическая система. То есть не эмоция, не совсем состояние (в классическом смысле). В отличие от ранних моделей, которые трактовали тревогу как следствие перегрузки, конфликта (в психоанализе например) или иррациональных убеждений, современные подходы смотрят на тревогу как на механизм, ориентированный на будущее. Обнаружит потенциальную угрозу, мобилизовать ресурсы до наступления события и сместить поведение в сторону предостороженности.

Критически важно то, что тревога активируется до появления опасности. В этом смысле она не является реакцией. Это определённый режим функционирования системы прогнозирования, при котором возрастает чувствительность к слабы, неоднозначным или вероятностным сигналам.

И отсюда следующий пункт.

Во-вторых, ключевым триггером тревоги является не опасность (даже потенциальная), а неопределённость относительно будущего исхода. Эмпирически это устанавливается очень просто: предсказуемая угроза вызывает кратковременную реакцию (страх), а непредсказуемая или плохо определённая угроза вызывает устойчивую тревогу.

И неопределённость здесь понимается специфически. Это не отсутствие информации вообще, а её высокая вариативность или невозможность надёжного контроля или неустойчивость прогнозирующей модели. И тогда становится понятно, почему тревога вообще появляется и для чего она нужна. Дело в том, что когда система не может с достаточной уверенностью оценить, какое поведение минимизирует риск, начинается тряска, копиум и прочее.

В-третьих, современные модели отказываются от дуализма между психическим и биологическим. Любителям объяснять тревогу нейробиологическим описанием передаю тревожный привет. Нейронные процессы (по типу активации миндалины, BNST и префронталки) и когнитивные процессы (оценка вероятностей, ожидание последствий и кары небесной и интерпретация неопределённости) рассматриваются как и должны — как разные уровни описания одной и той же системы.

Никакой редукции когнитивных конструкций к нейронным, и никакого противопоставления.

В-четвёртых, и это один из важнейших пунктов — ключевое различие между нормальной и патологической тревогой проводится не по линии интенсивности. Как обычно это формулируется в популярных текстах? Разница между тревогой нормальной и патологической состоит в интенсивности и неадекватности. Если с последним ещё можно согласиться (хотя объяснительно это очень слабый критерий), то с первым согласиться крайне сложно.

Вот эту "неадекватность" современные модели делят на три составляющих: а) снижение чувствительности к контексту, б) трудностью выключения тревожного режима и в) генерализацией тревоги на безопасные ситуации.

Иными словами, проблема в том, что тревога теряет контекст, становится контекстНЕзависимой. Соответственно, ключевым здесь является потеря гибкости регуляции, а не интенсивность, не избыток или дефицит эмоций.

В-пятых, наконец, терапия должна быть направлена на восстановление гибкости. Методы квадратов, заземления и прочего — прекрасные способы справиться с тревогой в моменте, но они не приносят результата на длинной дистанции. Ещё раз: тревога — это функциональная система (не уверен, что этот термин здесь уместен, думаю, что лучше на что-то заменить). Если вы эту систему подавляете, то можете только усилить чувствительность к неопределённости и повысить риск рецидивов.

Такие тревожные сырки.

Немного об истории появления моноаминовой гипотезы депрессии.

https://pikabu.ru/story/antidepressantyi_poyavilis_ranshe_teorii_depressii_13642282?utm_source=linkshare&utm_medium=sharing

Понял

На случай, если не знали, где брать информацию о теории самодетерминации: https://selfdeterminationtheory.org/
Отдельный сайт с базовой информацией, разбивкой по направлениям человеческой деятельности и исследованиями на соответствующую тематику.

Видел жалобы от многих, мол, да кто эти ваши исполнительные функции? Вот. Вроде даже доходчиво получилось. Что мне ни капли не свойственно.

Забавное и разочаровывающее: полез искать информацию о зефирном тесте и наткнулся на статью, которая называлась "Стэнфордский зефирный эксперимент". Меня жутко переклинило и на слово "стэнфордский" пришла ассоциация "тюремный". Потому я решил, что в статье будет весёлая история о том, как детей поделили на группы надзирателей и заключённых. В статье этого не было.

Пока продолжается работа над статьями о теории самодетерминации, на Пикабу опубликовал статью с небольшим разбором исследования explaining dopamine through prediction errors and beyond.

Посмотрел в прямом эфире довольно интересный ролик о дисциплине. Жаль, что ВК Видео Лайв решил не сохранять записи двух с половиной прошлых трансляций, а сохранил довольно унылые первые, но это ладно.

Ролик о дисциплине хорош тем, что Алмара оставляет ссылки на концепции, которыми пользуется. Делит проявления проблем по разных уровням, а не лепит в одну кучу. Говорит тезисно, а не растекается мыслью по древу. И совмещает теорию с практикой.

Многим интересна практика. Мне интересна теория. И теория здесь не для галочки. Что очень цепляет. Рекомендую без оговорок.

Ошибка предсказания действия (APE): то, чего вы не знали о дофамине.

То, что сделали Шульц, Дайан, Монтегю, а затем Гершман, Стивенсон-Джонс, Гринстрит и их коллеги, выходит далеко за пределы академического интереса. Понимание того, как дофаминовая система реально обучает мозг — не в метафорическом, а в строго вычислительном смысле, — имеет прямое отношение к фундаментальным вопросам.

Вопросам клинической практики. Болезнь Паркинсона, шизофрения, зависимость, ОКР, СДВ — все это нарушения работы дофаминовых систем*. Но без точных вычислительных моделей мы лечим эти состояния вслепую.

Алгоритмы обучения с подкреплением, вдохновлённые работами Шульца и Дайана, лежат в основе современных систем ИИ — от AlphaGo до больших языковых моделей. Но эти алгоритмы все ещё далеки от того, что делает мозг: они либо чисто value-based, либо чисто policy-based. Открытие того, как мозг элегантно сочетает оба подхода в системе двойного управления, может привести к следующему поколению алгоритмов, которые учатся быстрее и с меньшим количеством данных.

Исследования вышеперечисленных авторов помогают и себя понимать. Почему мы действуем на автомате, когда застреваем в привычках? Почему целенаправленное усилие со временем уступает место автоматизму? Почему так трудно переучиться, когда заученное действие больше не ведёт к цели? APE-система предлагает нейробиологический механизм этих феноменов. Это не слабость воли и не недостаток характера — это работа value-free контроллера в хвосте стриатума, который делает свое дело: стабилизирует то, что сработало раньше.

Конечно, исследователи, о которых мы говорили, вряд ли думали о непосредственно будущем человечества, когда втыкали электрод в нейрон голову обезьяны или выверяли координаторы для оптоволоконной имплантации мыши. Они решали конкретные задачи: почему этот нейрон разряжается именно сейчас? что произойдёт, если мы стимулируем этот пучок аксонов? можно ли формализовать это наблюдение в уравнении?

Но именно так и движется наука. Крошечные, методичные, подчас мучительно медленные шаги. И когда эти шаги складываются в картину — как сейчас складывается теория множественных дофаминовых ошибок предсказания, — мы вдруг видим, что поднялись на новую высоту, с которой открывается вид на горизонты, о которых раньше и не подозревали.

Так что да — вклад этих людей бесценен. И наша задача как тех, кто пишет об этом, — не упрощать, не развлекать, а делать эту сложность доступной для тех, кто готов потратить время и внимание, чтобы понять. Именно такую статью мы и написали.

А я напоминаю, что здесь прикручен чатик, куда можно задать вопросы или написать пожелания
https://t.me/+AlmolrKYZ5o2MTli

Последние статьи о теории когнитивной оценки и теории интеграции мотивации даются особенно тяжело. Дохренища материалов (буквально по полсотни исследований на каждую теорию проверено), сложности с доступом к статьям (спасибо авторскому праву), сложности с доступом к нейросеткам (спасибо еблозаврам забугорным), сложности с доступом к трём буквам (спасибо еблозаврам нашим). Но пишем.

В силу полоротости часто забываю написать посты на разные темы, которые хочется поднять из забегаловки разума. В качестве напоминания оставлю здесь:
1. Расхожее выражение "это не лень / не слабость характера", которое часто встречается в нейрохрючеве, требует полного и бесповоротного разгрома.
2. Прыжок веры в область нейробиологических описаний при объяснении поведенческих феноменов часто не требуется.

Вот.

Так по мнению чатгопоты выглядит инфографика. Эти полуфабрикаты определённо нас заменят.

Ревность.

Понаблюдал за дискуссией на тему ревности к третьему лицу (когда человек ревнует не партнёра, а иного представителя привлекательного пола). Было много разговоров о том, кому выгодно и кто сука тупая.

На самом деле, тревожная привязанность имеет большую предсказательную силу и стабильно связана с более высокой ревностью.

А вот избегающая привязанность даёт более слабую и нестабильную связь. При этом эффект тревожной привязанности сохраняется даже после учёта удовлетворённости отношениями и длительности связи.

Как приятно жить в мире, где не требуется трястись за переменную "намерение держать запасной вариант".

Хотел про первомай, но лучше про людей.

Не понимаю. Очередной ответ Психожести по поводу отношача. В очередной раз пост улетит в Горячее. Пикабу вообще не ценит качество, да ему и на количество срать с высокой колокольни.

Неделю пишешь материал о том, как работает дофамин — насрать. Пишешь большую и важную статью по психологической тематике — насрать. Пишешь десятикратно переваренный кал про отношач с очевидными суждениями — да, отличная публикация для Горячего.

С чем же psychozhest спутал обязанность?

Тот самый ответ психожести вышел в Горячее, а я вышел из запоя с короткого отдыха.
Хотел писать продолжение, но продолжать особо нечего. Гражданин перепутал обязанность с долженствованием. При этом он интуитивно, но верно уловил основной смысл интернализации: перевести внешнее принуждение (когда партнёр требует секс) во внутреннее смирение с мыслью, что удовлетворение потребностей партнёра полезно для отношений.

Это не отменяет того, что никакой адекватной дискуссии вокруг данного вопроса не построить. Если человек не хочет с партнёром заниматься сексом (временно или вообще) — никакие долги и секс во благо его к этому принудить не могут.