Есть, но мало. Я вспоминаю сериал Пациенты, где показана адекватная и реалистичная психотерапия. Отношения пациента с психоаналитиком довольно правдоподобные. Без жестких перегибов в ту или иную сторону, а это бывает довольно редко в кино. О нем писала тут. И сериал Клан Сопрано. Тут психотерапия идет вторым планом, но тоже весьма реалистично. А первым планом история криминальной семьи.

Смотреть фильм, в котором нет явных конфликтов, драмы и преодоления — не интересно. Ведь нас должно что-то цеплять в героях, чтобы мы им сопереживали.

И раз существует штамп, где «психолог спит со своим клиентом», значит он цепляет людей. Потому что в основе у него лежит фантазия (бессознательная) о запретной связи. В реальности она табуирована, но так заманчива для нас на экране. А как это нарушение запрета будет показано в кино, уже другой вопрос.

Возможно, коллеги еще вспомнят реалистичные фильмы о психотерапии и поделятся ими в комментариях.

Спойлер — все мы идеализируем.

В нас, взрослых, сохраняется детская потребность в идеализации. Мы наделяем важных для нас людей особой ценностью и силой. И делаем это изо дня в день во многом бессознательно.

Но откуда она берется?
Я писала ранее про всемогущий контроль. Так вот идеализация — это следующая ступенька в нашей психике. Но важно напомнить, что внутри нас все процессы идут не линейно и разделение лишь условность.

Младенец развивается и постепенно его собственные фантазии о всемогуществе заменяются на фантазию о всемогуществе родителей. Ребенку важно верить в то, что есть взрослый человек, который справится со всеми опасностями и защитит его.

Это для нас мир более менее понятен. Мы знаем про болезни, сталкивались с несправедливостью, испытывали боль и видели смерть. А малышу только предстоит встретиться со всем этим. Один из способов справится с этой фрустрирующий тревогой — вера, что всем управляет кто-то всемогущий, всесильный и великодушный. Такой идеальный объект, который наделен качествами сверхчеловка.

Дети верят, что их родители супергерои с невероятными способностями. Помните, как в детстве мама дула вам на ранку или целовала в ушибленное место? И боль становилась не такой уж и сильной.

У идеализации есть обратная сторона — обесценивание, которое проявляется со временем. И это нормальная и важная часть взросления. Без него невозможен процесс сепарации-индивидуации. Подростковый бунт со свержением родительских авторитетов в том числе и про это. Обесценить, чтобы найти лучший новый мир вне родительского гнезде.

Дальше расскажу про взрослых, которые сохранили детскую идеализацию. И разберем, когда она естественная, как например во влюбленности, а когда становится патологичной, как у нарциссических личностей.

Еще идеализировать можно не только людей, но и идеи.

Например, верить, что именно ваш подход/методика в психотерапии самый лучший и доказанный. И только он способен помочь всем людям.

Или считать свой выбор единственно правильным. Потому что другие люди просто заблуждаются и ничего не понимают.

Если эти иллюзии есть в нашей психике, значит они там не просто так. Скорее всего они нас от чего-то оберегают.

Идеализировать — обесценивать

Быть для кого-то идеальным объектом поклонения чертовски приятно. Тебя боготворят, преподносят лавры и купают в постоянной любви. Но есть небольшой минус. Могут скинуть с пьедестала в любой момент и заменить на другую, улучшенную версию.

Примитивный механизм идеализации в конечном счете всегда ведет к обесцениванию. Это неизбежный процесс. Одни его перерастают и интегрирует психически, а другие становятся заложниками этих защит. Так и живут в бесконечном цикле — найти, идеализировать, усомниться, обесценить, покинуть, найти вновь и дальше по кругу.

Обесценить — это повернуть тумблер с обожания в сторону ярости. Когда ребенок проделывает такое с родителями и они адекватно реагируют на его эмоции и потребности — психика продолжает нормальное развитие, так как есть достаточно хорошая опора. А если возникают сложности и нет адекватного отклика от значимых взрослых — будет выбран иной путь. Но какой — завит от множества факторов.

Помните, что мы все идеализируем, а значит и обесцениваем, но каждый в своем масштабе. Просто чем больше иллюзии, тем больнее они рушатся.

И на обломках этих ложных иллюзий приходится возводить новую психическую реальность. Правда, чаще всего в психотерапии. Так как самостоятельно справиться намного труднее. Но это не значит, что невозможно.

Кстати, механизмом идеализировать и обесценивать обладают нарциссы. Обычно за это их и не любят.

А для них это один из немногих способов уберечь свое крайне хрупкое Я.

Наши внутренние переживания всегда будут стремиться наружу в надежде, что их услышат и поймут. В этом я каждый раз убеждаюсь в такси.

Вызываю машину, чтобы успеть на вокзал. Таксист спрашивает, надолго ли я уезжаю. Я обычно молчу, но понимаю, что человек настроен на беседу и решаю ее продолжить. И так наш разговор перетекает в рассказ, который заставил меня задумать и написать этот текст.

Я услышала, как человек скучает по дочери и как нежно называет ее цветочком: «она же девочка, как иначе». Как из своих сыновей вырастил настоящих мужчин. Как важно помнить о семье и родителях. Звонить им, разговорить. Иначе наступит момент и уже ничего не исправить. И как он упустил это время, потому что откладывал встречи на потом. Не успел сказать главное.

За эти 10 минут мне приоткрыли душу. Здоровый бородатый мужик с такой нежностью и любовью говорил о своих детях и с такой печалью о потере близких.

Под конец пути смущенно произнес: «ой, как-то я так наговорил. Сам не ожидал». Отвечаю, что я психолог и просто ненароком его разговорила.

Человек всегда готов поведать вам что-то, что терзает его изнутри. Достаточно дать ему пространство для этих слов и внимательно слушать.

В 2023 году в России появился новый праздник — день психолога. Отмечают сегодня, 22 ноября. Чем не повод поднять бокал с кофе и поздравить всех причастных.

А остальным напомню, что у меня собран список организаций, которые предлагают бесплатную психологическую помощь в разных форматах: онлайн встречи, телефон доверия, текстовые сообщения, кризисные центры. Там же в комментариях есть телефоны центров и рекомендации коллег.

Если вы давно хотели попробовать работу с психологом, но не решались ее начать, считайте это знаком.

"Большинство людей в действительности не хотят свободы, потому что она предполагает ответственность, а ответственность большинство людей страшит."

З. Фрейд

Если спросить у психотерапевта, что он выберет — вечное счастье или новое обучение, он задаст только один вопрос: а какие семинары планируются?

Так я наивно пообещала себе отдохнуть от длительный учебы, чтобы спокойно погрузиться в книги и переслушать пару тройку лекций. Как итог, через пару недель я уже подписывала договор на годовой курс клинического психоанализа в институте имени Сербского. И уже как месяц прошел с начала обучения.

Что могу сказать? Рекомендую его всем коллегам, кто живет в Москве. Особенно если у вас есть желание погрузиться в психоанализ поглубже. Преподаватели шикарные, лекции живые и интересные. Единственное, встречи проводятся только очно.

А для себя я приняла одную простую мысль. Счастье многогранно и одна из его сторон — любимая работа и постоянное развитие в ней.

Взрослая сексуальность и детская психика

Есть простая истина, которую психоаналитики повторяют уже много лет. Малышу не место в родительской постели.

Кажется очевидным, не так ли? Но истории, где мама и папа (чаще все таки мамы) спят с ребенком вплоть до подросткового возраста продолжают встречаться как в практике, так и в житейских рассказах.

Кровать родителей — место взрослой сексуальности. Это пространство для пары, которое наполняется возбуждением и эротическими фантазиями. И то, что взрослому хорошо и приятно, для ребенка может оказаться невыносимо.

Представьте, что мы даем младенцу жирный сочный стейк. Это вкусная еда для нас, но не для ребенка. Дети еще не умеют переваривать такую пищу и она опасна для них.

Так и со взрослой сексуальностью. Если поместить туда ребенка, будь это кровать родителей, сексуальный акт или хождение по дому полуобнаженными, то детская неокрепшая психика просто не справится с таким потоком перевозбуждения. А там, где чего-то очень много и защиты не выдерживают — возникает психическая травма.

И последствия эти уже во взрослом возрасте бывают разнообразными — от психозов до проблем в сексуальной сфере. Но об этом в другой раз.

А можно рассмотреть другой вариант семьи?... Ведь в нынешних реалях очень много неполных семей. И является ли в таком случае кровать матери/отца источником сексуальных фантазий и возбуждения?
Если в такой семье живёт мама-сын или папа-дочь, то вроде как понятно, разнополые и правила жёсткие.
А если, например, семья, где мать и дочери, отец и сыновья..
И кто-то может пройти в нижнем бельё друг перед другом или лечь вместе в кровать, в таком случае не идёт речи о сексуальной травме же... Разве нет?

Короткий ответ на первую часть вопроса — да, кровать родителей остается местом взрослой сексуальности. И ребенку в ней также не место. Не важно, одного он с родителем пола или разного.

Поясню, взрослый и ребенок — это два разных человека. Они устроены совершенно иначе и у них отличается восприятие мира.

У нас помимо нашего биологического тела, есть еще и тело эротическое, которое приносит наслаждение. Оно связанно со взрослой сексуальностью.

Ребенку взрослая сексуальность не доступна. Он просто до нее еще не дорос. Его эротическое тело должно созреть вместе со всеми остальными ощущениями, функциями и т.д.

Взрослое эротическое тело ощущается (бессознательно) как пугающее, невыносимое и перевозбуждающее для малыша. У него в психике еще нет представления об этом, нет внутреннего понимания этого чувства, нет слов для него, подходящих взрослых образов.

И помним, что дети — это симптом семьи. Часто родители проецирует в ребенка свои бессознательные фантазии, которые осуществляют за их счет.

Поэтому я переверну вопрос. Зачем взрослым родителям спать со своими детьми в одной кровати? Какую нехватку во взрослой жизни они пытаются компенсировать ребенком? Для чего его используют?

Поняла, что я варюсь в своем психоаналитическом пузыре. Когда я писала текст, думала, что он прост и понятен.

Но я ошиблась. Напишу дополнение, чтобы прояснить про взрослое эротическое тело и перевозбуждение. С более живыми примерами из реальности.

Ведь как всегда — ответы не так однозначны, вопрос в нюансах, контексте и истории человека. Психический мир полон парадоксов.

Иногда, чтобы объяснить одно понятие, нужно сделать пару шагов назад и начать издалека. Поэтому подбираться к эротическому телу и перевозбуждению мы будем аж с беременности матери. Так и проследим всю логику. Готовьтесь, текста будет много, но с ним и много интересных открытий.

Наступает срок, когда женщина готовится к родам и предстоящему материнству. Всю беременность она постепенно примеряет на себя роль матери. Фантазирует о будущем младенце, о своем материнстве и т.д. И когда роды приближаются, весь ее мир психический и реальный направлен на появление малыша. Считайте это своеобразная психическая подготовка.

С появлением ребенка женщина подстраивается под него, синхронизуется. Чувства обостряются, сон становится чутким, она интуитивно понимает, что нужно малышу в его первые недели и месяцы жизни. Этот переход называется первичной материнской озабоченностью. Не существует малыша отдельно от мамы. Хоть они уже и разделены физически, но остаются слиты психически.

Поэтому каждая женщина знает, как будет лучше ее малышу в этот период. Она по интонации плача понимает, что хочет «сказать» ей ребенок: ему холодно, он голоден или что-то болит. Порой даже предугадывая желания ребенка. Такая материнская интуиция.

В этот момент на ее психической сцене находится женщина-мать, которая занимает все пространство. И это правильно, без этой роли маме и малышу пришлось бы не сладко. Но на задворках сцены ожидает своего часа и другая роль — женщины-любовницы, которая была до беременности и на время уступила свои позиции. Настанет час и ей снова предстоит выйти на сцену.

Но когда это происходит? Тут в нашем рассказе появляется отец. И это значимая фигура, которая тоже предъявляет свои желания на женщину, но уже как на любовницу. Именно он становится той третьей стороной, которая разъединяет слияние мамы и малыша. И помогает женщине на время сменить роль матери на роль любовницы на психической сцене.

Важно, чтобы женщина внутри своей психической реальности находилась в удовлетворительных отношениях с отцом ребенка, тогда сценарий выше будет возможен. Если этого третьего нет — ей будет трудно выйти из слияния с малышом, а если их отношения с мужчиной слишком страстные и хаотичные — ребенку будет не хватать женщины-матери.

И это длинное вступление рассказывает нам, что условно в тот период есть две психические роли — матери и любовницы. Но которой из них принадлежит эротичное тело? И в чем разница между прикосновением к ребенку и мужчине? Об этом поговорим совсем скоро.

Язык нежности и язык страсти

Пора переходить к делу телу. Разберем, почему его эротическая сторона так опасна для ребенка и какой вклад вносит мужчина в развитие психики младенца.

Начало можно прочитать тут.

Представим себе обычную семью, в которой достаточно хорошие отношения между супругами и малышу их уже несколько месяцев. Днем мама проводит время с ребенком, обнимает, дарит свою любовь, удовлетворяет его желания. Так она говорит с ним на «языке нежности». Но наступает вечер, возвращается отец и предъявляет свое желание на жену. Она укладывает ребенка спать и идет в постель к любимому мужчине, становится сексуальной женщиной для него. Тут появляется «язык страсти» и эротическое тело, которые тесно переплетены.

Важно, чтобы каждому достался свой свой язык тела и не случилось путаницы. Поэтому родительская спальня — это метафора. С одной стороны она создает цензуру на распространение взрослой сексуальности, а с другой — помогает в развитии психического мира ребенка, стимулируя его фантазию — а что же там происходит за закрытыми дверьми у мамы с папой?

Проблемы начинаются, когда у женщины в ее психике образ мужчины отсутствует или любовные отношения с ним слишком конфликтные. Есть риск, что она будет бессознательно использовать своего малыша, как замену мужчине-отцу, чтобы удовлетворить потребности эротического тела. Брать его к себе в кровать, а мужа выселять в другую комнату под различными предлогами. Поверьте, аргументы о правильности такого поступка найдутся всегда. Или откажется от сексуальный жизни с мужчиной и всю себя посвятит ребенку. Какой секс, она же мать!

Произойдет смешение языков любви. И вместо нежности ребенок получит язык страсти. Так он чувствует себя как сексуальное и нарцисическое продолжение матери. Его не существует, как отдельного человека. Для него невозможно выбраться из ее удушающего захвата и слияния. Психика будет бедна на фантазии. Для их появления просто нет места, да и откуда им взяться, если мама всегда рядом? Это мир одной психики на двоих.

Это жуткая картина тотального слияния. Без будущего. Исправить ее можно, если родители поймут всю ненормальность ситуации. Этого достаточно для первого шага.

Кстати, в практике я постоянно встречаю этих выросших детей. Это взрослые, которые до сих пор находятся в симбиозе с матерью. Они хотят и одновременно не могут из него выбраться, так как материнская фигура внутри проникает абсолютно во все уголки их психической жизни.