между ними зарождалось нечто едва уловимое, то нежное и трепетное чувство, которое появляется между двумя молодыми людьми прежде, чем они сами успевают осознать его природу. они невольно выискивали друг друга среди прочих, вслушивались в голоса, узнавая их среди множества других, и, стоя напротив друг друга, ощущали, как сердце начинало биться чаще, словно оно уже знало то, в чём разум ещё боялся признаться. и тогда один взгляд, робкий и исполненный надежды, словно спрашивал: «позволите ли вы мне полюбить вас?» — а другой, такой же нежный, полный невысказанного чувства, отвечал: «да. и я полюблю вас в ответ».
psegur
psegur
❤23
а увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.
❤19
Владимир Турчинский сказал: «любой нормально ориентированный мужчина — подкаблучник. выпендриваться нужно поступками во внешнем мире, на работе, на войне и так далее. а дома то чего? что же, я буду самоутверждаться за счет своей жены? да ну».
❤18
один взмах дирижёрской палочки и тотчас из-под смычка скрипки полились пронзительные звуки, исполненные такой проникновенной тоски, что, казалось, они были способны коснуться самых сокровенных уголков человеческой души. музыка постепенно заполняла собой всё пространство, поднималась под высокие своды зала, скользила меж колонн и растворялась в мерцании хрустальных люстр, однако толпа, увлечённая собственными беседами, становившимися всё оживлённее и громче, оставалась совершенно равнодушной к той красоте, которая разливалась вокруг неё. и среди этого многоголосого собрания, среди бесчисленных лиц, улыбок и жестов, он смотрел на неё, не замечая более ничего из того, что происходило вокруг.
лунный свет, проникавший сквозь высокие окна, словно избрал её единственным предметом своего благосклонного внимания: он мягко скользил по её белоснежной коже, ложился серебристым сиянием на обнажённые плечи и переливался на платье, усыпанном миллионами крошечных кристаллов, каждый из которых отражал свет с такой дивной чистотой, будто в нём заключалась отдельная частица ночного неба. и, глядя на это необыкновенное зрелище, он невольно подумал, что кто-то, должно быть, похитил луну с её небесного престола и принёс её сюда, дабы заключить в стенах этого великолепного зала, однако едва ли даже столь величественное сооружение могло вместить всё то сияние и благородство, которые исходили от неё. её белая кожа, оттенённая густыми чёрными волосами, её тихое величие и та необъяснимая отрешённость, с которой она пребывала среди собравшихся, казалось, выдавали в ней дитя ночи, существо, рождённое под покровом звёзд и чуждое суетному миру, столь охотно присваивавшему себе всё, чего не мог понять.
и тогда он двинулся к ней.
в его движениях не было ни малейшего колебания, ни той неловкости, которая порой выдаёт человека, впервые решившегося приблизиться к предмету своего восхищения; он шёл с величественной уверенностью того, кто привык владеть собой и не нуждается в чужом одобрении, и, быть может, именно поэтому разговоры вокруг начали постепенно стихать, а взоры присутствующих один за другим обратились к нему. ещё мгновение назад каждый был поглощён собственными заботами и развлечениями, но теперь в воздухе возникло едва уловимое предчувствие чего-то необыкновенного, словно все собравшиеся вдруг ощутили, что перед ними разворачивается событие, которое обещает нарушить привычный ход вещей. и пока скрипка продолжала изливать свою печальную мелодию, он приближался к той, что, сама того не ведая, уже успела затмить для него и музыку, и сияние люстр, и весь этот великолепный мир, в котором она казалась единственным существом, достойным его внимания.
psegur
лунный свет, проникавший сквозь высокие окна, словно избрал её единственным предметом своего благосклонного внимания: он мягко скользил по её белоснежной коже, ложился серебристым сиянием на обнажённые плечи и переливался на платье, усыпанном миллионами крошечных кристаллов, каждый из которых отражал свет с такой дивной чистотой, будто в нём заключалась отдельная частица ночного неба. и, глядя на это необыкновенное зрелище, он невольно подумал, что кто-то, должно быть, похитил луну с её небесного престола и принёс её сюда, дабы заключить в стенах этого великолепного зала, однако едва ли даже столь величественное сооружение могло вместить всё то сияние и благородство, которые исходили от неё. её белая кожа, оттенённая густыми чёрными волосами, её тихое величие и та необъяснимая отрешённость, с которой она пребывала среди собравшихся, казалось, выдавали в ней дитя ночи, существо, рождённое под покровом звёзд и чуждое суетному миру, столь охотно присваивавшему себе всё, чего не мог понять.
и тогда он двинулся к ней.
в его движениях не было ни малейшего колебания, ни той неловкости, которая порой выдаёт человека, впервые решившегося приблизиться к предмету своего восхищения; он шёл с величественной уверенностью того, кто привык владеть собой и не нуждается в чужом одобрении, и, быть может, именно поэтому разговоры вокруг начали постепенно стихать, а взоры присутствующих один за другим обратились к нему. ещё мгновение назад каждый был поглощён собственными заботами и развлечениями, но теперь в воздухе возникло едва уловимое предчувствие чего-то необыкновенного, словно все собравшиеся вдруг ощутили, что перед ними разворачивается событие, которое обещает нарушить привычный ход вещей. и пока скрипка продолжала изливать свою печальную мелодию, он приближался к той, что, сама того не ведая, уже успела затмить для него и музыку, и сияние люстр, и весь этот великолепный мир, в котором она казалась единственным существом, достойным его внимания.
psegur
❤19
слабые духом всегда всё видят через траурную вуаль; душа сама создает свои горизонты.
❤27
а тут всё становится понятно, до смехотворного очевидно. когда желаешь встретить того самого, всё божественное провидение приложит свои необъятные силы, дабы ты не досталась никому иному, кроме него. будут происходить прелюбопытнейшие обстоятельства, и то, что в наше время именуют интуицией, станет неумолимо свидетельствовать против привязанностей ошибочных. будут случаться бедствия межличностных масштабов, рушиться надежды и разбиваться сердца, однако впоследствии, обернувшись назад, ты поблагодаришь за несбывшееся, за всё миновавшее тебя, ибо порой даже самые заветные желания бывают отведены заботливой рукой Того, Кто зрит дальше человеческого взора. и тогда станет до странности очевидно: не всякое лишение было утратой, не всякое расставание было несчастьем, а иное несбывшееся было лишь милосердным избавлением от чужого. ведь предназначенное тебе было любимо тобою ещё до обретения, и именно потому всё прочее должно было пройти мимо.
psegur
psegur
❤38
она была полна яда. таких людей встречаешь однажды, от силы дважды за всю жизнь, хотя я не пожелала бы никому даже вдыхать воздух рядом с ними, ибо и он отравлен до безобразия. её кровь была пропитана жадностью, алчностью, завистью и пороками, о существовании которых многие даже не подозревают. ах, я сама была свидетельницей проявлений низости, коим, казалось, не должно находиться места среди людей. горящие фотографии, род, сгорающий в пламени. ложь, обман и механизмы манипуляций. танцующие свечи, пляски демонов у ворот. о, Всевышний, дьявол бежал из ада, но ему не удалось притвориться ангелом.
psegur
psegur
❤31
Forwarded from Milana.
скупой может притвориться щедрым, злой человек может притвориться добряком, льстец может преподносить свою лесть под флагом правдивости, но притвориться интеллигентным человеком невозможно. вот почему интеллигентность вызывает такую злобу в неинтеллигентных людях.
❤29
он выкован из стали, закалён в огне,
взращён среди гранита и молчанья,
и кажется, что чужд он теплоте,
не ведая ни слабости, ни состраданья.
но сердце, скрытое под каменной бронёй,
хранит любовь, неведомую взгляду,
и шёлк его души, укрытый тишиной,
не всякому откроет нежность и отраду.
он твёрд, как скалы, встреченные на пути,
и бурям не сломить его стремленья,
но лишь одна сумеет разглядеть
души его сокрытое томленье.
psegur
взращён среди гранита и молчанья,
и кажется, что чужд он теплоте,
не ведая ни слабости, ни состраданья.
но сердце, скрытое под каменной бронёй,
хранит любовь, неведомую взгляду,
и шёлк его души, укрытый тишиной,
не всякому откроет нежность и отраду.
он твёрд, как скалы, встреченные на пути,
и бурям не сломить его стремленья,
но лишь одна сумеет разглядеть
души его сокрытое томленье.
psegur
❤27