Как показать любовь через утюг?

Вчера я провела день в деревне Переделкино вместе с книжным клубом Андрея Полетаева, где мы разбирали «Доктора Живаго» Бориса Пастернака.

Признаться честно, этот роман меня не очень впечатлил. Он очень масштабен, многословен и слишком… затянут, что ли. В Я абсолютно солидарна с Анной Ахматовой — Пастернак в первую очередь великий поэт, но не писатель.

Тем не менее атмосфера Переделкино была невероятной. Я окунулась в эстетику XIX века, которую так безгранично люблю, прошлась по комнатам дома, где жил сам Пастернак, и даже поднялась на тот самый чердак из моего любимого стихотворения.

«Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака».

Главным открытием дня стала метафора из «Доктора Живаго». Сцена, где герои признаются друг другу в любви через… раскалённые утюги.

Это удивительно и чертовски сильно: предметы простые, бытовые, знакомые каждому, вдруг начинают искрить, шипеть, гореть — и говорить о любви. Только настоящий гений способен рассказать о таких сложных и важных вещах через такие простые и бытовые предметы.

Герои не говорят ни слова о чувствах напрямую, но утюги в их руках, те действия, что они совершают и как говорят друг с другом занимаясь глажкой… это и создает такую удивительную атмосферу напряжения и страсти. Знаете, этот роман можно читать только ради этой сцены и некоторых очень крутых цитат:

«Искусство всегда, не переставая, занято двумя вещами: оно неотступно размышляет о смерти и неотступно творит этим жизнь.»

«Они проводили жизнь среди хороших книг, хороших мыслителей, хороших композиторов, хорошей, всегда, вчера и сегодня хорошей, и только хорошей музыки, и они не знали, что бедствие среднего вкуса хуже бедствия безвкусицы.»

Классика делает с нами то же самое. Она не кричит, не требует внимания — она словно разглаживает складки в душе, помогает дышать глубже, жить ярче. Классику нужно читать, не потому что «надо», а потому что это красиво.

Читайте классику,пожалуйста.
#литература #книги #впечатления

Бэкстейдж открытия: Боль, страдание, демоны и красота…

Вот и прошло то событие, к которому я так напряжённо готовилась в течение двух месяцев. Аж не верится… 4 часа мероприятия превратились в 1 секунду… на одном дыхании.

В самом сердце парка Сокольники открылся мой новый авторский лофт, 350 м² — Михаил Врубель.

Это не было просто… это было очень сложно. Но это было прекрасно. Сегодня делюсь с вами тем, как это было…

Центральным элементом круглого стеклянного зала стал старинный белый рояль в окружении волшебных деревьев сирени. Самое сложное было сделать эти деревья. Первые подрядчики, которые обещали нам эту скульптуру, просто украли деньги и бросили всё на половине пути. Вторым пришлось очень нелегко, так как сроки сильно сдвинулись из-за недобросовестной работы первой команды.

Мы не могли двигаться дальше, так как из-за сборки дерева всё было в бетоне. Нужного оттенка сирень не приехала из Китая, и мы красили 800 голов сирени вручную в течение 3-х дней и ночей. Затем собирали и красили дерево ещё 3 дня, подбирая правильный оттенок древесины.

Потом подрядчик по аудиотехнике не прислал нам товар и сказал, что у них случилась пересортица, и они когда-нибудь обязательно вернут нам деньги. А пока будут слать по 30 тысяч — непонятно когда и как… Мы нашли нового подрядчика… и купили технику.

Очень дорого и сложно шёл монтаж штор и карнизов: оказалось, у нас очень сложные проёмы, и под них нужно делать шторы назаказ. С большим трудом мы нашли прекрасную женщину Елену, которая супер срочно сшила нам шторы.

Сломалась горячая вода, не отключался тёплый пол, потекла система кондиционирования, забились фильтры вентиляции. Сгорел электронагреватель. Новая плита отказалась работать наполовину.

Рояль отреставрировали очень плохо — пришлось срочно просить нашего реставратора исправить ситуацию до открытия.

На этом этапе я уже серьёзно начала задумываться о том, что у нас там живут демоны…

Ну и в довершение всего — внезапно вдоль нашей дороги выстроился парад из тракторов, деревья заколотили в уродливые ящики, а центральную часть парка закрыли на реконструкцию, не предупредив нас заранее! Нас ошибочно внесли в список закрытых территорий… пришлось отвоёвывать себе проход к зданию.

Здесь, в моменте, я уже была точно уверена, что они там живут. Без сомнений.

От роли в перформансе отказался главный актёр, нам пришлось срочно искать нового.

Ребята, за это открытие я устала так, как никогда. Это был такой мощный экспириенс и такой серьёзный тест для команды! Но мы великолепно со всем справились.
Мы шли к своей цели — и в кратчайшие сроки разработали авторское меню, вдохновлённое Серебряным веком, с невероятными десертами и напитками.

Я искренне благодарю каждого члена моей великолепной команды за эту фантастическую работу. Каждый выложился на 1000%, и это создало самую волшебную, красивую и вдохновляющую атмосферу. Мне было так приятно наблюдать за тем, как в сложных условиях ребята только еще больше собираются…

Мы подружились с Врубелевскими демонами. Мы победили… это было прекрасно!

P.S. Когда утром перечитывала, поняла, что забыла добавить самое интересное… за это время я еще и умудрилась переболеть пневмонией 🌚, поэтому почти 2 недели, не могла говорить из за кашля… и всей стройкой руководила из кровати. 🤣 Это действительно был демонический челендж…

#Личное #casapicassa #врубель

КОНЬ — ОГОНЬ

Ну и теперь — долгожданный ответ на вопрос: что же закладывал художник в своего красного коня?

Во-первых, — не лошадь. Во-вторых, — не купание. Это образ, который должен был «удержать дух времени».

Петров-Водкин писал: «Хотел выразить состояние напряжения, тревоги, чувство исторической судьбы. Стремился соединить форму с её внутренним значением».

Он долго искал «звучание цвета» — и пришёл к красному. Не яркому, а глубокому, как пламя. «Огонь, а не плоть», — скажет он позже.

А теперь к самому интересному: всадник на картине — это не собирательный образ. Это конкретный человек. Александр Трофимов, Шура. Двоюродный брат художника. Он с юности жил в его доме. Был для него кем-то вроде сына или брата.

«Посадил тебя на лошадь», — писал Петров-Водкин Шуре в письме.

Он позировал и для нескольких картин художника. Но только здесь стал на «Купании красного коня» он стал символом. Который кстати, с ним сыграл безжалостную шутку.

Прошли годы. Наступил 1937-й. Шура был арестован по обвинению в антисоветской деятельности и получил десять лет лагерей. Петров-Водкин не вмешался, он боялся попасть в немилость. Так и закончилось история мальчика на красном коне…

#живопись #искусство #русскоеискусство