Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 1.

Бог, зная нашу немощь и предвидя, что и по святом крещении мы будем согрешать, дал заповеди, чтобы соблюдением их мы могли очиститься от грехов и от страстей. Ибо страсти и грехи не одно и то же. Страсти – это живущие в сердце гнев, тщеславие, сластолюбие, ненависть, злая похоть и прочее. Грехи - это действия страстей, когда мы на деле и в теле приводим их в исполнение. Можно не грешить на деле, но иметь в сердце страсти.
Как избавиться от страстей? Послушайте, что говорит Сам Господь: «научитесь от Меня, яко кроток есть и смирен сердцем: и обрящете покой душам вашим» (Мф.11:29).
Желающий найти покой да научится смирению и увидит, что в нём всякая радость, слава и покой. Имеется ввиду истинное смирение, не на словах или во внешнем виде, но имеющее корень в самом сердце.
Через сокрушение сердечное человек освобождается от зла, делается послушным заповедям, приобретает добродетели и восходит в покой. Зная это, святые старались смиренной жизнью соединить себя с Богом. И были те, кто не только пресекли грехи, но победили страсти, каковы святые Антоний Великий, Пахомий Великий и прочие богоносные отцы, которым мир распялся и они распялись миру.
Как мир распинается человеку? Когда кто отрекается от мира и делается иноком, оставляет родителей, имения, приобретения, торговлю, даяние другим и приятие от них, тогда распинается ему мир, ибо он отверг его. Это и значат слова Апостола Павла: «мне мир распяся».
Но он прибавляет: «и аз миру». Как же человек распинается миру? Когда, освободившись от внешних вещей, борешься против самих услаждений и своих желаний. Умертвив страсти, ты распинаешься миру и можешь вместе с Апостолом сказать: «мне мир распяся, и аз миру».

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 2.


Некто из старцев сказал: «Прежде всего нужно нам смирение, чтобы быть готовыми на каждое слово, которое слышим, сказать: «прости»; ибо смиренномудрием сокрушаются все стрелы врага и сопротивника».
Почему он не сказал, что прежде нужно воздержание, страх Божий, милостыня или вера? Потому что никакая добродетель не может быть совершена без смиренномудрия.
Диавол называется врагом и противником, потому что он враг всякого добра и препятствует всякому доброму делу. Но смирение сокрушает все оружие его. И святые шествовали путем смирения, сокращая трудом путь свой, как говорит Псалмопевец: «виждь смирение мое и труд мой, и остави вся грехи моя» (Пс.24:18) Смирение и одно может ввести нас в Царствие, но только медленно.
Блажен, братия, кто имеет смирение, ни на кого не гневается и никого не прогневляет. Велико смирение, ибо оно одно сопротивляется тщеславию, хранит от него человека и покрывает душу от всякой страсти и искушения. Когда святой Антоний увидел распростертыми все сети диавола и, вздохнув, вопросил Бога: «кто же избегнет их?», то отвечал ему Бог: «смирение избегает их», а что ещё более удивительно, добавил: «они даже и не прикасаются ему».
Смирения есть два, как и две гордости.
Первая гордость, когда кто укоряет брата, осуждает, а себя считает выше его. Такой, если не опомнится и не исправиться, приходит во вторую гордость и возгордится против Самого Бога, и подвиги и добродетели свои припишет себе, а не Богу. Мы должны всеми силами бороться против первой гордости, чтобы не впасть и во вторую.
Гордость бывает мирская и монашеская: мирская - когда кто гордится богатством, красотой, одеждой, происхождением, талантами. Если мы тщеславимся этим или тем, что монастырь наш больше или богаче других, что в нём много братии, то находимся ещё в мирской гордости. Монашеская же гордость, когда тщеславятся упражнениями в бдении, посте, доброй жизнью, тщательностью. Иной и смиряется для славы. Всё это относится к монашеской гордости. Должно нам вовсе не гордиться, но если кто избежать этого не может, то хоть бы гордился преимуществом монашеских дел, а не мирским.
Первое смирение состоит в том, чтобы почитать брата своего разумнее, а себя ниже всех. Второе же смирение в том, чтобы свои подвиги приписывать Богу – это совершенное смирение. Оно рождается от исполнения заповедей. И чем более святые приближались к Богу, тем более видели себя грешными. Авраам, когда увидел Господа, назвал себя землёю и пеплом (Быт.18:27); Исаия же сказал: «окаянный... и нечистый есмь аз» (Ис.6:5).
Что такое сие смирение и как оно рождается в душе из одних слов не научишься, если не будешь иметь опыта. Один брат спросил старца: что есть смирение? Старец отвечал: «Смирение есть дело великое и Божественное; путём к смирению служат телесные труды, совершаемые разумно; считать себя ниже всех и постоянно молиться Богу; само же смирение - Божественно и непостижимо».
Считающий себя ниже всех, не гордится перед братьями, не укоряет, не унижает и тем сопротивляется демонам и первой гордости. Тот, кто непрестанно молится – противится второй гордости и зная, что невозможно совершить никакой добродетели без помощи Божией, не перестаёт молиться. Если совершит что-либо доброе, знает, почему совершил и не приписывает это своей силе.
Но как телесные труды могут привести к смирению? Душа, по преступлении заповеди, как бы нечто единое с телом, как сказано: «не имать дух мой пребывати в человецех сих... зане суть плоть» (Быт.6:3). Труд смиряет тело, а когда тело смиряется, то вместе с ним смиряется и душа.

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 3.

Когда Бог сотворил человека, то всеял в него помысел, который показывает, что доброе, а что злое: он называется совестью. Это естественный закон, следуя которому, патриархи и все святые прежде письменного закона угодили Богу. Но когда люди совесть попрали, сделался нужен закон написанный, стали нужны пророки и само пришествие Христа, чтобы погашенную искру совести снова возжечь хранением святых Его заповедей.
Теперь в нашей власти засыпать её опять, или дать ей светиться в нас. Ибо когда совесть наша говорит нам сделать что-либо, а мы пренебрегаем, она начинает говорить в полголоса. И кажется, будто её вовсе нет. Однако нет человека, не имеющего совести, она никогда не погибает, мы не ощущаем ее, потому что пренебрегаем ею.
Поэтому и в Евангелии сказано: «Мирись с соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним» (Мф.5:25). Совесть называется соперником потому, что сопротивляется злой нашей воле и напоминает нам, что мы должны делать.
Постараемся, братия, хранить совесть нашу, пока мы находимся в этом мире, не допустим, чтобы она обличала нас в каком-либо деле. Не будем попирать её и в самом малом. Ибо если кто говорит: «Что за важность, если я скажу это слово? если съем эту безделицу? если посмотрю на эту вещь?» – от этого впадет он в худой навык и будет пренебрегать великим. И со временем придет в совершенное нечувствие. Поэтому заповедует нам Господь блюсти свою совесть и увещевает каждого из нас: «Что ты делаешь, несчастный! Опомнись и помирись с соперником твоим, пока ты на пути с ним». Потом указывает бедственные последствия от несоблюдения сей заповеди: «чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не отдал бы тебя слуге, и не ввергли бы тебя в темницу». А затем что? – «истинно говорю тебе: ты не выйдешь оттуда, пока не отдашь до последнего кодранта».
Хранит совесть в отношении к Богу тот, кто действует по заповедям, даже в том, что не видят люди и что никто от нас не требует.
Хранит совесть в отношении ближних, кто не никого не оскорбляет и не соблазняет, ни делом, ни словом, ни видом или взглядом. Не делает того, о чём знает, что делает это с намерением оскорбить.
Хранит совесть в отношении к вещам тот, кто не обращается небрежно с какою-либо вещью, не допускает ей портиться и не бросает её как-нибудь, а увидев брошенное положит на своё место. Осмотрительно обходиться со своей одеждой и постелью, не завидует чужим вещам и довольствуется тем, что имеет. Отцы говорят, что монах никогда не должен допускать, чтобы совесть обличала его в какой-либо вещи.

Москва, 14 февраля с 15:00 до 20:00 в Культурном центре "Фавор" состоится автограф-сессия с о.Сергием Барановым и презентация двух новых книг "Замри и слушай" и "Печалерадование". Это небольшие прекрасные новинки для духовной помощи Великим Постом, подробнее о них ниже.

Также 14 февраля с 15:00 до 20:00 и 15 февраля с 16 до 19:00 состоится ярмарка одежды и подарков из скита магазина "К Свету".
Бесплатная регистрация на события здесь. 👈🏻

О книгах: это искреннее слово священника, основанное на личном опыте борьбы, сомнений и утешения. В них говорит человек, прошедший через трудности и нашедший в них живую встречу с Богом. Эти небольшие книги особенно созвучны времени Поста. Они честно отвечают на сложные вопросы: как молиться от сердца, как не отчаиваться и где искать смысл в испытаниях. Это правдивый и глубокий разговор, который может стать поддержкой на пути к Пасхе.

Адрес: Подворье Троице-Сергиевой Лавры, 2-й Троицкий пер., 6, стр. 9 м.Цветной бульвар, Сухаревская. Подробнее, как дойти до места, можно посмотреть здесь. 👈🏻

Заказать книги в другие города:
"Печалерадование" 👈🏻
"Замри и слушай" 👈🏻

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 4.

Святой Иоанн говорит: «совершенная любовь изгоняет страх» (1Ин.4:18). Что хочет сказать этим святой Апостол? О какой это любви и о каком страхе? Ибо пророк Давид говорит: «бойтесь Господа все святые Его» (Пс.33:10), и много других подобных изречений находим мы в Божественных Писаниях. Итак, если и святые, любящие Господа, боятся Его, то как же святой Иоанн говорит: «совершенная любовь изгоняет страх»?
Есть два страха: первоначальный и совершенный, и один принадлежит начинающим быть благочестивыми, другой есть страх святых совершенных, достигших меру совершенной любви. Кто исполняет волю Божию по страху мук, тот еще новоначальный: ибо он не делает добра для добра, но по страху наказания. Исполняющий волю Божию из любви к Богу, знает, в чём состоит суть добра, он познал, что значит быть с Богом. Сей-то имеет истинную любовь, которую Святой Иоанн называет совершенною. И эта любовь приводит его в совершенный страх, ибо он боится и исполняет волю Божию не по страху наказания, но потому, что вкусив сладости пребывания с Богом, боится лишиться её. И сей совершенный страх изгоняет первоначальный страх: посему-то Апостол и говорит: «совершенная любовь изгоняет страх».
Невозможно достигнуть совершенного страха иначе, как только первоначальным страхом. Ибо мы сначала угождаем Богу, боясь муки, и находимся в состоянии раба; затем, ищем награды и уподобляемся наёмникам; и наконец, делаем добро ради самого добра, и тогда находимся в состоянии сына. Сын, когда приходит в совершенный возраст, исполняет волю отца не потому, что боится наказания, и не для награды, но хранит особенную любовь и подобающее отцу почтение, и уверен, что всё имение отца принадлежит и ему. Таковой сподобляется услышать: «уже не раб, но сын... и наследник Божий Иисус Христом» (Гал.4:7).
Господь, сказав Аврааму, когда он привёл для жертвоприношения Ему сына своего: «теперь Я знаю, что боишься ты Бога» (Быт.22:12), сим означил тот совершенный страх, который рождается от любви. Ибо иначе как бы он сказал: «теперь Я знаю», когда Авраам уже оставил всё своё и переселился в чужую землю к народу, служившему идолам, где не было и следа Богопочитания, и сверх этого навёл на него Бог такое страшное искушение – жертвоприношение сына, и только после этого сказал ему: «теперь Я знаю, что боишься ты Бога». Очевидно, что Он говорил о совершенном страхе, свойственном святым.
Страху Божию противостоит дерзость словом, осязанием и взором. От дерзости иной впадает в празднословие, говорит мирское, делает смешное и побуждает других к непристойному смеху. Дерзость, когда кто прикоснется другого без нужды, когда поднимет руку на кого-либо, толкает кого-нибудь, вырвет у него что-нибудь из рук, бесстыдно смотрит на кого-нибудь: всё это дерзость, происходящая от того, что в душе нет страха Божия, и от этого человек постепенно приходит и в совершенное нерадение .
Если кто увидит, что ближний скорбит, то оставь дело, которое производит соблазн, уступайте друг другу, не настаивайте на своём до того, чтобы последовал вред: ибо лучше пусть дело не исполнится так, как вы хотите, нежели от усилия вашего вы смущаете или оскорбляете друг друга.
Все дела, которые мы делаем, делаем для того, чтобы получить от них пользу. Какая же польза, если не смиряемся друг перед другом, но смущаем и оскорбляем друг друга! Сказано в Отечнике: «От ближнего – жизнь и смерть». Поучайтесь всегда в этом, следуйте словам святых старцев, старайтесь с любовью и страхом Божиим искать пользы своей и ближних: таким образом можете от всего случающегося с вами получать пользу и преуспевать. Сам Бог наш, как человеколюбец, да дарует нам страх Свой, ибо сказано: «Бога бойся и заповеди Его храни» (Еккл.12:13), это требуется от всякого человека. Самому же Богу нашему да будет слава и держава во веки. Аминь.

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 5.
Премудрый Соломон говорит в Притчах: «При недостатке попечения падает народ как листья, а при многих советниках благоденствует» (Притч.11:14). Нет несчастнее и ближе к погибели людей, не имеющих наставника в пути Божием. Человек, никем не управляемый, сначала всегда имеет усердие к посту, бдению, безмолвию, послушанию и к другим добрым делам; потом усердие это мало-помалу охладевает, и не имея никого, кто бы наставлял его, поддерживал и воспламенял в нём усердие, подобно листу иссыхает, падает и становится, подвластным демонам, и они делают с ним, что хотят.
О тех, кто открывает свои мысли и поступки духовнику и делают всё с советом, Писание говорит: «спасение... есть во многом совете» (Притч.11:14). Не говорит: «в совете многих», то есть чтобы с каждым советоваться, но что должно советоваться с тем, к кому имеем доверие, и не так, чтобы одно говорить, а другое умалчивать. Если человек открывал не всё, и если он был обладаем худым навыком или был в худом сообществе, то диавол находит в нём одно пожелание и им низлагает его.
Когда диавол видит, что кто-нибудь не хочет грешить, то он не станет внушать ему какие-либо явные грехи, совершать которые мы не хотим, но находит в нас одно пожелание или одно самооправдание, и через это под видом доброго вредит нам. Когда мы держимся своей воли и следуем своим оправданиям, мы сами себе расставляем сети и даже не знаем, как погибаем. Ибо как можем уразуметь волю Божию, если верим самим себе? Поэтому авва Пимен говорил, что воля наша есть медная стена между человеком и Богом. И добавляет к этому: «Если же и самооправдание поможет воле, то человек совершенно развращается».
Диавол не находит, каким образом вредить человеку если он всегда советуется со своим духовным отцом, и таким образом исполняется на нём слово: «спасение есть во многом совете». Лукавый радуется о тех, «имже несть управления». Почему? Потому что они «падают аки листвие». Я не знаю другого падения монаху, кроме того, когда он верит своему сердцу. Некоторые говорят: от того падает человек, или от этого; а я не знаю другого падения, кроме того, когда человек последует самому себе. Видел ли ты падшего, – знай, что он последовал самому себе. Нет ничего опаснее, нет ничего губительнее сего.
Что же делать, если не имеешь человека, которого мог бы вопрошать? Если кто хочет истинно, всем сердцем, исполнить волю Божию, то Бог найдет, как наставить его по воле Своей. Если же не хочешь искренно творить волю Божию, то хоть и к пророку пойдешь, пророк ответит сообразно развращённому сердцу твоему. Поэтому мы должны всею силою направлять себя к воле Божией и не верить своему сердцу. Господь Бог да покроет нас от бедствия, постигающего тех, которые уповают на самих себя, и да сподобит нас держаться пути отцов, угодивших Ему. Ибо Богу подобает всякая слава, честь и поклонение во веки. Аминь.

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 6.

От того, что мы, как говорили отцы «не оплакиваем своего мертвеца», то есть бываем невнимательны к своему сердцу, мы начинаем замечать грехи ближнего. А ничто так не приводит к отстранению от Бога, как злословие, осуждение и уничижение ближнего.
Злословить – это сказать о ком-нибудь, что он солгал, разгневался, впал в блуд. А осуждать – сказать: такой-то лгун, гневлив, блудник. Ибо одно сказать: «он разгневался», и другое сказать: «он гневлив» и произнести таким образом приговор о всей его жизни.
Одному Богу принадлежит власть оправдывать и осуждать. Он знает душевное устроение каждого, его силу, образ воспитания, таланты, телесное сложение; и судит сообразно с этим. По-разному судит Бог дела епископа, правителя, игумена, ученика, старого, юного, больного или здорового. Кто может знать эти суды? Только Бог, всё создавший и всё знающий.
В некоторый город пришел корабль с невольниками, а в городе том жила одна святая дева. Она, услышав, что пришел корабль, обрадовалась, ибо желала купить себе сироту, и воспитать её незнающей пороков. Узнав у хозяина корабля, что у него есть две маленькие девочки, она отдала цену за одну из них. Когда же хозяин корабля удалился в другое место, встретила его блудница, совершенно развратная, и отдав цену, взяла вторую и ушла с ней. Можно ли сказать, что Бог равно взыщет как с одной, так и с другой девицы, если, повзрослев, обе впадут в блуд или иной грех? Можно ли сказать, что обе они подвергнутся одному суду? Одна поучалась в словах Божиих; другая же, несчастная, никогда не видела и не слышала ничего доброго. Как возможно, чтобы обе были судимы одним судом?
Случается, что брат погрешает по простоте, но имеет одно доброе дело, которое Богу важней всей его жизни: а ты судишь и отягощаешь душу свою. И откуда тебе знать сколько слёз он пролил о своем грехе пред Богом? Ты видел грех, а покаяния не видел.
Когда же мы не только осуждаем, но и презираем согрешившего, это хуже осуждения и гораздо пагубнее. Хотящие спастись не обращают внимания на недостатки ближних, но смотрят на свои собственные и тогда преуспевают. Таков был тот, который, видя, что брат его согрешил, вздохнул и сказал: «Горе мне! Как он согрешил сегодня, так я могу упасть завтра». Разве святые были слепы и не видели согрешений? Да и кто настолько ненавидит грех, как святые? Однако они не отвращались согрешающего, но сострадали, скорбели о нём, вразумляли, утешали, врачевали, как больного, и делали всё, чтобы спасти его
Господь Бог да сподобит нас слышать и исполнять оное. Ему слава и держава во веки веков. Аминь.

Для тех, кто отвык или ввиду обстоятельств не может читать длинные тексты, краткий пересказ «Душеполезных поучений» Аввы Дорофея. Поучения обращены к желающим монашества, но в них любой христианин можно найти что-то полезное для себя.
Глава 7.
Иногда, услышав оскорбительное слово, человек переносит его без смущения, а иногда смущается.
Одного брата я никогда не видел смутившимся или скорбящим, или разгневанным, хотя многие часто досаждали ему и оскорбляли его. Этот юноша так переносил оскорбления, как будто никто вовсе не смущал его. Однажды я просил его, какой помысл помогает его долготерпению. Он отвечал без смущения: «Мне ли обращать внимание на их недостатки, или принимать от них обиды как от людей? Это – лающие псы». Итак, случается, что кто-либо не приходит в смущение и от презрения ближнего, а это явная погибель.
Но, главная причина всякого смущения, в том, что мы не укоряем себя. Если человек совершит тьмы добродетелей, но не будет укорять себя, то никогда не перестанет оскорбляться и оскорблять, теряя чрез это все труды свои. Напротив, какую радость и спокойствие имеет тот, кто укоряет себя! Куда бы ни пошёл он, как сказал авва Пимен, какой бы ни приключился ему вред или бесчестие, он заранее считает себя достойным скорби и никогда не смущается. Есть ли что беспечальнее такого состояния?
Допустим, испытав себя, не находишь повода, по которому брат оскорбляет тебя? Но если испытаешь себя со страхом Божиим, то все же найдёшь, что ты дал повод словом или видом. А быть может, это произошло в другое время, или ты опечалил другого брата и должен пострадать за это, или за иной какой-либо твой грех.
Случается, что иной пребывает в мире и безмолвии: но когда брат скажет ему оскорбительное слово, то смущается, и полагает себя вправе скорбеть на него, говоря: если бы он не пришёл и не смутил меня, то я не согрешил бы. Вот смешное суждение! Он своим недобрым словом только обнаружил страсть, прятавшуюся в тебе, чтобы ты покаялся в ней.
Если мы во всём, что с нами случается, считаем виновными самих себя, это приносит нам много добра и доставляет великое спокойствие и преуспевание. Святые если и страдают, то страдают за имя Божие или для того, чтобы обнаружились их добродетели на пользу многим, но можем ли мы, согрешающие ежедневно и укоряющие ближних, так сказать о себе?
Так как каждый оправдывает себя, а от ближнего требует исполнения заповеди, мы не можем прийти в познание добра. Авва Пимен сказал: «Все добродетели вошли в дом сей, кроме одной, без которой трудно устоять человеку». И когда его спросили: «Какая это добродетель?», он отвечал: «Та, чтобы человек во всём укорял себя». И святой Антоний сказал: «Великий подвиг человека состоит в том, чтобы он пред лицом Божиим возлагал всё согрешение своё на себя». Мы же, услышав одно слово, тотчас перетолковываем его, говоря: если бы он не хотел смутить меня, то не сказал бы этого.
Где пророк Давид, который сказал о Семее: «Оставьте его, пусть он злословит, ибо Господь повелел ему злословить Давида» (2Цар.16:10). Он сказал это, имея разум духовный и зная, что милость Божию привлекают переносимые искушения, и особенно во время скорби. Для чего? «Может быть, Господь призрит на уничижение мое, и воздаст мне благостью за теперешнее его злословие.» (2Цар.16:12).
Господь Бог да вразумит нас молитвами святых, ибо Ему всякая слава, честь и поклонение во веки. Аминь.