В 1914 году начинается война. Бен Гурион узнает о ней, когда его русский корабль начинают преследовать 2 немецких крейсера.

Сойдя на берег в Яффо, он сталкивается с турецкой новой директивой—изгнать всех евреев с подданством враждебных государств, подавить все национальные движения на территории Османской империи. Под раздачу попал и сионизм. После долгих допросов Давида и его друга, будущего президента Израиля, Ицхака Бен Цви турки высылают из эрец Исраэль.

Уже по пути на корабль, который отвезёт его в Египет, Давид встречает араба-однокурсника из турецкого университета. Услышав историю о высылке товарищ ответил ему:
«Как твой друг я соболезную, как арабский националист я радуюсь.»

Сказать, что Давид был в шоке—ничего не сказать. По его воспоминаниям, это был первый раз когда он столкнулся с неприкрытой арабской враждебностью, на национальной почве.

Для удобства я решил завести в канале тег #отецнации . По нему вы легко сможете найти все опубликованные кусочки биографии.

Давид Бен Гурион не понимает намеков.

Покинув Египет, Давид едет в турне по США, пытаясь привлечь еврейскую молодежь к рабоче-сионистскому движению. Оно закончилось одновременно крахом и большой победой. Давид видит только крах, потому что планировал собрать под свои знамена 10-ки тысяч, а собрал только 150 человек. Победой обернется потом присоединившаяся во время этой кампании девушка Голда Мабович из Милуоки (говорят, о ней фильм недавно сняли).

Потом Давид садится писать книгу «Земля Израиля». Ему грустно и одиноко. Он пишет длинные письма с непрозрачными намеками своей возлюбленной из Полонска Рахель Бейт Алахми, которая к тому времени глубоко замужем.

Тем временем на горизонте появляется молодая медсестра Паолина Мунбаз.

«Он был бледный, с вьющимися волосами и в драной одежде, но когда он заговорил, я поняла, что ему суждено быть великим человеком», —вспоминала потом Пола Бен Гурион.

В общем, она положила на него глаз, а он думал, что все еще что-то решает в этой истории.

Узнав, что Давид пишет книгу, Паолина вызывается ему помочь. Давид не понимает что происходит, и даже делит с ней гонорар после выхода книги. Как-будто ее гонорар интересовал.

5 декабря 1917 года они входят в муниципалитет Нью-Йорка, платят взнос 2 доллара и выходят оттуда женатыми.

«Из-за свадьбы я опоздал на партсобрание на 15 минут»,—вспоминал потом БГ,—«товарищи журили меня пока я не сказал, что женился. Узнав, они удивились, что никому не рассказал и что не сделал это через раввина.»

Потом на выходных молодожены снова встретились и пошли искать себе квартиру на съем чтобы наконец-то съехаться.

#отецнации

Виктор Вахштайн как всегда прекрасен и по делу

Каждый раз, когда европейские журналисты припирают израильского политика к стенке и требуют от него провести внятное концептуальное различие между «Хамасом», «жителями Сектора Газа» и «палестинским народом», политик начинает краснеть, повышать голос и на глазах превращаться из президента Ицхака Герцога в шекспировского герцога Веронского.
Трудно сохранить ясность формулировок перед лицом абсолютного беспримесного зла. Потому что зло – на то и зло, чтобы избегать внятных квалификаций. Но если их не давать, быстро попадаешь в ловушку, расставленную сочувствующими злу наблюдателями.
Путь в западню выглядит так:
1. Сначала мы говорим: «Это не люди. Это нелюди. Люди бы так не поступили. Люди на такое неспособны».
2. Затем мы говорим: «К ним неприменимы наши западные гуманистические категории. Потому что наши категории – они для нормальных людей придуманы. Для тех, кто обладает одной с нами природой. А это – звери.» (Тут в студии обязательно найдется защитник животных, который вставит свое дежурное «Не обижайте зверей! Они тут ни при чем».)
– Ага! – Ликует журналист ВВС. – Значит, вы признаете, что считаете всех палестинцев животными?
- Нет, не всех! – Отвечает политик. – Но…
И все. Он пропал. Потому что теперь ему нужно либо обосновать, что террористы обладают какой-то иной природой, отличной от природы остальных жителей Сектора Газа (хамасовцев, видимо, с Альдебарана прямиком в Хан-Юнис десантировали, к палестинцам они вообще никакого отношения не имеют), либо встать на скользкий путь вменения коллективной вины – «А почему они не свергли Хамас?! Значит, они все – Хамас».
Когда я слышу слово «природа», я снимаю свой «браунинг» с предохранителя, говорил один антрополог. И он, в сущности, прав. Аргумент «от природы» открывает сразу два портала в ад.
Первый – потому что старая европейская традиция мышления связала идею «природы» с набором коллективных убеждений, верований и ценностей. Испанский конкистадор-миссионер замечал: «Дикари не крещеные, не веруют в Христа и потому обладают отличной от нас природой». «Террористы не верят в ценность человеческой жизни, им чужды гуманизм и сострадание, – вторит ему израильский политик. – Если бы все эти радужные хамасо-защитники оказались в руках тех, кого защищают, их защитить было бы некому».
Отсюда уже один шаг до печально известной формулы: жизни тех, кто не верит в ценность человеческой жизни, лишены какой бы то ни было ценности.
Второй портал в ад – слово «природа» снимает с преступника всякую ответственность за его действия. Скорпиона из басни судить нельзя. Ему даже мстить бессмысленно. Потому что «он не мог этого не сделать». Следовательно, то, что нас ужалил именно этот скорпион, а не другой – случайность, на его месте мог оказаться любой представитель его вида (будь он каким-нибудь неправильным, нерепрезентативным, испорченным скорпионом – другие скорпионы его непременно бы свергли).
Короче, аргумент «от природы» – надежное оружие Хамаса в идеологической борьбе.
Но что взамен «животных», «нелюдей» и «дикарей» может предложить нам история мысли?
Есть одна любопытная формулировка, дошедшая от Цицерона до суда над Эйхманом и трибуналов по бывшей Югославии. Это квалификация «hostis generis humani» – враг рода человеческого. Но ее использование требует от нас признания нескольких простых допущений.
1) Боевики Хамаса не обладают никакой особой природой. Хуже того, природа у нас одна и та же, потому что никакие верования и убеждения не являются антропологическими константами. Константа тут одна: свобода воли.
2) Поскольку враг – именно враг, а не «животное» – обладал свободой воли, его действия – результат сделанного им выбора. И именно его действия (а не его природа) позволяют перевести его в категорию «смертника».
3) Те, кто этих действий не совершал, в них не соучаствовал, не помогал прятать похищенных израильских заложников, не способствовал – физически или идеологически – «радикальному злу», не может быть признан врагом. Тем более – врагом рода человеческого.

https://www.facebook.com/victor.vakhshtayn

Антимода как модное явление, это то, что характеризует предпочтения израильтянина при выборе пары обуви.

В начале 20-го века в земле Израиля рулят социализм и антибуржуазность. Одежда и обувь становятся средством, а не целью. Лучше всего тренд описывает кинк одной киббуцницы:

«Нет в мужчине вещи более сексуальной, чем сношенные порванные ботинки».

Если сносить и порвать ботинки так, чтобы торчали пальцы, получатся сандалии. Тут на сцену выходит еврейский фундаментализм—мы хотим носить на ногах то, что носили в танахические времена наши праотцы. В 30-х годах киббуц Аелет аШахар начинает массово выпускать «танахические сандалии». Имя, пожалуй, говорит за себя.


Сегодня людей в таких сандалиях можно встретить как на улицах Тель Авива, так и на посетителях туристических троп в израильских заповедниках. А когда на смену кожаным ремешкам пришли синтетические, мы получили «налей шореш». Эти сандалии настолько популярны, что депутат кнесета Пини Бадаш принципиально приходил в них не только на парламентские заседания, но и был замечен в них на горе Хермон во время снегопада, а также на своей свадьбе, где сильно порезался, разбивая ногой бокал.

Следующим символом израильской моды на антимоду являются домашние клетчатые тапочки с молнией спереди -- «кафкафей кипи». Выглядят они как жуткое уродство, но, говорят, что суперудобные. Эти тапочки становятся настолько важным предметом обихода, что в 1949 году в директиве кнесета о госконтроле цен на продукты первой необходимости рядом с хлебом яйцами и молоком фигурируют те самые «кафкафей кипи».

Наверное, самой показательной историей близости «кафкафей кипи» израильской душе была волны народного негодования в 1961 году, когда в новостном сюжете о тюремном заключении Адольфа Эйхмана, у его кровати были замечены такие милые еврейскому сердцу клетчатые тапочки. Ведь «враг рода человеческого не может носить на ногах то, что носит моя бабушка, пережившая холокост!»

Своего часа ждут австралийские бландстоны, с моделью каблука как у штурмовиков из звездных войн вместе с американскими кроксами. Но и те и другие вполне вписываются в израильский тренд моды на антимоду.

Мне кажется Зоя Черкасская круче чем Пикассо, но есть произведения искусства, которые я хотел бы чтобы не были созданы.

Ханан Бен Ари – ум честь и совесть израильской музыкальной сцены. Он записал клип на песню «Чемпион мира» несколько лет назад с жертвами терактов и их родственниками. Это самое пронзительное, что я видел по теме. Я услышал ее сегодня утром по радио и решил перевести, добавив несколько пояснений там, где Ханану явно удается передать мысль лучше чем мне.

Я чемпион мира по сублимировать
Всего, что пугает меня,
Всего, что напрягает,
Все это я нейтрализую
Я чемпион мира по любить
Прежде себя,
А еще по сцене и по улице
Тяжелее всего одарить тех,
Кто близко.
Я чемпион мира по небыть
По не решать твои проблемы
Даже картины на стенах,
Это не я повесил
Я в ответе только за музыку

Я чемпион мира по падать
И вставать, совсем как взрослый
Ты увидишь, я как феникс
Я горю, но каждый день продолжаю жить
Я чемпион мира по угождать
Или по крайней мере по пытаться
Ты увидишь, как в конце,
После поражений победа намного слаще.
Я чемпион мира

Я чемпион мира по оправдывать
Слабости и страсти.
Злое начало – мой старый знакомый,
Мне знакомы все фокусы в его мешке.
Но смотри, однажды я стану праведником,
Ведь того, что глубоко внутри,
Мне явно недостаточно.
Я маленькая мышь, а жизнь – это флейта.
Я попадаю впросак,
Потому что не способен различить
Между добром и злом
И куда все это ведет.
Ты всем своим видом показываешь,
Что все в порядке*
Но вот-вот догорит наш фитиль
Я чемпион мира по задабривать
Извиняться и хотеть
Грешить и очищаться
Скажи, как пишут песни с 1000 ожиданий
И миллионными просмотрами?***


אַתְּ מְשַׁדֶּרֶת עֲסָקִים כָּרָגִיל*

** имеется в виду «скоро взорвется наш темперамент»

ожидания צִיפִּיּוֹת и просмотры צְפִיּוֹת однокоренные слова.

Философия за шекель, лингвистика за грош.

В иврите есть слово נָחָשׁ – змея. С этим же корнем есть слово לְנַחֵשׁ – угадать. Недавно я узнал, как эти слова связаны между собой.

Оказывается, в то время как рожденные летать греки гадали по полету птиц, рожденные ползать семиты, гадали по ползанию змеи. А «от гадать», до «угадать», по крайней мере в русском языке, дорога весьма коротка.

Заодно сразу понятно, почему Моисей приказывает смотреть ужаленным (за то, что плохо себя вели) евреям, на скульптуру «медного» змея. Ведь медь на иврите נְחוֹשֶׁת. Вот такая сампатическая магия в Торе и дешевая лингвистка от меня)))

Потом я вспомнил, что змея на старорусском это «гад», и задумался. В интернете только в одном месте была упомянута гипотеза связи между «гад» и «гадать», причем с пометкой маловероятн. В остальных местах написано, что «гадать», это от слова «сказать». На этом я успокоился.

Но я сразу вспомнил всех горе-лингвистов, задорнов-style, которые никогда не успокоятся. Есть люди, пытающиеся доказать, что все русские слова произошли от иврита. Самое смешное, что я слышал от таких людей, это что «амазонки» это «ам зонот».

Благодаря Линор Горалик я задался вопросом какое у меня тотемное животное. А еще она настолько великая и талантливая, что можно рассматривать каждую такую открытку как капиталовложение в искусство.

На Кипре турецкий кофе по понятным причинам называется киприотским. Сидя в ресторане, и наливая себе кофе из турки( киприотки?🤔😅) наш местный друг говорит, что ходил к мухтару( нет, дружочек-автоисправитель, в этот раз с маленькой буквы) заверить документы. Оказывается что еще со времен османского владычества здесь так называется должность нотариуса не только в турецкой (киприотской) части острова, но и в очень киприотской части острова.

Я же вспоминаю, что в наших краях староста арабской деревни тоже называется «мухтар». То есть по сути, избранный человек, наделенный властью.

Потом я понимаю что это слово звучит один в один как слово «коронованный» на иврите — מוכתר. Сам я проверить эту гипотезу не могу, а потому обращаюсь к Максиму( https://t.me/gunsncamels), который пишет мне, что слово «корона» по-арабски будет совсем по другому, и вообще у слова «мухтар» звук «т» часть не корня, а морфологической конструкции.

Помните, как в Криминальном чтиве Мия Уолесс снялась в пилоте, который в итоге не стал ни чем? Также и моя идея о посте, посвященном корню כתר- корона в иврите, арабском и турецком.

Но! Я узнал, собачья кличка Мухтар (да, спасибо, здесь с большой) стала популярной благодаря советскому, фильму «Ко мне, Мухтар». Дело в то, что автор сценария наткнулся в музее Ленинградского угрозыска на чучело овчарки по имени Султан, которая помогла задержать более 1000 преступников. Тут как раз надо сказать, что корень слова «султан» в иврите дает нам не только слово «власть»—שלטון, но и слово «пульт»-שלט(если он от мазгана, то вот уж истинная власть). Но имя Мухтар, оно да турецко-арабское.

Так, благодаря Султану, родился фильм, благодаря фильму, родился пост, да и Мия Уолесс рассказывала о своей неудачной кинокарьере в одном из самых удачных фильмов в истории кино.

Красные мечты Бен Гуриона.

1919-1923 годы можно смело назвать большевистскими в жизни Давида. БГ горячо приветствовал революцию в России.

В 1921 году, воодушевившись советским военным коммунизмом, он предлагает на полном серьезе превратить свою партию אַחְדוּת הָעֲבוֹדָה «Рабочее единство» в коммуну, которая будет действовать как один человек. Затем он планировал превратить весь профсоюз рабочих в коммуну, под руководство которой перейдут все хозяйства. Другими словами, в единый еврейский колхоз на святой земле. И чтобы дисциплина была военная. И чтобы зарплата рабочих распределялась единым профсоюзом. И чтобы все нужды рабочих, как то еда, одежда, жилье, культура, медицина и образование детей предоставлялось единым профсоюзом. А у «армии рабочих» чтобы была железная дисциплина.

Идеям Давида ужаснулись даже бывалые социалисты, товарищи по партии типа Берла Каценельсона. Его друг Ицхак бен Цви, с которым они спали в съемной комнате по очереди в кровати, потому что кровать была одна на двоих, покрутил пальцем у виска, глядя Давиду в глаза. Члены партии, которые не были близки с Давидом обвинили его в опасной большевисткой догматике.

От большевизма Давида излечила окончательно и бесповоротно поездка в Советскую Россию в 1923, где проводилась международная сельхоз-ярмарка. Там он представлял колхозников Сиона. Вот что Давид написал в дневнике, убедившись, что его корабль отплыл от одесского порта на безопасное расстояние. Он описывал увиденное в терминах первобытного каббалистического ужаса. Здесь отец нации раскрывается как Лавкрафт, которого мы потеряли:

«Пред нашими глазами предстала Россия, закаленная огнем восстания и основанная на диктатуре Революции. Страна глубочайших противоречий, призывающая к всемирной гражданской войне во имя передачи власти пролетариату и отказывающая своим рабочим в базовых правах человека и гражданина. Страна, провозглашающая коммунизм и раздающая землю крестьянам в частное пользование. Страна сияющего света, и зияющей тьмы. Страна возвышенных стремлений к свободе и справедливости, живущая в уродливой нищей действительности. Страна революции и спекуляции, святой жертвенности и грязной (на иврите ритуально нечистой טְמֵאָה) коррупции. Страна мятежа и взяточничества, идеализма и крохоборства. Место, где сочетаются вера в рабочих и в золотых богов. Место, где свет и тьма смешаны воедино, да так, что ты никогда не знаешь где заканчивается святость и разверзаются врата нечисти (снова טֻמְאָה)»

В общем, когда стал вопрос выбора между коммунизмом и сионизмом Бен Гурион, не задумываясь выбрал сионизм. А вот Ленин ему понравился. Но, как говорил точно не Черчилль (я проверил), если человек в 20 лет не либерал у него нет сердца, если он в 40 не консерватор – у него нет мозгов. Или, как эта фраза звучит на иврите, если ты не был в коммунистом, когда был молод – ты никогда не был молод.
#отецнации

Почти мои 5 копеек в информационной войне.

История с больницей в Газе и массовой истерией в крупных СМИ вызвали тонны гневного возмущения среди моих еврейских друзей. Все говорили локально о проигранной нами информационной войне.

Ведущий специалист по анализу данных и колумнист Financial Times John Burn-Murdoch в своем твитере написал на этот счет умные мысли в глобальном разрезе, а я перевел.

Несколько мыслей о том, почему крупные новостные редакции так часто публикуют ошибочную информацию о Газе.

С распространением фото, спутниковые изображения, картографические геолокационные данные, (Open source Intelligence(OSINT) – сбор информации из открытых источников) стали ключевыми технологиями в течении последних нескольких лет. Ключевыми технологиями, полностью отсутствующими в большинстве новостных редакций.

Конечно же не каждый журналист обязан быть OSINT-специалистом. Так же как не каждый журналист умеет разбираться в финансовых потоках, парсить сайты или проводить расследования под прикрытием. Но каждое большое новостное агентство обязано иметь в штате OSINT-специалиста.

Это значит, что когда события стремительно развиваются в тумане войны, большинство «новостников» полагаются на слова своих источников. Это работало не идеально и в более спокойные времена. Это выглядит катастрофично в ситуации Израиль\Газа, когда большинство источников имеют ярко-выраженную политическую адженду.

Даже когда редакции владеют этими ресурсами (будь то OSINT или просто анализ данных), свежесть нововведения этих команд означает, что существует некоторая предвзятость продиктованная новизной по отношению к этим (часто молодым и не имеющим традиционного журналистского опыта) сотрудникам крупных новостных лент.

В итоге сегодня большинство новостных редакций либо просто не имеют возможности самостоятельно следить за развитием важнейших новостных историй, либо не могут позволить своим штатным техническим специалистам подвергнуть сомнению «надежный источник» звездного репортера.

Таким образом, мы все чаще становимся свидетелями ситуаций, когда большие уважаемые новостные редакции представляют как факт информацию, которую технически опытные внештатные сборщики новостей уже доказали как ложную или, по крайней мере, весьма неоднозначную (простите за все аллюзии). Это наносит огромный вред как непосредственно агентствам, так и всей журналистике в целом.

Даже без собственной команды OSINT, такие организации, как bellingcat и airwars уже почти десять лет к вашим услугам. В такой ситуации, как Газа/Израиль, каждый раз, когда вы получаете комментарий от официального представителя, вы также должны получить комментарий от OSINT.

Конечно, новостные организации совсем не помогают себе, настаивая на немедленном выдвижении окончательных версий. Очевидно, есть желание быть первым и инстинктивная неприязнь к двусмысленности.
Но в таких ситуациях лучше быть вторым но точным чем первым но ложным.

Кроме того, учитывая огромное количество видеоматериалов в наши дни и количество специалистов OSINT, их прочесывающих, речь как правило идет о нескольких часах работы.

Я уверен, что ведущие СМИ найдут достойный ответ этому вызову времени, но это должно произойти быстро, чтобы сохранить доверие и актуальность. Иначе читатели просто уйдут в поисках релевантной информации другое место. «По словам представителя…» больше не работает, когда вы способны сами проверить первоисточники.

Помимо OSINT, я думаю, что основная проблема заключается в следующем: в большей части журналистики существует неявное предположение, что единственный способ узнать, что происходит, — это обратиться к своему «надежному» источнику. Уже долгие годы это утверждение неверно, но многие продолжают действовать по старинке.

Одна последняя мысль: фактчекинг задним числом ущербен по своей сути. «Ложь облетает полмира, прежде чем истина наденет сапоги». Расследования и работа по установлению истины должны быть активной частью освещения последних новостей, а не дополнением к ним постфактум.

Я давно читаю канал Вики. Четверть из тех художественных книг, что я прочел в этом году я взял из ее рецензий. С учетом того, что я дочитываю в лучшем случае каждую 6-ю книгу это очень много.

Последнее время я вижу как в ее канале появляется все больше интересных «еврейских» рекомендаций. Скоро Вика доучит иврит и мы запишем с ней стрим про поэтику раннего Агнона, а пока вот ее пост о книге «Сын Хамаса», которую я сам очень люблю. В общем от души советую подписаться.

Недавно ко мне ко вернулась способность читать что-то кроме новостей. Я обрадовалась, и начала с текстов о Холокосте. Затем — об антисемитизме, а после — о ХАМАСе

Сейчас дочитываю «Сына ХАМАС» Мосаба Хасана Юсефа. Юсеф — сын одного из создателей террористической группировки. Он долгое время был доверенным лицом среди руководителей ХАМАС, но разочаровался в идеях исламистов, стал работать на израильскую разведку, помог предотвратить немало терактов и даже принял христианство. Уникальный в своем роде случай

Книга увлекательная, страшная и местами спорная. Чуть позже напишу о ней подробно, а пока поделюсь цитатой, которая довольно точно отражает суть тех, с кем Израиль сейчас воюет:

«Я спросил себя, что сделали бы палестинцы, если бы Израиль вдруг исчез, если бы все вернулось в состояние до 1948 года, если бы все евреи отказались от Святой Земли и рассеялись по всему свету еще раз. И впервые я знал ответ. Мы бы все равно воевали. С девушкой без платка. С теми, кто сильнее или важнее. С теми, кто устанавливает свои правила и получает лучшие места»

Бен Гурион и его дневники.

Чтобы стать великим человеком веди себя как великий человек. Fake it until you make it!

Давид знал, что его дневники будут читать потомки, поэтому старался вести их соответственно. Но среди дневниковых записей «отца нации» прорывается «дневник живого человека»: рядом с таблицами данных переписи населения Давид пишет стихи о любви и смешные фразы, которые в тот день произнесли его растущие дети.

На одной странице он тщательно копирует важный протокол заседания своей партии, а на следующей обзывает последними словами представителей 4-й Алии(1924-1927), к которым он относился также как Алия 90-х к любителям кофе с примесью оранжевых бахчевых.

«Большинство из них не только не владели никакой прикладной профессией, но и не были готовы к жизни киббуцников-первопроходцев ни физически ни морально. Но самое ужасное—их национальные порывы были туманны и неглубоки. Сионистский запал был чужд им как понятие»

Репатриантов, критикующих его профсоюз за отсутствие хваленного варшавского сервиса, Бен Гурион называл в своих дневниках «евнухами воли», и утверждал, что они «отравляют воздух своими жалобами, загрязняющими общественное мнение».

Как-то молодой молодой Игаль Алон, на встрече в кабинете с БГ, удивился, что тот записывает к себе в дневник каждое слово, спросив:
—Ты пишешь так много. Ты собираешься когда-то это читать?
—Зачем?—ответил БГ,—Потомки прочтут!

Многие психологи советуют вести дневник, для вернуть себе душевное равновесие, которого так не хватает в наши дни. Даже если вы их никогда больше не откроете, сам процесс успокаивает, да и потомкам будет что почитать.

#отецнации