А знаете, я поняла. Чем больше мы рассказываем о себе миру правды, тем тоньше лед счастья.

Мир завистлив и зол, он не любит искренне радоваться за других. И когда я перестала с ним делиться, все вокруг внезапно изменилось к лучшему.

На этом месте мог бы располагаться пост с горделивыми итогами, лирическими планами и трогательной рефлексией.

Но я просто напоминаю, что у меня сегодня день рождения всем посвященным и мимо проходящим:)

Sweet 29)) снова и снова))

Странности деньрожденного дня (и даже ночи) компенсировало чудо. Вишневый сад зимой.

«Чеховъ. Вишневый садъ. Нет слов!» - это тишина, превращенная Сергеем Женовачом в управляемую стихию. Огромную прозрачную волну, нежно и напористо накрывающую проницательного зрителя. И не очень проницательного тоже.

Обитатели Дома - серые, бежевые, темные неуютные тени. Они почти что без лиц, а сам Дом - мрачный четырехугольный каземат, который скудно освещенный пронзительным солнечным светом. Но его яркость не дотягивается до требухи мрачного каземата, жизнь которого похоронена в далеком прошлом. Этот свет - далеко. Никогда ему больше не ворваться сюда.

Фирс давно уже умер, хоть и произносит скудные реплики.

Раневская, Варя, Аня, Шарлотта, Гаев - их тоже уже нет. Нет в них любви и надежды, а повадки томных рабовладельцев прошлого выглядят совсем неубедительно. Когда-то, десятилетия назад, они владели миром и людьми. Сегодня у них нет ничего - по заслугам.

Я увидела глазами ли Женовача или великого молодого Ивана Янковского эту навязшую в зубах историю совсем по-новому. Не о старом и новом мире она, нет. Не о смерти одной эпохи и торжестве новой - необузданной, жадной.

Возможно, только своими глазами. Но это неважно.

Это история одной мести. В финальном монологе Лопахина почти не оставили слов. Лишь одна фраза:

- Я купил имение, где дед и отец были рабами, где их не пускали даже в кухню.

И нет политики. Есть яростная скорбь и торжество красивого молодого человека. Своеобразного Монте-Кристо в декорациях вымирающего русского дворянства и двора.

И есть Иван Янковский, нет, Ермолай Лопахин, которому больно за себя, за семью, за годы унижений. И его деликатное торжество - тоже есть.

Никогда не думала, что тишина может оглушить, заставить цепенеть и молиться. Плакать - текущей по лицу соленой водой без сочувствия или гнева. Это не слезы - это разбавленный влагой концентрат темных и светлых сил.

Темнота - Раневская со свитой.

Свет - тот самый, разлитый по другую сторону мрачных окон, - Лопахин.

Иван Янковский - свет.

Сергей Васильевич, Иван, театр, спасибо.

Тончайшее кружево жизни, сплетенное вами из нитей Чехова, подарило мне лучшее, что я видела в чеховском репертуаре московских театров.

Вы оба гении. Особенно вы, Иван. Вы ювелир своей роли.

Нет слов.
#сти #женовач #иванянковский #вишневыйсад

Смешно, когда не помнишь, кому посвящены твои стихи. Что-то из 2015 года.

***

Зарделось солнце ржавое,
К сирени наклонясь.
Настоенная травами,
К подошвам липнет грязь.

Смех в градусы развеялся
Игристого вина.
А кое-кто надеялся,
Что я слегка пьяна.

Абсентами зелеными
Сияет город мой.
За рамами оконными
Танцует выходной.

Я всплески эти свежие
Смотрю, как сериал.
Скажи, ты на Манежной ли
Сегодня не гулял?

А на соседней улице,
Как будто на судьбе,
Задумчивая умница
Скучает по тебе.

Жив, курилка! А кто-нибудь помнит эпохальную операцию без наркоза? И, кстати, воду заряжали))?

Давненько забыла, что такое ждать премьеры.

Через 5 с копейками дней на Okko стартует новый сериал с Иваном Янковским «Ауторс». Я, конечно, по умолчанию смотрю все проекты с его участием. Но тут особый случай.

Тема смертной казни будоражит умы киноделов долгие годы. И не только их. Одна из сильнейших книг по этой теме - «Седьмая жертва» Александры Марининой (экранизация совсем не удалась).

Про «Жизнь Дэвида Гейла» писала не раз.

«Зеленая миля» в пиаре не нуждается.

Но ракурс хорошего режиссёра Душана Глигорова («Хрустальный», «Трасса»)… Волосы дыбом, сердце навзрыд.

Палачи смертников продают право на исполнение казни родственникам жертв.

Собственно, других подробностей не требуется.

В Иване я уверена. Другие актеры - незатасканные и поэтому интересны.

Юра Борисов не снизошел, ну да ладно, попробуем пережить.

Короче, жду. Очень-очень.

Мой театральный год начался блистательно, и я решила возродить славную привычку ходить в театр 2-4 раза в месяц. Благо, друзья знают мою страсть, и надарили мне тикетленда на 3 месяца вперед.

Следующая станция - неожиданная. Комедия. Антреприза. Все, что я не люблю.

Но… Это самое «но» здесь колоссально.

В главных ролях - Андрей Смоляков и Евгения Дмитриева.

Впервые Андрея Смолякова я осознала в саге о майоре Черкасове. Пламя возгорелось не из искры, нет. Из «Палача». За дуэт Смоляков-Толстоганова можно проглотить даже редкие эпизоды с Александровой, благо режиссер великого этого фильма уделил ей протокольные сколько-то минут и этим ограничился. После «Палача» мне стало ясно, что этого актера надо изучить вдоль и поперек. Что такая в нем кроется мощь… Советской плеяды великих мощь.

Потом были «Григорий Р», «Топор». Задыхалась от восторга, сама себе перекрывала воздух - когда гений творит, тишина даже звенеть не имеет права.

Потом театр - Павел Петрович в «Отцах и детях»(даже Богомолов не смог сокрушить гнильцой корвалольный дуэт Смолякова с Николаем-Петровичем-Виталием Егоровым). Потом - бенефис Андрея Игоревича в спектакле-исповеди о потерявшем надежду актере. Потом снова и снова - «Палач», «Топор», небольшая роль в «Матросской тишине».

Потом он ушел, и я знаю, по какой причине, но не для паблика это. И вот дуэт с Дмитриевой - самой недооцененной актрисой из великих.

А в том, что она великая - сомнений нет. В том же «Мосгазе» небольшая ее роль матери убитого мальчика не просто большая - огромная. Он пьет жадными глотками любую роль. И каждую секунду превращает в тот самый последний раз. Из сопоставимых с ней по масштабу актрис - Евгения Добровольская. Но та успела сыграть больше главных ролей. А Дмитриева, даст бог, еще успеет. Они с Ириной Пеговой вместе сумели из простенькой «Подруги особого назначения» создать остросоциальную русскую драму, где в нескольких их совместных эпизодов - и жизнь, и слезы, и любовь. Они обе очень русские. Наши. Добровольская была такой же.

Вдохновляет, что зрителям спектакль не понравился. Многие жалуются, что не смешно, а в конце плакать хочется. Ждали, видимо, что развлекут, но не дождались.

И не дождетесь.

Тот самый случай, когда попадание почти наверняка стопроцентное. Даже если продюсеры подсунули пьесу-дешевку, эти два больших артиста найдут в ней своего Шекспира.

P.S. Девочки, ваш подарок пристроен в максимально короткие сроки. Люблю вас, мои хорошие❤️

Приятно, что ценители Ивана Янковского и моего слога совпали))

новый отзыв о спектакле «Чехов. Вишневый сад. Нет слов!» оставила Екатерина Гуркина. прочитать можно здесь

ДСВ все ближе:)

"Я рассчитывал на большее" и другие фразы, которые можно услышать и в любви, и в пиаре. Ханжам чур не читать 🫣

Уже можно выкладывать пост к 14 февраля? Собрала фразы, которые одинаково звучат и у влюбленных, и у пиарщиков:

— Мы идеально подходим друг другу. (При коллаборации аудитории совпадают, бренды дополняют друг друга)

— Ты не против, если мы позовём ещё кого-то? (Коллаборация с третьим брендом усилит эффект!)

— Давай я буду сверху. (Упоминание бренда будет первым в публикации).

— Нам нужно делать всё одновременно. (Да, запуск, промо и блогеры должны работать синхронно).

— Если всё пойдёт хорошо, можно повторить. (Запускаем первую волну кампании, если зайдёт – масштабируем).

— Всё, что между нами, остаётся между нами. (Подписываем NDA).

— Ты уверен, что это безопасно? (Конечно, маркировку оформил)

Также свои варианты мне прислали авторы других каналов:

PR и пирожки

в пиаре как в любви две фразы
останься на ночь, есть проект
и остаюсь, но увеличь мне
бюджет

Вас много, а я одна

Нам нужно серьезно поговорить. (Когда клиент собрался разорвать контракт из-за хронического невыполнения KPI).

PR со вкусом

Это было потрясающе! (Когда вышли в Forbes).

PRиличное Ольга Очеретина

12 ночи: я уже вся горю. (Про авторскую статью в Коммерсанте, которая выходит за полночь).

Brandятина

Давай возьмём паузу в наших отношениях. (Когда у одного из брендов случился кризис).

Павел Янчук. Позиционирование и контент

Давай останемся друзьями. (Пиарщик и главред).

МедиаМама Наталья Ратнер

Полюби себя - полюби свое. (Уникальное торговое предложение).

Семья, бег и PRочие приключения

Давай на камеру запишем? (Про интервью для соцсетей).

Так и пиарим

Не думал, что залетит. (Когда инфоповод оказался мощнее, чем ожидали).

Записки из опенспейса

И будем мы вместе — и в горе, и в радости. (Пока бюджет не разлучит нас).

ЯР о PR

Как это здесь оказалось?! (Про несогласованную публикацию в Ъ)

Кукуха Медиа

Я же предупреждал, что гарантировать результат с первого раза я не могу. (Нужно сначала получше узнать ЦА, а потом выстраивать стратегию)

PR по плану Agenda PR

Ты у меня один такой (когда клиенту кажется, что ему уделяют мало времени)

Какие еще фразы одинаково звучат и в паре, и в пиаре? Пишите свои варианты в комментарии!

Вот ради такого стоит, наверное, раскачать бложик)

https://t.me/yankovskiyivan/7213

Ну фсе. Сегодня смотрю первые две серии «Аутсорса»)) Ждите отзывы:)

Ивана Янковского я, конечно, уважаю. Но это не мешает критически подходить к проектам с его участием.

«Ауторс» привлекает даже не кастом, а идеей. Ну правда, «делегировать» казнь маньяков-смертников родственникам жертв - что-то новое. Напрашивается, конечно, сравнение с «Убийством в Восточном экспрессе», но все же там классическая история мести. «Аутсорс» же предложил зрителю подумать о природе самосуда и справедливости более масштабно. Декорации первых лет российской «демократии», то есть лихие 90-к во всей красе - отличный фон для подобных размышлений.

Но Душан Глигорович в «Ауторсе» делает ту же фатальную ошибку, что в «Хрустальном» - перегибает во всем. Дальше будут спойлеры без драпировки, если что.

Стопицот какой-то фильм про 90-е за пару лет - вызов. Хочется новой картинки, но нет: те же яйца, и даже не в профиль. Спивающиеся от безысходности нищие в загнивающей провинции, серость, китайские шмотки, беспредел. Видели много раз, неинтересно.

Уже в первых двух сериях всемирный тлен приобрел космические масштабы. Здесь ,конечно же, изнасилование с попыткой суицида (привет, Айгуль). И ВИЧ-инфицированные (привет, «Нулевой пациент»). Костя Волков - повзрослевший Вова-Адидас. И акцент у него чересчур мАсковский для жителя города Кимры.

Не обошлось без проститутки с глубоким внутренним миром (здравствуй, «Трасса»).

И на фоне чернушного великолепия история с казнью смертников теряется. Она утонула (с)

Но если бы только это. Вторая серия не оставляет шансов Косте Волкову показать себя многозначным персонажем. Заявленная в синопсисе претензия творить справедливость убивается в прямом и переносном смысле одним-единственным сюжетным твистом. Не буду рассказывать - каким, разочаруйтесь самостоятельно. Или очаруйтесь. Но заявленный смысл ГГ и истории - неоднозначность природы зла. Калибры зла под лупой режиссера.

А главный поступок Кости Волкова во второй серии не оставляет шанса на сочувствие этому герою.

И даже если действие раскачается, этот самый Костин поступок забыть не получится.

Сценаристу Анне Козловой - тотальный незачет.

В остальном - будем посмотреть.

Очень жаль.

P.S. Эпизодическая роль Карины Разумовской приятно удивила. Впервые она вышла из амплуа сумрачных неулыбчивых женщин со сложной судьбой. Острохарактерность Карине к лицу.

День Святого Валентина, как и все иноземные праздники, я не очень жалую. Но это отличный инфоповод поговорить о любви. В контексте моего канала - о ее киноверсиях. Итак, топ-5 лучших фильмов о любви. Паровозиком через денек - топ-5 худших.

«Старший сын», режиссер Виталий Мельников, 1975

Все неуклюжие попытки театральных постановок по этой пьесе вдребезги разбиваются о глыбу Евгения Леонова. Его Сарафанов - это воплощение любви как высшей силы, а не временного земного чувства. Узнала намедни, что Костолевский играет Сарафанова в Маяковке. Челлендж богического уровня. Но, пожалуй, стоит на это посмотреть. Игорь Матвеевич может сделать любую роль: от романтика-недотепы («Безымянная звезда») до безымянного, но уже мажора 70е-style (сын Милосердова).
И создание альтернативного Сарафанова - громадная творческая задача, взяться за которую - уже такая же громадная актерская смелость.

Почти смешная история, режиссер Петр Фоменко, 1977 год

Единственная яркая роль, пожалуй, самой недооцененной актрисы XX века Ольги Антоновой. История о заретушированной одиночеством красоте и внезапности счастья. Бонусом - великолепная музыка Берковского и Никитина, стихи Юнны Мориц и еще одна полузабытая актриса Людмила Аринина, странным образом не признанная великой.

Обыкновенное чудо, режиссер Марк Захаров, 1978 год

Лучшее, что сделал Захаров в своей творческой жизни. Медведя мог сыграть Костолевский, но - редкий случай - никому не известный Александр Абдулов обошел его на повороте. Его Медведь холоден, надменен, неприкаян. И эта трактовка интересней шварцовской. Не от мира сего горящая желанием любить Принцесса (чем не Татьяна Ларина?). И даже Андрей Миронов с его чрезмерностью и старательностью на своем месте. А музыка, стихи, исполнители песен - это уже необыкновенные чудеса.

«Титаник», режиссер Джеймс Кэмерон, 1997

«Кинопоиску» оторвать руки за нейминг жанра. А если кто-то считает это кино мелодрамой, лучше сразу отпишитесь:) Смотрела 79 раз:) В не любимом мной Голливуде - одна из лучших работ о любви. Та, которую нельзя не упомянуть при всем моем желании.

«Частица Вселенной», режиссер Алёна Званцова, 2016 год

Подробно писала здесь. Будто листаешь альбом с картинами импрессионистов под коктейль Шопена с Паганини.

Вот над чем ИИ советует Марине Ивановне поработать.

Стихотворение, которое вы привели, — это глубоко эмоциональное и сильное произведение, но, как и любое творение, оно может иметь свои слабые стороны или моменты, которые можно улучшить. Давайте рассмотрим возможные недостатки:

---

### 1. Излишняя эмоциональность:
- Проблема: Стихотворение насыщено сильными эмоциями, что делает его очень выразительным, но иногда это может восприниматься как чрезмерное. Читатель может почувствовать, что эмоции подавляют смысл.
- Как улучшить: Можно добавить больше нюансов, чтобы эмоции не перегружали текст. Например, ввести более спокойные, размышляющие строки, чтобы дать читателю передышку.

---

### 2. Повторы:
- Проблема: Некоторые фразы и идеи повторяются («Я Вас не забыла и Вас не забуду», «Письмо в бесконечность. — Письмо в беспредельность»). Это может создавать ощущение избыточности.
- Как улучшить: Можно сократить количество повторов или заменить их более разнообразными формулировками, чтобы сохранить смысл, но избежать монотонности.

---

### 3. Недостаток конкретики:
- Проблема: Стихотворение довольно абстрактно. Мы не знаем, кто этот «мертвый», какова история их отношений, что делает текст универсальным, но в то же время лишает его индивидуальности.
- Как улучшить: Добавление конкретных деталей (например, воспоминаний о совместных моментах) могло бы сделать стихотворение более личным и пронзительным.

---

### 4. Философская тщетность:
- Проблема: В конце стихотворения автор признаёт тщетность своих слов («Письмо в бесконечность. — Письмо в пустоту»). Это создаёт ощущение безысходности, которое может оттолкнуть читателя.
- Как улучшить: Можно добавить нотку надежды или хотя бы намёк на то, что память о любимом человеке всё же имеет значение, даже если она не может изменить реальность.

---

### 5. Ритмическая монотонность:
- Проблема: Стихотворение написано в свободной форме, что придаёт ему естественность, но иногда ритм становится слишком однообразным.
- Как улучшить: Можно поэкспериментировать с ритмом, добавив более короткие или длинные строки, чтобы создать динамику.

---

### 6. Излишний драматизм:
- Проблема: Стихотворение очень драматично, что может сделать его немного театральным. Например, фразы вроде «Я смерти не верю!» или «Я тоже мертва» звучат несколько пафосно.
- Как улучшить: Можно смягчить тон, добавив более сдержанные выражения, чтобы драматизм не переходил в пафос.

---

### Итог:
Стихотворение, безусловно, сильное и эмоционально насыщенное, но его можно улучшить, добавив больше конкретики, разнообразия в ритме и формулировках, а также смягчив излишний драматизм. Однако важно помнить, что стиль и содержание всегда зависят от авторского замысла, и иногда «недостатки» могут быть частью художественного приёма. 😊

С большим удовольствием пересмотрела первые три сезона «Мажора». Тот самый случай, когда очень средних способностей актер отлично вписывается в сценарий. В те уже, пожалуй, далекие годы Прилучный был свеж лицом, дерзок и в целом приятен.

Высокомерное уныние Карины Разумовской тоже пришлось к скотному двору. Еще не ошалевшая от востребованности Любовь Аксенова играла как в последний раз. Карикатурные слегка персонажи Жижикина и Черневича выглядят героями плохого комикса, но временами переключаются на драму.

Действительно хороши актеры второго плана: Шевченко (Пряников), Панфилов (Стас), Обласов (Жека), Шведов (Даня), Чинарев (Ваня).

А, главное, хорош сценарий - особенно первого и второго сезона.

Понаворотили сюжетных линий, нафантазировали всякого, но честно показали несколько классных остросоциальных историй. И вся эта сказочная тема про компромат в банковской ячейке, нашествие друзей Оушена, гротескное перерождение лузера Жеки в альфонса-обаяшку, роды за полчаса, всевидящее око снайпера-Пряников - вся это, в общем-то, чушь смотрится живенько и с удовольствием.

«Мажор» - хорошо прогретый попкорн, в меру сладкий, в меру соленый. Идиотизм персонажей уместен - никто ведь не претендует на серьезное кино. Уютный, милый треш.

Таким бы и остался, если бы взбесившемуся сценаристу четвертого сезона не приспичило перебить всех героев, вывести под софиты закабаневшего Соколовского и в очередной раз протащить на роль главного ребенка Виталию Корниенко. Дети в ее исполнении всегда выглядят… Впрочем, не будем обижать девочку. Она не виновата.

Если кто не видел этот продукт эпохи, рекомендую в качестве улучшателя настроения. Эмоциональный интеллект, конечно, пострадает: с сюжетными арками, мотивацией персонажей, логикой сюжета и прочими составляющими хорошего кино здесь беда.

Но иногда попкорн заходит лучше высокой кухни. Спускайтесь с вершин эстетизма и вперед:)

Все говорило о том, что сегодняшний спектакль «Буду сниматься в кино»
не принесет ничего хорошего. «Не ходи!» - умолял внутренний голос. А тенденции недели молча ему поддакивали.

М-да, неделька была ахтунговой. Потеряла пропуск в спортзал, сделала несколько неприятных выводов о некоторых индивидуумах, разочаровалась в первых сериях «Аутсорса», где-то посеяла сразу целую кучу новой косметики.

Сидеть бы дома да пить чай, но нет, таки понесло меня в Театр на Таганке.

Себе изменять нельзя: я не хожу на комедии и антрепризы. Но тут подвела безусловная любовь к Андрею Смолякову и глубокая симпатия Евгении Дмитриевой.

Публика предсказуемо антрепризная. Увесистые дамы с макияжем 90-е стайл с перогидрольными халами. Сонные после субботнего кутежа мужья, пришедшие сопроводить своих энергичных половин. Примерно 10% растерянных в месиве народного народа театралов. Несколько инста-самок, явно залетных - спектакль не из модных.

Пьеска на уровне сериалов выходного дня на ТВЦ типа «Любить нельзя забыть», «Огонь страсти» и «Страсть огня». Дмитриева вообще не старалась, протараторила реплики и ушла в туман. Некая актриса Мария Мицель старательно проговаривала текст, но у нее не получалось. Андрей Смоляков работал честно. Но материал слишком убог, даже такой великий актер вытащить его не смог или не захотел.

Ушла после первого действия. А зрители остались - они же на живого майора Черкасова пришли посмотреть, а не в театр.

По возвращении домой выяснилось, что дорогущие лондонские перчатки испарились. То ли оставила в магазине «Табак», то ли сперли из карманов. Прощайте, перчатки, мне будет вас не хватать.

Вместо второго акта зашла в соседнюю «Кофеманию». Оказалось, что это новый формат для бедных - здесь самый дешевый кофе стоит не 800, а 450 рублей. Проект называется «Кофемания без тарелок». Тарелку дали, но фирменные сырники оказались малосъедобным фейком. Кофе ок. Вино - кислятина.

Жду с нетерпением новой недели.

Всем бобра. Не ходите на антрепризы.

Не удержалась и посмотрела несколько серий «Первого номера».

Кажется, я понимаю, почему на него так накинулись все. Неприятно увидеть себя в прямом зеркале, правда?

Я с трудом знаю, кто такой прототип героя Цыганова Сергей Минаев. В свое время полистала «Духless» и даже осилила одноименный полный метр с Козловским. Книга - набор придуманных стереотипов с попыткой вялой, абсолютно не московской иронии. Странное весьма представление у г-на Минаева о жизни крупного бизнеса. Похоже, он перепутал успешных предпринимателей с шоу-бизнесом, актерами и писателями (у последних, впрочем, денег меньше, чем у первых, поэтому они чаще пьют, а не нюхают). Ну то есть для меня Минаев не писатель, а отличный маркетолог. Продать неуклюжие свои фантазии за кучу денег и много лет считаться кем-то важным дано не каждому. По большому счету, “Духless” - это оттенки серого в бизнес-ландшафте. Автор «оттенков» монетизировала эротические сны домохозяек, а Минаев - народную ненависть к богатым. Чем сейчас занимается этот человек - без понятия.

Индустрию глянца я воспринимаю именно как индустрию и только так. Неглупые люди нащупали золотую жилу: ведь всегда найдутся посредственности, которым нравится «следовать трендам». Раньше тренды называли модой, позже назовут еще каким-то словом. Но факт в том что при полном отсутствии содержания внутри глянец уже не первый век будоражит умы управляемых людей, которым обязательно нужны «ориентиры». Которым важно соблюдать социальные дресс-коды, носить часы популярной именно в этом сезоне марки, пить рекомендованное вино и пользоваться актуальным парфюмом. И тут неважно, о каком именно глянце идет речь - для самых богатых или для средненьких. Если человек воспринимает всерьез хотя бы 10% этого контента, то он уже на удочке. Процент будет расти вместе с рекламными бюджетами.

Впрочем, это все лирика. По счастью, я ни разу не была в редакции крупного глянца и понятия не имею, достоверен ли «Первый номер». Скорее, нет, чем да: выдать на летучке новому главреду «вы токсичный абьюзер» - маловероятная ситуация. Но кто их знает, этих глянцевых персонажей.

Важно другое. Непреднамеренно авторы этого живописно бездарного сериала подняли важнейшую тему. Герой Цыганова спрашивает инфоцыганку «Вы действительно считаете, что делаете что-то важное?» И дальше - монолог о нашем бездарном веке тиктокеров и инфлюэнсеров, которые «жопами на камеру машут».

Обидно, что, пожалуй, самая важная история в «Первом номере» погребена выхолощенными типажами блогеров, борцов за права ЛГБТ, инфоцыган, циничных бизнесменов, обдолбанных кутюрье и «зубастых» фемин.

Стань история о тотальной победе формы над содержанием, рилзов над лонгридами, блогеров над писателями ключевой - и получился бы отличный проект.

Ах да, еще надо сменить режиссера, сценариста и абсолютно всех актеров. В дуальной паре «алкаш-интеллектуал» Евгений Цыганов вытягивает только первую часть. Для второй ему нужен дублер.