Еще авторы Why We Fall for Fad Diets пишут, что что сама идея диеты, направленной на снижение веса и улучшение самочувствие, порождена комплексом представлений о себе западного человека – это культ индивидуализма и ценности личного, индивидуального достижения, важность дисциплины и самоконтроля, необсуждаемая и неотрефлектированная мысль о необходимости постоянного самосовершенствования. Если ты представляешь себя так, то тебе довольно трудно есть, как животное, вне установленных внешних рамок.

Вариантом этих рамок может быть этикет и ритуалы, связанные с едой – общий ужин, куда все приходят принаряженные, сервировка и хорошие манеры за столом, обязательная смена сезонных блюд, четкое разделение, что положено есть на завтрак, а что – на обед, что в пятницу, а что – в воскресенье. Но для многих семей из среднего класса это все либо не существовало никогда, либо распылилось, поэтому их функциональное место занимают какие-то другие опоры. Например, специальная новая (и научная) система питания, которая обеспечит сразу все хорошее. То есть, можно поедать свой кето-сэндвич прямо за рабочим столом, из упаковки, но это все равно будет проявлением контроля над своим пищевым поведением.

И сложность в соблюдении многих таких систем, которые требуют от своих последователей поднапрячься, не препятствие, а условие их распространения. Плюс работает магическое мышление, которое говорит, что мучениями и жертвами можно расплатиться за что-то хорошее, например, красоту и здоровье.

Когда мы в клубе читали книгу «Невидимый страж. Как иммунитет защищает нас от внешних и внутренних угроз», я впечатлилась очень жирной метафорой, на которой построена вся книга – человеческого тела как государства с силовиками и внешними врагами – прочитала под это эссе Сюзан Зонтаг «Болезнь как метафора», и с тех пор много об этом думаю. Например, "укрепление иммунитета" не больше, чем образ, и довольно ложный, с точки зрения медицины нет такого процесса. Но укоренился в культуре и мышлении невероятно.

В книге про культурные основы разных диет Why We Fall for Fad Diets метафоры не обсуждаются, но видно, как сильно они влияют на представления о хорошем питании и на само питание. Еда как топливо – это чистая метафора, потому что еда - не топливо. Но эта древняя идея влияет на то, как воспринимаются разные блюдам. Зловещая и вредоносная химия, настоящие натуральные продукты надо рассматривать не как понятия, имеющие конкретный физический и диетический смысл, а только как метафоры со своей сложной жизнью.

В книжке о культурных основах диет (и даже отношений с едой) обсуждается, в основном, американский феномен Clean Eating. До середины девяностых определение «чистая» применялась только к кошерной или халяльной еде, а потом идею некого специального чистого питания взяли на флаг, внезапно, боди-билдеры. И понеслось, к середине двухтысячных clean eating стало понятием-облаком, которое интенсивно используется для продаж, но совершенно неопределенно. Это поразительная воображаемая система питания без конкретных рамок и правил.

Тут, конечно, большое значение имеет противопоставление чистого как хорошего и нормального - грязному, автоматически плохому и патологичному. Кто ж скажет, что он готов есть грязную еду. Хотя вокруг самого понимания, что такое грязное, а что такое чистое, много недопонимания - немало семейных ссор происходит над куриной тушкой, которую то ли надо мыть - «чтобы смыть всю гадость», то ли нельзя «возбудители сальмонеллы могут попасть внутрь».

Интересно, что в русскоязычной культуре аналог заведомо верного, но не очень понятного Clean Eating является Правильное Питание, ПП. «Я на ПП», «Это - по ПП». Что такое правильное питание, нигде однозначно не описано, за одним столом может сидеть пять человек, каждый - «на ПП», и в тарелках у них у всех будет разное.

Немного поспорила о том, действительно ли с развитием больших лингвистических моделей и чат-ботов, основанных на них, ценность человеческого общения упадет, потому что все эмоции, которые люди ищут в разговорах, можно будет получать от взаимодействия с ИИ. По этой гипотезе, чатбот станет идеальным собеседником и персональным сортом героина, который будет постоянно дообучаться на реакциях пользователя, считывать сигналы, говорящие о переживаниях, которые сам человек еще не осознал, и делаться все более и более потрясающим воображаемым другом.

Что есть - разговаривать даже с GPT-4 занимательно, и это при том, что у него нет ни действительно консистентной памяти, ни обучения на базе личных взаимодействий с пользователем, ни доступа к интернету. Скоро будет еще лучше.

Но вот какая штука: обмен сообщениями, сколь угодно хорошо составленными – это еще не коммуникация. Минимальная «молекула» коммуникации состоит из адресанта, сообщения и адресата, причем, у адресанта должна быть какая-то своя задача/цель, пусть даже им самим для себя не сформулированная. С человеком без малейшей в вас или в чем-то вокруг вас, или в зрителях вашей встречи заинтересованности невозможно общаться, думаю, такое тоже у многих было, весьма тягостно. И даже с отсутствующим человеком, например, с автором книги бывает интересно, если в эту книгу заложена его цель, относящаяся к читателю.

Поэтому для увлекательной коммуникации нужно, чтобы у чат-бота на LLM была какая-то своя определенная повестка, понятное дело, это невозможно, но у каждого бота есть хозяин, который как раз может чего-то от вас хотеть: продать, натренировать на какое-то действие, идеологизировать. Развлечь – не вариант, потому что это не воздействие. И тут получается, что правда крутыми воображаемыми друзьями, разговор с которыми будет увлекать, будут только модели с задачей. А «чистые» честные ботики окажутся скучными.

Авторы книги о том, как культурные коды заставляют нас есть так или иначе, много упоминают Мэри Дуглас с ее «Чистотой и опасностью», которую, видимо, уже надо прочитать – она мне попадается последнее время постоянно.

Они пересказывают одну ужасно интересную мысль Дуглас – что из метафоры тела как осажденной крепости (как мы помним из эссе Зонтаг, очень старой, еще ренессансной) проистекает принципиальная важность границ тела, и что внутри тела должно быть только свое, ткани и клетки, принадлежащие этому человеку, а все не свое должно быть побеждено и извергнуто. Пробрался вирус – конец вирусу. Съел кусок мяса – разобрал его на аминокислоты, превратил в ткани своего тела и энергию, все неприсвоенное вывел.

Но вот что интересно – этот взгляд абсолютно противоречит современным представлениям о том, как работает человеческое тело. Мы одновременно и битком набиты абсолютно нечеловеческими клетками, которые нам необходимы, в каждой нашей собственной клетке работают симбионты нечеловеческого происхождения с нечеловеческим геномом, и за пределами своей кожи мы распределяем себя по окружающему пространству. Человек – это холобионт и хологеном. Может быть, это знание из научно-естественной картины мира сможет изменить и культурный код – ну как идеи квантовой физики что-то поменяли обратным ходом в общем мышлении.

Книга Swipe Up for More!: Inside the Unfiltered Lives of Influencers как-то не оправдала ожиданий. Узнала из нее о феномене мормонской инста-мамы – автор утверждает, что в США непропорционально большое количество инфлюенсеров появляются именно из мормонок, которые уже получают отличное образование, но еще рано выходят замуж и рано рожают много хорошеньких ребятишек, которые, как известно, принцы охватов.

А так ничего интересного, кроме любопытного эффекта, который и меня давно интересует, и автор русскоязычного культурологического исследования Инстаграма (которое, кстати, вошло в длинный список Просветителя, а я делала заметку о нем здесь) «Формула грез» недавно писала об этом же – большие американские инстаграммеры не продают свои курсы и инфопродукты. Американцы же очень любят учиться, и всяких инфопродуктов у них полно еще с начала нулевых, горы всего на любую тему. А вот блоггеры-миллионники монетизируются через рекламу, коллаборации, выступления, книги и, если уж совсем хорошо идут дела, создание собственного бренда каких-то продуктов. Ну, может, я чего-то просто не вижу, потому что американский инстаграм не очень хорошо знаю.

И из совсем приземленно-полезного там приводятся слова консультанта, которая говорит, что никогда нельзя верить ни одной платформе, потому что она вас обнулит в момент. Всегда сохраняйте свой старомодный стэнд-элоун блог, потому что его-то вы контролируете, и качайте личный бренд, по которому вас будут помнить и находить. Это правда! Любая социальная сеть – демон, с которым ты заключаешь временное соглашение, и все время балансируешь между тем, что отдаешь и тем, что получаешь. Ну не демон, эгрегор, не в мистическом а в самом точном значении. Надо снова писать заметки на сайт, телеграм падет в один день, а сайт я буду до конца моих дней таскать с хостинга на хостинг.

Честный первый экран Киндла!

Киндл – это и способ читать книги, и хранилище списка книжек : я скачиваю сэмплы книжек, которые кажутся мне интересными, фрагмент либо поднимается, если я его прочитываю, либо постепенно опускается в бездну, куда я тоже иногда заглядываю.

Plato of Athens: A Life in Philosophy – новая биография Платона. Обсуждение «Республики» в книге The Story Paradox вдруг заставил для меня заиграть этот текст новыми красками.

Purity and Danger: An Analysis of Concepts of Pollution and Taboo – упомянутая недавно работа Мэри Дуглас. Версия для Kindle оценена явно искусственным интеллектом, сильно оторванным от реальности, или какой-то тайным антропологическим обществом, который вышлет за покупателем файла, оплатившим 292,79$, то ли карету, то ли убийц. Я просто посмотрю, смогу ли эту книгу слушать.

Sempre Susan: A Memoir of Susan Sontag – у меня новый виток увлечения Зонтаг.

The Origins of Human Diet and Medicine: Chemical Ecology – из библиографии к Anxious Eaters: Why We Fall for Fad Diets

The Art of Memory – книжка про дворцы памяти на стероидах.

National Dish: Around the World in Search of Food, History, and the Meaning of Home – почти все, что нам кажется естественным и скрепным, на самом деле, придумано конкретными людьми и относительно недавно.

The Way We Never Were: American Families and the Nostalgia Trap – еще книжка про воображаемое прошлое, которого не было.

The Lab Rat Chronicles: A Neuroscientist Reveals Life Lessons from the Planet's Most Successful Mammals – мы же помним, что человеческие лекарства, на самом деле, лекарства для крыс, которые немного попроверяли на добровольцах.

Robert Oppenheimer: A Life Inside the Center – посоветовал один из читателей блога во время нашего зума, под новый фильм хотела бы прочитать

Seduced by Story: The Use and Abuse of Narrative – и еще одна книга о том, что сторителлинг – это меч без рукояти.

В комментариях была бы счастлива увидеть честный первый экран любой вашей читалки. Это как селфи, только другой части yourself.

К выходу биографического фильма Нолана про Оппенгеймера много заговорили об его биографиях, в первую очередь, про огромную и знаменитую «Оппенгеймер. Триумф и трагедия Американского Прометея» Кая Берда и Мартина Шервина (в русском переводе есть на Букмейте и на Лабиринте).

В NYT вышла большая статья о том, как соавторы писали эту книгу – двадцать пять лет работы, на фоне которых общий стартовый гонорар в 360 000 $ даже не кажется таким уж большим, но, надеюсь, там еще другие платежи догнали. Десятки интервью, копание в архивах, ящики и ящики копий документов – даже не знаю, чего я раньше эту книгу не читала.

Берд даже съездил на съемочную площадку фильма и сказал Мерфи Киллиану: «Доктор Оппенхаймер, я несколько десятков лет ждал встречи с нами». Киллиан и правда страшно похож на своего героя.

Понравилась классификация больших и хайповых диетических трендов, которую выстраивают авторы книги Anxious Eaters: Why We Fall for Fad Diets – они вывявляют три ключевых типа:

- Исключение. Низкоуглеводные диеты, которые требуют отказаться от всего мучного и сладкого, диеты про расставание с злобным глютеном, раньше еще сокращали количество животных жиров в еде, сейчас об этом все забыли. Мне кажется, на нашей почве вот эта идея «Я не ем ***» точно также распространена, а довольно свирепая безуглеводка известна как кремлевская диета.
- Чистое и правильное против токсичного и порочного. Это системы питания, легкие и размытые, как облака, и строящиеся на смутной идее чистой еды, еды без токсинов – чего-то clean, pure, light. Все это очень нагруженные слова, которые семантически близки к описанию всего хорошего и нравственного, что ведет прямиком в «отмытый, протестантский чистенький рай».
- Возвращение в потерянный рай. Прежде всего, палео и примкнувшие к нему варианты воображаемого питания и образа жизни мифических первобытных людей. Очень интересный спектр идей, потому что полностью опирается на увлекательную концепцию воображаемых предков, которые, в данном случае, были стройными, здоровыми и весьма скрепными хищниками, покорителями природы и так далее. Могучие охотники приносили к костру окровавленные туши, а покорные женщины готовили полезную еду, не оскверненную презренной кашей и развратными пирожными. Люди палеолита были бы в восторге от рациона, состоящего из мяса с мясом, потому что питались они несколько более скучно.

Из исследования выпал еще один класс систем питания, который кажется мне очень интересным – это то, что я бы назвала структурированием. В этом подходе предполагается, что важны не столько сами продукты, сколько их сочетания и график приема пищи.

Олды, вероятно, помнят такую штуку как раздельное питание, которое было модно в конце восьмидесятых. Автор живо описывал, как, скажем, белки и углеводы, оказавшись в человеке одновременно, начинают гнить и отравлять, а по отдельности они вполне норм. Или диета Мишеля де Моненьяка, который давал свое объяснение жиронакоплению – по его мнению, жир откладывается, если в еде присутствуют жиры и быстрые углеводы: углеводы дают сигнал к выработке инсулина, и привет. Но это уже диет-археология, хотя и не факт, что однажды кто-то не выкопает эту стюардессу и снова не отправит на заработки. Она еще может иметь успех.

Другой вариант структурирующего подхода к системам питания – это интервальное голодание, которое разрешает своим адептам есть, как угодно, но только в рамках определенного времени – скажем, часов восемь в сутки, а в промежутке вообще не есть, не перекусывать и пить водичку. Под эту систему подводится своя основа – про то, как слегка голодный организм принимается за апоптоз и разрушает все старые и мутировавшие клетки. Думаю, что какая-то культурная основа здесь тоже есть, и, скорее всего, даже не древняя традиция постов.

Книжка заканчивается изящным каламбуром, что старое выссказывание "ты то, что ты ешь" правильно, но не в физическом, а в социальном смысле. Всякое палео намертво сцеплено с вполне конкретной идеологией и отношением к жизни. Clean Eating - тоже история о мелкобуржуазном стремлении к тому, чтобы быть правильным, хорошим, отличаться от людей попроще, с тихой гордостью удерживать свою чистую идентичность относительно недостижимых богачей, что-то очень про wear your pearls with pride. Всякое самолишенчество - это чистое магическое мышление, обернутое в наукообразные термины.

Прочитала половину мемуаров американки, которая за пять лет успела стать очень успешным участником косметической MLM конторы Rejuvenate, чуть не спиться и выйти из этой системы, проникнувшись глубоким к ней отвращением. Это интересная история, потому что написана не неудачником, чью горечь легко объяснить обидой, а женщиной, у которой все получилось – она вырастила свою сеть распространителей, собрала полнейшую коллекцию всех возможных в компании достижений и создала себе приличный денежный оборот. И все это с пятью маленькими детьми. То есть девушка с обложки, которую корпорация усиленно делала ролевой моделью и примером того, чего можно добиться.

Основная динамика книги – в ножницах между обещаниями необременительного дополнительного дохода, который даст немного свободы женщине в декрете (в случае героини – в пяти декретах сразу) и эксплуатационной сутью системы. Если очистить идею до костей, то MLM – это сеть, которая продает продукт с завышенной стоимостью сама себе, качая наценку к вершине.

Только 0,5% консультантов имеют выплаты больше 100 000 долларов в год – до вычета налогов и затрат (то есть, на руки это около 30 000 $ в год, в лучшем случае, потому что налоги съедают около половины суммы, и они постоянно прибегают к самовыкупу и выкупу через аккаунты своих детей и хомяков у людей из своей подсети, чтобы накрутить показатели). То, что почти все участницы только теряют деньги, а даже средне-успешные представители должны постоянно тратить, чтобы удерживать свою позицию, для компании нормально, главное, постоянно включать новых людей и минимизировать выход. Уход консультанта, особенно минимально-успешного, всегда плохо сказывается на тех, кто ее включил в свою сеть или подсеть, поэтому механизмы удержания там лютые – совершенно по лекалам тоталитарных сект.

Отдельно книга-воспоминания бывшей распространительницы Hey, Hun! разбирает лукавый идеал старта с нуля и абсолюта личного успеха. MLM обожают историю о том, как человек выскреб дно кредитки, чтобы купить стартовый пакет, а через несколько лет под рукоплескания толпы выехал со сцены на дорогой машине, которую получил как приз самого яхонтинового директора. Но, в общем случае, это иллюзия.

Эмили показывает, что, чтобы зарабатывать в MLM (а она зарабатывала довольно много), надо на старте иметь много – нужны деньги на выкуп продукции, нужна сеть поддержки, чтобы посидеть с детьми, пока мать в поле, нужно много добрых знакомых и знакомых знакомых, к которым можно подкатить с инновационной сывороткой за 150$. И надо быть таким человеком, который сможет убедить других, что быть представителем этой компании достаточно замечательно, чтобы растить свою сеть, которая и составляет основу успеха. Это тоже упирается в некоторое изначальное благополучие. У самой Эмили, например, просто есть муж, который долгое время комфортно содержал с помощью своей корпоративной работы семью из семи человек, а это кое-что да значит.

Вот эта ложь о том, что один человек с нуля может добиться всего, а кто не добился, тот плохо старался, ужасно вредная. Как видно из книжки про культурные коды хайповых диет, она же приводит к популярности заведомо неработающих систем питания, обещающих сделать тебя стройным и здоровым, если ты проявишь достаточно добродетели. И она же поддерживает кривые пирамиды MLM, из которых 99% участников уходят с потерей денег и ощущением позорного личного провала, которое намеренно всячески формируется, чтобы они не жаловались другим.

Какая-то нездоровая фиксация на отравленных яблоках – великий Тьюринг покончил с собой, съев отравленное яблоко, совсем еще молодой Оппенгеймер еще в Кембридже пытался поквитаться с преподавателем, подложив ему на стол отравленное яблоко. Обе легенды несколько противоречивы в деталях, и не до конца достоверны, но весьма живучи.

Как вообще можно отравить яблоко, и, тем более, подсунуть кому-то, думая, что он не поймет, что с яблоком что-то не так?

Завтра, 15 июля, издательство Индивидуум празднует свой день рождения и приглашает на книжную вечеринку в ДК Рассвет. Программа совершенно отвязная – дискуссии про то, как именно родитель отвечает за образование ребенка, как запрещенный сейчас Инстаграм взаимодействует с запрещенным раньше, но уже разрешенным Телеграмом, и как устроена современная проза. И выступления авторов книг издательства. И мастер-классы на тему книг – от вязания гордиевого узла до создания памятника нарцисизму, то есть, багетного селфи-зеркала.

Для холодной субботы лучше не придумаешь. Еще можно купить кучу книжек по сниженным ценам.

Вход бесплатный – программа, подробности и регистрация здесь. Indbviduum с днем рождения, желаю сто пятьсот тиражей и ни одной свечки.

Многие MLM хвалятся, что дарят своим лучшим распространителям дорогие машины. В МериКей даже советуют скептикам, которые смеются над тотальной брендированностью и всем розовым, задавать вопрос: «Хм, а какого цвета Кадиллак дарит своим сотрудникам контора, в которой ты работаешь?»

Эмили в своей книжке Hey, Hun! рассказывает, как это устроено на самом деле. Добраться до грейда, на котором дарят машину, мечта каждого распространителя, и у нее получилось – самыми разными методами, включая давление на чувства кандидаток своим онкологическим диагнозом.

Когда пришло подтверждение, ее MLM в честь больших заслуг дарит ей машину, муж Эмили прочитал документы и перевел их с юридического на доходчивый. Оказалось, что
- машину компания покупает в кредит, первый взнос должна заплатить Эмили
- налоги и страховку тоже должна оплатить Эмили
- ежемесячный платеж по кредиту составляет 1950 $, из которых компания субсидирует 1000$ Когда дела у компании пошли хуже, все вознаграждения уменьшили, а субсидию снизили до 750$
- субсидирование выплат по кредиту продолжается только при условии сохранения Эмили достигнутого статуса, для которого нужно постоянно выполнять KPI по продажам и работе подсети
- компания субсидирует проведение обязательной большой вечеринки в честь этого события, на которой должны присутствовать не менее 100 участников сети, размер субсидии – 1000$. В итоге, Эмили потратила на вечеринку около 10 000$.

И у них в семье уже было две машины. Но она все равно взяла этот автомобиль, потому что это – как корона, признание, что все было не зря.

Два вопроса – как прочитать все запланированное и как найти новые и интересные книги.

Нашла новый прям хороший источник книжных рекомендаций, это интернет-магазин бумажных книг Tertulia. Я не люблю бумажные книги и не могу у них ничего сейчас заказать без супер-усложнений, но редакторская политика магазина такая прекрасная, что я читаю их рассылку и захожу на сайт. Приложение, хотя и обещает персональные рекомендации, не кажется мне пока очень уж удачным.

Мне нравятся их списки – что читают книжные клубы в июле, какие книги упоминались в свежих подкастах, о чем пишут популярные инстраграм-блогеры, о чем пишут критики, тематические разные подборки. Постоянно что-то нахожу, чтобы посмотреть поближе.

Тертулии – это частные литературные салоны в Испании двадцатого века, где люди вели блестящую светскую жизнь, опираясь на книги как на способ организации общения. Это удачный формат, очень здорово получается, такой гедонистический и расслабленный книжный клуб, который, хотя и продолжается обычно дружеской вечеринкой, но имеет свою структуру и несущую опору.

Продолжаю слушать биографию Опенгеймера «Американский Прометей» (а сначала хотели назвать «Оппи» по дружескому прозвищу своего героя), там из поразительного - это то, какой же модной штучкой был коммунизм в двадцатых-тридцатых годах в США. Опенгеймер был абсолютным американцем, и его зарубежные связи были, скорее, с Великобританией, где он учился, но он прочитал «Капитал», посетил сколько-то (то ли одно, то ли больше) заседание коммунистической ячейки, жена его любимого младшего брата была активисткой.

Для меня, в силу поколенческих причин, коммунизм всегда казался чем-то одновременно и затхлым, и опасным. Не тем, к чему можно обращаться по доброй воле. Но сто лет назад это был настоящий авангард развития. Фронтир, мечта и обещание. Трудно это понять.

И вот еще интересное - часто описывают, как потрясенный реальностью созданной им бомбы Опенгеймер цитирует Бхагавадгиту - «Теперь я смерть, разрушитель миров».

В отличие от простых смертных, он не взял эту цитату из сборника или хрестоматии - Опенгеймер изучал санскрит и читал классику в оригинале, просто потому что языки давались ему легко, и он хотел изучить какой-нибудь совсем другой язык.