Своеобразное усложнение многонационального анекдота — анекдот, где взаимодействуют представители не разных народов, но конфессий.

В большинстве из них центральным персонажем выступает иудаист, поэтому они не так далеко уходят от классических еврейских.

Приходит католический пастор к парикмахеру. Постриг тот его, пастор спрашивает:
— Сколько с меня?
— Нисколько, ваше преподобие, я с католических пасторов денег за стрижку не беру.
Приятно удивленный, пастор удалился. На другой день приходит парикмахер и видит под дверями парикмахерской 12 бутылок лучшего монастырского вина. Вскоре приходит православный поп к парикмахеру. Постриг парикмахер и его. Поп спрашивает:
— Сколько я вам должен, голубчик, за стрижку?
— Да нисколько, батюшка. Православных священников стрижем бесплатно.
На следующее утро парикмахер нашел у дверей парикмахерской 12 бутылок водки. Еще через несколько дней приходит к парикмахеру раввин. Постриг его парикмахер, а раввин и спрашивает:
— Сколько вам заплатить?
— Да нисколько, уважаемый ребе. Раввинов мы стрижем бесплатно.
Раввин, обрадованный таким оборотом дела, ушел. На следующее утро парикмахер увидел у дверей своей парикмахерской двенадцать раввинов.

В таких анекдотах религии мирно уживаются. Так злой жанр преломляется в довольно добрый.

Три солдата охраняют здание французского Генерального штаба. Решили от скуки сыграть в карты. Вдруг шаги полковника. Они быстро бросают карты под стол. Полковник подозрительно все осматривает:
— Играли в карты?
— Нет, господин полковник.
Он обращается к первому:
— Вы кто?
— Христианин.
— Клянитесь на Библии, что вы не играли в карты.
Деваться некуда, первый кладет руку на Библию.
— Клянусь, господин полковник, что в карты я не играл.
Полковник второму:
— Вы кто?
— Мусульманин.
— Клянитесь на Коране, что вы не играли в карты.
— Клянусь, господин полковник.
Полковник третьему:
— А вы кто?
— Иудей.
— Клянитесь на Талмуде, что вы не играли в карты.
— Господин полковник, а что я буду клясться? Этот не играл, этот тоже не играл, а с кем же я, по-вашему, играл?

проблема смешного

К обычному анекдоту категория актуальности вообще-то не применима. Текст должен оставаться универсальным вне зависимости от времени/политического режима/страны и т.д.

Не работает это в политическом анекдоте, который реагирует на окружающую действительность. Сегодня такие шутки не понятны без контекста.

Вот такой плосковатый прикол появился после назначения Эдуарда Шеварнадзе Министром иностранных дел СССР в 1985 году.

Московская улица Арбат, соединяющая здание Министерства обороны и Министерства иностранных дел, будет называться "Военно-Грузинской дорогой"

Ныне здание, которое упоминается в анекдоте, известно как Здание Генерального Штаба, а словосочетание "Военно-Грузинская дорога" все еще кажется мне смешным.

В дополнение — еще один анекдот про дороги и грузин

Грузин пересекает границу. Пограничник ему говорит:
— У Вас проблема с фотографией в паспорте.
— Слюшай, какой праблэма? Вот я - третий слэва!

проблема смешного

Сегодняшний пост посвящен анекдотам про поручика Ржевского, отступающие от классической для серии идеи похабщины.

В первом мы наблюдаем переосмысление сложившегося образа. Автор рискнул предположить, что Ржевский лучше, чем кажется, видимо ему надоели традиционные анекдоты цикла.

Ранним утром поручик Ржевский вышел на крыльцо своего дома. Он увидел нежно-голубое небо с легкими облаками, покрытый утренней росой луг, изгиб реки в туманной дымке, зеленеющий вдали лес. В душе поручика поднялось чувство благоговения перед красотой природы, на глаза навернулись слезы умиления, и, не выдержав, он громко произнес:
— Господи, как же прекрасен мир, который Ты создал!
— Мать, мать, мать… — привычно отозвалось эхо.

Второй поручика Ржевского в обязательном порядке не требует, но версию с ним я слышал чаще других. Анекдот пытался быть в хармсовском стиле, но не дотянул.

Гуляет дама с собачкой. Навстречу ей идет поручик Ржевский.
— Не бойтесь, она не злая, не кусается.
— Ничего, — отвечает Ржевский, — это дело поправимое, — и тыкает собачку цигаркой в харю.

проблема смешного

Попугай в анекдоте может вести осмысленный диалог с человеком, это обычно никак не объясняется. Процесс формирования образа вопросов не вызывает.

На одном корабле работал фокусник. Так как пассажиры постоянно менялись, он проделывал одни и те же фокусы. К его несчастью, капитанский попугай просмотрел его выступление множество раз и разгадал все секреты. Во время каждого выступления попугай портил все фокусы своими криками "Эта не та шляпа! Он прячет пиковую даму в кармане брюк! В коробке дырочка!" Фокусник сердился, но ничего не мог сделать, капитанский попугай все–таки.
Однажды корабль потерпел крушение, и только фокусник и попугай выжили и продолжали плавать в море на какой–то доске. Фокусник злобно смотрел на попугая, который, в свою очередь, недружелюбно косился на фокусника. Наконец, попугай не выдержал:
— Ну ладно, ладно, я сдаюсь! Где корабль?!

В такой редакции этот анекдот с явной отсылкой к Копперфильду рассказывают в наши дни.

Его первоначальная версия была англоязычным анекдотом, попавшим к нам во время Второй Мировой войны. Звучала она примерно так:

Иллюзионист на палубе американского крейсера в военные годы.
— Алле-гоп!
Исчезают цветок из петлицы иллюзиониста и цилиндр.
— Алле-гоп!
Исчезает кролик. Сверху с мачты наблюдает говорящий попугай, после каждого исчезновения кричит:
— Браво! Отлично! Превосходно!.
Тут торпеда немецкой подводной лодки попадает в корабль, он немедленно идет ко дну. Воронка, вращаются доски, мусор. Всплывает мокрый попугай.
— Отлично. Браво! Грандиозно! Интересно, что он теперь заставит исчезнуть? Наверное, море.

проблема смешного

Пара анекдотов про чукч, которые демонстрируют адекватное понимание социальной реальности, нарушая сложившийся образ «естественного» человека.

В первом они попадают под тлетворное влияние и участвуют в саморефлексии жанра.

На берегу Северного Ледовитого океана сидят два чукчи и ловят рыбку. Рыбка не ловится.
— Давай анекдоты рассказывать!
— А какие?
— Политические.
— А ты представляешь, куда нас с тобой потом сошлют?!

Во втором чукча видимо неоригинальный человек. Способность так устраивать свою жизнь свойственна скорее анекдотическим грузинам. Но именно такую версию приводит, например, Иосиф Раскин.

Чукча поступает на работу. В анкете расписывается тремя крестиками. Его
спрашивают:
— Это что - фамилия, имя и отчество?
— Нет. Это фамилия, имя и ученая степень.

проблема смешного

Производным вариантом анекдотов про психов в поздние советские годы становятся анекдоты про походы к врачам, специализирующимся на человеческой психике.

У общества довольно смутное представление о сущности их работы, поэтому абсурдные ситуации в таких текстах перекрываются пошловатым сценарным приемом — типа, все это было во сне.

Условный "пациент" может продемонстрировать "новую" адекватность в нестандартной ситуации, куда он попадает.

Приходит мужик к психиатру:
— Доктор, у меня такая проблема - каждую ночь мне снится маленький игрушечный стадиончик, на котором крысы играют в футбол. Я смотрю весь матч от начала до конца, болею, переживаю, и утром встаю совершенно не выспавшийся и разбитый.
— Ну, это легко поправить. Вот вам таблетки, начните с сегодняшнего дня принимать по одной за час до сна, и будете спать крепко и без сновидений.
— Доктор, а можно я начну пить таблетки завтра?
— Почему это?
— У них сегодня финал.

Бывает происходит и обратное. Врач усложняет ситуацию, основываясь на своих научных знаниях, в то время как проблема может решиться более простым, быстрым и действенным способом.

Приходит мужик к врачу, рассказывает:
— Доктор, я совсем замучился. Ложусь спать, а мне кажется, что под кроватью кто-то есть. Лезу под кровать, смотрю внимательно и тут чую, что кто-то на моей кровати лежит. Вылезаю из-под кровати, наверху никого нет, ложусь, чувствую - все-таки кто-то есть под кроватью. А когда снова лезу под кровать, мне кажется, что сверху кто-то есть. И так всю ночь.
— Да, — говорит врач — это есть такой сложный синдром. Будем вас интенсивно лечить, месяца два-три. Берем мы, правда, дорого, но, скорей всего, вылечим.
— Ладно, — говорит мужик, — подумаю.
И больше не пришел. Через месяц его врач случайно на улице встречает, спрашивает, мол, как дела. Тот говорит:
— А меня сосед за бутылку вылечил.
— Это как?
— Да выпили мы с ним, он мне и говорит - отпили ты ножки у кровати.

проблема смешного

О том, что все мы родом из детства, говорит то, что авторы анекдотов считают нормальным любым способом исковеркать слова, чтобы добиться комического эффекта.

Окказионализмы, эрративы и просто неправильное использование слов часто вызывает у детей вполне искренний смех. В некоторых анекдотах это используется как самодостаточный механизм для прикола.

Пример очень показательный, но, на мой взгляд, не очень смешной звучит так:

Анка подходит к Петьке:
— Я вчера на балу была. Такой фужер произвела!
— Дура, не фужер, а - фураж!
— Сам дурак. Пойдем у Василь Ивановича спросим. Подходят к Василию Ивановичу.
— Слушай, Василь Иванович: как правильно сказать — фужер или фураж?
— Ребята, вы ж знаете, я в этом деле вообще не Копенгаген.

проблема смешного

Сойдутся, бывало, Салтыков-Щедрин и Пров Садовский, помолчат час-другой и разойдутся. Потом Салтыков и говорит: Преинтересный это человек, Пров Михайлыч!

М.Гаспаров. Записи и выписки (а Гаспаров взял откуда-то еще)

Молчание — вполне универсальный язык, который наверняка может передать и что-то смешное.

Многословие с этим тоже справляется, так что отдать чему-то предпочтение сегодня не получается.

Онa:
— А кем вы рaботaете?
Он:
— Слесaрем.
Онa:
— Ой, это должно быть очень интересно! Все эти вaши рaшпили, керны, штихили, флaнцевые притирки, резьбa под муфту, стопaрение кaлибровочным шпунтом! Я такая дура — ничего в этом не смыслю!

проблема смешного

Сегодня редкий экземпляр: анекдот длинный, но при этом не докучный, а вполне классически структурированный.

Затянутость здесь обслуживает национальный стереотип. Впрочем, есть и минусы: завязка дает слушателю слишком много времени для того, чтобы отгадать панчлайн.

Викторианская Англия. Из порта Бристоля отплывает пассажирский лайнер. Капитан отдаёт последние распоряжения лоцману и отправляется к себе в каюту. Через несколько минут в его дверь деликатно стучат. Капитан открывает и видит на пороге каюты одного из пассажиров.
— Добрый день сэр, — говорит пассажир.
— Добрый день.
— Сегодня прекрасная погода, не так ли?
— Да, Бристоль прекрасен в это время года.
— Действительно. А слышали ли вы последние новости из колоний?
— Лишь о восстаниях в Бирме. Ничего нового.
— Как всегда, как всегда… Сэр, не будете ли вы столь любезны одолжить мне стакан воды?
— Конечно, прошу вас.
Пассажир забирает стакан, вежливо кивает и уходит. Капитан планирует уже вернуться к своим делам, но тут в его каюту снова стучат. На пороге тот же пассажир.
— И снова здравствуйте, сэр. Несказанно рад вас видеть.
— Это взаимно.
— В этом году довольно тёплая осень, не находите?
— Да, совсем не то, что в Йорке.
— Определённо. Слышали ли вы новости о здоровье её Величества?
— Лишь хорошие.
— Чудесно, чудесно... Сэр, не хотелось бы вас обременять, но могу ли я попросить ещё один стакан воды?
— Что вы, это ничуть не обременительно. Берите.
Пассажир снова уходит. Капитан пожимает плечами. Собирается уже закрыть дверь, но на пороге тут же снова появляется пассажир.
— Мои приветствия, сэр.
— О, снова вы.
— Как вам сегодняшний бриз?
— Освежает, как всегда.
— Да, море сегодня прекрасно. А доводилось ли вам читать свежую резолюцию парламента?
— Увы, я не интересуюсь политикой.
— Похвально, похвально... Сэр, я, право, смущён своей назойливостью, но не дадите ли вы мне ещё один стакан воды?
— Я не хотел бы показаться чёрствым, но не будет ли проще, если я дам вам целый графин?
— О, это было бы весьма кстати. Видите ли, в моей каюте пожар.

проблема смешного

Со времен «Бригады» смешных приколов про верблюдов на русском не придумали.

Зато на нерусском придумали мой любимый иноязычный прикол.

Перевод маловозможен, читайте так.

An Arabian guy at the airport:
— Name?
— Ahmed al-Rhazib.
— Sex?
— Three to five times a week.
— No, no… I mean male or female?
— Male, female, sometimes camel.
— Holy cow!
— Yes, cow, sheep, animals in general.
— But isn’t that hostile?
— Horse style, doggy style, any style!
— Oh dear!
— No, no! Deer run too fast.

проблема смешного

Тем временем проблеме смешного на днях исполнился ровно один год, с чем себя и всех поздравляю.

О том, что может измениться всего за год, не понаслышке знают герои этого анекдота.

Одному арабскому нефтяному шейху срочно понадобилось переливание крови. У шейха группа крови была очень редкой, и нашли её только у одного еврея. Тот согласился, сделали переливание, благодарный араб подарил еврею дом и машину. Через год та же история повторяется — срочно нужна кровь. Еврей с радостью бежит в пункт по переливанию крови, снова спасает шейху жизнь и получает от араба коробку конфет.
Еврей, удивлённо:
— Но прошлый раз вы-таки подарили мне дом и машину!…
Араб:
— А в тот раз во мне ещё не текла еврейская кровь.

проблема смешного

Параллельно с написанием комментария к "Евгению Онегину" Юрий Лотман успел привести и пару анекдотов пушкинской поры. Вот один из них, любезно снабженный пояснением:

[Существовал] Обычай, согласно которому слуги обносят гостей, предлагая им кушанья в соответствии с иерархией их чинов. При таком порядке малочиновные гости видели перед собой почти пустые блюда, а дорогими винами их вообще иногда обносили.

В источниках той поры встречается анекдот, согласно которому нечиновный гость на милостивый вопрос хозяина, доволен ли он обедом, отвечал: "Благодарю, ваше сиятельство, все видел-с"

Ю.Лотман. Комментарий к роману А.С.Пушкина "Евгений Онегин"

Старая шутка дожила до наших дней, но приобрела совершенно иную форму вот в таком, несколько балабановском, анекдоте:

Семья сидит на кухне, пьет чай. Над столом висит лампочка, а к лампочке привязан кусочек сахара. Папа делает глоток и смотрит на сахар. Мама делает глоток и смотрит на сахар. Дочь делает глоток и смотрит на сахар. Маленький сынишка делает глоток и смотрит, смотрит, смотрит…
Вдруг папаша дает ему оплеуху со словами:
— Слишком сладкий чай пьешь, сынок…

проблема смешного

У некоторых анекдотов с разными истоками обнаруживается внезапная целостность. Вряд ли к ней стоит относиться серьезно, но наблюдать забавно.

В университете начинается лекция по психологии. Удобно устроившись за кафедрой, профессор:
— Сегодня мы будем с вами изучать три сходные стадии психики человека: удивление, раздражение и гнев. Рассмотрим на конкретном примере.
Достав из портфеля телефон, профессор набирает первый попавшийся номер.
— Здравствуйте, а Васю можно?
— Знаете, здесь такой не живет...
— Вот, — улыбаясь, говорит профессор, — это всего лишь легкое удивление. Смотрите дальше.
Набирает номер снова.
— Здравствуйте, а Вася не подошел?
— Сказал же, нет тут таких...
Потирая руки, профессор заговорщицки подмигивает аудитории.
— Клюнул. Ну, а теперь...
Третий раз набирает номер.
— Так Васи нет?
— Задолбал! Да пошел ты к черту!
— Что ж, товарищи, надеюсь, пример вам понятен.
С первой парты встает молодой человек.
— Простите, профессор, но вы забыли четвертую стадию.
— Это какую же?
— Стадию полного шока.
Подойдя к кафедре, молодой человек набирает номер.
— Добрый день. Это Вася. Мне никто не звонил?

В жизни этот прикол так складно не выходит, я проверял. Зато в анекдотах профессора, который много себе позволяет, поставили на место.

У профессора дома в три часа ночи раздается звонок. Полусонный профессор снимает трубку:
— Алло? Кто это?
Голос отвечает:
— Кто-кто, хуй в пальто!
На следующую ночь такая же история. На третью ночь профессор заранее приготовил речь. Как только телефон зазвонил, ровно в три часа ночи, профессор снимает трубку и орет:
— Да ты заебал уже, козлиная рожа, пошел на хуй, понял, ублюдок?
Голос:
— Николай Петрович, что с вами?
Профессор, смутившись, спрашивает:
— Ой, простите, кто это?
— Кто-кто, хуй в пальто!

проблема смешного

В силу определенных онтологических причин все реже получается наблюдать солнце. В анекдотах оно наблюдается несравненно чаще.

В сборнике XIX века с исчерпывающим названием "Забавные изречения смехотворные анекдоты и домашние остроумцы" встречается вот такой текст:

Два генерала рассуждали о том, какое светило, солнце или луна, заслуживает преимущества. Один, не колеблясь, назвал солнце, но другой глубокомысленно заметил:
— А я так думаю, что луне принадлежит эта честь; что за важность светить, как солнце, днем, когда и без того светло, а ведь месяц светит ночью, когда темно.

После чтения старых сборников становится обидно за наше время, ведь за 200 лет шутка повторялась неоднократно. Вот, например, в ХХ веке она же, приправленная идеями научно-технической революции, реализовалась в политическом анекдоте.

Брежнев вызвал группу космонавтов.
— Товарищи! Американцы высадились на Луне. Мы тут посоветовались и решили, что вы полетите и высадитесь на Солнце!
— Так сгорим ведь, Леонид Ильич!
— Не бойтесь, товарищи, Партия подумала обо всем. Вы полетите ночью.

проблема смешного

Вопрос о людях, приспособленных к жизни в приличном обществе, и людях, находящихся далеко за гранью этого приличного общества, пережеван уже столько раз, что все стороны дискуссии не вызывают ничего кроме отвращения.

На выбор предлагаются 2 текста, с каким из них ассоциировать себя остается на совести каждого.

В автобусе:
— Прошу прощения за беспокойство, но я выхожу на следующей остановке. Будьте любезны, разрешите пройти...
Верзила, огладывая его сверху вниз:
— Ну ты чё, интеллигент сраный что ли?
— Отнюдь. Такое же быдло, как и вы.

Во втором тексте в его изначальной советской версии героями на пассажирском были дипломаты. Сегодня в этом такси едут уже обычные мужчины, возможно жить стало лучше и веселее.

Едет такси. Сзади сидят двое и разговаривают.
— Представляете, был я вчера в ресторане, так у официанта, когда он наливал вино, не было салфетки на руке.
— Да что вы говорите... Я тоже недавно был в ресторане с дамой, так официант меню подал сначала мне, а не ей.
— Да не может быть...
Водитель сидел, сидел, потом не выдержал и спрашивает:
— Джентльмены, а ничего что я к вам спиной сижу?

проблема смешного