Н А Ш А В И Н А ‘. :

кацуки знал, чего стоит цена геройства. видел собственными глазами каждый день, как всемогущий морщился от покалывания в ране, или как айзава, думая, что его никто не видит, закапывал глаза каплями и потом не мог открыть их еще минимум сорок минут. он слышал это в криках из соседней комнаты, когда кто-то в общежитии просыпался от кошмара, видел в неровностях на пальцах изуку, потому что бесчисленные переломы никогда не заживали бесследно, какой бы волшебной не была причуда исцеляющей девочки.

он помнил о цене, когда лежал в больницы после того, как поставился под удар вместо изуку.

его тело двигалось само.

смешная штука – судьба. возможно, он окончательно понял, почему всемогущий выбрал себе именно такого приемника.

кацуки привык к кошмарам, но раньше они были другими. вместо удушающего ощущения слизи на всей поверхности тела, во снах приходила знакомая улыбка, медленно рассыпающаяся от причуды шигараки.

izuku…

с каждым днем мысли в голове туже сцеплялись в один комок. он практиковал дыхательные техники, отсутствие кислорода в груди чересчур часто навещало его, днем и ночью.

стало хуже, когда ушел изуку.

izuku, i’m…

трудно понять, что есть вина, а что – гнев, когда обе эмоции были сплетены между собой железной цепью всю жизнь.
еще труднее, когда цепь на них повязали собственные руки.


он увидел широко распахнутые глаза изуку, которого засасывал народ, и почти рассмеялся. все и вправду поменялось местами, не так ли?
он понял, почему в тот день изуку не смог пройти мимо. кацуки ведь сам ринулся, чтобы спасти его.

шум от криков его одноклассников почти затмевал собственный внутренний голос. кацуки любил думать, как он презирал вранье, но оказалось, что именно этим занимался бакуго все прошедшие годы. казалось, словно все его слова – фальшивка.

кацуки отчаянно хотелось стать настоящим. потому он сделал то, что казалось единственно верным.

единственно правдивым

“izuku, i’m sorry for everything”


кацуки знал, что умрет собой. наконец-то он понимал все, что было для него непостижимо раньше.

изуку, жизнь героем, смерть.

истина укладывалась в четыре слова. к ней он стремился всю жизнь, короткую, но он бы не променял ее ни за что.

когда шигараки улыбался, стоя чуть поодаль от про героев, кацуки не думал лишний раз. это не безрассудство, наоборот, он впервые знал, что делает все правильно.

“everything hurts. fighting while in pain. trying to spot an enemy’s tell. you’re already an old pro at this, aren’t you?

hey izuku,
can i still catch up to you?”

шел дождь. кацуки думал о том, что карточка в его кармане наверняка промокнет от влаги воды. или от его крови.
наверно, мама и папа смотрит на него.

может даже изуку увидит его. то, как он сражался до последнего. ради себя и всех жителей японии, ради той правды, аксиомы, которую он несет в своем сердце.

он умирает, и смерть приходит к нему изумрудными звездами на небе и блестящей надписью на коллекционной карточке.

он воскресает, и жизнь протягивает ему руку, поразительно крохотную и до жути знакомую, с царапинами и каплями от плеска речной воды.

он умирает и видит изуку.
он воскресает и видит по прежнему лишь
изуку.


это истина. это «не дай мне себя обогнать, изуку». это «меня зовут каччан бакуго», потому что бакуго – это фамилия его семьи, которая всегда была его опорой и неизменной группой поддержки, а каччан – это то, кем он всегда являлся, его наиболее уязвимая и закрытая ото всех, кроме одного, личность, которая была единственно правдивой все годы.

потому что настоящий каччан бакуго создан из любви и победы, а вся его история только подтверждает это. он сколочен из грубых слов, но они по-настоящему никогда не предназначались для боли.
потому что настоящий каччан бакуго плачет около больничной койки своего напарника деку.
потому что настоящий каччан бакуго тратит свои годы, чтобы накопить на костюм, ведь не может быть героем без человека, которого считает единственно достойным себе.

чтобы принять героизм в других, надо было сначала принять свои страхи по поводу его отсутствия. кацуки годами гнался за идеалами, не понимая, что они находятся все дальше и дальше от него. он глушил эмоции гневом на других, хотя хотелось кричать на себя. кацуки думал, что всю
жизнь купался в чужом восхищении, но выяснилось, что оно было абсолютно ненужным.

оказалось, все было так просто.

оказалось, кацуки бакуго была важна не победа, а тот, кто стоят рядом с ним во время его выигрыша.

it is so sensitive topic for me

бакуго кацуки машет рукой и улыбается, несмотря на жгучую боль в сердце

потому что именно так делал изуку всю свою жизнь. потому что герой должен улыбаться. you’re already an old pro at this, aren’t you?