Гласс Филип «Слова без музыки: воспоминания».
Издательство Ивана Лимбаха, 2017. Перевод с англ. С. Силаковой.
Даже если вы не слышали имени Филипа Гласса, вы, несомненно, слушали его музыку, когда смотрели фильмы «Фантастическая четверка», «Мечта Кассандры», «Иллюзионист», «Забирая жизни», «Тайное окно», «Часы», «Шоу Трумена», «Кундун», а также «Елена» и «Левиафан» Андрея Звягинцева.
В книге, написанной к своему восьмидесятилетию, крупнейший американский композитор-минималист — создатель экспериментальных опер-портретов «Эйнштейн на пляже», «Сатьяграха» (о Махатме Ганди), «Эхнатон», «Галилео Галилей», «Кеплер», соавтор Рави Шанкара, реформатор симфонического языка постмодерна, оказавший влияние на Дэвида Боуи и Брайана Ино, — оглядывается на свою жизнь и видит ее как протянувшееся во времени и пространстве «место музыки», куда можно возвращаться, как в Балтимор или Индию, и там «думать музыку». Потому что музыка Филипа Гласса это и есть его мысль и слово, это и есть та модальность, в которой работают его сознание, воображение и память.
595 р.
Издательство Ивана Лимбаха, 2017. Перевод с англ. С. Силаковой.
Даже если вы не слышали имени Филипа Гласса, вы, несомненно, слушали его музыку, когда смотрели фильмы «Фантастическая четверка», «Мечта Кассандры», «Иллюзионист», «Забирая жизни», «Тайное окно», «Часы», «Шоу Трумена», «Кундун», а также «Елена» и «Левиафан» Андрея Звягинцева.
В книге, написанной к своему восьмидесятилетию, крупнейший американский композитор-минималист — создатель экспериментальных опер-портретов «Эйнштейн на пляже», «Сатьяграха» (о Махатме Ганди), «Эхнатон», «Галилео Галилей», «Кеплер», соавтор Рави Шанкара, реформатор симфонического языка постмодерна, оказавший влияние на Дэвида Боуи и Брайана Ино, — оглядывается на свою жизнь и видит ее как протянувшееся во времени и пространстве «место музыки», куда можно возвращаться, как в Балтимор или Индию, и там «думать музыку». Потому что музыка Филипа Гласса это и есть его мысль и слово, это и есть та модальность, в которой работают его сознание, воображение и память.
595 р.
Мнения отечественных синефилов (а также кинокритиков и киноведов) о лучшем российском фильме 2017 года решительно разделились — на тех, кому по душе «Аритмия» Бориса Хлебникова, и тех, кто уверен, что «Нелюбовь» Звягинцева — главное кино года.
Первым рекомендуем книгу рассказов Наталии Мещаниновой — автора сценариев к фильмам «Еще один год» Оксаны Бычковой и «Аритмия» Бориса Хлебникова. В 2014‑м Мещанинова дебютировала как режиссер с фильмом «Комбинат „Надежда“». Эта книга — ее литературный дебют.
280 р.
Второму лагерю рекомендуем «Дыхание камня: Мир фильмов Андрея Звягинцева». Этот сборник — первая попытка начать серьезный разговор о кинематографической эстетике фильмов Андрея Звягинцева. Здесь представлены работы критиков и эстетиков кино, аспирантов вузов, посвященные анализу фильмов режиссера, материалы мастер-класса, проведенного Звягинцевым в киноклубе «АРТкино» в сентябре 2007 года, а также интервью с участниками творческого коллектива, специально подготовленные для этого сборника, и другие материалы.
745 р.
Первым рекомендуем книгу рассказов Наталии Мещаниновой — автора сценариев к фильмам «Еще один год» Оксаны Бычковой и «Аритмия» Бориса Хлебникова. В 2014‑м Мещанинова дебютировала как режиссер с фильмом «Комбинат „Надежда“». Эта книга — ее литературный дебют.
280 р.
Второму лагерю рекомендуем «Дыхание камня: Мир фильмов Андрея Звягинцева». Этот сборник — первая попытка начать серьезный разговор о кинематографической эстетике фильмов Андрея Звягинцева. Здесь представлены работы критиков и эстетиков кино, аспирантов вузов, посвященные анализу фильмов режиссера, материалы мастер-класса, проведенного Звягинцевым в киноклубе «АРТкино» в сентябре 2007 года, а также интервью с участниками творческого коллектива, специально подготовленные для этого сборника, и другие материалы.
745 р.
«Воспоминания о XX веке. Книга первая: Давно прошедшее» — новая дополненная версия мемуаров известного историка искусства Михаила Юрьевича Германа (ранее они публиковались под названием «Сложное прошедшее»).
Повествование охватывает период от середины 1930-х до 1960-х. В ближайшее время издательством будет подготовлен второй том, повествование в котором доведено до наших дней.
Эта книга — честный рассказ о времени, о том, каким образом удавалось противостоять давлению государственной машины (с неизбежными на этом пути компромиссами и горькими поражениями), справляться с обыденным советским абсурдом, как получалось сохранять порядочность, чувство собственного достоинства, способность радоваться мелочам и замечать смешное, мечтать и добиваться осуществления задуманного.
685 р.
Повествование охватывает период от середины 1930-х до 1960-х. В ближайшее время издательством будет подготовлен второй том, повествование в котором доведено до наших дней.
Эта книга — честный рассказ о времени, о том, каким образом удавалось противостоять давлению государственной машины (с неизбежными на этом пути компромиссами и горькими поражениями), справляться с обыденным советским абсурдом, как получалось сохранять порядочность, чувство собственного достоинства, способность радоваться мелочам и замечать смешное, мечтать и добиваться осуществления задуманного.
685 р.
Роман «Школа для дураков» с иллюстрациями петербургского художника Арона Зинштейна.
Зинштейн известен не только как талантливый живописец, но и как график: он создал сотни офортов, линогравюр, много работал в области книжной иллюстрации. Гуаши Зинштейна, впрочем как и живопись, часто напоминают детские рисунки.
«Школа для дураков» — одно из самых значительных явлений русской литературы конца ХХ века. По определению самого автора, это книга «об утонченном и странном мальчике, страдающем раздвоением личности... который не может примириться с окружающей действительностью». Приобщаясь к миру взрослых, он открывает присутствие в мире любви и смерти.
По-прежнему остаются актуальными слова первого издателя романа Карла Проффера: «Ничего подобного нет ни в современной русской литературе, ни в русской литературе вообще».
1050 р.
Зинштейн известен не только как талантливый живописец, но и как график: он создал сотни офортов, линогравюр, много работал в области книжной иллюстрации. Гуаши Зинштейна, впрочем как и живопись, часто напоминают детские рисунки.
«Школа для дураков» — одно из самых значительных явлений русской литературы конца ХХ века. По определению самого автора, это книга «об утонченном и странном мальчике, страдающем раздвоением личности... который не может примириться с окружающей действительностью». Приобщаясь к миру взрослых, он открывает присутствие в мире любви и смерти.
По-прежнему остаются актуальными слова первого издателя романа Карла Проффера: «Ничего подобного нет ни в современной русской литературе, ни в русской литературе вообще».
1050 р.
Напоминаем, что завтра у нас состоится встреча с поэтом и филологом Ольгой Седаковой и презентация ее книги «Мариины слезы. Комментарии к православному богослужению».
Главное:
— вход свободный и без предварительной регистрации;
— видеозапись вечера будет;
— начало в 19.00;
— количество сидячих мест в зале ограничено;
— книгу «Мариины слезы» можно будет приобрести у нас на кассе (цена вопроса — 500 р.).
До встречи!
Главное:
— вход свободный и без предварительной регистрации;
— видеозапись вечера будет;
— начало в 19.00;
— количество сидячих мест в зале ограничено;
— книгу «Мариины слезы» можно будет приобрести у нас на кассе (цена вопроса — 500 р.).
До встречи!
Раздобыли вот какую библиографическую редкость: сборник «Наше положение. Образ настоящего» (Издательство гуманитарной литературы, 2000 год).
В сборник вошли статьи Ольги Седаковой, Владимира Бибихина, Анны Шмаиной-Великановой, Анатолия Ахутина, Сергея Хоружего и др.
В аннотации сказано, что «книга касается всех». Вот и мы рекомендуем не упустить возможность и приобрести экземпляр.
Цена — 300 р.
#раритет
В сборник вошли статьи Ольги Седаковой, Владимира Бибихина, Анны Шмаиной-Великановой, Анатолия Ахутина, Сергея Хоружего и др.
В аннотации сказано, что «книга касается всех». Вот и мы рекомендуем не упустить возможность и приобрести экземпляр.
Цена — 300 р.
#раритет
Что вы смотрели, читали, слушали в 2017-ом? Мы с вами похожи или наши вкусы сильно разнятся?
Голосуйте за любимые книги, фильмы, сериалы и главный музыкальный тренд года. Собрали все опросы в одном месте: http://primusversus.com/byebye2017
8 января подведем итоги голосования и объявим ваших фаворитов.
Голосуйте за любимые книги, фильмы, сериалы и главный музыкальный тренд года. Собрали все опросы в одном месте: http://primusversus.com/byebye2017
8 января подведем итоги голосования и объявим ваших фаворитов.
Primusversus
Итоги 2017
Голосование подписчиков книжного магазина «Primus Versus»
Второе, исправленное издание книги Франсуа Федье «Голос друга» в переводе Ольги Седаковой.
Франсуа Федье (р. 1935) — французский философ. Ученик Жана Бофре. В 1958 под влиянием учителя начал переводить Хайдеггера, чему посвятил значительную часть жизни. Переводил Гёльдерлина. Дружил с Рене Шаром, вел курс, посвященный чтению его стихов.
«Голос друга» — небольшое двухчастное эссе, оно посвящено словосочетанию, взятому из «Бытия и времени» Мартина Хайдеггера. У самого Хайдеггера оно нигде не разъясняется.
Как первые философы, Федье говорит: об истине мы узнаем из редчайшего, почти невозможного. Таким невозможным в его книге предстает дружба. Дружба как «дверь, распахнутая в метафизический опыт человека». Открыть истинного себя в одиночку человек не может — и даже не захочет. К этому его зовет «голос друга». Истинные отношения с бытием и способ познать самого себя, по Федье, есть вслушивание в этот голос.
«В отношении друга мы ведем себя иначе, чем обыкновенно ведем себя с другими людьми. Идея о том, что следует постараться с каждым человеком быть такими, каковы мы с другом, — вот уж утопия или даже подлинная мистификация! Достанет ли у нас стойкости, чтобы хотя бы в отношении к единственному человеку быть другом, достойным этого имени?» — Франсуа Федье.
145 р.
Франсуа Федье (р. 1935) — французский философ. Ученик Жана Бофре. В 1958 под влиянием учителя начал переводить Хайдеггера, чему посвятил значительную часть жизни. Переводил Гёльдерлина. Дружил с Рене Шаром, вел курс, посвященный чтению его стихов.
«Голос друга» — небольшое двухчастное эссе, оно посвящено словосочетанию, взятому из «Бытия и времени» Мартина Хайдеггера. У самого Хайдеггера оно нигде не разъясняется.
Как первые философы, Федье говорит: об истине мы узнаем из редчайшего, почти невозможного. Таким невозможным в его книге предстает дружба. Дружба как «дверь, распахнутая в метафизический опыт человека». Открыть истинного себя в одиночку человек не может — и даже не захочет. К этому его зовет «голос друга». Истинные отношения с бытием и способ познать самого себя, по Федье, есть вслушивание в этот голос.
«В отношении друга мы ведем себя иначе, чем обыкновенно ведем себя с другими людьми. Идея о том, что следует постараться с каждым человеком быть такими, каковы мы с другом, — вот уж утопия или даже подлинная мистификация! Достанет ли у нас стойкости, чтобы хотя бы в отношении к единственному человеку быть другом, достойным этого имени?» — Франсуа Федье.
145 р.