«Мы должны настроить свою инфраструктуру так, чтобы могли забирать воду и при меньших расходах, и должны быть готовы к любому сценарию. Как минимум в теории объёма воды хватает для снабжения городов», - добавил Хаждер, комментируя текущую ситуацию с водой.

“Я выезжал в короткий отпуск, и впервые меня подвергли “проверке на второй линии”. Она длится около 3 часов, включает подробный обыск машины, вещей, пересчет денег. На мой взгляд, это происходит незаконно”, - заявил “Первому в Молдове” Чубашенко, подчеркнув, что при возвращении в Молдову та же ситуация повторилась.

“Жену незаконно удерживали вместе со мной 3 часа. Ей отказались выдавать паспорт, документы на машину, не разрешали ехать дальше”.

“На мой взгляд, это делается по прямому указанию СИБ. Пограничники выступают в роли инструмента: у них в компьютере, условно, загорается красная лампочка, которую зажигает СИБ. <…> Я журналист, я критикую эту власть, но я жестко критиковал власть и при Воронине, и при Плахотнюке. Если это попытка запугать - то очень глупый и примитивный поступок”, - подчеркнул Чубашенко.

“Шмонают, задерживают, ничего не объясняют, на руки не дают никаких документов, чтобы у людей не было возможности опротестовать это в суде. Действуют как какие-то Соловьи-разбойники!”

«Компенсации мы покроем в счёт дефицита бюджета Молдовы. У нас нет денег извне, чтобы компенсировать эти расходы. Эти компенсации придутся на расходы бюджета, а он уже дефицитный, и эти расходы спровоцируют новый дефицит», — заявила министр.

«Если бы Новоднестровское водохранилище принадлежало России, и оттуда не давали бы Молдове воду, Санду, Гросу и Тофан все вместе уже стучали бы каблуками по трибуне в ООН, обвиняя русских в том, что они устроили водный геноцид молдаванам. Но то другое», — написал журналист Дмитрий Чубашенко.

«Неужели провалы и беспомощность управленцев — это достаточная причина, чтобы ставить на кон существование страны?», задаётся вопросом Таубер. Она напоминает, что первая статья Конституции определяет Республику Молдова как суверенное и независимое государство.

«Получается удобная схема: государственные расходы — сложная математика, а расходы гражданина его личная беда. Пенсионер не может оплатить отопление, справляйся сам. Семья вынуждена выбирать, что оплатить, продукты или коммунальные счета — тоже её проблема», — заявила Таубер.