На фото - реконструированный римский форт-кастеллум в Заальбурге, федеральная земля Гессен. Место дислокации Второй Ретской когорты (Cohors II Raetorum). Ретов набирали в нынешней Швейцарии - еще одна чтимая традиция.

Мы уже писали о находке деревянных дощечек для письма во Франции (бывш. провинция Лугдунская Галлия).

А теперь в бывшей провинции Лузитания нашли чернильницу: 94,3 грамма, из бронзы с добавкой свинца для прочности и долговечности. Типа "Бибрих" (по кастеллуму в Лимесе, где нашли первый образец): цилиндр с откидной крышкой, чтобы чернила не протекали. Такими пользовались военные писцы на германской границе. Как она оказалась в Португалии? Может, отставник прихватил с собой?

Считалось, что римские чернила - особенно в таком захолустье, как Лузитания, расположенная за Геркулесовыми Столпами - это просто разболтанная в воде сажа. А оказалось - сложный состав: кроме печной сажи, сажа костяная, воск, чернильные орешки и яичный белок. Такие чернила впитывались в папирус или пергамент, и смыть их бесследно было невозможно. А еще ровно ложились и красиво блестели.

Что еще раз подтверждает - чернильницу потерял профессионал, который работал с официальными документами.

И что римляне чем попало не писали.

Раз уж у нас римляне опять ворвались без спроса, покажем еще пару канцелярских картинок. На первой - набитая свитками коробка-капса. К ней дополнительно прислонены соединенные в книжку-диптих восковые таблички. Уже исписанные.

Слово "капса" однокоренное со словом "капсула" ( = "капсочка"), от латинского глагола "capere" - вмещать.

Попросту "вместилище" - цилиндрическая коробка из дерева или кожи, с ручкой для удобства переноски. В ней держали в первую очередь свитки - отсюда форма. Но и восковые таблички тоже.

Чиновники с капсами ходили на работу. Удобно - все, что нужно, при себе.

Дети в таких капсах носили в школу учебные свитки. Восковые таблички для упражнений и стилус тоже туда запихивали. У кого посостоятельнее, портфель капсу нес специальный раб-капсарий.

Фреска из Помпей, Национальный археологический музей в Неаполе, I в. н.э.

Смотрим на левую ногу божественного Августа.

Эта цилиндрическая коробка называлась уже не "капса", а "скриний" (от "scribere" - "писать"). Он был больше обьемом, часто заметно, и хранили в нем сугубо важные документы.

Наличие его у ноги императора - символ того, что его власть держится не только на легионах, но и на писаных законах.

Август изображен не только венценосным бюрократом, но и верховным жрецом (Pontifex Maximum). Поэтому на голову он накинул край тоги, как полагалось при жертвоприношениях: их совершали "capite velato" - с покрытой головой.

Если честно, от Августа тут только голова. Тело стандартное, мускулистое, к болезненному и тощему Августу отношения не имеет. А вот голова считается портретным изображением, сделанным за несколько лет до смерти. Видно, что управление "Возрожденной Республикой" (как он называл свой принципат) его уже изрядно утомило.

Статуя из Национального Римского музея (палаццо Массимо).

Это обьявление, побуждающее граждан своевременно оплачивать проезд, развешано по стенкам израильских автобусов.

Здесь не только пять языков, но и пять разных алфавитов.

Четыре, я думаю, все узнали: квадратное еврейское письмо, латиница, кириллица и арабский алфавит (конкретно - стандартный шрифт насх).

А вот прямо посредине - это какой алфавит? Для какого языка? И в какую сторону его надо читать?

Как правильно указал Иван Николаев, надпись на автобусе сделана по-амхарски.

Эфиопским алфавитом - "фидэлем" (ፊደል, "буква").

Вот что может произойти с алфавитом семитского языка (а амхарский - южно-семитский), если он: а) не пройдет дрессировку имперским арамейским в дворцовых канцеляриях; б) поддастся дурному греческому влиянию.

В результате из семитского абджада (записываем только согласные буквы) получился абигуду (записываем слоги). И при этом пишем слева-направо!

Если более научно, то перед нами очень древний алфавит, опирающийся даже не на финикийский, а на более раннее, протохаананейское (протосинайское) письмо. Отсюда непривычные очертания букв.

Алфавит этот получил у арабов название "муснад" - "опирающийся", "возвышенный". Потому что они с ним столкивались в основном в виде парадных надписей, высеченных на камне.

Муснад прямо с IX века до н.э. стали использовать в торговых царствах юга Аравийского полуострова (Саба, Маин, Катабан и Химьяр, если кому интересно) - богатых, и, благодаря своей отдаленности от имперских центров и умению между ними лавировать, независимых. В то время как через Левант имперские армии в процессе выяснения отношений друг с другом постоянно ходили туда-сюда (только до V в. н.э. Иерусалим взяли раз семь, а Дамаск - двенадцать), в этом углу полуострова царило относительное спокойствие. И процветала торговля, в первую очередь миррой и ладаном, без которых во всех окрестных империях было никуда (что отразились в евангельском рассказе о "дарах волхвов"). А также различным индийским и африканским товаром - аравийские царства тут были незаменимыми посредниками.

В какой-то момент часть предприимчивых обитателей этих царств пересекла Баб-эль-Мандебский пролив [Красного моря], высадилась на Африканском Роге и создала там тоже богатое и тоже торговое Аксумское царство. Это и была будущая Эфиопия.

Которая в IV веке нашей эры крестилась (в очень древнем, монофизитском варианте). В том числе из коммерческих соображений - чтобы удобнее было торговать с Восточной Римской империей. Ислама тогда и в заводе не было.

Именно тогда, столкнувшись с необходимостью правильно читать вслух Евангелие во время службы, писцы и превратили исходный муснад в слоговой алфавит. Само название "фидэль", как считается, происходит от греческого "φίλος", "возлюбленный [друг]", и связывается с пометками на литургических текстах. Заодно перешли на письмо слева-направо, как у греков.

Каждая буква получила по семь вариаций, соответствующих семи основным слогам языка ("хэ", "ху", "хи", "ха", "хе", "хы", "хо" - если приблизительно передать по-русски). Вариации - это маленькие черточки, крючочки и кружочки, которые пририсовывают с исходной букве по достаточно логичной схеме. Так что вместо примерно 33 букв получилось 230 слоговых вариантов. Многовато, зато алфавит идеально приспособлен к амхарскому языку.

Настолько идеально, что арабский не сумел его вынести. В самой Южной Аравии он муснад снес (как и арамейский в прочих местах), а вот его потомок - эфиопский фидэль - прекрасно себя чувствует. Настолько, что считается вторым по распространенности семитским алфавитом: пользователей фидэля - 25 миллионов, а пользователей еврейского квадратного письма - не более 10.

Так что опора на древнейшую традицию + своевременная радикальная реформа = ключ к успеху!

PS. Впрочем, эфиопы не единственные, кто блюдет древнейшие традиции. Мы еще познакомимся с упрямыми пользователями допленной и доарамейской версии иврита (т.н. "палеоиврита"). Правда, их всего человек 800.

А это святой Фрументий (ፍሬምናጦስ), креститель Эфиопии. Он же "Отец Мира" ("Абба Селама") и "Открыватель Света" ( "Кэсате Бирхан").

Родом из финикийского Тира. Имя означает "торговец зерном".

Изображение выполнено в отечественном поствизантийском стиле.

Эфиопские иконы-танка выглядят совсем по-другому.

Св. Фрументий в 316 г. еще молодым человеком плыл по делам мимо Африканского Рога. Когда корабль пристал на стоянку к берегу, на него напали. Фрументий не только уцелел, в отличие от всей остальной команды, но, как юноша грамотный, был отправлен в Аксум к Царю Царей ("негус негэст" по-амхарски). Где быстро возвысился до главного царского писца, он же личный секретарь и казначей. 

Параллельно с документооборотом он вел пропаганду истинной веры, а заодно привечал христианских купцов, что весьма положительно сказывалось на царской казне.

В результате когда после смерти царя на трон сел его наследник Эзана, Фрументий отправился в Александрию, к патриарху. Которым тогда был один из величайших отцов церкви, Св. Афанасий Александрийский (он же - Великий). Фрументий попросил поставить в Аксум епископа для окормления новой паствы. Св. Афанасий был так впечатлен, что тут же рукоположил его самого.

После чего, вернувшись уже в официальном чине, Фрументий убедил царя Эзану принять христианство. Вместе со всеми поданными. Это произошло примерно в 330 - 340 гг. н.э. Именно тогда и начал формироваться алфавит-фидэль.

Это было уже после Никейского собора (325 г. ), но до Халкидонского (451 г.). Поэтому отрицание божественности Христа уже было тяжелейшей ересью, а вот отрицание двух его природ - человеческой и божественной - еще не было. Так что эфиопская церковь возникла как монофизитская - в соответствии с тогдашней александрийской модой. И так ею и осталась, хотя Аксумское царство к IX веку рухнуло. 

Св. Фрументия чтят и Западная, и Восточная церковь (13 декабря). Правда, в Четьях-Минеях он почему-то называется "Святителем Фрументием, архиепископом индийским".

Вот так один писец крестил целое царство!

А теперь сравните с аутентичными эфиопскими иконами-танка.

Первая изображает великого святого Таклу Хайманота ("Плод веры", 1215 - 1313 гг.), основателя главного эфиопского монастыря Дэбрэ-Либанос.

По преданию, он семь лет простоял на одной ноге. Вторая нога отсохла и отвалилась, и Господь ниспослал ей, а заодно и святому, крылышки. Ноге - два, святому - шесть. 

Рядом - танка "Исцеление слепца" (Ин. 9: 6 - 7). На слепце не епископская митра - так художник нарисовал традиционную шапку - куб.

Эфиопская иконопись развивалась совершенно самостоятельно (= в полной изоляции) и от византийских, и от итальянских веяний, и сохранила в неприкосновенности древнейшие традиции. Тут видят даже древнеегипетские корни - отсюда акцент на глаза.

К сожалению, святого Фрументия найти не удалось. Если кто найдет - дайте ссылку!

Больше можно посмотреть здесь. Не пожалеете!

В связи с фидэлем вернемся к нашей старой (но не заброшенной!) теме про пишущие машинки. Про то, как просто оказалось приспособить пишущую машинку под иврит и идиш, мы подробно писали. Про то, как сложно под арабский - писали и еще подробно напишем.

А вот под фидэль?

Попытки создать такую машинку начались еще при императоре Менелике II, в 1903 году. Тогда американская делегация преподнесла ему в дар пишущую машинку. Стандартную, под английский.

Практика была тоже стандартная - продемонстрировать туземному владыке достижения технического прогресса и тем самым показать, как полезно общаться с такими продвинутыми людьми. Европейцы это начали делать очень давно: за сто двадцать лет до Менелика, в 1793 году английский посланник лорд Маккартни пытался соблазнить китайского императора Цяньлуна тогдашними достижениями техники. Правда, с нулевым результатом. Поэтому через полвека пришлось использовать канонерки.

В отличие от Цяньлуна, Менелик впечатлился. И заинтересовался - а нельзя ли сделать такую же, но под амхарский? Но 230 вариантов букв! Так инициатива и заглохла.

В 1930 году, по случаю коронации Хайле Селассие, американская делегация, наряду с радиоприемником, холодильником и кустами роз (500 штук; император увлекался садоводством), опять поднесла пишущую машинку. На этот раз с красными эмалевыми клавишами и гербом императора. И опять под английский. И идея создать собственную появилась снова. Потому что надо быть современным государством!

Оказалось, что некий Айяна Бирру уже практически ее изобрел и на грани того, чтобы запатентовать.

Но тут явились итальянцы и разом перевели все делопроизводство на благородное тосканское наречие. Император отправился в изгнание,  Айяна Бирру ушел в партизаны. И стало не до того. 

Продолжение следует.

Вот это инженер Айяна Бирру и его изобретение, о котором подробнее ниже. К сожалению, о самом Бирру мало что известно.

Только после Второй Мировой в независимой Эфиопии проблемой пишущей машинки под амхарский занялись всерьез.

Проблема известная, с ней сталкивались многие неевропейские языки, с алфавитами, непохожими на коротенькие и без завитушек-лигатур европейские.

Собственно, для ее решения есть два пути: или приспособить шрифт под пишущую машинку, сократив число вариаций, или приспособить машинку под шрифт. И то, и другое требует изрядной изобретательности. И чаще всего приходится идти обоими путями одновременно.

Бирру пошел вторым путем, разбив каждую букву фидэля на две: сначала печатаем базовый вариант согласной, а потом дополнительным нажатием (т.н. "клавишей-модификатором") добавляем черточку или кружочек, указывающий на гласный слог. Для этого, однако, пришлось несколько модифицировать шрифт. И унифицировать его.

Что тут же породило проблемы: фидэль - шрифт священный, им монахи в монастырях переписывают святые книги. Бамбуковыми каламами на пергаменте из козьей кожи. Дабы сохранить веру в чистоте и неприкосновенности, как завещал святой Фрументий.

То есть, как и в арабском, вокруг фидэля сложилась богатая культура каллиграфии. А тут обезличенные одинаковые буковки! Где плавность, где выразительность? Где красота?! И нет ли тут повреждения веры?

На это возражали: священные книги пишут на геэзе (относится к современному амхарскому примерно как церковнославянский к русскому), а мы будем исключительно на амхарском и ничего даже близко священного!

Так что потребности бюрократического управления с неотьемлемой от него стандартизацией возобладали, и в эфиопских учреждениях  застучали пишущие машинки. Разумеется, фирмы "Оливетти". Машинка - устройство сложное, а с итальянцами налажены традиционные связи. Потом к "Оливетти" присоединились германские "Олимпии".

Правда, когда они ломались (а они часто ломались - пользователи были не слишком опытные), сотрудники не очень рвались чинить это бездушное западное изобретение. Пусть постоит, а мы традиционно, по старинке.

И самые важные документы, особенно юридические контракты и свадебные договора, продолжали писать от руки профессиональные писцы - и красивее, и надежнее.

На фото: благочестивый переписчик в монастыре Дэбрэ-Либанос.

Бамбуковый калам, пергамент из козьей кожи. Как и полагается, пишет на коленях.

Фотография 2014 года.

А вот в Эфиопию пришел технический прогресс.

Сотрудник Эфиопской телекоммуникационной корпорации - старейшей такой организации в Африке - сидя за пишущей машинкой, принимает сигналы телексной связи. Шестидесятые годы XX века. Из архива Всемирного банка.

Женщины тоже сели за пишущие машинки - в Аддис-Абебе началась "революция белых блузок". Что, само собой, породило культурное сопротивление.

На этом мы эфиопский цикл завершаем.

Итак:
1. Как выглядит надпись на амхарском?
2. Как устроен амхарский алфавит - фидэль?
3. Как святой Фрументий крестил Эфиопию.
4. Эфиопские иконы-танка.
5. Переписчик святых книг.
6. Как создали пишущую машинку под фидэль и почему это вызвало культурное сопротивление: 1. 2.
7. Аяйна Бирру - изобретатель амхарской пишущей машинки.

В Тель-Авиве в галерее Coridor проходит выставка художника Роя Адина, который стремится показать слияние человека с природой, опираясь на ИИ. Жанр своих произведений он определяет как "генеративное циклическое видео".

Эта произведение называется "Взаимосвязанные" ("Interconnected").

Звук лучше отключить - в галерее стоит гевалт.

С другими работами Роя Адина можно познакомиться здесь.

PS. Арчимбольдо в таких случаях обходился без ИИ.

Возвращаемся к архиву Аршамы. Так откуда Людвиг Борхардт раздобыл письма персидского сатрапа к своим подчиненным, написанные продиктованные со всем положенным этикетным хамством и начальственным раздражением?

А неизвестно.

По словам самого Борхардта (из заметок 1933 года),  однажды в Каире к нему явился некий торговец древностей, назвался фальшивым именем - настолько очевидно фальшивым, что герр Борхардт его и запоминать не стал, - и предложил купить некие письма, ценности и смысла которых он явно не понимал. На вопрос: "Откуда взял?" он, "даже не сморгнув", промолчал.

Борхардт купил.

В ту пору в Египте процветала черная, она же "базарная" археология, и в происхождение находок особо не углублялись. И вообще Египет - мало ли что там можно найти? Вон, Картер могилу Тутанхамона нашел!

Своей версии Борхардт держался до конца жизни. Как грустно признают специалисты из Бодлеанской библиотеки, архив Аршамы "происходит из ниоткуда".

Но в его аутентичности никаких сомнений нет.

Картинку нарисовал Reve.

Аршама, понятно, в Египте почти не жил - зачем?

Он в основном пребывал при царском дворе, дабы держать руку на пульсе. То есть кочевал вместе с двором между Сузами (зимняя равнинная столица), Экбатанами (летняя горная) и Персеполисом (церемониальная столица, спрятанная так глубоко в горах, что всюду сующие свой нос греки о ее существовании до Александра Македонского и не подозревали).

Поэтому подчиненным он регулярно писал  письма. Точнее, давал указания своему писцу по имени Рашта ("Честный" или "Справедливый"). Доставлял письма некий Багасрава ("Славящий бога").

Но о писце и гонце мы напишем отдельно - потому что это целый культурно-исторический пласт.

Сейчас сосредоточимся на том, что Персидская империя была организована так эффективно, что можно было управлять Египтом, сидя в Сузах, за две с половиной тысячи километров от Мемфиса.

А все благодаря существованию "Царской дороги" (Οδὸς Βασιλέως, как называл ее Геродот) - торного пути, связывающего Сузы с Сардами в Лидии - а это всего 90 километров до Средиземного моря. Оттуда ответвлялась дорога на Мемфис. 

Впрочем, от дороги много чего ответвлялось - это был не один маршрут, а целая сеть, охватывавшая главные города Империи.

По всей дороге были расставлены караван-сараи со сменными лошадьми, так что дорогу от Суз до Сард, которая в нормальных условиях занимала три месяца, царский гонец покрывал за семь дней (если верить потрясенному Геродоту).

Правда, в отличие от римских дорог, персидская "Царская дорога" была в основном немощеная - просто хорошо прибитая земля. Потому как проходила по горам или по сухой пустынной местности, где дожди бывают пару раз в год. Это не Италия, где сплошные болота (отчего римлянам и пришлось научиться строить капитальные дороги).

И, конечно, саму идею станций-эстафет персы заимствовали у ассирийцев. И довели до предельного совершенства.

Так что Аршама мог спокойно давать указания подчиненным, пребывая где-то между Сузами и Экбатанами. Или Шушем и Хамеданом, если использовать современные названия.

Пользуясь случаям, дадим ссылку на наше любимое стихотворение Елены Михайлик об империях и технологиях сжатии пространства.

Сверху надпись, высеченная на скале рядом с Экбатанами, на ответвлении Царской дороги, которое шло на Вавилон.

По-персидски называется "Ганж-наме" - "Книга Сокровищ": местные жители полагали, что непонятными значками даются указания, как найти царский клад.

На самом деле на скале высечены на древнеперсидском, аккадском и эламском стандартные царские надписи. Как положено, клинописью - ввиду официальности и торжественности случая.

Слева - Дарий, справа - его сын Ксеркс.

Все как обычно:

"... Я — Ксеркс, великий царь, царь царей, царь стран, содержащих всякие роды людей, царь на этой великой земле..."

Снизу - маршрут Царской дороги, как он проходил по горам от Экбатан (отсюда). Ганж-наме отмечен красной стрелочкой.

Впрочем, если верить Диодору Сицилийскому, для скорости и экономии сил в узких горных ущельях гонцы часто просто орали во все горло, передавая послание в устной форме. Дескать, персы для этого развили специальную горловую технику и обучали ей особо избранных.

Греков персидская Царская дорога, судя по подробнейшим образом описавшему ее Геродоту ("История", V, 52 - 53), приводила в полную оторопь. Как самим фактом своего существования, так и уровнем организации.

Потому что дорог в тогдашней Греции просто не было. Если требовалось что-то срочно сообщить, посылали скорохода - по греческим горам все равно никакая лошадь не пройдет.

Так, Афины, когда войско Дария высадилось на берегу и расположилось на Марафонской равнине, отправили в Спарту за помощью бегуна Фидиппида (что буквально означает "Сберегающий лошадь"). Который за двое суток пробежал 240 километров. Дабы изложить афинскую просьбу устно.

И Фидиппид был такой не один. На службе у афинского полиса состояли и другие гонцы - гемеродромы, т.е. "бегущие [целый] день". Работа, как вы понимаете, была тяжелая и требовала постоянных тренировок.

Для гемеродрома марафонская дистанция выглядела легкой разминкой. Даже удивительно, чего это отправленный Мильтиадом в Афины воин, выкрикнув " "Νενικήκαμεν!" ("Мы победили!"), упал замертво. Хотя он бежал после битвы, и, видимо, на чистом адреаналине.

Так что царская почтовая служба и Царская дорога казались грекам чудом эффективности и организационного гения. Поэтому и Геродот в "Истории", и Ксенофонт в "Киропедии" с восторгом писали - это самая быстрая доставка известий в мире.

Сами греки на такое способны не были. Потому что у них империи не было!

PS. Кто хочет познакомиться с тем, каково бежать из Афин в Спарту, подробнее, рекомендую соответствующую главу из книги Филиппа Матышака "Один день в древних Афинах".