Жанна Дьёлафуа имела привычку разгуливать в брюках. И пиджаке. Разумеется, безупречно сшитых и идеально сидевших. Она еще и волосы коротко стригла!

И муж позволял. Он ей вообще многое позволял.

Эта дурная привычка у Жанны появилась еще во время Франко-прусской войны, когда она отправилась к мужу на фронт. Сами понимаете, в штанах там было во всех смыслах безопаснее.

В Персии она продолжила разгуливать в штанах. Работы было много - она вела дневник раскопок, фотографировала находки, описывала их, да еще успевала посещать гаремы-андаруны и беседовать с местными дамами. В штанах, учитывая местные нравы и обычаи, опять же было безопаснее.

Но в Париже действовал "Ordonnance du Préfet de police concernant le travestissement des femmes". Принятый еще при Первой империи в рамках компании Наполеона по наведению порядка после революционной вольницы. Тогда народ, включая женщин, изрядно распустился.

Согласно орданансу, за хождение в штанах полагалось немедленное задержание. И пусть сидит, пока ей приличную одежду не принесут! И заплатит штраф, само собой.

Так что Марселю Дьёлафуа пришлось задействовать все свои связи и авторитет, упирая на то, что его супруга в разных диких местах так привыкла к штанам, что корсет и турнюр могут нанести серьезный ущерб ее здоровью. И вообще это у нее профессиональное. И, кстати, там, где они вели раскопки, все женщины носят штаны.

И разрешили! Выдав персональное (и непередаваемое) permission de travestissement.

Кроме Жанны, в штанах позволяла себе появляться только Сара Бернар. Но той было позволено вообще решительно все.

На фото Жанна Дьёлафуа. Слева в мужском костюме и с мужской стрижкой, справа - при полном тогдашнем женском параде. Ну дико же неудобно!

В Первую мировую Жанна, в возрасте за шестьдесят, отправилась работать медсестрой в военный госпиталь в Рабате (Французское Марокко). Потому что ее муж тогда как раз копал в Рабате мечеть.

Подхватила амебную дизентерию и в 1915 году умерла.

Похоронена в семейном склепе под Тулузой. В мужском костюме.

Вот это и есть "Фриз лучников". Личная охрана Царя Царей и лучшее войско в его армии.

Согласно Геродоту, их называли "Бессмертные" - потому что как только один из корпуса выбывал, его место сразу занимал другой.

Идут вереницей по стенам Ападаны, царского дворца. Держат в руках копья с завершениями в виде золотых яблок или гранатов - отличительный знак корпуса. И можно использовать в бою, если наконечник копья сломается.

Именно они в 480 г. до н.э. перешли по понтонному мосту Геллеспонт (держа копья наконечниками вниз, так, чтобы золотые яблоки блестели на солнце), обошли греков с тыла и уничтожили отряд спартанского царя Леонида при Фермопилах. И примерно через год были разбиты племянником Леонида спартанским царем Павсанием при Платеях.

Добычи при Платеях было столько, что "с лежащих трупов снимали поручни, ожерелья и золотые акинаки; на великолепные одежды не обращали внимания" (Геродот, IX, 80).

Фриз доставлен в Лувр супругами Дьёлафуа. Общая длина 11 метров, на нем 25 фигур лучников.

Хотя персидские бюрократы писали не на глине, а на коже и папирусе, сохранились плоды их трудов на удивление неплохо.

Так что нас ждут переписка царского племянника со своим египетским управляющим, его же инструкции еврейским наемникам, как им следует праздновать Пасху (а то они напразднуют!), налоговая отчетность казначея из Бактрии, имущественные документы наместника Самарии и его подчиненных (это очень печальная история), и, конечно, разборки в Библии по поводу восстановления Иерусалима после Вавилонского пленения - в основном, доносы в Сузы, но и шантаж тоже имел место.

А также повесть о двух бюрократах - хорошем и плохом - настолько популярная, что попала в "Тысячу и одну ночь" и в Киевскую Русь.

Так что перспективы у нас богатые. Но пока мы решили сделать отступление и поговорить о многоразовом оперативном носителе информации, который должен иметь каждый чиновник. И нет, это не айфон.

Это восковые таблички или, как их называли римляне, церы (от cera - воск).

Глиняные - это на века, но долго и муторно. Папирус и кожа - это быстрее, но материалы довольно дорогие, а папирус - еще и импортный.

А воск всегда под рукой. Хотя тоже не дешев, но зато пользоваться можно неоднократно.

Далее:
1. Восковые таблички суровых ассирийцев из Нимруда.
2. ... и почему их нежелательно трогать руками.
3. Церы в Древнем Риме - в руках мужчин...
4. ... И женщин.
5. Писать можно и на стенах - как это делали в Помпеях.
6. Или просто на деревянных дощечках...
7. Как в Лугдунской Галлии.
8. Восковой айфон IX века с византийского корабля: 1. 2. 3.
9. Восковые таблички в Руане 1849 года.
10. И, наконец, замена - грифельная доска.
11. Разные употребления грифельной доски в школьном классе - история Энн Ширли и Гилберта Блайта.

Вот эти (само собой, из Британского музея) найдены в колодце в старой ассирийской столице - городе Нимруде. Всего их 16. Они были брошены в колодец в 612 г. до н.э., когда вавилоняне с мидянами жгли царский дворец, и попав во влажную, но бескислородную среду, отлично сохранились.

Таблички рассчитаны на элитарного пользователя - они из слоновой кости. Пользователи попроще пользовались деревянными.

Брали две дощечки (или две пластинки слоновой кости), хорошенько их царапали (чтобы воск лучше держался) и заливали воском. В два слоя: сначала светлым, потом темным. И соединяли шарнирами, как книжку, чтобы переносить в закрытом виде.

А дальше открыл и стилусом выдавливаешь клинописные знаки - белые на черном. Записал - закрыл. Ошибся - обратным концом стилуса, сделанным в форме лопаточки, стер ошибку. Удобно!

А потом уже, не торопясь, текст можно перенести на глиняную табличку.

А теперь очередной вопрос на сообразительность.

Почему с глиняных табличек ассирийцы ошибки запросто стирали пальцами, а с восковых - только плоским концом стилуса или вообще специальной лопаточкой? 

На картинке - информация к размышлению:  ассирийский бронзовый стилус с лопаточкой (современная копия древнего оригинала).

Ответ - здесь.

Кстати, тем, кто хочет подробнее узнать, как была открыта и расшифрована клинопись, не могу не рекомендовать старую добротную книгу Льва Липина и Авраама Белова "Глиняные книги" (М, Государственное издательство детской литературы, 1956). Научно-популярные книги для детей в СССР писали великолепно.

Понятно, что авторы по ходу изложения неуклонно разоблачают британский (и прочий) империализм. Так что Лэйярду достается за общий авантюризм, крайне неграмотные раскопки и эксплуатацию арабского населения. Все - чистая правда.

Хуже приходится только невежественным и жадным турецким пашам - тут у авторов ориентализм просто зашкаливает:). Они с удовольствием рассказывают известный анекдот о том, как паша Мосула, вымогая у Лэйярда взятку, запретил раскопки. Потому что они приведут к осквернению кладбища - англичанин может сам убедиться! Через пару дней выяснилось, что это кладбище по приказу паши на скорую руку соорудили из могильных плит, осквернив при этом уйму соседних кладбищ.

Точно также сэра Генри Роулинсона не забывают приложить, как агента английской разведки - пусть никого не обманывает его добродушный вид! А заодно обвинить в разных нехороших поступках в отношении коллег-ассирилогов и обьяснить, что на самом деле Бехистунскую надпись - ключ ко всей расшифровке - в конце концов докопировал не сам сэр Генри, а безымянный курдский мальчик.

Агентом разведки сэр Генри, безусловно, был - как и все тогдашние специалисты по Ближнему Востоку. Это был такой спорт для джентльменов из хороших семей.

Но в целом история расшифровки изложена грамотно, подробно и увлекательно. А борьба с низкопоклонством перед иностранщиной нынче снова в моде. Так что могли бы книгу и переиздать - она реально хороша.

И еще немного библейских приколов. После шутки с именем "Иезавель" и каламбура пророка Даниила, свежий современный прикол от автора замечательного канала "Дервиш-просветитель" Жени Трейбермана. С Авраамом, Исааком и Иаковом: https://t.me/prosder/1353

А вот и ответ.

Для того, чтобы писчий воск был потверже, не прилипал к стилусу и знаки не расплывались, в Ассирии в него добавляли порошок из минерала, известного под названием "орпимент". Который дополнительно придавал воску красивый золотистый отлив.

Научное название орпимента - сернистый мышьяк. Откровенные древние греки его так и называли "арсеникон".

Сера давала тот самый золотистый отлив, мышьяк, помимо прочего, защищал от всяких мелких вредителей, которым бы только поесть воска (или дерева).

Но руками трогать, конечно, категорически не рекомендовалось: сернистого мышьяка не жалели, его в воске до 25%.

На картинке - табличка из Нимруда крупным планом - место, обведенное синим. Хорошо видны и насечки на самой табличке, и воск, и даже след сажи в верхнем слое.

В Британском музее этот воск недавно подвергли инфракрасной спектроскопии и газовой хроматографии и подтвердили - точно, мышьяк. И сажа.

Восковым табличкам предстояла еще долгая карьера. Как минимум, в четырех империях - Вавилонской, Персидской, Селевкидской и Римской - они будут нарасхват.

В римской литературе восковые таблички - церы присутствуют постоянно.

Катулл с другом развлекаются целый день - пишут стихи на церах (Carmina, 50).

Овидий постоянно отправляет церы очередной даме сердца и печалится, когда они возвращаются с отказом (Amores, I, 12, 1-2).

Марк Туллий Цицерон во Второй Верринии с пафосом обвиняет проконсула Сицилии Гая Верреса в подделке казенных цер, причем грубой и неумелой (In Verrem, Actio Secunda, Liber II, Caput 10, § 27). Чтобы скрыть свои злоупотребления казенными средствами, понятное дело.

Квинтилиан рекомендует делать черновик речи на церах, а поля оставлять пошире, чтобы легче было вносить правки (Institutio Oratoria, X, 3, 31-32).

А Плиний Старший в "Естественной истории" рассказывает, из какого дерева лучше делать церы (бука, кедра или самшита) и как изготовлять для них воск: многократно промыть, растопить в оловянном или свинцовом котле (медь портит цвет), потом выставить на солнце и отбелить, периодически поливая морской водой. Чтобы лучше были видны буквы, можно подкрасить воск сажей (Plin. Nat. Hist. XXI. 49: 83–84)

Сернистый мышьяк римляне в воск не добавляли - они не выдавливали клинышки, а писали буквы. Так что их таблички можно было невозбранно трогать голыми руками.

В общем, восковые таблички были неотьемлемой частью [городской] римской повседневности.

Общеизвестная помпейская фреска "Сапфо" из Национального археологического музея Неаполя (бывш. Королевского музея Бурбонов - музей основал король Обеих Сицилий Фердинанд I). Не позднее 50 г. н.э.

Девушка держит стилус и восковые таблички. Ни один ассирийский писец стилус бы в рот не потянул, сами понимаете.

Конечно, это никакая не Сапфо, а docta puella из богатой семьи. Одета и причесана по последней моде: женские волосы так собирали под сетку в конце царствования императора Нерона (и начале царствования императора Веспасиана). Церы, стилус и сосредоточенный взгляд намекают на богатую внутреннюю жизнь.

С грамотностью, в том числе с грамотностью женской, в городах Римской империи все было в порядке. Читать и писать учили и мужчин и женщин, и это умение было навыком всеобщего распределения = за него не платили и профессией оно не считалось. Что почитать [женщинам] тоже было - к тому времени греки уже изобрели роман, а выдающиеся поэты исчислялись десятками.

Профессия писца в Риме, конечно, существовала, но она предполагала знание юриспруденции и правил государственного документооборота, а не просто умение водить тростниковой ручкой по папирусу. 

Кроме того, существовали профессии стенографистов и личных секретарей, записывавших гениальные мысли патрона под диктовку просто (стенографисты) и под диктовку с целью последующего редактирования (секретари).

И копиистов - в Риме вовсю работали книжные лавки, а при них - скриптории. Где и можно было заработать перепиской тогдашних бестселлеров, типа эпиграмм Марциала.

Снова такого маштаба копирования рукописных книг Европа достигнет только через полторы тысячи лет, к пятнадцатому веку. После чего пришлось срочно изобрести книгопечатание. И начать гордиться, что наконец-то мы что-то сделали лучше римлян.

На картинке - рельеф из Остии: хозяин диктует текст переписчикам. Которые уже переписывают не свиток, а кодекс.

II в. н.э., самый расцвет Империи.

Далеко не всегда секретарями, стенографистами и копиистами были свободные люди, но за хорошее владение пером могли и вольную дать!

Самый известный пример - личный секретарь Цицерона, его раб Тирон.

Который, кстати, изобрел стенографию, замучившись записывать речи хозяина в судах. Римляне ее так и называли - notae Tironianae. А заодно Тирон управлял поместьями великого оратора и стал издателем его творчества, то есть наладил переписку текстов в массовых маштабах, очень толково - как все, что он делал - организовав большой скрипторий.  

Цицерон регулярно ему писал: спрашивал о здоровье, рассказывал политические сплетни новости, делился планами и советовался насчет будущих произведений. И в конце концов дал вольную.

А письма к себе Тирон впоследствии издал наряду с письмами к другим друзьям и знакомым. Чего пропадать таким блестящим образцам классической латыни!

Марк Туллий Тирон (как вольноотпущенник, он взял имя хозяина) пережил своего талантливого, но слишком увлекающегося хозяина почти на сорок лет, и умер при Августе кесаре в своем собственном поместье. Так что профессия его озолотила.

И во всех связанных с письмом профессиях - копиистов, стенографистов и личных секретарей -  присутствовали женщины, что подтверждается, например, надписями на могильных камнях. Как и то, что за хорошее владение пером могли отпустить на волю и женщину.

Римского уровня грамотности Европа снова достигла только к XVIII веку, в эпоху Просвещения. И то далеко не вся, в основном протестантская. Вся - не раньше ХIХ века.

В Помпеях простые граждане активно писали на стенах. Чаще всего "Здесь был..." - далее величавое римское имя. Ну, и шутки разной степени непристойности и остроумия.

А вот тут на стене т.н. "Дома моралиста" (там вся столовая исписана призывами мыть ноги перед едой и не пялиться на чужих жен)  написано: "За Луция Сикстилия Се[ртика] на должность дуумвира, ответственного за правосудие". Предвыборная агитация то есть.

А могли большими (очень большими) буквами написать: "CACATOR CAVE MALUM", то есть "Засранец, остерегайся несчастья". И не присаживайся под этой стеной!

Но люди культурные на стенах, конечно, не писали, а пользовались восковыми табличками. И папирусом.

PS. Хотя нет, писали. Иногда трудно было удержаться. Но не всякие гадости, а, например, строчку из "Энеиды".

Продолжаем разговор о восковых табличках.

Перед нами, если так можно выразиться, восковой айфон. Уже не Рим, а Константинополь. IX век, из Археологического музея в Стамбуле (İstanbul Arkeoloji Müzeleri 5178). Здесь не две таблички, как обычно, а сразу пять! 

И это еще не все: в самом низу имеется ящичек для маленьких гирек, с помощью которых делали пробирный анализ - то есть проверяли, сколько золота на самом деле содержится в монетах. Этот предшественник современного спектрального анализа был делом тонким и сложным.

Так что перед нами "офис в портфеле" - сложное специализированное техническое устройство. Предназначалось для профессиональных торговцев, постоянно занимающихся финансовыми рассчетами и оценкой качества валюты.

Далее:
1. Как правильно провести пробирный анализ (и не дать себя обмануть).
2. Как нашли "восковой айфон" - вместе с торговым портом.

Пробирный анализ, если предельно упростить, делали так.

С монеты снимали стружку и сплавляли ее со свинцом в специальной пористой чашечке-купели. На купель шла смесь из костяной и растительной золы с магнезией. Свинец окислялся, забирал все "неблагородные" части сплава и впитывался в купель. Оставшийся крохотный кусочек золота ("королёк") тщательно взвешивали. Тем самым определяя пробу монеты и не давая себя обмануть ушлым контрагентам!

Пробирный анализ был не менее сложным делом, чем сейчас - анализ спектральный.

Потому что, как обьяснил автор канала Unusual World Coins, "источников погрешности там десятки - неполное окисление свинца дает его остатки в корольке и занижение содержания золота при расчёта; потери золота при шлаковании или при разбрызгивании расплавов; примеси, дающие летучие соединения или стабилизирующие расплав раньше времени (медь, теллур и т.п.)... Инструменты должны быть сверхчистыми, потому в воске и возили".

На картинке - костяные купели для пробирного анализа.

Восковой айфон-пентаптих нашли в отсеке капитана на византийском судне "Йеникапы 12" (YK 12).

"Йеникапы" по-турецки - "Новые ворота". Так называется район Стамбула, где в начале 2000-х годов стали прокладывать линию метро "Марморай", которая должна была через подземный туннель связать оба берега Босфора (и связала). И тут - как всегда в Стамбуле, совершенно неожиданно - из-под земли показался Константинополь. Огромная торговая гавань, построенная при императоре Феодосии в IV веке и полностью занесенная песком и илом реки Ликос к XIII веку. Настолько полностью, что османы, взяв в XV веке Царьград, даже не подозревали, что под ногами у них почти тысячелетие был порт. 

Всего при раскопках было найдено 37 судов.

"Йеникапы 12" сохранился так хорошо, что удалось создать точную его реплику.

Выяснилось, что корабль - переходного типа от устаревшей модели "сначала строим борта" к передовой модели "сначала строим каркас". Низ у него построен по старой модели, а верхняя часть - уже по новой.

Так что капитан был явным сторонником технического прогресса!

И сторонником преуспевающим. Потому что его восковой айфон стоил очень немало. Гирьки - это в буквальном смысле ювелирная работа. А ведь еще надо было собрать восковые таблички в прочный корпус, чтобы выдержали превратности тогдашнего морского путешествия

Вот восстановленный на верфи в Тузле корабль плывет по волнам Мраморного моря вместе с археологами.

Длина примерно 9 метров, косой латинский парус, перевозил амфоры с оливковым маслом или вином (укладка их была особым искуством).

Он же - вид сверху. Это панно на станции "Йеникапы" линии метро "Марморай". Конечно, капитан бы никогда не допустил такой разгильдяйской укладки амфор!

В отсеке капитана нашли еще и корзину с вишневыми косточками. Корабль, судя по всему, потонул летом.

PS. Сейчас модель корабля выставлена в стамбульском Индустриальном музее Рахми М.  Коча.

Раз уж мы несколько неожиданно заехали в Древний Рим, покажу одну недавнюю археологическую находку. Таблички, но не восковые, а просто деревянные.

Папирус для письма римляне ввозили из Египта в огромных обьемах. Его производство было монополией государства, кстати. Но на всех дорогого импортного материала все равно не хватало, так что в западных провинциях Империи приспособились писать просто на тонких деревянных дощечках.

Мы как-нибудь расскажем о деревянных табличках, найденных на легионной стоянке в Виндоланде.

Гарнизон находился на самом севере провинции Британия, на границе с немирными туземными племенами. Лагерь построили на влажной торфяной почве, так что березовые и ольховые таблички отлично сохранились в отвалах мусора с I века н.э.

Но Виндоланда - это классика, а это совсем свежая находка: 15 деревянных табличек, извлеченных французскими археологами со дна древнего колодца в Изерноре в департаменте Эн.

На фото - образец, видны следы письма. Чернилами на саже.

Деревянные таблички лежали в колодце с тех времен, когда Изернор звался Изарнодурумом в провинции Лугдунская Галлия (если что, Лугдунум - это будущий Лион).

Вместе с самшитовыми и пихтовыми табличками были найдены обрезки,  стружка, недоделанные и бракованные заготовки. Похоже, археологи наткнулись на мастерскую по производству табличек для письма в галльском захолустье.

Как все это попало в колодец, непонятно. Изарнодурум никто не брал и брать не собирался - царил Pax Romana, это не нимрудский случай.

Скорее всего, хозяин просто выбросил мусор [при переезде].

Так что на фото - самый дешевый вариант для письма. Бумагу еще когда изобретут, а переписываться бедным, но грамотным людям надо прямо сейчас! 

А на картинке - реконструкция римского Лугдунума. Для оценки маштабов цивилизации. 

Но Изарнодурум, был, конечно, на порядок меньше и скромнее. Как и Лютеция на Секване. Это уж потом, когда все рухнет, выяснится, как выгодно располагаться на острове. И Лютеция начнет расти и превращаться в Париж.

Восковые таблички окончательно вышли из употребления только к XIХ веку. И вытеснила их отнюдь не бумага. Потому что на бумаге, увы, что написано пером, не вырубишь топором. А нужен был носитель, с которого можно легко удалить информацию, и начать все снова.

Так что еще 1849 году, при Второй Республике, в Руане на рынке вели подсчеты с помощью восковых табличек. И упорно продолжали при Второй Империи.

Правда, это уже описывалось как исторический курьез.

Что Gemini в меру своих скромных способностей и постарался изобразить.

Торговка, естественно, торгует сanard à la Rouennaise, а на заднем плане виднеется La Cathédrale de Rouen. За торговлей с изумлением наблюдает сошедший с дилижанса un savant parisien - они до сих пор пишут на воске!