Чтобы был понятен масштаб.

Вот это бывшее коронное, а ныне национальное достояние. В чемоданчике не увезешь при всем желании (даже если бы это было законно). Тут полкило изумруда! 11 сантиметров в высоту, 8,5 в ширину.

Из камня сделали сосуд для мира и прочих церковных благовоний, поэтому он хранится в "Духовной сокровищнице" венского Хофбурга.

Камень из Колумбии, приобретен Рудольфом II, большим охотником до всякой экзотики. Превращен в унгвентарий при Фердинанде III (Рудольфу тот приходился внучатым племянником) в 1641 году. У него как раз выдалось затишье в Тридцатилетней войне.

Пражскому ювелиру Дионисио Мизерони (из миланской династии на имперской службе) пришлось потрудиться - он все-таки был ювелир, а не камнетес. Получилось не очень, зато осталось обрезков на 2 500 гульденов. Да еще заказчик уплатил 12 000 гульденов. Мазерони буквально озолотился - за такие деньги можно было купить поместье с приличных размеров замком.

И это только один предмет из коронной коллекции.

Вообще Габсбурги удивительно умели прививать на подвластных территориях законопослушность и исполнительность.

Существует успевшая стать классической статья Яна Воглера "Имперское правление, формирование бюрократических институтов и их долгосрочное влияние" (2019 г.), где он на основе статистических данных проанализировал поведение жителей трех частей современной Республики Польской: бывш. австрийской Галиции, бывш. прусской Великой Польши и бывш. русского Царства Польского.

И что же? Всех трех империй уже век, как нет, Польша давно независимое государство, а  различия устойчиво сохраняются, несмотря на две мировые войны, массовые депортации и прочие прелести XX века.

Оказалось, что жители бывшей австрийской Галиции отличаются повышенной законопослушностью, а чиновники там реже всего берут взятки. Потому что "Im Reich gibt es Gesetze". "В Империи есть законы". Конкретно "Гражданский кодекс" 1811 года императора Франца II/I. Его, как видим, хватило на 200 лет.

Зато жители Великой Польши отличаются повышенной деловой хваткой, а вот с бюрократической эффективностью там явно хуже.

Чем отличаются жители бывшего Царства Польского, догадайтесь сами. Голосовать они любят за правые консервативные партии, чем правее, тем лучше.

Вот поэтому в Вене никому и в голову не пришло продавать коронные драгоценности. Как можно! Это противозаконно! Das ist gesetzeswidrig!

Точнее, "Des is g'setzwidrig!" - на венском диалекте. На котором до конца жизни говорила первая владелица Флорентийского алмаза государыня императрица Мария-Терезия.

А мы возвращаемся в Вавилон.

[Успешные] империи, как известно, тем и отличаются, что умеют интегрировать в элиту всех, кто может быть полезен, а уж кто он там - египтянин, мидянин или вообще иудей - не важно. Называется "кооптация элит". В Вавилоне активно использовали эту важную социальную технологию.

Чем и воспользовались высланные иудеи.

На картинке - три молодых карьериста в пещи огненной. По имени Анания ("Яхве милостив"),  Азария ("Яхве помог") и Микаэль ("Кто как Бог?").

Мы уже сталкивались с одним Ананией, который превратился в "Набудана". Здесь аналогичный случай.

Анания, Азария и Микаэль стали Седрахом, Мисахом и Авденаго. Если насчет смысла двух первых идут дискуссии, то с третьим все ясно: "Авденаго" - это "Авед Набу", слуга бога Набу.

Тем не менее к изумлению имперских властей выяснилось, что есть вещи, которые самый отьявленный карьерист из Иудеи делать не станет.

Так что Господу опять пришлось посылать Ангела.

XII век, мозаика из монастыря Осиос Лукас на горе Геликон.

Переходим к самому знаменитому канцелярскому приколу Библии с участием кооптированного в вавилонскую элиту иудея. Весь эпизод изложен в Святом Писании на чистейшем арамейском языке.

И изображен на картине уже знакомого нам Джорджа Мартина со всем присущим тому размахом и пафосом. Попробуйте угадать сюжет.

Кстати, завоеватель Иудейского царства  Навуходоносор, из-за которого случилось "вавилонское пленение" и образованные иудеи стали с успехом осваивать традиционную в будущем роль "Hofjude" (она же "умный еврей при губернаторе"), в оригинале "Набу-кудурри-уцур" (𒀭𒀝𒆪𒁺𒊑𒋀), то есть "Набу, защити первенца".

Правда, иудеи к разрушителю Иерусалима благодарности за новые возможности не испытывали, так что пиар они ему сделали максимально черный. Дескать, царь в какой-то момент совершенно обезумел, бегал на четвереньках и ел траву, так что "волосы у него выросли как у льва, и ногти у него - как у птицы" (Дан. 4:30). Написано, между прочим, на чистейшем арамейском.

Что мы и видим на гравюре Уильяма Блейка (1795 год).

Согласно Библии, Навуходоносор, благодаря пророку Даниилу, осознал опасность гордыни и понял, за что его покарал Господь. И, излечившись, выпустил указ, представляющий точную копию реальных указов вавилонских царей. Только вывернутый наизнанку. Потому что в нем царь не себя хвалит, а Господа Единого.

Как гласит (на арамейском) "Книга пророка Даниила", царь вавилонский Валтасар (Бел-шарру-уцур) устроил пир и приказал подавать напитки в сосудах из захваченного еще его предком Навуходоносором (Набу-кудурри-уцуром) Иерусалимского храма.

Тут же воспоследовала ответка: "вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести стены чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала" (Дан. 5:5).

Что написала рука, хорошо известно:
מנא מנא תקל ופרסין
=  "Мене, мене, текел упарсин"

По-арамейски. Который присутствовавшие на пиру чиновники, конечно, знали.

Почему всех охватил ступор, тоже понятно. Не только потому, что руки обычно не появляются неизвестно откуда, но и потому, что на стене был написан некий денежный расчет: "Мина, мина, шекель (сикль)* и половина [мины]".

То есть в общей сложности 151 шекель (мина равнялась 60 шекелям) или примерно полтора килограмма серебра.

На современные деньги - около $ 1000. Не так много. Впрочем, с учетом тогдашней покупательной способности (чтобы заработать мину, квалифицированный ремесленник должен был трудиться лет пять), это $ 750 000. Сумма приличная даже для царя!

Правда, понятней от этого не стало.

Впрочем, опытные чиновники довольно быстро сообразили, что читать это надо не как набор существительных, а как набор глаголов (в семитских языках разницу задает контекст): "Исчислен, исчислен, взвешен и разделен[ы]".

То есть стандартная канцелярская учетная запись: приняли, учли, взвесили и перераспределили. Только вот что? И зачем сообщать об этом на стене?

Пришлось призвать пророка Даниила, который и разьяснил: "Мене" - исчислил Бог царство твое и положил конец ему; "текел" - ты взвешен на весах и найден очень легким; "перес" - разделено царство твое и дано Мидянам и Персам" (Дан. 5: 26 - 28).

Присутствующие были так шокированы, что даже не заметили изящный каламбур!

Вместо "парсин" (во множественном числе - "разделены") Даниил сказал "перес" ("разделен" - в единственном числе): פרס. Точно также пишется и слово "перс" - "парас" (без гласных, פרס). А следом прямо указал, кто именно будет делить!

Дальнейшее известно: "в ту же самую ночь Валтасар, царь Халдейский, был убит, и Дарий Мидянин принял царство" (Дан. 5: 30).

На самом деле Кир, но представляете, как хохотали уже в персидских имперских канцеляриях, когда рассказывали эту историю?

* В арамейском исходное "th" семитского глагола "th-k-l" - "взвешивать" превратилось просто в "т", а в иврите - в "ш". Дословно "шекель" - это "вес". Или "взвесил" - тут уж от контекста. Тогда на иврите это будет читаться "шакаль".

А это картина Рембрандта "Пир Валтасара". 1636 год самое раннее, из Национальной галереи в Лондоне.

Рука пишет на стене роковые слова, царь в ужасе, сосуды из храма падают и разливаются. Динамизм подчеркнут светотенью.

Картина, как все у Рембрандта, гениальна. Глядя на нее, становится очевидно, что Мартин, увы, пафоса напустил, но суть не отразил.

Правда, человек, знающий иврит, при виде надписи на стене у Рембрандта встанет в тупик не хуже вавилонских вельмож. Как ее не читай, смысла нет. Справа-налево в первой строке получается какой-то "м-м-т-с", слева-направо "с-т-м-м". Нет таких слов ни в арамейском, ни в иврите! 

Поэтому искусствоведы XIX века сделали вывод, что Рембрандт иврита не знал и написал на стене что ни попадя.

Что было несколько странно, учитывая, что под конец жизни Рембрандт поселился в амстемдармском гетто (потому что дешево и очень) и неплохо общался с местным главным раввином Менаше бен Исраэлем. Тот, как светило учености, мог бы и подсказать!

Уже в двадцатом веке выяснилось, что Рембрандт все сделал правильно, а иврит не знали как раз искусствоведы. Потому что, как показал Саймон Шама, читать надпись надо а) сверху-вниз; б) справо-налево. И все сойдется.

Так что Рембрандт дополнительно запутал даже знающего иврит зрителя. Ну, и случайно воспроизвел особенность вавилонских царских надписей - они для пущего величия часто писались столбцами. Гений!

На ту же тему - карикатура Ларри Гоника (1946 г.р.) из его многотомной "Истории Вселенной в картинках", где художник как раз подчеркнул каламбур Даниила.

Ларри, как мальчик из хорошей еврейской семьи, выучился в Гарварде на математика, но любовь к рисованию победила. Образование он получил фундаментальное и суть вычленил сразу.

На всякий случай переведу:

- Что скажешь про это графитти? "Мене, мене, текел упарсин"?

- Хм-м-м... "Упарсин", "упарсин". Что-то связанное с персами, так?

На заднем плане нищий во все горло исполняет "На реках Вавилонских [сидели мы и плакали]" (Пс. 136:1).

Учитывая нашу нескрываемую склонность к феминизму, не можем не поделиться впечатлениями от выставки "Героини: Мода и надежда во II Мировой войне" в Музее дизайна в Холоне. Куратор - Айяра Кедар.

Но сначала - спасибо Асе Фикс за замечательную экскурсию!

Информацией из которой мы будем нагло пользоваться.

Героини - это женщины, которые выживали во Вторую мировую войну, оставаясь при этом женщинами.

Это коллекция свадебных платьев из парашютного шелка из послевоенной Британии. Т.н. "Age of Austerity" - "Эпоха строжайшей экономии".

До 1949 года ткань на одежду продавалась строго по купонам (они же карточки).

На год к концу войны женщине полагалось 44 купона. На платье шло от 8 до 11, в зависимости от длины.  Чулки - 2 купона, туфли - 5, носовой платок - еще 1. Фата не предусмотрена. Итого 19 купонов влет на невесту без фаты.

Так что английским невестам приходилось выкручиваться кто как может. Хорошо, если у тебя жених - летчик. Тогда он может прислать списанный парашют. Тот, что спас ему жизнь.

А эти послевоенные платья более делового вида - тоже из шелка, но не парашютного, а того, который шел на [секретные] карты, предназначенные для  сбитых летчиков в частности, и английских военнопленных вообще. Чтобы если бежать, знали куда.

Карт сделали около двух миллионов. Чтобы чернила не расплывались, в них добавляли пектин.

Согласно отчетам, карты помогли бежать примерно пяти тысячам сбитых летчиков и тридцати тысячам военнопленных.

А после войны остатки пустили на женские платья.

PS. Как рассказала Ася Фикс, карты придумал Кристофер Клэйтон Хаттон, более известный как "Клатти". Военный летчик времен Первой Мировой, с началом Второй он снова пошел на службу и попал в MI9 - подразделение английской разведки, отвечающее за помощь военнопленным. И тут он развернулся...

С изобретениями Клатти Хаттона и его коллег можно ознакомиться в совершенно секретном каталоге "Per Ardua Libertas" ("Через тернии к свободе"), который вышел в 1942 году: миниатюрный компас, крошечная пила и много чего еще.

Продолжаем обзор выставки "Героини" в Холоне. Порой рукоделие и макияж спасали жизнь.

Вот это - джемпер, связанный в Берген-Бельзене Гусей Вальд Тайблум из Польши. Из старых, изношенных солдатских носков, которые охранникам были уже не нужны. На деревянных палочках вместо спиц.

Гуся уверяла, что благодаря джемперу выжила: ей было теплее, чем остальным. А может, потому, что у нее была своя собственная вещь, сделанная своими руками.

Рядом - остатки румян в целлолуидной упаковке. С их помощью Роза Сперлинг с дочкой Мариллой неоднократно успешно проходили селекцию: подкрашивали щеки и губы, чтобы выглядеть здоровее.

Экспонаты предоставлены на выставку "Героини" музеем "Яд ВаШем".

А вот так реагировала на войну американская промышленность.

Женщины пошли в армию (разумеется, на секретарские должности) и на заводы (а вот тут к станкам), так что промышленность гибко откликнулась на новые запросы.

Внизу - патриотические пудреницы, отдельно для авиации, отдельно для пехоты.

А это - загадочная картинка. Еще одно военное изобретение ушлых американских производителей. После войны также пользовалось спросом.

Разьясняю картинку.

Это устройство для нанесения прямой черной линии сзади на ногу.

Чулки были страшным дефицитом и стоили запредельно дорого: шелк, а тем более нейлон был нужен на парашюты.

Так что дамы и девицы наловчились рисовать прямо на коже линию - шов от чулок. Потому что с голыми ногами ходить было немыслимо в любую погоду. Порядочные женщины такого себе не позволяли никогда и ни при каких условиях.

Тогда чулки вязали на плосковязальных машинах не трубой, а полотном, а потом сшивали сзади. Отсюда шов.

Массовое производство тонких бесшовных чулок на кругловязальных машинах началось только после войны. А пока американская промышленность предложила устройство, позволяющее быстро и качественно нанести на ногу шов.

А вот в СССР это делали вручную. Но тоже делали - куда деваться?

Опять загадочная картинка, имеющая прямое отношение к деятельности "Клатти" Хаттона по снабжению сбитых летчиков и военнопленных шелковыми картами.

Сверхсекретный чертеж, хранится в Музее королевской авиации в Хендоне под Лондоном.

Представляет собой граммофонную пластинку в разрезе. Для чего она понадобилась Клатти и его людям?

Конечно, для того, чтобы прятать карты.

Немецкая контрразведка тоже хлеб не даром ела, так что приходилось проявлять изобретательность. Компас в стандартной пилотской пуговице. Карта в грампластинке. Карта и компас в ручке бритвы "Жиллетт".

Полный набор беглеца с картой, компасом, пилочкой, таблетками для обеззараживания воды и амфетамином - в игре "Монополия".

В отношении английских военнопленных немцы Женевскую конвенцию соблюдали и "Красный крест" им много чего доставлял.

А мы возвращаемся в Персию, к Ахеменидам.

Скоро узнаем, что если хотите остаться в истории, занимайтесь доносами и шантажом. И тогда ваше существование подтвердят и Библия, и археология. Причем неоднократно. А вот если вы тот, кого шантажируют - тогда надежда только на Библию.

Но для начала сравним размеры империй. Персидская превосходила Ассирийскую по всем параметрам (о Вавилонской просто помолчим). На востоке персы перевалили Загрос и дошли до Инда, на западе - перешли Балканы, захватили Македонию и споткнулись только на Греции (где им дали общеизвестный отпор). Египет - это вообще само собой. Больших результатов добьются впоследствии только римляне.

Смотрите сами!

Но нас будет интересовать маленький уголочек сатрапии Заречье, или Абар Нахара. Под рекой подразумевается Евфрат. Центром сатрапии стал Дамаск. Кроме Сирии, в Заречье входили Финикия, Кипр и Палестина в виде Самарии (бывшего Царства Израильского) и Иудеи. Которая по привычке доставляла сатрапам уйму проблем - доносы шли потоком.

Прежде чем переходить к доносам, ответим на вопрос - на каком языке их писали?

Ответ - только и исключительно на арамейском!

Персы учли ассирийский опыт и с местной элитой обращались вполне вежливо (ну, если те не начинали бунтовать - тогда могли и по-ассирийски). Они подчеркнуто уважали традиции всех покоренных народов - тот же Кир в Вавилоне с ходу объявил себя избранником Мардука, а свою династию - любезной Набу. И против помазанника Яхве тоже ничего не имел. 

Но в практических целях персидские власти окончательно перешли с клинописи на арамейский.

Нет, внутри сатрапии можете писать как привыкли. Клинописью так клинописью. Как в Вавилонии и Эламе.

Или иероглифами, как в Египте (точнее, демотическим шрифтом - развившейся из иероглифов скорописью).

Или привычным алфавитом, хоть самым архаическим, каким в канцеляриях давно не пишут.

Так, персидский чиновник в Иерусалиме (точнее, в кибуце Геват Рахель, но об этом особо) ставит штампы на ручках государственных амфор с вином и оливковым маслом - они пойдут в уплату налогов. Надписи на штампах сделаны финикийскими буквами = "палео-ивритом", как у иудейских царей до Плена. Независимого царства нет и быть не может, но если вам так приятнее - пожалуйста!

Но вот переписка с центром и между сатрапиями - только на арамейском!

Конкретно в этом вопросе уважения к трехтысячелетним месопотамским традициям персы не питали.

Дело есть дело.

Персидские цари вдумчиво и трудолюбиво строили бюрократический аппарат. Так трудолюбиво, что Дария Великого отдельные недовольные вельможи прозвали «лавочником», намекая, что государь чрезмерно поглощен хозяйственными и фискальными делами.

В результате персы так унифицировали арамейский, что во всех канцеляриях огромной империи - от сатрапии Пафлогония на Понте Эвксинском до сатрапии Гандхара на Инде - стали писать одним и тем же стандартным языком со стандартными оборотами.

Этот вариант так и называется "имперский арамейский" или "Reichsaramäisch". Термин ввёл Марк Лидзбарски в 1920-х годах, когда Гитлер еще не успел учинить погром в немецкой науке и она сохраняла мировое лидерство.

И вот из имперского арамейского и вырастет еврейское квадратное письмо.

А это Дарий Великий на Бехистунской надписи топчет ногой узурпатора Гаумату.

Разве он похож на лавочника?!

Торжественную надпись выбили на трех языках: древнеперсидском, эламском и аккадском. На всех трех - клинописью. Но это суперпарадный случай.

И все перевернулось! Писцы-сэпиру из жалких делопроизводителей превратились в самую что ни на есть имперскую элиту. А писцы-тупшарру - в уважаемую, но провинциальную. И вообще некоторый анахронизм.

Знание имперского арамейского теперь открывало все двери (а незнание - закрывало). Причем именно в стандартном варианте - так что чиновник с берегов Инда отлично понимал и мог вести деловую переписку с чиновником с берегов Черного моря.

Хотя в других случаях персы с наследием предыдущих империй обращались куда бережнее.

На картинке - знаменитый рельеф из дворца Дария Великого в Сузах (Шуше).

Сверху реет не египетский бог Ра, а "величайший бог" Ахурамазда. Солнце с крыльями у персов стало его символом.

У крылатых львов лица, подозрительно похожие на лица крылатых быков - ламассу из ассирийских дворцов.

Но по делу - только арамейский!

Цитадель и дворцы в Сузах были раскопаны знаменитым археологом Жаком де Морганом (1857 - 1924). Он там, кстати, обнаружил стелу Хамураппи, вывезенную из Вавилона еще эламскими царями. Которую и вывез в Лувр, вместе с множеством других находок, включая наш рельеф. Он, конкретно, снят со стены во дворце Артаксеркса II.

Все законно - по соглашению с иранским правительством от 1900 года все, найденное при раскопках, переходило в собственность Франции. Чтобы отчасти компенсировать, что англичане с русскими полностью поделили всю экономику Ирана.

Впрочем, Жак де Морган и тут времени не терял и между делом еще и иранскую нефть открыл *. Он по специальности был геолог и совмещал поиски древних цивилизаций с геологоразведкой, как было тогда принято.

Начал, кстати, еще в Закавказье - искал медь и заодно стал основоположником местной археологии. Правда, особой благодарности к нему в Азербайджане не испытывают, обвиняя в "разбойной археологии" - находки ушли в Археологический музей в Сен-Жермен-ан-Лэ.

Вот тут - Жак де Морган в визитке и с орденом Почетного Легиона.

А тут найденный им в Сузах рельеф.

* Ушлые англичане и тут подсуетились: используя данные де Моргана, получили у шаха концессию на добычу нефти. В результате возникла «Англо-персидская нефтяная компания», она же в будущем "Бритиш Петролеум".

На картинке - мэтр Жак де Морган, в модных в Belle Époque усах. Не какой-нибудь "Kaiserstil" с закрученными вверх концами, а стильные заостренные [воском] усы!

И столь же модной визитке с наимоднейшим пластроном вместо галстука.

Вид лихой и щеголеватый, самое то, чтобы приключаться в экзотических местах.

Особенно, когда являешься Commandeur de la Légion d'honneur (в 1906 году, как раз за Сузы). Знак Ордена мы и видим на лацкане визитки - в скромном миниатюрном варианте для повседневной носки.

Жака де Моргана не надо недооценивать. В 1914 году, в 57 лет, он добровольцем пошел капитаном в инженерные войска, и так и прослужил всю войну. Понятно, что не на передовой, но сам факт.