Глава первой группы иудейских возвращенцев из Вавилона носил имя "Шешбацар". Что, увы, является искажением от вполне языческого "Шамаш-абу-уцур" = "[Бог Солнца] Шамаш, защити сына".

По той же схеме было образовано имя последнего вавилонского царя: "Валтасар" = "Бел-шарру-уцур" = "Бел, защити царя" ("Бел", он же "Ваал", он же "Бааль" - это просто "Господь"; в данном случае имелся в виду Мардук).

А еще нам попадался царский евнух Набу-шарру-уцур. На сей раз хранить государя предлагалось богу мудрости Набу. Это все один и тот же тип имени.

Так что иудеи за десятилетия плена основательно овавилонились (или обвавилонились?).

Потому что пока одни сидели при реках Вавилонских и плакали, вспоминая о Сионе, другие устраивались, как могли. Кто занимался  бизнесом, кто шел на госслужбу.

Начнем с бизнеса.

В семидесятые годы ХХ века в Ираке был найден т.н. "Архив Аль-Яхуду" (עָל יָהוּדוּ, "Город Иудеев") - документы иудейского поселения где-то рядом с Вавилоном. Начиная с 572 года до н.э., т.е. всего через 14 лет после начала "вавилонского пленения".

Архив, как и полагается, был раскопан "черными археологами" и уже в начале XXI века вспыл на черном рынке, где на него обратил внимание богатый израильский коллекционер Дэвид Софер (из Лондона). Он успел купить около 110 табличек, после чего за расшифровку принялись специалисты из Еврейского университета в Иерусалиме и университетов США.

По итогам картину вавилонского пленения пришлось существенно откорректировать.

На фото - одна из табличек "Архива Аль-Яхуду". Очень четкое изображение - видно, как писец работал стилусом, выдавливая клинышки.

Все документы архива "Аль-Яхуду" - это глиняные таблички, написанные исключительно клинописью по-аккадски. Мы уже писали о том, что только такие документы имели юридическую силу - и при ассирийцах, и при вавилонянах. А этим документам юридическое подтверждение было необходимо, потом что это договора, контракты, квитанции о приеме налогов и т.п.

Выяснилось, что несчастные изгнанники не только арендовали землю, но нанимали рабочих, чтобы эту землю возделывать, продавали урожай с этой земли и пускали вырученное серебро в рост (занятие, которое в диаспоре превратится в чтимую традицию). А также заключали между собой брачные и прочие контракты. В общем, были по горло заняты делом.

Правда, на госслужбе они выше сборщиков налогов и управляющих низшего звена не поднимались. Но они и дома выше не поднимались - такая карьера была для совсем других людей.

В архиве Аль-Яхуду в основном представлены документы трех семей: Гедалии, Иешуа и Шаббатаев. Последние как раз и пускали серебро в рост. Характерно, что на табличках они могут представать в двояком обличье.

Тот же Шаббатай, занимая собратьям серебро под процент, выступал под своим благочестивым иудейским именем (שַׁבְּתַי, "Субботник"), а налоговую квитанцию подписывал языческим "Мардук-надин-аххе" ("Мардук, дарующий братьев").

Ханания (חֲנַנְיָה,  "Милостив Яхве") в качестве свидетеля прокатывал под контрактом печать с именем "Набу-иккиша" ("Дар Набу" или "Набудан"). Учитывая, что Набу был покровителем писцов, это намекает на род его занятий.

В результате вернуться из столичного Вавилона в захолустный Иерусалим (фактически поселок при Храме) рвались далеко не все.

Некоторые семьи застряли в Вавилоне на следующие две с половиной тысячи лет, так что их потомков пришлось вывозить уже из Ирака в 1951 - 1952 годах ("Операция Эзра и Нехемия", если кому интересно). Естественно, без имущества - эта тоже чтимая традиция, имущество всегда достается тем, кто отдает приказ об изгнании.

А на таблички из "Архива Аль-Яхуду" можно посмотреть в Музее библейских земель в Иерусалиме.

Псалом 136 "При реках Вавилонских [там сидели мы и плакали]", он же "Super flumina Babylonis" оказался исключительно популярен в Европе в Новое время, потому что хорошо ложился на актуальные задачи национального строительства.

Так что на эти слова писали величайшие композиторы. Например, хорал "An Wasserflüssen Babylon" есть у Баха (BMW 653).

Когда в "Набукко" (то есть "Навуходоносоре") Верди хор евреев заводил "Лети, мысль, на золотых крыльях, на холмы и берега родной земли" ("Va pensiero sull'ali dorate..."), всякий сознательный итальянец думал о своей порабощенной родине. На дворе стоял 1842 год и ее терзали австрийцы. "O mia patria, si bella e perduta!"

Так что музыкальная история псалма чрезвычайно солидная.

А на фото "Бони М" в 1978 году исполняют свой главный хит "Реки Вавилона" как бы в историческом антураже.

Псалом в стиле диско - это круто!

Даже в СССР его не запрещали к исполнению.

Все равно слушатели:
а) английского не понимают;
б) Псалтырь в глаза не видели.

А мелодия заводная.

Писцы клинописью тупшарру в Вавилоне, как и в Ассирии, естественно, были все как на подбор из почтенных старинных жреческих семей. Эти семьи так и назывались, "бит мумми", "дома знания".

Арамейских писцев сэпиру набирали с бору по сосенке - язык знает, калам умеет держать - и вперед! Все равно выше технического исполнителя не поднимется.

А вот наиболее способных молодых людей из элиты подвластных стран в Вавилоне целенаправленно учили аккадскому и клинописи. Пусть лучше карьеру делает, чем думает неправильные мысли! К бывш. Иудейскому царству это тоже относилось.

Вот как раз один такой перспективный молодой человек, вошедший в историю как пророк Даниил. Во рву львином по причине принципиальных разногласий с начальством.

Он еще и подшутить над начальством любил, в чем нам скоро предстоит убедиться.

Картина Ораса Верне из Нижегородского художественного музея, 1857 год.

Наряд Даниила - результат впечатлений художника от путешествий по Алжиру.

Кстати, описанная ситуация с двойными именами задержится еще на две с половиной тысячи лет.

Даже термины появятся - שם קודש ("шем кодеш", "святое имя", для богослужений - и разводных писем-гетов) и כינוי ("кинуй") - прозвище, под которым человек известен внешнему миру.

Сегодняшний именинник Лев Давидович Троцкий - хороший пример. "Лев" - это обрусевший и буквально переведенный с идиша "Лейб". Вот это и был его кинуй.

Потому что его святое имя (которое он, разумеется, в процессе классовой борьбы полностью игнорировал) - Йехуда (יהודה).

Символом колена Иудина традиционно является лев (согласно благословению Иакова в Быт. 49:9). Именно поэтому от библейского имени Йехуда образовывали кинуи типа Арье или Лейб (что значит одно и то же).

Так что когда Ленин обзывал Троцкого "Иудушкой", он как раз честил его святым именем.

На фото 1920-го года Ленин с Троцким задушевно беседуют. С ними еще один носитель священного имени Йехуда - Лев Борисович Каменев (Розенфельд). И тоже ведь иудушкой оказался!

Новый канал гуманитарной направленности. Сейчас - о том, как Пророк Мухаммад ﷺ (это знак "салават" - "Да благословит его Аллах и приветствует!", который положено ставить после имени Пророка) создавал ислам из подручных материалов.

Автор пишет легко и увлекательно. А еще там серия постов из истории науки и выписки из средневековых судебных дел. И то, и другое весьма поучительно и просто забавно. Идите по тэгам в закрепленном тексте.

Отвлечемся от проблемы кооптации элит в Нововавилонской империи и продолжим наш актуальный цикл про драгоценности венценосных домов (1; 2).

На этот раз - в связи с обнаружением в банковском сейфе в Канаде чемоданчика с "Флорентийским алмазом" и прочими родовыми драгоценностями Габсбургов.

Алмаз на фото. 137 карат, 126 граней, двойная огранка типа "роза". 

Подлинность алмаза подтвердили ювелиры дома "А.Э. Кёхерт". Им ли не знать - они были придворными камер-ювелирами Его Императорского и Королевского Величества (а попросту "К.u.К. Hof- und Kammerjuwelier").

Как алмаз попал в канадский банк? И не было ли тут, страшно сказать, нарушения закона?! Потому что в соответствии с Habsburgergesetz 1919 года все имущество бывшей императорской семьи было национализировано.

На самом деле не все. Алмаз был не коронной, а родовой собственностью. Вот с этим мы сейчас и будем разбираться.

Изначально алмаз принадлежал герцогу Бургундии Карлу Смелому, побывал в доме Медичи, где и обзавелся определением "Флорентийский", и сложными матримониальными путями оказался в руках Марии-Терезии.

Так алмаз стал достоянием семьи по фамилии Габсбург, частью их Privatbesitz (частной собственности).

Габсбурги с тем, что к ним в руки попадало, принципиально не расставались.

На любую их родовую собственность был наложен т.н. фидеикомисс. Это было "имущество на доверии": продавать нельзя, закладывать нельзя, дарить нельзя, и кому надеть на бал, определяет глава рода. Но хранить можно и нужно.

Поэтому последняя императрица Зита совершенно законно увезла Флорентийский алмаз с собой и положила в сейф.

Откуда его и извлекли через сто лет после кончины Блаженного Карла Австрийского. (Последний в роду император был канонизирован в 2004 году за смирение и благочестие, проявленные в изгнании). 

А были еще коронные драгоценности (Kronjuwelen).

Которые принадлежали не семье Габсбургов, а императорам Священной Римской империи (до 1804 года, потом просто Австрийским императорам), апостолическим королям Венгрии, королям Богемии, Далмации, Хорватии, Славонии, Галиции, Лодомерии, Иллирии... Можно еще долго продолжать, там всего 45 титулов. Короче, это была государственная собственность.

И вот эти драгоценности старейшего императорского дома Европы (строго говоря, только кесарь в Вене и был настоящим императором, остальные - самокрещенцы) имеют уникальную судьбу - их не разграбили, как драгоценности французских королей, и не распродали, как драгоценности российских императоров. Они в полном комплекте лежат в Хофбурге в Kaiserliche Schatzkammer.

Почему?

Именно потому, что Габсбургам хватило ума разделить личное = родовые драгоценности (которые совершенно законно прихватила в изгнание последняя императрица Зита) и государственное = коронные драгоценности, то есть "неотчуждаемые (unveräußerlich) регалии Австрийского дома".

Ну, и потому что они умели правильно воспитывать поданных.

Когда в 1919 году республиканский парламент в Вене принял "Habsburgergesetz", согласно которому Габсбурги навсегда изгонялись, а их имущество  национализировалось, коронные драгоценности перешли в республиканскую собственность. И тут надо отдать должное мятежным, но законопослушным венским бюргерам: раз сказано "unveräußerlich", значит, "unveräußerlich"!

Они не стали в запале устраивать распродажи с целью борьбы с монархическими пережитками  (как французы в 1887 году). И не использовали драгоценности для преодоления дефицита госбюджета (как большевики в 1927 году и раньше, а также позже). Хотя финансовое положение Австрийской республики после крупнейшей геополитической катастрофы XX века было тяжелейшее: у них случился самый натуральный голод,  Лига Наций им спешно предоставляла заем, а австрийских детей пристраивали по всей Европе.

Люди на основе "Kaiserliche Schatzkammer"  создали музей и все бережно сохранили. Воров и близко не подпустили. За все время из музеев Вены вынесли только одну солонку. Правда, золотую, работы Бенвенуто Челлини. Нашли и вернули, конечно.

Молодцы, что сказать.

Чтобы был понятен масштаб.

Вот это бывшее коронное, а ныне национальное достояние. В чемоданчике не увезешь при всем желании (даже если бы это было законно). Тут полкило изумруда! 11 сантиметров в высоту, 8,5 в ширину.

Из камня сделали сосуд для мира и прочих церковных благовоний, поэтому он хранится в "Духовной сокровищнице" венского Хофбурга.

Камень из Колумбии, приобретен Рудольфом II, большим охотником до всякой экзотики. Превращен в унгвентарий при Фердинанде III (Рудольфу тот приходился внучатым племянником) в 1641 году. У него как раз выдалось затишье в Тридцатилетней войне.

Пражскому ювелиру Дионисио Мизерони (из миланской династии на имперской службе) пришлось потрудиться - он все-таки был ювелир, а не камнетес. Получилось не очень, зато осталось обрезков на 2 500 гульденов. Да еще заказчик уплатил 12 000 гульденов. Мазерони буквально озолотился - за такие деньги можно было купить поместье с приличных размеров замком.

И это только один предмет из коронной коллекции.

Вообще Габсбурги удивительно умели прививать на подвластных территориях законопослушность и исполнительность.

Существует успевшая стать классической статья Яна Воглера "Имперское правление, формирование бюрократических институтов и их долгосрочное влияние" (2019 г.), где он на основе статистических данных проанализировал поведение жителей трех частей современной Республики Польской: бывш. австрийской Галиции, бывш. прусской Великой Польши и бывш. русского Царства Польского.

И что же? Всех трех империй уже век, как нет, Польша давно независимое государство, а  различия устойчиво сохраняются, несмотря на две мировые войны, массовые депортации и прочие прелести XX века.

Оказалось, что жители бывшей австрийской Галиции отличаются повышенной законопослушностью, а чиновники там реже всего берут взятки. Потому что "Im Reich gibt es Gesetze". "В Империи есть законы". Конкретно "Гражданский кодекс" 1811 года императора Франца II/I. Его, как видим, хватило на 200 лет.

Зато жители Великой Польши отличаются повышенной деловой хваткой, а вот с бюрократической эффективностью там явно хуже.

Чем отличаются жители бывшего Царства Польского, догадайтесь сами. Голосовать они любят за правые консервативные партии, чем правее, тем лучше.

Вот поэтому в Вене никому и в голову не пришло продавать коронные драгоценности. Как можно! Это противозаконно! Das ist gesetzeswidrig!

Точнее, "Des is g'setzwidrig!" - на венском диалекте. На котором до конца жизни говорила первая владелица Флорентийского алмаза государыня императрица Мария-Терезия.

А мы возвращаемся в Вавилон.

[Успешные] империи, как известно, тем и отличаются, что умеют интегрировать в элиту всех, кто может быть полезен, а уж кто он там - египтянин, мидянин или вообще иудей - не важно. Называется "кооптация элит". В Вавилоне активно использовали эту важную социальную технологию.

Чем и воспользовались высланные иудеи.

На картинке - три молодых карьериста в пещи огненной. По имени Анания ("Яхве милостив"),  Азария ("Яхве помог") и Микаэль ("Кто как Бог?").

Мы уже сталкивались с одним Ананией, который превратился в "Набудана". Здесь аналогичный случай.

Анания, Азария и Микаэль стали Седрахом, Мисахом и Авденаго. Если насчет смысла двух первых идут дискуссии, то с третьим все ясно: "Авденаго" - это "Авед Набу", слуга бога Набу.

Тем не менее к изумлению имперских властей выяснилось, что есть вещи, которые самый отьявленный карьерист из Иудеи делать не станет.

Так что Господу опять пришлось посылать Ангела.

XII век, мозаика из монастыря Осиос Лукас на горе Геликон.

Переходим к самому знаменитому канцелярскому приколу Библии с участием кооптированного в вавилонскую элиту иудея. Весь эпизод изложен в Святом Писании на чистейшем арамейском языке.

И изображен на картине уже знакомого нам Джорджа Мартина со всем присущим тому размахом и пафосом. Попробуйте угадать сюжет.

Кстати, завоеватель Иудейского царства  Навуходоносор, из-за которого случилось "вавилонское пленение" и образованные иудеи стали с успехом осваивать традиционную в будущем роль "Hofjude" (она же "умный еврей при губернаторе"), в оригинале "Набу-кудурри-уцур" (𒀭𒀝𒆪𒁺𒊑𒋀), то есть "Набу, защити первенца".

Правда, иудеи к разрушителю Иерусалима благодарности за новые возможности не испытывали, так что пиар они ему сделали максимально черный. Дескать, царь в какой-то момент совершенно обезумел, бегал на четвереньках и ел траву, так что "волосы у него выросли как у льва, и ногти у него - как у птицы" (Дан. 4:30). Написано, между прочим, на чистейшем арамейском.

Что мы и видим на гравюре Уильяма Блейка (1795 год).

Согласно Библии, Навуходоносор, благодаря пророку Даниилу, осознал опасность гордыни и понял, за что его покарал Господь. И, излечившись, выпустил указ, представляющий точную копию реальных указов вавилонских царей. Только вывернутый наизнанку. Потому что в нем царь не себя хвалит, а Господа Единого.

Как гласит (на арамейском) "Книга пророка Даниила", царь вавилонский Валтасар (Бел-шарру-уцур) устроил пир и приказал подавать напитки в сосудах из захваченного еще его предком Навуходоносором (Набу-кудурри-уцуром) Иерусалимского храма.

Тут же воспоследовала ответка: "вышли персты руки человеческой и писали против лампады на извести стены чертога царского, и царь видел кисть руки, которая писала" (Дан. 5:5).

Что написала рука, хорошо известно:
מנא מנא תקל ופרסין
=  "Мене, мене, текел упарсин"

По-арамейски. Который присутствовавшие на пиру чиновники, конечно, знали.

Почему всех охватил ступор, тоже понятно. Не только потому, что руки обычно не появляются неизвестно откуда, но и потому, что на стене был написан некий денежный расчет: "Мина, мина, шекель (сикль)* и половина [мины]".

То есть в общей сложности 151 шекель (мина равнялась 60 шекелям) или примерно полтора килограмма серебра.

На современные деньги - около $ 1000. Не так много. Впрочем, с учетом тогдашней покупательной способности (чтобы заработать мину, квалифицированный ремесленник должен был трудиться лет пять), это $ 750 000. Сумма приличная даже для царя!

Правда, понятней от этого не стало.

Впрочем, опытные чиновники довольно быстро сообразили, что читать это надо не как набор существительных, а как набор глаголов (в семитских языках разницу задает контекст): "Исчислен, исчислен, взвешен и разделен[ы]".

То есть стандартная канцелярская учетная запись: приняли, учли, взвесили и перераспределили. Только вот что? И зачем сообщать об этом на стене?

Пришлось призвать пророка Даниила, который и разьяснил: "Мене" - исчислил Бог царство твое и положил конец ему; "текел" - ты взвешен на весах и найден очень легким; "перес" - разделено царство твое и дано Мидянам и Персам" (Дан. 5: 26 - 28).

Присутствующие были так шокированы, что даже не заметили изящный каламбур!

Вместо "парсин" (во множественном числе - "разделены") Даниил сказал "перес" ("разделен" - в единственном числе): פרס. Точно также пишется и слово "перс" - "парас" (без гласных, פרס). А следом прямо указал, кто именно будет делить!

Дальнейшее известно: "в ту же самую ночь Валтасар, царь Халдейский, был убит, и Дарий Мидянин принял царство" (Дан. 5: 30).

На самом деле Кир, но представляете, как хохотали уже в персидских имперских канцеляриях, когда рассказывали эту историю?

* В арамейском исходное "th" семитского глагола "th-k-l" - "взвешивать" превратилось просто в "т", а в иврите - в "ш". Дословно "шекель" - это "вес". Или "взвесил" - тут уж от контекста. Тогда на иврите это будет читаться "шакаль".

А это картина Рембрандта "Пир Валтасара". 1636 год самое раннее, из Национальной галереи в Лондоне.

Рука пишет на стене роковые слова, царь в ужасе, сосуды из храма падают и разливаются. Динамизм подчеркнут светотенью.

Картина, как все у Рембрандта, гениальна. Глядя на нее, становится очевидно, что Мартин, увы, пафоса напустил, но суть не отразил.

Правда, человек, знающий иврит, при виде надписи на стене у Рембрандта встанет в тупик не хуже вавилонских вельмож. Как ее не читай, смысла нет. Справа-налево в первой строке получается какой-то "м-м-т-с", слева-направо "с-т-м-м". Нет таких слов ни в арамейском, ни в иврите! 

Поэтому искусствоведы XIX века сделали вывод, что Рембрандт иврита не знал и написал на стене что ни попадя.

Что было несколько странно, учитывая, что под конец жизни Рембрандт поселился в амстемдармском гетто (потому что дешево и очень) и неплохо общался с местным главным раввином Менаше бен Исраэлем. Тот, как светило учености, мог бы и подсказать!

Уже в двадцатом веке выяснилось, что Рембрандт все сделал правильно, а иврит не знали как раз искусствоведы. Потому что, как показал Саймон Шама, читать надпись надо а) сверху-вниз; б) справо-налево. И все сойдется.

Так что Рембрандт дополнительно запутал даже знающего иврит зрителя. Ну, и случайно воспроизвел особенность вавилонских царских надписей - они для пущего величия часто писались столбцами. Гений!

На ту же тему - карикатура Ларри Гоника (1946 г.р.) из его многотомной "Истории Вселенной в картинках", где художник как раз подчеркнул каламбур Даниила.

Ларри, как мальчик из хорошей еврейской семьи, выучился в Гарварде на математика, но любовь к рисованию победила. Образование он получил фундаментальное и суть вычленил сразу.

На всякий случай переведу:

- Что скажешь про это графитти? "Мене, мене, текел упарсин"?

- Хм-м-м... "Упарсин", "упарсин". Что-то связанное с персами, так?

На заднем плане нищий во все горло исполняет "На реках Вавилонских [сидели мы и плакали]" (Пс. 136:1).

Учитывая нашу нескрываемую склонность к феминизму, не можем не поделиться впечатлениями от выставки "Героини: Мода и надежда во II Мировой войне" в Музее дизайна в Холоне. Куратор - Айяра Кедар.

Но сначала - спасибо Асе Фикс за замечательную экскурсию!

Информацией из которой мы будем нагло пользоваться.

Героини - это женщины, которые выживали во Вторую мировую войну, оставаясь при этом женщинами.

Это коллекция свадебных платьев из парашютного шелка из послевоенной Британии. Т.н. "Age of Austerity" - "Эпоха строжайшей экономии".

До 1949 года ткань на одежду продавалась строго по купонам (они же карточки).

На год к концу войны женщине полагалось 44 купона. На платье шло от 8 до 11, в зависимости от длины.  Чулки - 2 купона, туфли - 5, носовой платок - еще 1. Фата не предусмотрена. Итого 19 купонов влет на невесту без фаты.

Так что английским невестам приходилось выкручиваться кто как может. Хорошо, если у тебя жених - летчик. Тогда он может прислать списанный парашют. Тот, что спас ему жизнь.

А эти послевоенные платья более делового вида - тоже из шелка, но не парашютного, а того, который шел на [секретные] карты, предназначенные для  сбитых летчиков в частности, и английских военнопленных вообще. Чтобы если бежать, знали куда.

Карт сделали около двух миллионов. Чтобы чернила не расплывались, в них добавляли пектин.

Согласно отчетам, карты помогли бежать примерно пяти тысячам сбитых летчиков и тридцати тысячам военнопленных.

А после войны остатки пустили на женские платья.

PS. Как рассказала Ася Фикс, карты придумал Кристофер Клэйтон Хаттон, более известный как "Клатти". Военный летчик времен Первой Мировой, с началом Второй он снова пошел на службу и попал в MI9 - подразделение английской разведки, отвечающее за помощь военнопленным. И тут он развернулся...

С изобретениями Клатти Хаттона и его коллег можно ознакомиться в совершенно секретном каталоге "Per Ardua Libertas" ("Через тернии к свободе"), который вышел в 1942 году: миниатюрный компас, крошечная пила и много чего еще.

Продолжаем обзор выставки "Героини" в Холоне. Порой рукоделие и макияж спасали жизнь.

Вот это - джемпер, связанный в Берген-Бельзене Гусей Вальд Тайблум из Польши. Из старых, изношенных солдатских носков, которые охранникам были уже не нужны. На деревянных палочках вместо спиц.

Гуся уверяла, что благодаря джемперу выжила: ей было теплее, чем остальным. А может, потому, что у нее была своя собственная вещь, сделанная своими руками.

Рядом - остатки румян в целлолуидной упаковке. С их помощью Роза Сперлинг с дочкой Мариллой неоднократно успешно проходили селекцию: подкрашивали щеки и губы, чтобы выглядеть здоровее.

Экспонаты предоставлены на выставку "Героини" музеем "Яд ВаШем".