– Ринсвинд?
– М-м?
– Почему мы здесь?
– Ну, некоторые говорят, что Диск и всё остальное сотворил Создатель Вселенной, другие считают, что это весьма запутанная история, имеющая отношение к гениталиям Высочайшего Бога и молоку Небесной Коровы, а кое-кто утверждает, будто все мы обязаны своим существованием случайному раскладу вероятностных частиц. Но если ты имеешь в виду, почему мы сидим здесь , а не падаем с Диска, то об этом я не имею ни малейшего понятия. Должно быть, произошла какая-то ужасная ошибка.
– О-о. А как ты думаешь, в этом лесу есть что-нибудь съедобное?
– Да, – горько отозвался волшебник. – Мы.

🖋️Терри Пратчетт
Безумная звезда

Матушка поправила шляпу и решительно выпрямилась.
– Прекрасненько, – процедила она.
Напролоум пошатнулся. Тон этого голоса полоснул его, как алмазная пила. Он смутно припомнил, как мать журила его, когда он был совсем маленьким. Ну так вот, сейчас он услышал такой же голос, только отточенный, сконцентрированный и утыканный по краям крошечными кусочками карборунда; командный голос, который заставит покойника встать по стойке «смирно» и, возможно, промаршировать до середины кладбища, прежде чем тот вспомнит, что давным-давно умер.

🖋️Терри Пратчетт
Творцы заклинаний

Декан сшил себе мантию из кожи. <... >
В фасон, возникший в его воспалённом воображении, он внёс некоторые изменения. Во-первых, любой волшебник по своей природе не способен носить одежду, которая не доходит ему по крайней мере до лодыжек, поэтому кожи ушло много. Зато для заклёпок места хоть отбавляй.
Сначала он сделал слово «ДЕКАН».
Смотрелось оно как-то куце. Чуть подумав, он добавил «РАЖДЁН, ШТОБ», а дальше оставил пустое место, потому что сам не был уверен, для чего именно он был рождён. «РАЖДЁН, ШТОБ ЖРАТЬ» не звучало.
После некоторых раздумий он написал: «ЖИВИ ВСЛАСТЯХ, УМРИ МОЛО МЫД». Тут он допустил ошибку. Перевернул материал, чтобы пробить дырки под заклёпки, и перепутал направление, в котором нужно было двигаться.

🖋️Терри Пратчетт
Роковая музыка

Пообщавшись с Кристиной более или менее длительный промежуток времени, начинаешь ловить себя на навязчивом желании заглянуть ей в ушко – чтобы проверить, увидишь ли там, с другой стороны, ничем не замутнённый свет белого дня.

🖋️Терри Пратчетт
Маскарад

Ринсвинд оглянулся на чей то крик и увидел двух воинов Орды, склонившихся нос к носу и оживленно о чем то споривших.
Профессор Спасли вздохнул.
– Я пытаюсь научить их игре в шахматы, – сказал он. – Эта игра помогает понять ум обычного ариентира. Но, похоже, у моих друзей начисто отсутствует понятие того, что ходы надо делать по очереди. А их представление о гамбите? Они думают, что гамбит – это когда ферзь с пешками всем кагалом кидаются вперед и поджигают ладьи противника.

🖋️Терри Пратчетт
Интересные времена

Руководство Незримого Университета никогда не принимало на учёбу женщин, ссылаясь на проблемы с канализацией, но настоящей причиной было невысказанное опасение, что если женщинам позволят баловаться с магией, они могут устыдить всех своими способностями...

🖋️Терри Пратчетт
Безумная звезда

На надколотой кружке красовалась веселенькая надпись: «Да, я чёрный маг. Но зарплата у меня белая!!!»

🖋️Терри Пратчетт
Шляпа, полная неба

Ваймса изрядно обижало то, что стражники слушались его жену. Он, разумеется, до безумия обожал Сибиллу, но не мог не заметить, что в последнее время его любимый сандвич с беконом, салатом и помидором превратился из традиционного сандвича с БЕКОНОМ, салатом и помидором в сандвич с САЛАТОМ, ПОМИДОРОМ и беконом. Разумеется, жена пеклась о его здоровье. И все вокруг словно сговорились. Почему учёные не откроют какой-нибудь овощ, который вреден для здоровья? И что не так с луковой подливкой? В конце концов, в ней же лук!

🖋️Терри Пратчетт
Дело табак

Сенокос находился высоко на холме, за фермой, над полем пшеницы. Некоторое время госпожа Флитворт следила за своим работником.
Такого метода косьбы она ещё никогда не видела. Даже не подозревала, что он может быть технически осуществимым.
– Очень неплохо, – сказала она спустя некоторое время. – У тебя хороший замах и всё остальное.
– БЛАГОДАРЮ, ГОСПОЖА ФЛИТВОРТ.
– Но почему по одной травинке?
Билл Двер воззрился на ровные травяные ряды.
– А СУЩЕСТВУЕТ ДРУГОЙ СПОСОБ?

🖋️Терри Пратчетт
Мрачный жнец

– Слушай, я тебя раньше здесь случаем не видел?
– Я ДОВОЛЬНО ЧАСТО СЮДА ЗАХАЖИВАЮ. БЫЛ, НАПРИМЕР, В ПРОШЛУЮ СРЕДУ.
– Ха! Неплохая была заварушка. Это когда зарезали беднягу Винса.
– ДА.
– Сам напросился, называл себя Винсентом Неуязвимым.
– ПРИЧЁМ СОВЕРШЕННО НЕОПРАВДАННО.
– Стража посчитала это самоубийством.
Смерть кивнул. По анк-морпоркским стандартам человек, пришедший в «Залатанный Барабан» и назвавшийся там Винсентом Неуязвимым, полностью подходил под определение самоубийцы.

🖋️Терри Пратчетт
Роковая музыка

– Нет, дорогой, ты же знаешь, что алкоголь тебе не друг.
Полковник лучезарно улыбнулся.
– Сегодня вечером я намерен провести с ним переговоры и заключить мир.

🖋️Терри Пратчетт
Дело табак

— Ты, я вижу, где-то раздобыл изрядно еды, — заметил Ваймс.
— У клатчского интенданта, — сообщил, улыбаясь из-под чадры, Шнобби. — Пришлось прибегнуть к некоторым сексуальным секретам.
Кебаб Ваймса замер на полпути ко рту. На колени закапал бараний жир. Глаза Ангвы широко распахнулись. Она в ужасе смотрела на небо.
— Я сказал ему, что, если он не даст мне жрачки, я сорву одежду и начну так вопить, что весь лагерь сбежится.
— Меня бы такая перспектива испугала до потери пульса, можно не сомневаться, — покачал головой Ваймс.

🖋️Терри Пратчетт
Патриот

– Знаешь, иногда я завидую тебе. Наверное, хорошо быть волком. Но время от времени и недолго.
– В этом есть и свои недостатки.
«Например, блохи, – думала она, пока они запирали музей. – И еда. И очень хочется надеть сразу три лифчика».

🖋️Терри Пратчетт
Ноги из глины

– А что там делает эта парочка?
– Понятия не имею.
– Но ты же король.
Веренс смущенно поёжился.
– А они – ведьмы. Что то не хочется задавать им лишние вопросы.
– Почему?
– Они же могут ответить. И что мне тогда делать?

🖋️Терри Пратчетт
Дамы и господа

– А какая жестокость по отношению к животным! – воскликнула Маграт. – Пёсья ноздря, распухшая жаба… Мы же никогда этим не пользовались!
Матушка Ветровоск и нянюшка Ягг как по команде уставились в пол.
– И лес наш грязным обозвали, – горько хмыкнула нянюшка.
– Всё это злостная клевета на ведьм, – заключила Маграт. – Мы живём в гармоническом единении с Природой, с её великим кругооборотом, и никому ничего плохого не делаем. Я предлагаю бросить их в котел с расплавленным свинцом.

🖋️Терри Пратчетт
Вещие сестрички

– Отравление светом. Никто ведь не видит свет. Кто обращает внимание на свет? По крайней мере, не вконец отупевший старый стражник.
– О, сэр, вы совсем не старый, – весело возразил Моркоу.
– А как насчет вконец отупевшего?
– И не вконец, – быстро добавил Моркоу.

🖋️Терри Пратчетт
Ноги из глины

Долгие годы управления этим городом  научили меня одной очень важной вещи: вулкану тормоза не приделаешь. Иногда разумнее позволить событиям развиваться естественным путем. Вскоре они перестают развиваться и умирают. Так происходит чаще всего.

🖋️Терри Пратчетт
Правда

– Леонард ещё рисует?
Они посмотрели на Леонарда, который решил посвятить полчаса живописи. На его плече сидел дракончик.
– Он говорит, что никогда не видел подобного света, – сказал Ринсвинд. – Сказал, что просто обязан написать картину. И у него неплохо получается, учитывая…
– Учитывая что?
– Учитывая то, что в двух тюбиках вместо красок находятся томатная паста и плавленый сыр.
– Ты ему об этом сказал?
– Не хотел расстраивать. Он был полон энтузиазма.

🖋️Терри Пратчетт
Последний герой

Ваймс сунул руку в клетку с только что вылупившимися дракончиками, выбрал того, что поменьше, и вытащил наружу. Дракончик возбуждённо захлопал короткими крыльями, из пасти его вырвалась струя голубого пламени. Ваймс прикурил.

🖋️Терри Пратчетт
К оружию! К оружию!

– Знаешь, какое у них основное блюдо там, на побережье?
– Нет.
– Суп из свиного уха. И что ты на это скажешь? О чём это, по-твоему, говорит?
Ринсвинд пожал плечами.
– Что они очень бережливые?
– Что всю остальную свинью жрёт какая-то влиятельная сволочь.

🖋️Терри Пратчетт
Интересные времена

Смерть держал жизнеизмеритель Ринсвинда на своём письменном столе — подобно зоологу, желающему неотрывно наблюдать за особенно любопытным образчиком.
Жизнеизмерители большинства людей имели стандартную форму, функциональную и соответствующую своему назначению, как считал сам Смерть. Их даже можно было назвать яйцеизмерителями, ведь песчинки являлись секундами человеческих жизней, а стало быть, все яйца были сложены в одну корзину.
Но при взгляде на песочные часы Ринсвинда можно было подумать, что их произвёл на свет страдающий икотой и помещённый в машину времени стеклодув. Если судить по числу песчинок — а Смерть оценивал такие вещи с весьма высокой степенью точности, — Ринсвинд должен был умереть давным-давно. Но со временем стекло где-то искривилось, где-то вспучилось, поэтому песок зачастую тёк в обратном направлении, а то и по диагонали. Ринсвинд перенёс такое количество магических ударов и его так часто швыряло во времени и пространстве (он лишь чудом не сталкивался нос к носу с самим собой, несущимся навстречу), что вычислить точную дату окончания его жизни было крайне трудно.

🖋️Терри Пратчетт
Последний континент