Адвокаты знакомятся с протоколом.

Москаленко: уважаемый суд, беглое ознакомление с документом показало два момента: первое особый порядок проходил не как особый порядок, поскольку там рассматривались вопросы вины. Но он неотносим к нашему делу.

В настоящей стадии это рассматривать нельзя, критика по поводу содержания и оформления этого протокола нерелевантна. Обвинение может приобщить этот документ на соответствующей стадии процесса.

Фомин: я не должен это говорить, тем не менее хотелось бы сказать, я посмотрел протокол, в этом протоколе Ребровский не даёт показания сославшись на состояние здоровья и его показания оглашались. Эти же показания оглашались у нас в процессе 8 числа. Какой смысл приобщать этот протокол?

Окушко: сейчас стадия допроса свидетеля, а не стадия приобщения доказательств. Сторона обвинения даже не вышла с ходатайством об изменении порядка веления процесса.

Обвиняемые полностью поддерживают защитников.

Судья задаёт вопросы Ребровскому.

Участвовал ли он в процессе, присутствовали ли прокурор, Секретарь и понятны ли были ему права и вопросы связанные с досудебным соглашением.

Ребровский отвечает путано, что он вообще уже ничего не понимал.

Эйсмонт просит прекратить допрос в связи с плохим самочувствием Ребровского?

Эйсмонт говорит что Ребровский хочет воспользоваться 51 статьёй.

Прокурор: какой следователь оказывал на вас давление?

Фомин: возражаю, этот вопрос задавался, ответ на него получен.

Судья: снимаю вопрос.

Прокурор: после оглашения документа позиция Ребровского может измениться.

Эйсмонт; требую занести в протокол что на моего подзащитного оказывается прямое давление.

Прокурор: на каждом ли заседании следователь оказывал давление?

Фомин: возражаю по тем же основаниям.

Суд: снимается вопрос.

Судья: по ходатайству: приобщать не будем, но мы этот документ исследуем.

Фомин: мы будем исследовать документ не приобщенный к материалам дела?