Прокурор: повторяет ходатайство о приобщении протокола судебного заседания по Ребровскому.
Протокол не может рассматриваться в качестве доказательства. Он не вступил в законную силу.
Москаленко: можно ли прежде посмотреть на тот документ о котором идёт речь?
Судья: я считаю что даже нужно. Я думал первый адвокат об этом заявит. Вот вы сейчас это сказали.
Москаленко: уважаемый суд, беглое ознакомление с документом показало два момента: первое особый порядок проходил не как особый порядок, поскольку там рассматривались вопросы вины. Но он неотносим к нашему делу.
В настоящей стадии это рассматривать нельзя, критика по поводу содержания и оформления этого протокола нерелевантна. Обвинение может приобщить этот документ на соответствующей стадии процесса.
Фомин: я не должен это говорить, тем не менее хотелось бы сказать, я посмотрел протокол, в этом протоколе Ребровский не даёт показания сославшись на состояние здоровья и его показания оглашались. Эти же показания оглашались у нас в процессе 8 числа. Какой смысл приобщать этот протокол?
Окушко: сейчас стадия допроса свидетеля, а не стадия приобщения доказательств. Сторона обвинения даже не вышла с ходатайством об изменении порядка веления процесса.
Участвовал ли он в процессе, присутствовали ли прокурор, Секретарь и понятны ли были ему права и вопросы связанные с досудебным соглашением.
Эйсмонт просит прекратить допрос в связи с плохим самочувствием Ребровского?
Эйсмонт; требую занести в протокол что на моего подзащитного оказывается прямое давление.