давно не было рубрики 5 выставок и вот.
Архетипы авангарда в Третьяковке на Кадашевской набережной — русский авангард начала ХХ века через архетипы и идею абсолютной творческой свободы.
Переживание радости в RuArts Foundation — хрупкий фарфоровый проект Марины Бессоновой, где традиция русской сказки переосмыслена языком современной скульптуры.
Импрессионизм с русской душой в Серпуховском историко-художественном музее — о русском пути импрессионизма — тихом, эмоциональном и внимательном к природе и повседневности.
Индия. Ткань времени в Царицыне — более 300 тканей и костюмов, демонстирующих влияние индийских текстильных традиций на мировую и российскую моду.
Dies Illa в Зиларте — тотальная инсталляция Гриши Брускина о власти, насилии и коллективной памяти, где зритель становится частью действия.
Архетипы авангарда в Третьяковке на Кадашевской набережной — русский авангард начала ХХ века через архетипы и идею абсолютной творческой свободы.
Переживание радости в RuArts Foundation — хрупкий фарфоровый проект Марины Бессоновой, где традиция русской сказки переосмыслена языком современной скульптуры.
Импрессионизм с русской душой в Серпуховском историко-художественном музее — о русском пути импрессионизма — тихом, эмоциональном и внимательном к природе и повседневности.
Индия. Ткань времени в Царицыне — более 300 тканей и костюмов, демонстирующих влияние индийских текстильных традиций на мировую и российскую моду.
Dies Illa в Зиларте — тотальная инсталляция Гриши Брускина о власти, насилии и коллективной памяти, где зритель становится частью действия.
❤5🔥1
все опять заговорили про ‘Грозовой перевал из-за выхода фильма с Джейкобом Элорди и Марго Робби. и многие, конечно, ринулись перечитывать или впервые открывать роман Эмили Бронте. уверена, что большинство ждет разочарование. и осознанным зумерам, и проработанным милениалам будет казаться: господи, да это же сборище абсолютно неадекватных, токсичных людей. Хитклифф не романтичный бунтарь, а самый настоящий мстительный психопат, а Кэтрин — эгоистичная истеричка. кому вообще может быть интересна их возня.
но, пожалуй, важен тут не сам сюжет, а то, как и кем он был создан. история Эмили Бронте и ее не менее талантливых сестер вызывает восхищение и придает их книгам совершенно иной масштаб.
представьте себе: середина 19 века, захолустный Йоркшир, дочери бедного сельского священника. у них нет связей, денег, нормального образования, из перспектив — работа гувернанткой или скучный брак. и что они делают? вместо того чтобы тихо увядать, они берут и пишут романы, которые взрывают всю викторианскую литературу. причем под мужскими псевдонимами, потому что иначе их просто не стали бы печатать. Эмили выдает такую мрачную, дикую историю, что современники в ужасе, Шарлотта — 'Джейн Эйр, где героиня осмеливается говорить нет и требовать уважения, а Энн и вовсе пишет про алкоголизм и домашнее насилие в 'Незнакомке из Уайлдфелл-Холла.
их романы были вызовом системе, выросшим из внутренней свободы. девушки создавали свои миры из скуки и одиночества. и вот то, как они преодолели обстоятельства силой воображения и воли, — по-настоящему поражает.
даже захотелось все перечитать :)
p.s. режиссер экранизации — Эмиральд Феннел, после Солтберна которой, мой муж сказал, что больше никогда не будет смотреть выбранное мной кино.
но, пожалуй, важен тут не сам сюжет, а то, как и кем он был создан. история Эмили Бронте и ее не менее талантливых сестер вызывает восхищение и придает их книгам совершенно иной масштаб.
представьте себе: середина 19 века, захолустный Йоркшир, дочери бедного сельского священника. у них нет связей, денег, нормального образования, из перспектив — работа гувернанткой или скучный брак. и что они делают? вместо того чтобы тихо увядать, они берут и пишут романы, которые взрывают всю викторианскую литературу. причем под мужскими псевдонимами, потому что иначе их просто не стали бы печатать. Эмили выдает такую мрачную, дикую историю, что современники в ужасе, Шарлотта — 'Джейн Эйр, где героиня осмеливается говорить нет и требовать уважения, а Энн и вовсе пишет про алкоголизм и домашнее насилие в 'Незнакомке из Уайлдфелл-Холла.
их романы были вызовом системе, выросшим из внутренней свободы. девушки создавали свои миры из скуки и одиночества. и вот то, как они преодолели обстоятельства силой воображения и воли, — по-настоящему поражает.
даже захотелось все перечитать :)
p.s. режиссер экранизации — Эмиральд Феннел, после Солтберна которой, мой муж сказал, что больше никогда не будет смотреть выбранное мной кино.
❤12
две афиши московских спектаклей, которые привлекли мое внимание своим абсолютно нетеатральным видом.
· 'Шерлок Холмс и все-все-все, реж. Антон Федоров. премьера: 8 и 9 марта, Арт-Платформа.
· 'Восьмиклассница, автор — Анна Сливко, реж. Дмитрий Крестьянкин и Иван Куркин. премьера: 21 и 22 февраля, Театр Маяковского.
· 'Шерлок Холмс и все-все-все, реж. Антон Федоров. премьера: 8 и 9 марта, Арт-Платформа.
· 'Восьмиклассница, автор — Анна Сливко, реж. Дмитрий Крестьянкин и Иван Куркин. премьера: 21 и 22 февраля, Театр Маяковского.
❤3🔥2🤔1
все чаще думаю о том, что просто выйти и сыграть для театра больше не рабочий вариант. заходишь на сайт некоторых, а там не афиша спектаклей, а бесконечное предложение сложных форм и расширенных форматов. нынешнего зрителя с поголовным сдвг, кажется, уже не увлечь ничем, кроме тотального захвата всех пяти чувств.
я не против экспериментов. плох тот театрал, который не хочет, чтобы его слегка покружили на сцене (кстати, недавно вполне довольная кружилась на Снах моего отца 🌚). но есть ощущение, что театры стали конкурировать не смыслами и даже не актерским мастерством, а функционалом аттракциона. у них дым — мы сделаем огонь. у них огонь — мы запустим фейерверк. у них фейерверк — мы затопим партер.
при этом зрителей много, кассы не пустуют. но страх, что завтра этот зритель уйдет к соседям (потому что у них батут или голограммы) заставляет режиссеров и сценографов изощряться. хотя допускаю, что работа с масштабными формами командам театра действительно интересна.
и мне пока еще все это интересно. но долго ли продлится это пока. когда зрителю надоест, что его вращают во все стороны, и мы снова вернемся к старому доброму выйти и сыграть, без дополнительных слоев и эффектов. просто садимся, смотрим, молчим. и выходим — оглушенными.
я не против экспериментов. плох тот театрал, который не хочет, чтобы его слегка покружили на сцене (кстати, недавно вполне довольная кружилась на Снах моего отца 🌚). но есть ощущение, что театры стали конкурировать не смыслами и даже не актерским мастерством, а функционалом аттракциона. у них дым — мы сделаем огонь. у них огонь — мы запустим фейерверк. у них фейерверк — мы затопим партер.
при этом зрителей много, кассы не пустуют. но страх, что завтра этот зритель уйдет к соседям (потому что у них батут или голограммы) заставляет режиссеров и сценографов изощряться. хотя допускаю, что работа с масштабными формами командам театра действительно интересна.
и мне пока еще все это интересно. но долго ли продлится это пока. когда зрителю надоест, что его вращают во все стороны, и мы снова вернемся к старому доброму выйти и сыграть, без дополнительных слоев и эффектов. просто садимся, смотрим, молчим. и выходим — оглушенными.
❤6
ну вау. работы испанской художницы Nieves González, сочетающие художественные традиции испанского барокко с современным визуальным языком.
❤4😍3🔥2🥰1
3 книжные новинки на весну.
• Агнес. Хавьер Пенья. психологический триллер о писателе и журналистке, где вдохновение опасно сближается с насилием.
• Симпати Тауэр Токио. Риэ Кудан. роман о Японии будущего, где эмпатия к преступникам становится государственной практикой.
• Отчет. Рассказы. Сьюзен Сонтаг. сборник малой прозы знаменитой эссеистки, раскрывающейся в редком для себя жанре.
• Агнес. Хавьер Пенья. психологический триллер о писателе и журналистке, где вдохновение опасно сближается с насилием.
• Симпати Тауэр Токио. Риэ Кудан. роман о Японии будущего, где эмпатия к преступникам становится государственной практикой.
• Отчет. Рассказы. Сьюзен Сонтаг. сборник малой прозы знаменитой эссеистки, раскрывающейся в редком для себя жанре.
❤6
мини сериал на выходные — 'Владимир. новинка от Netflix с Рэйчел Вайс и Лео Вудаллом.
ироничная и слегка провокационная история о профессоре литературы, чья жизнь выходит из-под контроля, когда она начинает одержимо интересоваться новым молодым коллегой — и постепенно путает фантазии с реальностью.
в основе сериала одноименный роман Джулии Мэй Джонас.
ироничная и слегка провокационная история о профессоре литературы, чья жизнь выходит из-под контроля, когда она начинает одержимо интересоваться новым молодым коллегой — и постепенно путает фантазии с реальностью.
в основе сериала одноименный роман Джулии Мэй Джонас.
🔥3❤1
роскошные fabrics & details с выставки ‘Под маской в Музее русского импрессионизма.
❤5🔥2😁1