Про храм
В Пасхальную ночь было круто. Да, спина чуть не отвалилась, поэтому пришлось посидеть на ступеньках, но не в этом суть. Я все чаще стал замечать в храме (даже не на большие праздники) молодежь. И видно, что их никто не заставляет. И мужиков стало больше. А ведь раньше был стереотип, что христианство - это вера для бабушек. Мол, жизнь прожили теперь и о душе пора подумать. Сейчас уже не так. И вообще народу в храмах становится больше. Это правда радует.
В Пасхальную ночь было круто. Да, спина чуть не отвалилась, поэтому пришлось посидеть на ступеньках, но не в этом суть. Я все чаще стал замечать в храме (даже не на большие праздники) молодежь. И видно, что их никто не заставляет. И мужиков стало больше. А ведь раньше был стереотип, что христианство - это вера для бабушек. Мол, жизнь прожили теперь и о душе пора подумать. Сейчас уже не так. И вообще народу в храмах становится больше. Это правда радует.
Forwarded from Маяк (Сергей Холодков)
Христос воскресе, друзья!
Он никогда нас не бросит. Никогда никого из нас.
Расскажите всем!
Он никогда нас не бросит. Никогда никого из нас.
Расскажите всем!
В последнее время я глубоко задумываюсь над тем, что привычно для многих верующих и для меня самого в том числе. Над прошением у Бога. Ведь по сути, мы каждый день о чем-то просим. Нам необходимо здоровье, благословение на труды, порой даже просим деньги. И Господь дает. Пусть не всегда и не так, как мы ожидаем, но дает. Однако видимая проблема, как мне кажется, в том, что это все чаще напоминает обыкновенное потребительство. Как-то один алтарник рассказал мне, что в записках на Литургию почти не встречается благодарственных, сплошь сугубые прошения. Нет, нет, я не призываю писать тонны записок и не против просьб. Я о крайностях. Ведь эти записки правда говорят о многом. Согласитесь?
Мне лично стало тягостно от этого ощущения, будто Господь - это некий волшебник или исполнитель желаний. Мне захотелось иного. Просто быть с Ним. Разговаривать, читать о Нем, узнавать Его. И наконец просто говорить Ему «спасибо». За все. Господь стал Человеком из любви к нам. В том числе и для того, чтобы просто побыть рядом с нами. Может быть и мы попробуем побыть с Ним не ради чего-то, а просто так. Как человек и Бог. Без запроса.
#мысли
Мне лично стало тягостно от этого ощущения, будто Господь - это некий волшебник или исполнитель желаний. Мне захотелось иного. Просто быть с Ним. Разговаривать, читать о Нем, узнавать Его. И наконец просто говорить Ему «спасибо». За все. Господь стал Человеком из любви к нам. В том числе и для того, чтобы просто побыть рядом с нами. Может быть и мы попробуем побыть с Ним не ради чего-то, а просто так. Как человек и Бог. Без запроса.
#мысли
В греческом языке любовь описывается не одним понятием, а несколькими: филия, сторге, эрос, агапэ. Агапэ - это высшая форма любви. Любовь деятельная, жертвенная, лишенная излишней сентиментальности. Но может ли деяние считаться любовью в полном смысле этого слова, если оно совершается без внутреннего отклика, а то и вовсе с отвращением в душе? Думаю, едва ли. Внешнее действие без внутреннего чувства как будто бы превращается в формальность, а любовь - это всегда живое соприкосновение.
К чему я это? Как-то мне попалось на глаза видео, где носорог своим рогом аккуратно помог перевернуться черепахе, которая беспомощно лежала панцирем на земле и без посторонней помощи была обречена на гибель. Носорог просто перевернул ее и спокойно пошел дальше по своим делам. Примеров такой межвидовой взаимовыручки в природе множество. Что это вообще такое есть? Почему существа разных биологических видов вдруг проявляют расположение друг к другу, а порой даже образуют подобие дружбы? Является ли это всего сложным инстинктом или сбоем эволюционной программы?
Я не биолог, не зоопсихолог и не эксперт в вопросах поведения животных. Я лишь смотрю на то, что вижу. И чем больше я смотрю, тем чаще задаюсь вопросом: быть может, мы не единственные обитатели этого мира, кому доступна любовь? Может быть, Господь подарил это сокровище не только человеку, но и всем творениям Своим, просто в иной, невербальной и непостижимой для нас форме.
#мысли
К чему я это? Как-то мне попалось на глаза видео, где носорог своим рогом аккуратно помог перевернуться черепахе, которая беспомощно лежала панцирем на земле и без посторонней помощи была обречена на гибель. Носорог просто перевернул ее и спокойно пошел дальше по своим делам. Примеров такой межвидовой взаимовыручки в природе множество. Что это вообще такое есть? Почему существа разных биологических видов вдруг проявляют расположение друг к другу, а порой даже образуют подобие дружбы? Является ли это всего сложным инстинктом или сбоем эволюционной программы?
Я не биолог, не зоопсихолог и не эксперт в вопросах поведения животных. Я лишь смотрю на то, что вижу. И чем больше я смотрю, тем чаще задаюсь вопросом: быть может, мы не единственные обитатели этого мира, кому доступна любовь? Может быть, Господь подарил это сокровище не только человеку, но и всем творениям Своим, просто в иной, невербальной и непостижимой для нас форме.
#мысли
На днях имел глупость по старой памяти открыть новостную ленту и ухнуть туда с головой. Я ведь давно завязал с этим занятием и, надо сказать, прекрасно существовал в информационной тишине. Так вот, друзья, это оказалось чистой воды отравление. События, творящиеся в мире, ввергли меня в состояние, близкое к шоку и даже легкой панике. Внутри разлилось тошнотворное, липкое чувство абсолютной беспомощности. Но самое забавное в том, что ни я, ни, подозреваю, подавляющее большинство из нас с вами, не в силах повлиять на ход этих событий. А раз повлиять мы не можем, то какой смысл терзаться? Ради чего? Как это нам поможет? Жил я себе тихо с Богом и все было ладно.
Кто-то, вероятно, упрекнет меня в страусиной политике. Что ж, пусть так. Называйте это бегством от реальности, если угодно. Но знаете, я твердо решил для себя, что больше не стану засорять мозг этими дебильными сводками. Не хочу к вечеру чувствовать себя раздавленным ничтожеством от осознания собственного бессилия, не хочу подсаживаться на эту дофаминовую иглу и травить собственный рассудок.
На фото справа стою я, в фуфайке и очках, во время Пасхального богослужения трогаю Гроб Господень. Вот в таком пространстве я готов жить. Мементо мори, как говорится.
#мысли
Кто-то, вероятно, упрекнет меня в страусиной политике. Что ж, пусть так. Называйте это бегством от реальности, если угодно. Но знаете, я твердо решил для себя, что больше не стану засорять мозг этими дебильными сводками. Не хочу к вечеру чувствовать себя раздавленным ничтожеством от осознания собственного бессилия, не хочу подсаживаться на эту дофаминовую иглу и травить собственный рассудок.
На фото справа стою я, в фуфайке и очках, во время Пасхального богослужения трогаю Гроб Господень. Вот в таком пространстве я готов жить. Мементо мори, как говорится.
#мысли
Ветхий Завет порой подбрасывает сюжеты, рядом с которыми нам сегодняшним будет мягко говоря неуютно. История Иеффая из таких. Перед решающей битвой он дает Богу обет. Если одержит победу, то принесет во всесожжение первого, кто выйдет из ворот его дома, встречая хозяина. Иеффай побеждает. Первой на пороге появляется его единственная дочь. В отчаянии он рвет на себе одежды. Девушка отвечает без колебаний: «сделай со мной то, что обещал». Еще она просит лишь на два месяца уйти в горы и там вместе с подругами оплакать свое девство, т. е. жизнь, которая так и не случится. Она не станет женой, не родит детей, ее род оборвется. А затем Иеффай исполняет обет. Он приносит ее во всесожжение и сжигает на жертвеннике. Текст говорит об этом прямо и скупо.
Все это рассказано в книге Судей. И там вы не найдете восклицаний что-то вроде «Какой нечестивец и убийца!». Библия просто оставляет этот факт.
Перед нами трагический срез, где человек искренне пытается жить с Богом, но говорит на языке языческой культуры «ты мне, а я тебе» и эта логика ломает судьбы. Читаешь и холодеешь.
Все это рассказано в книге Судей. И там вы не найдете восклицаний что-то вроде «Какой нечестивец и убийца!». Библия просто оставляет этот факт.
Перед нами трагический срез, где человек искренне пытается жить с Богом, но говорит на языке языческой культуры «ты мне, а я тебе» и эта логика ломает судьбы. Читаешь и холодеешь.
Forwarded from Мысли о разном (Игумен Силуан)
А разве из самого текста Евангелия ясно, что паралитик предал Иисуса?
Во-первых, в греческом тексте употреблён глагол ἀναγγέλλω (G312):
Возвещать, объявлять, рассказывать, сообщать, пересказывать, открывать. https://bible.by/strong/43/5/15/ Паралитик раскрыл тайну, сообщил куда надо нужное имя.
Во-вторых, это ясно из контекста. Исцеленному безразличен Исцеливший настолько, что он даже не потрудился спросить Его имя. Но ему совершенно не безразлично мнение толпы и её наставников, с которыми он волей-неволей общался все эти годы. Он плоть от плоти своего общества, он хочет оправдаться перед ними. Потому что пророки приходят и уходят, а фарисеи остаются. Поэтому, узнав имя Иисуса, он немедленно идёт к Его врагам (о чём было известно всему Иерусалиму) и сообщает: да, уважаемые люди, я, конечно, виноват, но подбил меня нарушить субботу тот самый Иисус, Которого вы ненавидите настолько, что хотите убить. Он - подлинный виновник допущенного мною беспорядка!
И тут, в третьих, не менее красноречива реакция иудеев: Καὶ διὰ τοῦτο ἐδίωκον τὸν Ἰησοῦν οἱ Ἰουδαῖοι. В Синодальном это смазано - "И стали Иудеи гнать Иисуса", но в греческом совершенно ясно, что новая волна ненависти связана именно с этим доносом: διὰ τοῦτο (G1223; G3778) поэтому; потому что человек сказал, что исцелил его Иисус.
До сих пор даже исцелённым христианам важнее мнение своих наставников, своей толпы, а не приобщение к Имени Божиему.
И чем мы лучше их, древних?
Впрочем, доброго всем дня, друзья!
Во-первых, в греческом тексте употреблён глагол ἀναγγέλλω (G312):
Возвещать, объявлять, рассказывать, сообщать, пересказывать, открывать. https://bible.by/strong/43/5/15/ Паралитик раскрыл тайну, сообщил куда надо нужное имя.
Во-вторых, это ясно из контекста. Исцеленному безразличен Исцеливший настолько, что он даже не потрудился спросить Его имя. Но ему совершенно не безразлично мнение толпы и её наставников, с которыми он волей-неволей общался все эти годы. Он плоть от плоти своего общества, он хочет оправдаться перед ними. Потому что пророки приходят и уходят, а фарисеи остаются. Поэтому, узнав имя Иисуса, он немедленно идёт к Его врагам (о чём было известно всему Иерусалиму) и сообщает: да, уважаемые люди, я, конечно, виноват, но подбил меня нарушить субботу тот самый Иисус, Которого вы ненавидите настолько, что хотите убить. Он - подлинный виновник допущенного мною беспорядка!
И тут, в третьих, не менее красноречива реакция иудеев: Καὶ διὰ τοῦτο ἐδίωκον τὸν Ἰησοῦν οἱ Ἰουδαῖοι. В Синодальном это смазано - "И стали Иудеи гнать Иисуса", но в греческом совершенно ясно, что новая волна ненависти связана именно с этим доносом: διὰ τοῦτο (G1223; G3778) поэтому; потому что человек сказал, что исцелил его Иисус.
До сих пор даже исцелённым христианам важнее мнение своих наставников, своей толпы, а не приобщение к Имени Божиему.
И чем мы лучше их, древних?
Впрочем, доброго всем дня, друзья!
bible.by
Подстрочник и Стронг: От Иоанна 5:15
От Иоанна 5:15 — подстрочник (BINT/VIN/SYN/ORIG) и словарь Стронга.
Мы привыкли к истории в Кане Галилейской, где как будто была сдержанная радость, скромные молодожены и гости, которым просто не хватило вина. А теперь давайте посмотрим на реалии 1 века.
В то время под свадебный пир выделяли несколько дней. Гуляли долго. В этой конкретной истории гости уже были, скажем так, разогреты. Мы видим, как распорядитель пира прямо говорит жениху: «всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее» (Ин. 2:10). То есть гости уже «напились». Греческий глагол метистхосин (μεθυσθῶσιν), употребленный здесь, означает именно «опьянеть», «напиться». Это реалии текста. Дальше вино заканчивается. И тут Христос делает еще 600 литров вина. Шестьсот! Из воды для ритуальных омовений.
Эти каменные сосуды - символ закона, чистоты, правил. А Он заливает их вином веселья под завязку. Это явно не «чуть-чуть поправил ситуацию», это дерзкий жест. Царство пришло и оно как пир, где закон уступает место радости. Заметьте, первое чудо - это никакое не исцеление, а брачный пир, на котором Бог дарит такую радость, что трезвенникам фарисеям остается только чесать бороды.
В то время под свадебный пир выделяли несколько дней. Гуляли долго. В этой конкретной истории гости уже были, скажем так, разогреты. Мы видим, как распорядитель пира прямо говорит жениху: «всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее» (Ин. 2:10). То есть гости уже «напились». Греческий глагол метистхосин (μεθυσθῶσιν), употребленный здесь, означает именно «опьянеть», «напиться». Это реалии текста. Дальше вино заканчивается. И тут Христос делает еще 600 литров вина. Шестьсот! Из воды для ритуальных омовений.
Эти каменные сосуды - символ закона, чистоты, правил. А Он заливает их вином веселья под завязку. Это явно не «чуть-чуть поправил ситуацию», это дерзкий жест. Царство пришло и оно как пир, где закон уступает место радости. Заметьте, первое чудо - это никакое не исцеление, а брачный пир, на котором Бог дарит такую радость, что трезвенникам фарисеям остается только чесать бороды.
ПОСТПРОЕКТ
Прилог и свобода Мысль сама по себе - не является грехом. Ее появление не зависит от нашей воли. Наш ум устроен как приемник. Он постоянно ловит обрывки впечатлений, слова, случайные образы, какие‑то смутные импульсы. Это работа психики, которая не имеет…
Вы сидите на обочине шоссе. Мысли - это машины. Вот проехал «Грузовик злости», а вот «Прицеп ненужных воспоминаний», а вон там совсем далеко «Мотоцикл с нашими ожиданиями». Совершенно не обязательно выбегать на трассу и тормозить всех подряд. Оказывается, можно просто сидеть на обочине и смотреть на процесс. Согласитесь, вас ведь может и переехать?
Я был по-настоящему близок только с одним человеком, заставшим войну. С моим прадедушкой Борисом. Когда все началось, ему было всего 13. Пацан, по сути, еще ребенок. На фронт его, конечно, не призвали, он остался тружеником тыла. Работал на тракторе и наверняка занимался посевной и всем, что поручали. Он никогда не жаловался мне на то время, рассказывал о нем как о чем-то почти обыденном, хотя на самом деле это было совсем не так.
Мне было примерно 13, когда мы вместе сидели перед телевизором и смотрели парад. Я смотрел на его лицо и вдруг осознал странную вещь, что мы оба в этот момент были подростками. Есть такая идея в феноменологии времени, что память не линейна, она способна сворачивать десятилетия в одно мгновение. И пока гремел парад, у экрана встретились не дедушка и внук, а два пацана. Один - тот, кем был он сам в 41, а второй - тот, кем тогда был я. Парад оказался своего рода порталом. В его глазах я видел гордость за страну и гордость того паренька, который когда-то не подвел, выдержал и вырастил свой хлеб. Даже сейчас мне хотелось бы этой стойкости. Надеюсь я его не подвел.
Я очень люблю тебя, дедуль. Спасибо. Надеюсь, мы когда-нибудь встретимся. Скучаю.
Мне было примерно 13, когда мы вместе сидели перед телевизором и смотрели парад. Я смотрел на его лицо и вдруг осознал странную вещь, что мы оба в этот момент были подростками. Есть такая идея в феноменологии времени, что память не линейна, она способна сворачивать десятилетия в одно мгновение. И пока гремел парад, у экрана встретились не дедушка и внук, а два пацана. Один - тот, кем был он сам в 41, а второй - тот, кем тогда был я. Парад оказался своего рода порталом. В его глазах я видел гордость за страну и гордость того паренька, который когда-то не подвел, выдержал и вырастил свой хлеб. Даже сейчас мне хотелось бы этой стойкости. Надеюсь я его не подвел.
Я очень люблю тебя, дедуль. Спасибо. Надеюсь, мы когда-нибудь встретимся. Скучаю.
ПОСТПРОЕКТ
https://youtu.be/Nq-RpEXPwzI?si=P3IalRB4Od1bovrC
Если нет возможности смотреть ютуб на андроиде, то пишите в личку или в сообщения каналу. Помогу. Там все максимально просто.
Книга Судей - это вообще сборник самых мрачных и странных историй Писания. Израильтяне в очередной раз «сделали злое пред очами Господа», за что попали под власть моавитского царя Еглона. Спустя восемнадцать лет унизительной дани они наконец вопиют к Богу и Тот посылает избавителя. Имя ему Аод и он левша.
Казалось бы, деталь незначительная. Левша и левша. Но именно она (рука) станет ключом к дальнейшим событиям. В древнем мире левая рука считалась «нечистой», ей не ели, не приветствовали, не совершали ритуалов. Оружие носили у левого бедра, чтобы выхватывать правой. Аод, будучи левшой, мог спрятать кинжал у правого бедра, там, где охрана обыскивать не станет. Он изготавливает короткий обоюдоострый меч длиной в локоть и отправляется к Еглону с ежегодной данью. После официальной части просит аудиенции наедине, якобы имеет тайное слово от Бога. Еглон, человек тучный до необъятности, заинтригован. Он отпускает свиту и остается с Аодом в верхней прохладной комнате. Аод говорит: «У меня до тебя слово Божие». Царь встает с трона. Аод левой рукой выхватывает кинжал с правого бедра и вонзает его в живот Еглону. С такой силой, что рукоять уходит внутрь, а лезвие выходит сзади. Тучное тело смыкается над оружием. Аод оставляет кинжал внутри и выбирается наружу, заперев двери. Когда слуги наконец взламывают комнату, их царь был уже мертв.
Эта история шокирует своей физиологической откровенностью и полным отсутствием моральных комментариев. Библия не оправдывает и не осуждает Аода. Она просто показывает, что вот есть человек, вот его оружие, вот политическое убийство, ставшее поворотным моментом для целого народа. Никакого чуда, только хладнокровный расчет, знание слабых мест врага и готовность действовать не с той стороны, откуда ждут.
Кстати, о леворукости. Из двадцати тысяч воинов колена Вениаминова семьсот были левшами и умели метать камни из пращи, не промахиваясь «в волос». Возможно, эта деталь передавалась в роду как особый дар и стала инструментом Божьего промысла там, где обычная военная логика не работала.
Казалось бы, деталь незначительная. Левша и левша. Но именно она (рука) станет ключом к дальнейшим событиям. В древнем мире левая рука считалась «нечистой», ей не ели, не приветствовали, не совершали ритуалов. Оружие носили у левого бедра, чтобы выхватывать правой. Аод, будучи левшой, мог спрятать кинжал у правого бедра, там, где охрана обыскивать не станет. Он изготавливает короткий обоюдоострый меч длиной в локоть и отправляется к Еглону с ежегодной данью. После официальной части просит аудиенции наедине, якобы имеет тайное слово от Бога. Еглон, человек тучный до необъятности, заинтригован. Он отпускает свиту и остается с Аодом в верхней прохладной комнате. Аод говорит: «У меня до тебя слово Божие». Царь встает с трона. Аод левой рукой выхватывает кинжал с правого бедра и вонзает его в живот Еглону. С такой силой, что рукоять уходит внутрь, а лезвие выходит сзади. Тучное тело смыкается над оружием. Аод оставляет кинжал внутри и выбирается наружу, заперев двери. Когда слуги наконец взламывают комнату, их царь был уже мертв.
Эта история шокирует своей физиологической откровенностью и полным отсутствием моральных комментариев. Библия не оправдывает и не осуждает Аода. Она просто показывает, что вот есть человек, вот его оружие, вот политическое убийство, ставшее поворотным моментом для целого народа. Никакого чуда, только хладнокровный расчет, знание слабых мест врага и готовность действовать не с той стороны, откуда ждут.
Кстати, о леворукости. Из двадцати тысяч воинов колена Вениаминова семьсот были левшами и умели метать камни из пращи, не промахиваясь «в волос». Возможно, эта деталь передавалась в роду как особый дар и стала инструментом Божьего промысла там, где обычная военная логика не работала.
Патриарх Александрийский в 28 лет. Человек, которого четыре императора ссылали пять раз, а он все равно умер на своей кафедре. 45 лет епископства, из них 17 в изгнании. Враги при дворе шили ему колдовство, убийство и госизмену. Созывали соборы, чтобы низложить. Императоры лично требовали убрать его. В ответ - стена, потому что александрийцы просто не принимали другого епископа. Монахи в пустыне прятали его годами. Пока он сидел в ссылке, писал остроумнейшие тексты, которые расходились по всей империи и вербовали сторонников. На каждый удар у него был ответный ход. Его противники менялись, троны шатались, императоры умирали, а он всегда возвращался. В итоге ни один император так и не смог лишить его сана. Просто человек, который переиграл всех.
Просто Афанасий Великий!
Просто Афанасий Великий!
Для меня Книга Иова - это история о дерзновении. Не путайте это слово с борзостью, дерзостью или наглостью. В таком поведении нет почтения, уважения и любви. Дерзновение - это смелость быть прямым, говорить откровенно и свободно. Кто мы? Дети Божии. Разве ребенок не имеет права на такую прямоту и откровенность? Имеет. Иначе мы воспитаем зашуганного раба, неспособного на искренние отношения. Без свободного движения души любовь невозможна. Она превращается в принуждение, а принуждение - это уже не любовь. И кстати в книге видна эта разница между Иовом и его друзьями-советчиками. Да, их слова были правильными и благочестивыми, но по сути все это оказалось пустышкой. Они попытались защитить Бога от человека формулами. А получилось так, что Богу не нужны адвокаты с картонными речами, Ему нужны живые дети, которые не боятся орать, спорить и плакать Ему в лицо. В итоге омертвевшая правота друзей провалилась, а вот дерзновенная искренность Иова осталась в вечности.
Еще для меня эта книга о том, что мы никогда не видим всей картины. Да, порой мы недовольны происходящим, топаем ногами от недовольства, но далеко не все и не всегда находится в наших силах. Эта мысль меня успокаивает. Когда что-то не получается или идет совсем не так, я знаю, что Господь видит мои «слезы» и Он никогда меня не бросит. Никогда.
А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. (Иов 19:25-26)
#мысли
Еще для меня эта книга о том, что мы никогда не видим всей картины. Да, порой мы недовольны происходящим, топаем ногами от недовольства, но далеко не все и не всегда находится в наших силах. Эта мысль меня успокаивает. Когда что-то не получается или идет совсем не так, я знаю, что Господь видит мои «слезы» и Он никогда меня не бросит. Никогда.
А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию, и я во плоти моей узрю Бога. (Иов 19:25-26)
#мысли
Любые праздники заканчиваются, какими бы они ни были. Заканчивается и само переживание радости. Затем календарный круг замыкается и возвращает нас к обычному течению дней. Сегодня, в день Отдания, в последний раз в этом году звучат пасхальные песнопения, священники снимают красные облачения, и кажется, будто все мы с чем-то прощаемся. Прощание - это ведь всегда точка. Но мы же христиане (не от мира сего) и для нас смысл и механика Отдания Пасхи совершенно другой.
Христос воскрес не на сорок дней, а навсегда. Сорокадневное празднование приучает нас к этому факту, чтобы потом мы унесли его в свои будни. После Отдания радость перестает быть исключительным ликованием на богослужениях и становится светом, который просвечивает сквозь усталость, сквозь заботы, сквозь потери, сквозь ВСЕ. С Воскресением связана надежда на то, что ни одна человеческая боль не лишена смысла и ни одна смерть не окончательна. Для меня жить в свете Пасхи - это значит помнить об этом всегда. Эта память - настоящий след вечности! И он остается в том, как мы любим, прощаем и ждем.
Конечно, Отдание не отменяет праздник. Оно возвращает всех нас к нему изнутри всякого прожитого часа, чтобы пасхальное «Христос Воскресе» стало частью нас, а не только привычным или формальным возгласом.
Христос воскрес не на сорок дней, а навсегда. Сорокадневное празднование приучает нас к этому факту, чтобы потом мы унесли его в свои будни. После Отдания радость перестает быть исключительным ликованием на богослужениях и становится светом, который просвечивает сквозь усталость, сквозь заботы, сквозь потери, сквозь ВСЕ. С Воскресением связана надежда на то, что ни одна человеческая боль не лишена смысла и ни одна смерть не окончательна. Для меня жить в свете Пасхи - это значит помнить об этом всегда. Эта память - настоящий след вечности! И он остается в том, как мы любим, прощаем и ждем.
Конечно, Отдание не отменяет праздник. Оно возвращает всех нас к нему изнутри всякого прожитого часа, чтобы пасхальное «Христос Воскресе» стало частью нас, а не только привычным или формальным возгласом.