Философия Делеза — это не последовательный набор тезисов, но скорее новая картография мысли, и в центре этой карты находится Ницше. Именно книги о нем привлекли к молодому философу внимание Мишеля Фуко и впоследствии принесли ему широкую известность.

Вторая статья из цткла о Делёзе исследователя современной философии Максимилиана Неаполитанского — о том, как девять лет аскезы дали начало идеям прославленного французского интеллектуала.

https://knife.media/mapping-deleuze/

Amazon отказался эвакуировать своих работников от торнадо, что привело к их гибели.

В минувшие выходные в американском штате Иллинойс 6 человек погибли и 1 получил ранения после того, как ураган обрушился на склад Amazon недалеко от Сент-Луиса.

Есть свидетельства того, что компания заставляла своих работников продолжать работу, несмотря на опасность надвигающегося торнадо.

Ларри Вирден, один из рабочих, за некоторое время до смерти отправил своей девушке смс: "Amazon не позволит нам уйти".

Торнадо сорвал крышу склада, и здание обвалилось.

В пятницу (17.12.2021) в 20:00 наш редактор Макс Наймарк выступит с лекцией «Мерцающая имманентность: Жиль Делёз и онтология онтологий» в лектории Сигнум.

Лекция доступна по предварительной регистрации:
https://signum.timepad.ru/event/1875723/

В 1781 г. Кант пишет своему читателю Маркусу Герцу, что «Критика чистого разума» — это своего рода подступы к «метафизике метафизики». Иными словами, Кант в горизонте своей мысли держит задачу построения метаонтологии. Однако проект Канта по построению метаонтологии, которая выступает пролегоменами ко всякой будущей метафизики, остался незавершенным. Последующие попытки Гегеля, Гуссерля и Хайдеггера также столкнулись с трудностью построения подобной «метафизики метафизик», поскольку их онтологии располагались на уровне «локальных» онтологий, не допускающих сосуществование различных метафизик.

Констатация существования различных онтологий позволяет поставить вопрос об их онтическом и онтологическом статусах, что влечет за собой справедливое указание на проблематичность самой операции классификации — классификация онтологий сама по себе осуществляется с позиции «локальной» онтологии. Каким образом становится возможным осуществлять высокопорядковую классификацию, избегая перформативного противоречия и дурной бесконечности, которые связаны с исключением из рассмотрения факта существования иных онтологий? Каков онтологический статус множества всех множеств онтологий и того, о чем эти онтологии сказываются?

Предложенная Делезом стратегия осмысления философии посредством рефлексивно-рекурсивной операции построения концепта «концепта» и плана имманентности предрасполагает к поискам сосуществования всех возможных онтологий.

В рамках предложенной лекции мы более подробно остановимся на поздних работах Делеза, обратимся к теме фрактальности плана имманентности, а также рассмотрим вопрос о множестве всех множеств в контексте онтологии онтологий.

Солидаризируемся. Технологии политически нейтральны и их использование и выработка демократических решений зависит от понимания внутренних её операций и равного политического представительства и представления искусственных интеллектов, биологического и технологического.

Иногда я разговариваю с юными "критиками технологии" об их работе. Иногда они сами просят у меня совета, иногда я даю его из своей невыносимой любви учить людей жить.

Я всё время натыкаюсь на рассуждения в духе "Эта технология обижает людей вот так и так". Такими приятно обмениваться в разговорах, где люди с помощью критики себя позиционируют. "Мне не нравятся NFT, Путин и смартфоны". "Мне не нравятся мясо, углерод, необразованные массы и необходимость работать, чтобы выжить". "Мне не нравятся капитализм, одиночество и не обращающие на меня внимание желанные половые партнеры". Ну, окей. Мы на одной волне.

Но когда это обращено в публичное пространство, а хуже того – адресовано работникам технологического труда, это похоже мне на вот эту мерзкую привычку, когда кто-то моет пол, тыкать куда-то и говорить – "Вот, ты пропустила пятнышко". Обычно это не просто бессмысленно, но и попросту оскорбительно. Это самое буржуазное, контр-революционное занятие, которым так увлекаются иногда "критики".

Технология это не магическое заклинание. Любая технология это компромисс, обмен одного на другое. Как у первого знаменитого инженера – "обмен силы на расстояние". Как правило, этот компромисс доведен до предела своей эффективности, или активно до него доводится. Пропущенные пятнышки – недочет не забывчивых программистов, а фундаментальные ограничения процесса принятия решений, которые невозможно поменять, не поняв их суть и причины. Ну и стоит понимать, что в принципе об индивидуальной ответственности на том масштабе, на котором в мире производят технологию, речи быть вообще не может.

Чтобы понять компромисс, нужно понять тот неразрешимый конфликт, для частичного разрешения которого он служит. Это может быть фундаментальный классовый конфликт. Но часто это может быть и конфликт поменьше, который можно было бы и забыть в лучшем мире, но в ближайшее время он неразрешим. Скажем, разные локальные политические конфликты, проблемы институциональной организации, или временные странные экономические ситуации. Эти причины, обычно, не так уж и сложно понять – хотя бы примерно. Зачастую надо просто поговорить с людьми и спросить о причинах их решений.

Задача теоретика – найти слова, концепты, с помощью которых этот конфликт можно будет понять и объяснить с обоих сторон. Потому что обе стороны говорят об этих конфликтах, часто разными словами, не понимая друг друга вообще. Часто они их видят как чистое насилие с противоположной стороны, или природные ограничения. Если найти этот "общий язык", который был бы действительно понятен обоим сторонам, то полученные концепты войдут в обсуждения, в дискурс; даже в учебники, в правила, гайдлайны и законы. Никакие гайдлайны не составишь без хороших понятий. Если хотя бы суметь назвать неразрешимый конфликт так, чтобы обе стороны его поняли, то самый главный шаг к поискам лучших компромиссов будет сделан. Иногда можно даже надеяться на том, что стороны проявят не-бессмысленную заботу друг о друге. Ну и сами теоретические тексты становятся куда интереснее – в них появляется драма.

Например, лишь года три назад слово "Труд" впервые стало использоваться в обсуждениях Искусственного интеллекта. И теперь мы не можем перестать уже слышать о том, как там и сям в искусственном интеллекте труд. Это используется и слева (чтобы критиковать технологический бизнес), и справа (чтобы всем объяснить, что это не алгоритмы расисты, а люди). В любом случае, это понятие сильно обогатило дискурс об ИИ, и высветило, никак, конечно, не разрешив, принципиальные конфликты. Это слово было введено стараниями теоретиков типа Кейт Кроуфорд, чья задача была не показать всем, что Амазон = плохо, а найти слова для объяснения того, что вообще происходит.

А тыкать работников в пятнышки – это задача буржуазных хамов, которые ни на эволюцию, ни на революцию не будут способны никогда.

Одна из моих любимых газет про критику технологии изнутри – LOGIC MAG. https://logicmag.io/ . Очень советую. Мой любимый номер был про Китай и местные технологии слежки https://logicmag.io/china/

Это в тему к последнему посту, для примеров. А то получаю комментарии вроде "критиковать технологию вдумчиво нет смысло, все равно ничего никто никогда не исправит и даже диалога не будет".

Хотя ведь диалоги есть, и что-то исправляют, законы принимают, организуют людей и придумывают им адекватные требования и т.д. И компаниям тоже довольно важно как-то нормально существовать, у них нет цели на 100% быть "за добро", но проблемы им решать надо, поэтому там люди читают – про критику ИИ, модерации, нарушений приватности и тд. И даже если этого всего вам мало и вы хотите революции, без хорошего концептуального аппарата и после нее все будет по-старому.

Лучший западный подкаст по современной радикальной философии Acid Horizon выпустил выпуск про эссе из «Машинного эроса», сборника произведений Феликса Гваттари и его интервью во время поездки философа в рамках культурного обмена в Японию. В подкасте исследуется понятия машинной ценности и машинного порабощения, а также общества контроля и энтузиазм Гваттари по отношению к Движению за свободное радио. Подкастеры также рассмотрели некоторые разговоры Гваттари с фигурами японского авангарда, такими как танцор и художник-перформанс Мин Танака, и проанализировали обращения Гваттари к ушедшим образам японской архитектуры, которые с тех пор испарились в потоках капиталистических желаний.

https://open.spotify.com/episode/4PkfxRhUg653ZzDxS6v1qo

Когда искусство даёт образы достижимых утопий

Анимационная студия The Line создала экотехнологичный рекламный ролик, набравший популярность в среде левого ютуба. Показанная эстетика (спайка экологичных и работающих в тандеме с природой технологий, акцент на утопичной и аффирмативной политике) является эстетикой соларпанка (вспоминаем тексты наших коллег из taste the waste), вобравший в себя литературу, музыку, мемы и аниме и представляющий сценарии о лучшем будущем, которое мы можем себе вообразить.

«Частично идеи соларпанка вдохновлены трудами социального критика Мюррея Букчина и разработанной им социальной экологии. Букчин считал, что невозможно улучшить состояние окружающей среды, не изменив социальный организм. В одном из своих эссе — «К освободительным технологиям» — он рассуждает об утопических и революционных проектах, которые возможны благодаря развитию технологий, и указывает, что существующая технология не освободила, как ожидалось, а принудила человека к еще большему объему труда. В противовес такому раскладу Букчин представляет «технологию для жизни» как вспомогательный инструмент творческой самореализации человека и минимизации «неблагодарного» труда».

Будем надеется, что идеи экостабильных технологий и эстетика не корпоративной антиутопии киберпанка, но утопии коммунитарного и демократического человечества в итоге одержат верх.

В издательстве института Гайдара вышла книга социальной исследовательницы технологий Шошаны Зубофф "Эпоха надзорного капитализма. Битва за человеческое будущее на новых рубежах власти", которая описывает и объясняет причины возникновения феномена, который она называет «надзорным капитализмом». Ставки как никогда высоки: глобальная архитектура модификации поведения угрожает сделать с человеческой природой в XXI веке то же, что промышленный капитализм сделал с окружающей средой в XX веке.

Зубофф показывает последствия распространения надзорного капитализма из Кремниевой долины во все сектора экономики. Необычайное богатство и власть накапливаются на новых «рынках поведенческих фьючерсов», где делаются и продаются предсказания относительно нашего поведения и где производство товаров и услуг подчинено новым «средствам модификации поведения».


«Центральный тезис Зубофф: новым фронтиром капитализма оказалась цифровизация всех элементов человеческого опыта. Государства, такие как Китай и Россия, научились использовать те же технологии для укрепления диктатуры».

Судя по её последним статьям, она критикует не саму цифровизацию, а именно капиталистическую апроприацию данных и цифровой контроль. Она ближе к акселерационистским авторам типа Венди Лью с её «Отменить силиконовую долину».

https://vc.ru/books/203887-era-nadzornogo-kapitalizma-klyuchevye-idei-knigi-shoshany-zuboff

Отличная рецензия на новую книгу одного из главных акселерационистов современности Армена Аванесяна «Маймификация».

Я прочитал «Майамификацию» Армена Аванесяна, и остаюсь в замешательстве. Как нужно относиться к этой книге? Чем она является? Да, это определенная попытка создать текст, не привязывая себя к дедлайнам и контрактам с издательствам, свободное формообразование, отвлеченное от какого-либо смысла. Но с другой стороны, это не более чем набор заметок, немножко (трогательно) путаных размышлений, многие из которых для меня не представляют (сегодня) самостоятельного интереса.
Аванесян в 2016 внезапно летит в Майами на двухнедельную арт-резиденцию, и использует этот внезапный промежуток между занятостями, чтобы писать заметки обо всем для себя важном. Все вертится вокруг основной (насколько я могу судить) для философа темы будущего и перемен в «посткапиталистической» темпоральности, которая характеризуется фокусом на этом самом будущем. Армен пишет про алгоритмы, пишет про климатические изменения, пишет про деривативы и Uber. Но есть вопрос: тот ли это текст Аванесяна, который должен быть переведен в 2021 году?

Это не критика «Майамификации» Аванесяна. Книжка чудесно написана и дополнена восхитительными иллюстрациями Андреаса Тёпфера. Она представляет собой прекрасный образец дневника, который написан в состоянии ненапряжности, написан для себя в той же степени, в какой для «хайпа». Это хороший эксперимент в области письма, которым стоит вдохновляться. И «Майамификация», я полагаю, органично встраивается в корпус написанных иным образом книг философа, который всю свою философскую жизнь занимается расширением пространства, в котором эта самая жизнь проходит.
Но нам неизвестен этот контекст! У нас переведено всего две другие книги Аванесяна. Точно ли книга-хайп (причем, являющаяся в определенной степени артефактом предтрамповской эпохи, переносимым ли в сегодня?) без какого-либо издательского комментария об авторе — это то, что стоило перевести? Почему не переведена Metanoia? Или Accelerationist reader?

Вопрошание касается не только Аванесяна и не только конкретного издательства — встреча с ними просто доформировала мои мысли достаточно, чтобы все же написать их. Как будто бы мы имеем дело со странной ситуацией в современной переводческой деятельности. Переводятся популярные на Западе авторы, но переводятся их книги, рассчитанные на условно широкую аудиторию. Это те тексты, которые выходят за грань «академичности», пользуясь языком искусства, научной фантастики и автофикшена.
Из всей Донны Харауэй в последнее время переведена очень странная и очень красивая «Оставаясь со смутой» (а не, к примеру, Primate visions). Перевод «Постчеловека» Рози Брайдотти — это прекрасное событие, и можно только радоваться, что теперь тема постгуманизма знакома у нас чуть лучше, но одновременно можно расстраиваться, что другие тексты Рози неизвестны (и эти тексты, возможно, более значимы именно как тексты Рози). Классно, что у нас есть перевод «Что нам делать с нашим мозгом?» Малабу, но у нас нет переводов прекрасных и ценных для современной философии других книг. Наконец, из всех спекулятивных реалистов переводят в первую очередь Хармана, который больше всех заигрывает с миром искусства и хорошо может в пафос («Новая теория всего»). В итоге Иэн Хамильтон Грант и Рэй Брассье, очень интересные авторы, известны гораздо хуже — и в первую очередь через критический взгляд на них от того же Хармана.

Очень сложно возмущаться по этому поводу. Тем самым я себя ставлю в некоторую снобистскую позицию, как бы говоря, что нам нужны сложные разламывающие голову тексты, доступные только людям после n лет философского образования. Я, конечно же, не об этом. Но такой перекос у издательств, которые вообще занимаются переводом современной философии, несколько удручает. С одной стороны, философы, не могущие в данный момент достаточно читать не на русском, теряют доступ к современным исследованиям. С другой, то, к чему мы получаем доступ, может оказаться поверхностным (в том числе для людей вне академии), создавая неприятное впечатление поверхностности и от современной философии в принципе.

Я еще раз повторюсь, что получил огромное удовольствие от чтения текста Аванесяна. И я рекомендую его тем, кому интересны какие-то прикольные штуки про современность, но кто не очень много с ними сталкивался до этого. Да и просто всем, кто хочет почитать достаточно умный текст, необремененный необходимостью высоколобого стиля.

А еще я хочу посоветовать несколько книг, о которых мне напомнила «Майамификация» и которые раскрывают какие-то темы в ней гораздо полнее:
1) «Метафизика сегодня» — книга Аванесяна, изданная V-A-C. В ней он берет основные метафизические концепты и показывает, как эти концепты по прежнему имеют жизнь (с несколько новым наполнением) в современном мире.
2) «Эпоха надзорного капитализма» — громадная книга Шошаны Зубофф, анализирующая трансформацию капитализма и тоталитарного управления в алгоритмическом XXI веке. Аванесян пишет и о надзорном капитализме тоже. Совсем недавно переведена на русский.
3) «Изобретая будущее» Срничека и Уильямса, поскольку акселерационизм (и будущее) — важная тема для Аванесяна.

Ещё из значимых событий в этом году: редактор post/work Михаил Федорченко вместе с другими аспирантами Европейского университета написал ответ на «письмо инопланетянину» антифаллагоцентричного философа Поля Пресьядо, где тот писал философскую челобитную трансцедентальной сущности за пределами погибающей в горниле политических и экологических катастроф Земли. Наши философы с такой позицией не согласны категорически.

На русском наш ответ можно прочитать здесь.

​​Итоги 2021 года по версии Post/work

Второй год пандемии нагляднее всего показал двоякую структуру и природу социально-политического, карантинного и культурного ландшафта как в России, таки в мире. Больше не будет, как прежде.

Январские протесты, инагенты и патриархальные группировки прошлись по телу российских угнетённых кроваво-красными арабесками, закрытые границы, ультраправые администрации в странах Севера и исламские фундаменталисты в Афганистане, запреты на собрания и новая эра цифрового корпоративного метавселенского гегемона нависают над эгалитарными, инклюзивными, левыми мечтами и проектами во всём мире. Тем сильнее разгораются огоньки дигатального сопротивления, пост/антиколониальной борьбы против финансовых и силовых империализмов, непрекращающиихся войн, капиталистической апроприация освободительных движений и лозунгов, полицейского насилия.

2021 год стал новой точкой невозврата, но каждая ситуация реакции рождает потенцию и возможность для новых возможностей, новых радикальных практик освобождения и политики утопий. Победа левых на выборах в Чили, думская кампания Лобанова и всё расширяющийся фронт художественного и цифрового левого движения даёт окно возможностей в новых технологиях, их посткапиталистическому и антиавторитарному использованию. И хоть будущее кажется мрачным, важно осознавать, что мы находимся не в конце пути, но в его середине.

✨В завершении года сделали топ книг, которые вышли в этом году и запали в сердце редакции. Советуем к прочтению!
Часть 1.

1 Родина, Оксана Тимофеева.
Что делать когда твоя родина рискует перестать быть твоей? Что делать с местами, в которых ты жил и которые вынужден был покинуть? Как можно "прорастать" в месте делая его своим? Оксана Тимофеева возвращается в три города детства, для того чтобы путешествуя по островкам памяти обнаружить бывшие места как родные используя метафору растения Аристотеля и становления Делеза и Гваттари. Описание книги - тут.

2 Перекрестная биография Делёза и Гваттари Франсуа Досса - пока лучшая книга-биография о двух важнейших философов конца 20 века. Описание - тут.

3 Постчеловек Роззи Брайдотти - книга известной кибер и ксено-феминистки, повествующая о постчеловеческом состоянии, постсекулярности, универсальном человеке, танатополитике и многих других темах, связанных с состоянием постчеловечности. Обзорные статьи можно посмотреть тут и тут.

4 Нестандартные исчисления. Том 3, Ник Ланд. В нем можно найти личные эксперименты Ланда с нестандартными письменностями и исчислениями, а также истоки ГИКК и их гипервереального «двойника», Клуба Ктулху . Отрывок текста можно прочитать тут.

✨Книги года по версии редакции. Часть 2.

5 Магический марксизм. Субверсивная политика и воображение, Энди Мерифилда. Автор выступает за пересмотр марксизма и его потенциала, применяя к нему новые подходы для изобретения марксизма ХХI века.

6 Будущее. Принципы и практики созидания, Ника Монтфорта. Автор говорит о «практиках создания будущего» через то, каким образом связаны между собой видение будущего и развитие технологий, выводя правила, руководствуясь которыми можно влиять на то, что ждет нас впереди.

7 Время и собака, Марии Риты Кель. Бразильский психоаналитик лакановской ориентации показывает как императивы ускорения, наслаждения творческой самореализации и счастливой жизни влияют на депрессию. В книге анализируется различие депрессии и меланхолии, Кель говорит о старых подходах в психоанализе и в результате перезаписывает понятие депрессивного субъекта современности.

8 Призраки моей жизни. Тексты о депрессии, хонтологии и утраченном будущем, Марка Фишера. Сборник статей о музыке известного культуролога и философа, пронизанные критическим подходом к музыке разных десятилетий, смешанные с хонтологией Деррида, культурной ностальгией по несвершившемуся будущему и проблемой связи личного и политического.

Отчёт и планы Post/work на 2022 год

Этот год для нашего самиздата был крайне насыщенным:

- в апреле мы на конференции "Векторы" в Шанинке собрали огромное количество сторонников (и противников) производства будущего на секции (Не)изобретенное будущее: опыты посредничества мышления после человека и капитала, и делаем номер журнала Stasis с привлечением ведущих акселерационистов России и из-за рубежа.

- редакция post/work совместно с taste the waste летом участвовала в проведении конференции и крипторейва "Думай как лес"

- мы перевели тексты Юка Хуэя и Эдуарду Вивейруша де Кастру ("К стратегическому примитивизму"), Освалда де Андраде ("Антропофагический манифест"), опубликовали тизер-перевод Аарона Бенанава "Мир без работы?".

- поучаствовали с докладами про посттруд, Срничека и Симондона на конференции «Действие, труд, творчество» в Европейском Университете и про метавселенные, кибертеорию и машинные онтологии Ф. Гваттари на «Философии в XXI веке: новые стратегии философского поиска» в МГУ.

- дважды публиковались в журналах Эгалите и OTSTOINIK с текстами про левый акселерационизм в Mass Effect, антропофагию, акселерацию гендера и фрактальную онтологию.

2022 год объявляем годом Гваттари: совместно с ведущими исследователями и специалистами по мысли Ф. Гваттари летом запланирована большая конференция с привлечением переводчиков и машинных онтологов, по результатам которой планируется издать номер Логоса.

Так что на философском горизонте нас ждёт много интересного.

Так же в этом году наш редактор Михаил Федорченко так же поучаствовал в записи подкаста проекта по изучению до-современной, современной, пост-современной и асовременной культуры Als ob, в котором он поговорил об акселерационистской критикой современного капитализма, ресурсе Post/work, кибертеории и политических стратегиях технологического и культурного ускорения.