II

III

черноречивое молчание в работе

IV

Мандельштам
Рисунок С. Рудакова, Воронеж, 1935

Буду сегодня тут читать, если вдруг - приходите.

Мне нравится эта картина незастенчивостью и неприкрытостью своей утопии, и одновременно с этим ее декоративностью, открытой театральностью, даже иронической расшатанностью. Перспектива смещена, как бы повернута к нам боком; элементы относятся друг к другу как лишние или слишком, намеренно, искусственно (или - вслед за воображением) встроенные: кусок античного портика, символический пастух, потерявший овцу, акведук вдалеке, пасущиеся животные… оно все живет своей жизнью, которая подана как заведомо невозможная - как странные декорации сновидения, и прекрасные, и тревожные - в которые можно, хочется, только поверить, отдавшись болезненному и чудесному осознанному сну - ведь он вот-вот (никогда не) закончится (и есть реальность)?


Клод Лоррен, Полдень (Отдых на пути в Египет).

В метро

В ближайший вторник состоится небезынтересное мероприятие, в котором я, возможно, буду немного участвовать. Приходите, если будет возможность

Ссылка на регистрацию: https://poetlib.timepad.ru/event/2577723/

Андрей Тавров очень любил эту картину, и для меня она и внутренне, и внешне как-то связана с ним самим; возможно, один из посылов ее - тихая весть о том, что «великий Пан» не умер, тихая, случайная встреча с ним, о которой не расскажешь, но о которой будешь всю жизнь потом помнить.