Визуал заслужил всю возможную похвалу: оператора, художников по костюмам, монтаж, саундтрек Дэниела Харта и звуковой дизайн называют безупречными на «сенсорном уровне». Сильнее всего фильм работает, по мнению рецензентов, в сценах, где героини Энн Хэтэуэй и Микейлы Коул находятся на экране вдвоём. Многие издания характеризуют фильм как «поп-готический», «опьяняюще странный» и «колючий». Это явно не массовый формат для широкой аудитории, но меткое попадание для любителей мрачной и стильной драмы.

Негативных отзывов много, и они довольно резкие. The Hollywood Reporter написал, что Хэтэуэй и Коул «поднимают шум из ничего в пустой фантасмагории о творческом горении». Variety назвал картину «оглушительно претенциозной фантазией», а финал описал как «почти полностью бессвязный», сравнив фильм с «фильмом об экзорцизме, где дьявол — кусок ткани». ScreenRant указал, что метафоры начинают жить собственной жизнью, и к финалу трудно понять, что именно фильм пытается сказать. Общий итог разных рецензентов — визуальная красота вытесняет смысл, и зритель остаётся с ощущением пустоты.

В общем зрители приняли фильм теплее, чем критики. Но при этом многие пожаловались на финальную треть: переход от реалистичной камерной драмы к абстрактной символике сбивает с толку и даже противоречит тому, что показывали раньше.