🗳 Электоральный сентябрь

Новый расклад сил в Швеции, реванш исламистов в Марокко и спор о границах европейского нейтралитета — «Полилог. Экспертиза» представляет обзор ключевых электоральных событий сентября.

🇸🇪 Реванш социал-демократов. 13 сентября шведы изберут 349 депутатов Риксдага. Основная борьба развернётся между правым блоком премьера Ульфа Кристерссона и «красно-зелёной» оппозицией Магдалены Андерссон, которая пока лидирует в опросах. Слабое место правительства — Либеральная партия: её непрохождение в парламент может лишить правых большинства. Победа оппозиции тоже не гарантирует устойчивого кабинета, поскольку социал-демократам придётся искать баланс между центристами, левыми и зелёными. Таким образом, преимущество Андерссон в опросах пока скорее открывает ей путь к возвращению во власть, чем гарантирует его.

🇷🇺 Легитимация транзита. 18 сентября в Южной Осетии пройдут досрочные президентские выборы после отставки Алана Гаглоева. Фаворитом среди четырёх кандидатов считается и. о. президента Марат Камболов, получивший поддержку значительной части политической элиты. Отношения с Москвой практически не являются предметом электоральной конкуренции, а борьба сосредоточена на внутренних вопросах и расстановке сил. Для Камболова кампания становится прежде всего способом превратить фактическое руководство республикой в полноценный политический мандат.

🇲🇦 Реванш исламистов. 23 сентября марокканцы сформируют 395-местную Палату представителей. За лидерство вновь поборются три партии правящей коалиции — RNI, PAM и «Истикляль». Вернуться в большую политику рассчитывает исламистская Партия справедливости и развития (PJD), чья фракция после десятилетия у власти в 2021 году сократилась со 125 до 13 депутатов. Даже частичное восстановление позиций PJD вернёт исламистов в число значимых игроков и осложнит сложившийся после 2021 года баланс сил.

🇸🇹 Выборы после раскола. 27 сентября Сан-Томе и Принсипи изберёт 55 депутатов Национальной ассамблеи на фоне раскола прежде доминировавшего «Независимого демократического действия» (ADI). После потери партией девяти депутатов и смены руководства бывший премьер Патрис Тровоада призвал сторонников бойкотировать голосование. В этих условиях явка превращается в самостоятельный политический показатель — и поддержки нового партийного руководства, и сохраняющегося влияния Тровоады.

🇨🇭 Границы нейтралитета. 27 сентября швейцарцы решат, следует ли закрепить в Конституции постоянный вооружённый нейтралитет, ограничить сотрудничество с военными альянсами и присоединение к санкциям против воюющих государств. Пока противники инициативы лидируют — 54% против 42%. Её принятие может ограничить участие Берна в санкциях ЕС, в том числе против России, и сотрудничество с НАТО. Спор поэтому выходит за рамки юридического определения нейтралитета и касается того, насколько Швейцария готова политически сближаться с западными партнёрами, сохраняя особый внешнеполитический статус.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🇸🇦 Без американского зонтика

Востоковед Роман Аварский — о том, почему военное превосходство не гарантирует Саудовской Аравии победу над хуситами, как отказ США от ведущей роли может изменить стратегию Эр-Рияда и зачем королевство ищет новых партнёров в Анкаре и Исламабаде:

Саудовская Аравия сегодня располагает значительно большими возможностями для противостояния хуситам, чем в начале предыдущей кампании в Йемене. За прошедшие годы Эр-Рияд существенно усилил противоракетную и противовоздушную оборону, накопил опыт борьбы с ракетами и беспилотниками и повысил защищённость критической инфраструктуры, прежде всего нефтяных объектов. Однако опыт предыдущей войны показывает, что технологическое и авиационное превосходство само по себе не гарантирует стратегической победы. Несмотря на превосходство саудовской коалиции в вооружениях, хуситы сохранили боеспособность и возможность наносить удары по территории королевства, постепенно превратив конфликт в затяжную войну на истощение.

Именно поэтому возвращение Саудовской Аравии к полномасштабной наземной операции представляется маловероятным. В Эр-Рияде хорошо помнят цену предыдущей кампании и вряд ли захотят повторять прежние ошибки. Более реалистичный сценарий — ограниченные удары по военной инфраструктуре хуситов в сочетании с поддержкой противостоящих им сил внутри Йемена. Финансовыми ресурсами для такой кампании королевство располагает, однако политического интереса к новой многолетней войне у него значительно меньше. Тем более что сейчас приоритетом для Эр-Рияда остаётся Vision 2030 и требующая огромных вложений экономическая трансформация страны.

Возможный отказ США непосредственно возглавить новую кампанию при этом станет для саудитов важным сигналом. Вашингтон остаётся ключевым партнёром Эр-Рияда в сфере вооружений и безопасности, однако постепенно меняется сама логика саудовской внешней политики. Королевство стремится снизить зависимость от американского военно-политического зонтика и диверсифицировать связи в сфере безопасности. В этом контексте особое значение приобретает развитие отношений с Турцией и Пакистаном. Формирование новых оборонных механизмов с их участием показывает стремление Эр-Рияда дополнить традиционное партнёрство с США другими инструментами сдерживания.

Особый интерес представляет Турция. Анкара вряд ли станет непосредственно участвовать в боевых действиях против хуситов, однако она способна предложить Саудовской Аравии беспилотные системы, средства ПВО, другие вооружения и технологии, а также расширить совместное оборонное производство. Поэтому сближение Эр-Рияда и Анкары следует рассматривать не только в контексте возможного обострения в Йемене, но и как часть более широкой стратегии Саудовской Аравии по формированию более автономной и диверсифицированной архитектуры безопасности.

При этом фундаментальная проблема для Эр-Рияда остаётся прежней: хуситы представляют собой противника, которого крайне сложно принудить к капитуляции исключительно ударами с воздуха. Саудовская Аравия способна существенно повысить для них цену дальнейшей эскалации, ограничить их военные возможности и нанести серьёзный ущерб инфраструктуре, однако добиться окончательной военной победы значительно сложнее. Поэтому наиболее вероятной стратегией Эр-Рияда представляется сочетание ограниченного военного давления, поддержки союзных сил внутри Йемена и дипломатических инструментов — без возвращения к модели полномасштабной кампании прошлого десятилетия.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🧠 Политик как психотерапевт

Запрос общества к политикам меняется вместе с эмоциональным состоянием людей. О том, какую роль сегодня приходится брать на себя политикам, в подкасте «Наши слоны» рассказал социальный психолог, социолог, директор по политическому анализу ИНСОМАР Виктор Потуремский:

Растет запрос на психологическую компетентность. Не просто на эмпатию, не просто на искренность, а на то, чтобы делать то, что называется эмоциональным трудом. То есть выражать поддержку, быть вместе с людьми. Это очень серьезный вызов. С учетом того, что у нас сейчас в обществе зашкаливает тревожность, если обратиться к этим цифрам: около 40% взрослого населения в последнее время называют тревогу своей основной эмоцией. При таких показателях такого политика можно называть не психологом, а психотерапевтом.

Работа с эмоциями людей — важная часть публичной политики, наряду с умением формулировать позицию, принимать решения и объяснять их обществу.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🗳 Выборы близко

Заместитель генерального директора КГ «Полилог» по взаимодействию с органами государственной власти Никита Сетов специально для телеканала «Санкт-Петербург» прокомментировал финальный этап избирательной кампании в северной столице.

До старта голосования остается 10 дней: с 18 по 20 сентября жителям Петербурга предстоит выбрать депутатов Государственной Думы и Законодательного Собрания. Партии и кандидаты активно представляют свои предвыборные программы и участвуют в дебатах. Петербург традиционно демонстрирует высокий уровень электоральной культуры, а партиям и кандидатам важно работать на результат, чтобы заслужить доверие граждан.

Жителям нужны не однодневные участники кампании, кто будет работать только в рамках этой кампании, но и после того, как единый день голосования завершится. То есть на реальное участие может рассчитывать та партия, у которой есть профессиональная команда.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🇪🇺 Вето на вето

11 стран ЕС во главе с Германией предложили постепенно вытеснить принцип единогласия из внешней политики и перейти к голосованию квалифицированным большинством. Поводом стали многолетние блокировки санкций и пакетов помощи Украине, которые превратили национальное вето в инструмент политического торга. По сути, Берлин хочет убрать это препятствие фактической федерализацией процедуры, а общая позиция ЕС в такой системе становится обязательной и для проигравшего меньшинства.

🔃 Европейское двоевластие. Показательно, что коалиция реформаторов пока объединяет лишь 11 из 27 государств. Риторика о защите «воли остальных 26» заметно опережает реальный консенсус. Второй фронт централизации открыли Германия и Франция, предложившие перестроить Европейскую службу внешних действий. Часть её функций должна перейти Еврокомиссии, Кая Каллас получит более широкий координационный мандат, однако последнее слово сохранится за Урсулой фон дер Ляйен. Сама Каллас выступила против такой конструкции, заявив, что «если решения принимает кто-то выше меня, ничего не получится» — попытка устранить двоевластие пока не увенчалась успехом.

🔃 Замкнутый круг. За публичной перепалкой видны также два параллельных процесса: национальные столицы рискуют потерять возможность блокировать общий курс, а инструменты его реализации концентрируются внутри Еврокомиссии. Дублирование функций стало платой за наднациональную архитектуру ЕС, где Совет определяет политическую линию, ЕСВД отвечает за координацию, а торговля, миграция и оборонная промышленность находятся в руках Еврокомиссии. Быстрой отмены вето ждать преждевременно. Переход к квалифицированному большинству сам требует единогласного одобрения, поэтому противники реформы могут заблокировать механизм собственного разоружения.

🔃 Цена автономии. Словакия уже называла право вето последней гарантией национального суверенитета. Поэтому более вероятный сценарий — его постепенное размывание через «конструктивное воздержание» и расширение полномочий ЕК. Скорость принятия решений возрастёт вместе с дефицитом легитимности, поскольку несогласным странам придётся исполнять решения, которые они считают противоречащими своим интересам. Таким образом, итоги спора могут определить в том числе будущую модель всего ЕС.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

☠️ Сахельский реваншизм ☠️

В начале сентября в Конгресс США внесли двухпартийный законопроект «О партнёрстве в сфере безопасности и борьбе с терроризмом в Мали». Документ пока не предполагает отправки американских войск или предоставления дополнительной военной помощи, но администрации предложено разработать новую стратегию работы США в Сахеле, что косвенно может указывать на попытку Вашингтона вернуться в регион.

👉 Область допустимых решений. Законопроект требует оценить террористическую угрозу, разведывательные возможности США и потенциальные форматы взаимодействия со странами региона. Такая осторожность связана с отсутствием в американской администрации единого мнения. Сторонники активного курса настаивают на восстановлении влияния, при этом противники опасаются нового дорогостоящего конфликта. Поэтому Конгрессу предложено сначала сформировать политическую и правовую рамку.

👉 Слепые зоны. После вывода французских сил из Мали и американских подразделений из Нигера западные страны лишились значительной части возможностей вести наблюдение за происходящим в регионе Сахель. Различные группировки продолжают расширять зону активности, а образовавшийся вакуум заполняют новые партнёры африканских государств. Россия укрепляет военно-политическое сотрудничество с Мали, Буркина-Фасо и Нигером, как и Китай, который наращивает экономическое и инфраструктурное присутствие. Для Вашингтона тема борьбы с терроризмом в очередной раз превращается в инструмент работы с американской аудиторией — попытку объяснить присутствие в регионе, где прямое восстановление прежнего влияния практически невозможно.

👉 Безопасность и ресурсы. Разговоры о возвращении США связаны и с конкуренцией за критически важные минералы. Африка располагает крупными запасами кобальта, лития и редкоземельных металлов, необходимых для производства электроники, аккумуляторов и вооружений. Мали, к примеру, обладает значительными месторождениями золота и перспективными запасами лития. При этом Вашингтон всё чаще предлагает африканским правительствам транзакционную модель: инвестиции и дипломатическая поддержка в обмен на доступ к ресурсам.

👉 Старые ловушки. Предыдущая модель западного присутствия — обучение армий, разведывательная поддержка и контртеррористические операции — не остановила распространение радикальных группировок. Более того, сотрудничество с военными правительствами будет противоречить риторике США о защите демократии и дополнительно ослабит их «мягкую силу». Однако вытеснить Россию и Китай будет весьма непросто, поскольку государства Сахеля уже научились выбирать между несколькими внешними силами и извлекать выгоду из их конкуренции.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ

🗣 Турне по «заднему двору»

С 8 по 10 сентября госсекретарь США Марко Рубио проводит турне по Колумбии, Эквадору и Перу. В официальной программе заявлена помощь Колумбии после землетрясения, борьба с «наркотерроризмом» и развитие торговли. Значение поездки скрывается в составе собеседников Рубио, Вашингтон одновременно выходит на трёх президентов, готовых к более тесному взаимодействию с администрацией Дональда Трампа.

🔃 Консервативная дуга. В Колумбии и Перу к власти недавно пришли Абелардо де ла Эсприэлья и Кейко Фухимори, в Эквадоре курс на сближение с США продолжает Даниэль Нобоа. У трех правительств разные внутренние основания, однако их объединяют жёсткая политика безопасности и готовность расширять сотрудничество с Вашингтоном. Задача США заключается в переводе благоприятной политической конъюнктуры в систему долгосрочных соглашений. Главным инструментом становится Коалиция против картелей Америк — A3C. Она формирует инфраструктуру обмена разведданными, совместного планирования, обучения и распределения задач между участниками. Колумбия уже запросила беспилотники, радары и другую помощь для борьбы с наркоторговлей.

🔃 Экономическая база. Рубио рассчитывает ускорить торговые соглашения со всеми тремя странами. В Колумбии параллельно обсуждаются вопросы редких минералов и атомная энергетика. Безопасность в этой модели становится предлогом для экономического сотрудничества, а торговля и сырьевые цепочки закрепляют политическую ориентацию правительств. В документах A3C ограничение внешнего геополитического влияния прямо названо одной из задач коалиции. Основным экономическим конкурентом остаётся Китай, укрепившийся в портах, добывающих проектах и инфраструктуре региона. Российское присутствие уступает китайскому по масштабу и сохраняет значение прежде всего через прежние связи с Каракасом и Гаваной.

🔃 Венесуэльский фактор. После захвата Николаса Мадуро американскими спецслужбами прежняя логика изоляции Каракаса изменилась. Правительство Делси Родригес наращивает взаимодействие с Вашингтоном, а США получают ограниченный доступ к венесуэльским ресурсам. Лояльные правительства в Колумбии, Эквадоре и Перу теперь нужны для закрепления сложившейся конфигурации и снижения регионального сопротивления политике «заднего двора Америки». Вдобавок, Рубио — первый американец латиноамериканского происхождения на посту госсекретаря — вырос в кубино-американской среде Майами и последовательно выступает за жёсткую линию в отношении левых режимов региона. Поэтому латиноамериканское направление даёт ему собственный политический капитал.

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ