Думал, в каком формате сделать отходную сопливому ноябрю — и в итоге решил устроить старый добрый синглс клаб на одного.

1. ГАФТ — Больше не могу тебя любить
(«Всё равно нулю», 2021)

Об этой питерской группе я то и дело слышал лет девять (ровно столько она и существует) — но ни разу не решался послушать. Отрадно, когда есть группы, к которым даже приступать не хочешь, и соответственно не испытываешь разочарования — и когда Николай Овчинников из «Афиши» написал про новый альбом, что, мол, вот они, ранимые герои этой осени, все такие в повесточке, не поверил. А зря.

Всё у ГАФТа точно по лекалам выведенных тем же Овчинниковым «новых грустных»: исповедальные песни про кризис тридцатилетия и слабую позицию некогда «сильного» пола, из которых занимательна от силы треть (и ещё парочка раскрывается вне контекста альбомной унылой индитроники). Есть здесь песни получше, чем эта, но я бы всё-таки поставил на финал: там наконец получается то, что Вадим Самойлов в «Агате Кристи» не доделал, не довёл до конца — очень в его духе с придыханием песня о нелюбви, без кринжа всякого. Хуже, чем DenDerty; лучше, чем могло бы быть. Не думаю, что группа ГАФТ запишет что-нибудь лучше этого альбома — и остаётся порадоваться, что хоть кто-то не бессмысленно на сцене «Гаркунделя» ошивался.

Слушать альбом

___________________________

2. Иван Лужков — Я и Коля
(«Продавец облаков», 2021)

Как я и думал много лет назад (Иван перестал выпускать записи в тот момент, когда я только начинал писать о музыке), на признание лужковских заслуг уйдут годы, но рано или поздно это случится. И случилось: после отдыха длиной в несколько лет Лужков нашёл повод и способ зафиксировать десять из сотни своих комнатно свёрстанных песен в том качестве, которого они достойны. Записано всё натурально в студии натуральными аккомпанирующими музыкантами; играет базис классического рок-состава с надстройкой в виде фортепиано, флейты, сладостных бэкинг войсез и других мелочей, что не упомнишь. Как справедливо говорят редкие рецензенты, товар штучный, спустившийся к нам (невзирая на все накопленные с тех пор грехи человечества) из славных семидесятых.

Раз уж альбом Лужкова вышел в один день с «Багровым фантомасом», можно смело сказать, что такую, как у Ивана, музыку мог бы запросто делать лапенковский инженер: немного запинающуюся, ранимую, но в этой своей стеснительности очень уверенную. Здесь много вещей, которые удивят даже застарелого лужковомана, что открыв рот скачивал десяток лет назад его альбомы — а «Я и Коля» из треклиста выделяется той мечтательной гитарностью, которую я очень люблю и очень часто сравниваю с группой «Мегаполис»: просто потому, что они одни из немногих, у кого в неё в России получается. И вот теперь на один песенный пример стало больше.

Слушать альбом

________________________

3. Цимлянского — Маяк
(«XIII», 2021)

Тут должен быть дисклеймер, что выступающий под этим псевдонимом Андрей Надеждин мне друг, а ещё частичный соавтор и саунд-дизайнер моих собственных песен — и все три года дружбы я лишь делаю вид, что истина мне дороже. Но, думаю, что удалился от неё я лишь на расстояние слёз, проплаканных под его треки.

Две осени назад одна невесёлая история откликнулась в Андрее триптихом песен, который он часто играл на своих концертах; это была многочастная, перекрёстная, музыкально устроенная в духе творений Мэтта Эллиотта и Boduf Songs конструкция, которая требовала какого-то очень интимного воплощения. В итоге его и получила: на альбоме оказалась чуть ли не первая диктофонная демка. Этим траурным песням такое подвальное обрамление очень идёт — трагедия, разыгранная по памяти с листа и спетая на высоких нотах, под одну лишь гитару; к вышеперечисленным референсам-теням неизбежно добавляется ещё и Башлачёв — а в итоге всё то же высказывание о собственной беззащитности перед смертью и невзаимностью, с худшей, чем эта, попытки которого сегодняшний обзор и начинался.

Слушать альбом

Отсутствие трёхразового питания как нельзя лучше мотивирует на всякие подвиги, поэтому придумал тут кое-какой жизнеспособный (в плане творчества) формат Постмузыки на ближайшее время. Надеюсь, всё действительно будет хорошо. А пока закончу утренний дайджест новенького.

— Сегодня проект Олега Нестерова «Три степени свободы» (в рамках которого он издаёт забытую советскую киномузыку) запустил на Планете.ру краудфандинг ради выпуска винила с саундтреками Альфреда Шнитке. На стримингах релиз доступен, но почему бы не помочь: больше форматов, красивых и разных — тем более копейка пойдёт, насколько я понимаю, и на будущее проекта.

— Питерские винилоделы тоже не дремлют: Anchor Lights переиздают последний альбом Padla Bear Outfit канонического состава (на ударных будущий барабанщик Shortparis Данила). Вышедший в 2011 году, SLOW, возможно, мой самый любимый релиз у них: вместо привычной пародии на русский рок максимально позерское нечто про вампиризм, Сатурн, разбитый в пух и всякую прочую темноту, которую Морозов начнёт использовать по полной в следующем проекте Sonic Death (и, как мне кажется, переборщит). Переиздание выходит 17 декабря, но уже сейчас можно причаститься; ну, и раз альбом как бы любимый, оставляю за собой потребность чуть позже написать о его значении для республики поподробнее.

— В рамках того, что я о своей писанине тут подумал-передумал, пришёл к выводу, что никаких больше сообщений о дружеских релизах туляков, всё равно от этого нет толку; если что-то окажется по-настоящему культурно значимо, так пусть другие это и двигают. Право закрывать ярмарку тщеславия предоставляется Даниилу Матову, выпустившему сегодня ночью миньон «Зимнее время». Про время там почти нет ничего (что уж говорить, первый трек вообще какой-то Александр Малинин по постановке голоса и вопроса в тексте), зато про зиму пожалуйста: «Сани» — истерический такой инди-фолк на высоких нотах и резвых скоростях; «Декабрь» будто возвращает нас к патетичности вступительной вещи, но эмбиенсы гитарные очень красивые; хорошая рождественская песня, рекомендую.

— 16 декабря выходит новый альбом Леонида Фёдорова. Из интервью на «Кольте» можно узнать, что автор его текстов Озерский на творческом и личном подъёме, а из нового самодельного клипа на песню — что если уж лебеди мертвы (да, мистер Джира?), в дело вступают водоплавающие помельче. Неплохая песня (больше течёт, чем бьёт по струнам), но в целом не задорит. Хотя что в этом списке кораблей вообще задорит?

Признаюсь, очень полюбил ютуб-канал ШКЯ — не только потому, что у меня тоже расслоение мозжечка и ступор мозговины, но ещё и потому, что сегодня случился у меня с ним смешной такой синхрон. Пока готовил этот текст, на канале вышло видео, в котором мозг героя вместо сна предлагал тому вспомнить «самые позорные моменты своего юношества». А в тексте как раз о них и речь.

Впрочем, ладно, чего я паясничаю — группу Padla Bear Outfit я действительно когда-то любил, а Арсения Морозова и сейчас уважаю: фигня, может, этот ваш гаражный рок, а он честно без дураков за него цепляется. Но, как и обещал, это будет экскурс в десятилетней давности прошлое, до всяких ещё соник смертей и прочей зевоты: лейбл Anchor Lights издал на виниле старенький альбом старенькой группы Арсения Padla Bear Outfit, в честь чего родился нижеследующий пост.

SLOW — это полчаса межгалактического нахрен путешествия, которое по полной прокипитярит ваши мозги тянучей хмури в стиле группы Salem, если бы та вместо вредных привычек вдруг увлеклась музыкой kosmische и прочим краут-салатом; получилось всё равно совсем не похожее ни на первых, ни на второе, диетическое блюдо — часа два сижу гоняю альбом и понимаю, что мои четыре с половиной звезды в 2011-м на Rateyourmusic обусловлены не взыгравшими гормонами девятнадцатилетнего, а вполне себе заслуженны. Короче, вот пост про русское переиздание года — и в нём некий кратчайший экскурс-пересказ истории создания альбома, мало ли. Выписать пласт можно здесь.

Остальные номинации — в следующих выпусках нашего итогового сериала.

К переизданию SLOW, кстати, бонусом присовокуплена вкрадчивая песня, которая доселе была известна только в концертной записи. Слова здесь слышны чётче, но вопросов меньше не становится: на самом ли деле здесь звучит фраза «чего ж добриться»? От слова «добро», надеюсь — тогда весомый получается вклад в копилку потешного квиза «русская классика или современная поэзия». Krasivo.

https://www.youtube.com/watch?v=n2NscXEHjUM

Для ускорения решился спросить Вселенную: труд для ближайших месяцев или лет, а с ним и оплата сейчас действительно сильно разыскиваются.

LOOKING FOR CHANGES

Решил снести предновогодний пост — поскольку иногда лучше жевать (салат оливье), чем (всуе) говорить, что под занавес года пришлось уйти с работы. Это, конечно, грустно, особенно когда стране две недели не до трудоустройства обездоленных — но нужна же и позитивная повестка. А она состоит в том, что я абсолютно свободен и ищу себе дело.

Чем я занимался и занимаюсь:

— шесть лет пишу о песнях и их исполнителях в «Постмузыку», иногда — не в «Постмузыку» (1, 2);

— писал в крутейший, но недолго живший, журнал своего города («Волна»/volnazine, Тула);

— весь прошлый год трудился в независимом книжном и узнал про рынок многое (горжусь!);

— заваливал дедлайны и линял от действительно хороших предложений, потому что двадцать тысяч на основной работе дают и ладно (каюсь)

Что ищу:

— работу или краткосрочный проект, связанные с:

1) издательским делом (редактура/корректура/переводы с английского и немецкого);

2) написанием текстов о музыке, книгах, кино и прочем искусстве. понятно, что варианты здесь открываются скорее по прямой коммуникации «автор-редактор» — но если вы читаете этот пост и у вас есть сайт, чей культурный раздел вы хотите обогатить, сообщаю, что свободен и рад сотрудничеству. чем долгосрочнее, тем лучше;

3) культурными институциями Москвы, Спб и регионов — от чтения лекций о музыке (есть в столе пара конспектов, способных элегантно превратиться в занятие или курс) до участия в коллективных затеях, требующих какого-либо «экспертного» участия;

4) иным сочинением на заказ — писательством всяких текстов(ок) в стихах и прозе (про первое абсолютно без шуток).

Что-то наверняка упустил — но просто потому, что указал то, с чем сталкивался сам и в чём более-менее смыслю. Если вдруг штрихи к портрету натолкнут вас на мысль, что я потенциально подхожу под нечто иное, пишите тоже. Личка для подробностей открыта; и да, в равной степени рассмотрю удалёнку и очные варианты, потребующие переезд.

(Репост приветствуется.)

Животворящий выходной довёл до того, что слушаю изданное/переизданное лейблом Fire за последний год. В частности, выяснилось, что любимец мой Дэвид «Бегемот» Томас, вроде как поставивший точку в истории постпанк-легенд Pere Ubu, в пандемию без дела не сидит (ещё бы!): прошлой осенью на Fire вышли ремикшированные Томасом версии сразу двух поздних альбомов группы.

Второму из них, St. Arkansas, в этом мае стукнет двадцать лет — и переслушивание его оставляет двоякие чувства. С одной стороны, запасы горючего аутсайдерства и мощи были прикончены стариком Д. Т. году эдак в 1979-м; с другой — фанат не даст соврать, совсем уж плохих альбомов у Бегемота раз-два и обчёлся: даже на самых зевотных (фактически на всех, хах) стоит клеймо Харизматичного Артиста.

Вот и St. Arkansas представляет собой 40-минутную сценку «американский П. Мамонов за рулём автомобиля» — если пересказывать метафорического свойства комментарий по этому поводу самого Д. Томаса, он просто сел за руль и дал чувствам говорить: под негромкий кабацкий рокешник с клавишами и синтезаторами (а также в обновлённой версии альбома ещё и автотюном) лаконично и заботливо воссоздаётся атмосфера дорожных развязок и придорожных кафе, где герою ничего не светит — а тот никак, в общем-то, не сожалеет. Эта догадка быстро приходит на ум и обламывает комфортное вождение по звукам (две-три песни перед финалом уже хочется благополучно пропустить) — но только не слушателю, знающему, что ждёт его на конечной.

Dark — не только кода, которая своей зомбиобразной монотонностью вдруг цементирует звёзд с неба не хватающий альбом. Возможно, это одна из всего пары-тройки песен Д. Томаса, которые оправдывают полвека довольно мученического существования Pere Ubu. А ещё — до кучи — ностальгию как допустимую форму ментального нездоровья.

За девять минут, что длится Dark, герой успевает рассказать о своём способе путешествия на край ночи — поездках на машине под включенное радио с целью восстановить кислотно-щелочной душевный баланс. И пусть друзья не понимают, а жена боится — терять уже нечего, обретать тем более, знакомая карусель по автостраде приносит много-много радости, о которой наутро можно благополучно забыть, а потом снова выйти на этот старый (не)порочный круг деменции. О жизнь.

Альбом St. Arkansas на Spotify

Первый текст начала года не призван вселять в читателя никаких иллюзий — да, автор увяз в праздниках и опять раскапывает старые черновики. Но начать с задуманного ещё в прошлом году поста всё-таки считаю уместным.

Последние полгода проходят для меня под знаком гнетущих мыслей о наступлении тридцатилетия. Есть, впрочем, и позитивная повестка: она состоит в том, что под формат 5-10-15-20 (когда интервьюируемый вспоминает, какую музыку он слушал каждые пять лет своей жизни) у меня накопилось достаточно информации, чтобы поделиться с ней миром. К тому и готовился — но вместо этого вспомнил песни на русском языке, которые в определённые периоды слушал на репите; явно больше полусотни раз за жизнь. То бишь как будто главные — и попутно набрёл на мысль, что на каком-то этапе я вполне соответствовал идеалу думера, ещё до того, как подобный типаж стал расхоже обсуждаем. Передумал в итоге писать отдельно про песни и годы, написал про жизнь и музыку как побег, от неё и к ней.

В свете первой пары абзацев по ссылке спешу заметить, что я НЕ поклонник трудов Марка Фишера, но пессимистический утопизм в отдельных его проявлениях (и очень умеренных дозах) мне близок. Хотелось бы развернуть отдельно мысль про свою (не)любовь к нулевым — когда-нибудь сподоблюсь, а сейчас просто пунктирно сформулировал: мне нравится слишком многое из воплощённого на культурном поле в начале XXI столетия (в конце концов, я в это время «рос»), но не нравится антураж этого времени, ландшафт, потому что я тогда не находил себя в него вписанным. Это очень абсурдное, если подумать (всё-таки как бы возник феномен без антуража и ландшафта?), но тем не менее существующее — и требующее разрешения — противоречие. Надеюсь, «Постмузыка» в наступающем году не углубится в мемуарную сопливость — но многие тексты будут написаны именно с ретроспективных позиций и взглядом на золотые 00s. Дай-то бог только терпения и сил.

https://syg.ma/@pm-mag/dietstvo-otrochiestvo-dietstvo-ili-khozhdieniie-okolo-nolia

Маленькая радость для нас с @nagazinee и избранного числа потребителей: недостающие альбомы группы Low подвезли в стриминг-сервисы, в честь чего сегодня вечером занимаюсь тщательным ретроспективным переслушиванием.

Но вообще пишу сюда по другому поводу: 55 лет сегодня исполнилось Марку Козелеку — человеку, прошедшему путь от патриарха сэдкора к барду-мемуаристу и наконец молчащему затворнику (без новых альбомов аж год!), уличённому в sexual misconduct. Так что событие это будет отмечено без торта, но с неизбежным юбилейным комментарием, составленным как раз в кооперации с «Нагазином». Кооперации, кстати, ещё планируются, того и гляди станем уже местными Делёзом с Гваттари, а гипотетические гонорары придётся делить пополам. Но пока этого не произошло, напоминаю про номер карты ставлю чайник и фильм «Фарго» на отметку 0:00; в связи с упомянутым стриминг-бенефисом Low как-то вдруг потянуло на дулутщину.

https://syg.ma/@pm-mag/kto-liubil-marka

Курс евро перешагивал отметку 90 рублей ещё вчера — но, к сожалению, настолько быстро отрабатывать инфоповоды наша редакция не готова. Исправляемся. Потому что какое ещё время может быть более блаженным для болтовни о физических носителях?

По-хорошему так себе заход, конечно. Время не блаженное (впрочем, когда оно было другим), а болтовня — ну что мы там не слышали? 30 тысяч ру как стартовый капитал виниломана — маловато будет, кто поспел — тот и съел, а The Lonesome Crowded West — лучший альбом мышки, которую зовут Модест... Ничего нового.

Впрочем, крайний пассаж будет понятен только фанатам передачи «Городок»; лучше отметить, что слово modest переводится всего лишь как «скромный». Любой собиратель, возможно, осуждён быть эгоцентриком — но одновременно можно умиляться, наблюдая в этом собирательстве какую-то «модестность», что ли: когда видишь, как человек холит и лелеет собственный сад — будто у иных в рыбалке, ему нравится сам процесс, вот и всё. Интересно было бы рассмотреть какие-то радикально отличающиеся от этого случая кейсы — но в будущем, а пока уже проросший из статуса Дорогого Гостя нашего блога до Желанного Контрибьютора М. Наговицкий расскажет о четырёх позициях своей золотой полки.

https://telegra.ph/Nositeli-Mihail-Nagovickij-o-serdcu-dorogom-vinile-01-27

В пятницу выходит новый альбом Wovenhand, первый за (страшно подумать) шесть лет — таких пауз Дэвид Юджин Эдвардс ещё не делал. Хотя я, следуя примеру пресс-релиза старого-нового эдвардсовского лейбла, Glitterhouse, таким образом вычёркиваю сольный совместник 2018 года с Александром Хаке из Neubauten и Crime and the City Solution — но я этот альбом, к стыду своему, не слушал и, чую, вообще ничего не теряю.

Хотя я ровно так же до недавних дней думал про дискографию Wovenhand десятых — я полюбил DEE с выходом The Threshingfloor в 2010-м и как-то последующее утяжеление саунда не пошло: что-то, думаю, дед с облаками без посредников решил болтать. Ну да, решил — но, оказывается, к сиим скрижалям можно (и нужно бы) прильнуть. Refractory Obdurate — в итоге, конечно, ни обдурэйт, ни наебаутен, а вполне себе альбом A Silver Mt. Zion здорового человека, если бы Е. Менюк не был таким нытиком (ну и вообще собой, так что аналогия, кхе, стрёмная). В общем, не было бы счастья, pandemic world помог обернуться назад и увидеть, что любимый музыкант более чем в порядке, а убеждённость в этом хороших знакомых не врёт.

Вдохновившись, убил день на небольшой гайд по основным альбомам DEE для фиксации истории. Настолько мощно погрузился, что аж до утра не утерпел, выкладываю в ночь. От грядущего альбома ничего обнадёживающего не жду — зато, попутно слушая старые, понял, что нельзя их, конечно, помногу в день, даже если все почти наизусть помнишь. Чего и вам.

https://syg.ma/@pm-mag/diskoghrafiia-david-eugene-edwards

Ночью в холодном поту вдруг подумал: да какой, блин, American Wheeze, когда есть Фёдор Чистяков?

Ютуб-архивы «Программы "А"» накануне как раз удачно пополнились его концертом в Горбушке 1997 года. Это тот самый концерт, который дядя Фёдор дал после выхода из спецучреждений сильно просветлённым человеком с отказом от старого репертуара — а обычные и VIP-зрители потом плевались: мол, где хиты группы «Ноль» (тем более, её состав фактически на сцене и был), что за издевательство над здравым смыслом и зрителем?

По рассказам, это и правда выглядело как плевок усталого побитого человека в адрес общественного вкуса: в переделанном тексте «Человека и кошки» констатировалось, что «не поможет порошок, доктор не спасёт», а всего нолёвских песен в тот вечер было исполнено три.

Надо сказать, что при просмотре полного концерта байки теряют силу. Во-первых, длилось выступление добрый час — не то что бы человек отработал номер и ретировался, пока ботинки не полетели на сцену со скоростью один в секунду (а вообще там ближе к концу вещи уже и начали летать). Не зная контекста, можно, наверное, вообще подумать, что «усталая рок-звезда» — это про Бутусова какого-нибудь, но не про этого парня; «Когда проснётся Бах» в начале концерта — не более чем трюк уровня Анатолия Шмеля на «Нашествии», а «Тёмная ночь»... Тут-то, конечно, и подвох: с наивностью мальца Чистяков предваряет этот кавер заявлением, мол, на планете много где война и любимые разлучаются с любимыми — а следом минут на много, длиной что твой слоукор, совершенно инфернальным чистяковским голосом спетый за Бернеса стандарт.

О, как сказал бы Дэвид Юджин Эдвардс, май раша. И вообще вдруг подумалось, что феномен «Ноля» и постнолёвских скитаний Чистякова как-то уж плохо артикулирован; всем нам очень надо бы.

https://youtu.be/l4K-sHFtyMw

В последний январский вечер робко напомню, что порою авторы лезут к себе в карман не только за словом, но и за деньгами, порою ничего из последних не обнаруживая. Сейчас продолжается та пора — поэтому если вдруг у вас возникнет порыв сказать маленькое мерси за мои редкие здесь появления, то сообщу сберовские координаты: 2202 2004 2090 5398, зовут меня Антон Евгеньевич. Буду признателен.

(Наверное, судьба уж такая — возвращаться сюда редкими набегами, поэтому утешу, что набег текущий пока не окончен, новый текст на подходе.)

Что может быть лучше старых добрых текстов? Только отредактированные старые добрые тексты.

Три года назад я выкатил эссе по следам вышедшей тогда книги Дмитрия Карасюка об «Агате Кристи» — но в итоге решил, что результатом недоволен и снёс текст к чертям. Обнаружив недавно живую копию, понял, что он не был плох. Да и подобных исследовательских устремлений тексты с той поры чаще пишут о Боуи да бритпопе, нежели о местной музыке. Поэтому, с некоторыми поправками (в том числе, к сожалению, самоцензурными) заново являю написанное миру. Тезисно, но всё-таки громогласно там о том, что вместо «России айфона и России шансона» (устар.) пора бы поговорить уже о России Глеба и России Вадима.

Ну, и в тексте об этом нет, но вспомнить такую очевидность нужно, особенно после смерти Куравлёва: своей «Сказочной тайгой» Самойловы, по сути, причастны к запуску маховика ретромании; альбом с этой композицией уже вовсю гремел, а «Старые песни о главном» поспели только к следующей зиме.

https://syg.ma/@pm-mag/malienkaia-strana-zamietki-o-vsieliennoi-aghaty-kristi

Про список лучших постсоветских альбомов от Афиши так и хочется что-нибудь сказануть — но останавливает то, что, во-первых (и во-всяких!), он пока только наполовину опубликован. Поэтому лучше поделюсь впроброс одной идейкой: рейтинги альбомов всегда успеются, а вот не настала ли пора для рейтинга концертных выступлений, случившихся в России за последние лет тридцать? Топ-100 исторических привозов и солд-аутов местных артистов; вот это было бы дико, да ещё и с рассказами очевидцев, допустим. Учитывая, что России с поднятием концертной индустрии с колен уже очевидно не свезло, хоть повспоминаем.

Я вдруг буквально последние дни поймал себя на мысли, что немного скучаю по концертам, хотя никогда не был на них какой-то особенный ходок. Проще рассказать, сколько я профукал, сходив в студенчестве зачем-то раз десяток-другой на вариации составов Лёни Фёдорова вместо того, чтобы одним глазком глянуть, ну не знаю, да хоть на живого Пи-Орриджа (Яна Никитина, Катю Шилоносову, you name it) или на выезд подкопить. Скудоумие без отваги, что уж.

Поэтому (поэтому ли?) мне легче либо рассказывать о каких-то запомнившихся совсем локальных концертах, которые никому не всрались, либо рассуждать о тех, на которых я не бывал. Да вообще, кстати, и топ несостоявшихся концертов был бы вполне реализуем — история про то, как у Марка Э. Смита в 2011 году было анонсировано фестивальное выступление в Перми, до сих пор воспринимается как сюр. А я ведь сидел тогда у окошка онлайн-трансляции и реально ждал выхода The Fall (которого в итоге не было), хех.

1. Silver Sash вышел. Судя по медлительности моего ума, адекватная реакция на альбом последует от меня году в 2032-м — как раз есть время изучить на Сигме недавний обзор дискографии Дэвида Юджина Эдвардса, если вдруг пропустили.

2. В связи с выходом в прокат и стриминги битловского концерта на крыше снова стал актуален разговор о Get Back, прошлогоднем фильме-нарезке Питера Джексона, свёрстанном из архивных видеосъёмок сессий к тому, что в итоге вышло на альбоме Let It Be.

Понимаю тех, кто не смог осилить все восемь часов Get Back даже по большой любви; чтобы вынести главное, разумному зрителю не обязательно доводить процесс подсматривания до победного абсурда (хотя иногда и можно) — вывод-то тут в другом: а) лучше один раз увидеть и б) всё, что вы «знаете» — ложь. Абсолютно логично, что человеческие и творческие отношения могут рано или поздно подходить к концу — а в заявлениях расстающихся сторон неизбежно будут разночтения, и поставить «сцену из супружеской жизни», оставляя зрителю судить самому, кажется лучшим выходом из не лучших — хотя понятно, что у камеры и монтажёра версия событий тоже будет романтизированной, да и на блюдечке всё припасено золотом, жизни в этом видится как-то больше, чем в устарелой совковой ругани это всё ёка она. В любом случае, как весомый вещдок в деле о распаде The Beatles джексоновская поделка жизнеспособна.

Но это всё банальности, я между делом поглядел ещё шестисерийную беседу нынешнего Маккартни с Риком Рубином (тут уж всё по-божески, с титрами меньше трёх часов) — и тоже смотришь её не ради фраз или новых мыслей, а просто подмечая какие-то поведенческие детали: когда доходит до периода Band of the Run, Макка вдруг вдохновлённо начинает рассказывать, как захотел откликнуться на хайп вокруг рок-опер, а Рубин — после полного энтузиазма обсуждения песен битлов — вдруг начинает ощутимо тухнуть от скуки и приходит в себя, только когда ставит синтезаторную Waterfalls. Ещё интересно, что по поводу своего первого сольника (McCartney) Пол говорит, что записать всё самому было как самому табуретку сделать. Мы помним, что получилась она не без изяществ, и всё же достаточно кривоватая — но не подписаться под словами Пола трудно. Если бы все альбомы делались по аналогии с материальными объектами и кое у кого из творцов было бы побольше самокритики, можно было б избежать множества халтурных поделок. Но семидесятые и восьмидесятые, к несчастью, в увестистой части своих проявлений были совсем не про эту аналогию.

3. Раз на то пошло, из мемов про битлз больше всего мне нравится этот — да и подпись к нему не потеряла актуальности. Всем хороших выходных, до новых встреч на страницах нашего журнала.