Все конечно уже сходили на Blazar. Я в свою очередь скажу, что может это и не обязательное мероприятие, но кое-что любопытное есть. В частности, работы Анастасии Мячиной. Я с ней лично не знаком, так что это не реклама друзей. Просто ее монотипии и шелкографии показались мне любопытными.
Плюс ещё фото с ярмарки.
Завтра открытие Cosmoscow, а ещё идет Moscow book week, в рамках которой пройдет «Черный рынок» в эту субботу.
Плюс ещё фото с ярмарки.
Завтра открытие Cosmoscow, а ещё идет Moscow book week, в рамках которой пройдет «Черный рынок» в эту субботу.
Forwarded from PRO ТЕБЯ - Центр практик
Друзья! Мы продолжаем наши кинопоказы.
В этот раз предлагаем вашему вниманию «Ночь»(1961) — Микеланджело Антониони
«Ночь» — центральная часть «трилогии отчуждения»(«Приключение» — «Ночь» — «Затмение») итальянского мастера Микеланджело Антониони.
Один день в жизни пары — писателя Джованни (Марчелло Мастроянни) и его жены Лидии (Жанна Моро). Визит к умирающему другу, светская вечеринка, случайные встречи. Казалось бы — всё как обычно. Но за внешней рутиной — глубокое эмоциональное отчуждение.
«Золотой медведь» Берлинале-1961.
Длительность 120 мин.
18 сентября (четверг).
Начало в 19.00
Вступительное слово Константина Плотникова.
Требуется запись!
В этот раз предлагаем вашему вниманию «Ночь»(1961) — Микеланджело Антониони
«Ночь» — центральная часть «трилогии отчуждения»(«Приключение» — «Ночь» — «Затмение») итальянского мастера Микеланджело Антониони.
Один день в жизни пары — писателя Джованни (Марчелло Мастроянни) и его жены Лидии (Жанна Моро). Визит к умирающему другу, светская вечеринка, случайные встречи. Казалось бы — всё как обычно. Но за внешней рутиной — глубокое эмоциональное отчуждение.
«Золотой медведь» Берлинале-1961.
Длительность 120 мин.
18 сентября (четверг).
Начало в 19.00
Вступительное слово Константина Плотникова.
Требуется запись!
В 1959 году в Москве прошла Американская национальная выставка, организованная Информационным агентством США (USIA). У этой масштабной выставки, на который демонстрировались самые разные предметы, «от товаров широкого потребления до произведений искусства», была четкая идеологическая цель: показать превосходство США над СССР.
В художественном разделе выставки был представлен в том числе и абстрактный экспрессионизм.
Вот сохранившийся в книге отзывов текст некоего Сержанта:
«Нам непонятно абстрактное искусство — живопись, скульптура. Трудно понять, что хотел изобразить автор, и еще потому, что нет русского перевода, я очень хотел узнать, что представляет собой абстрактное искусство, чем руководствуются создатели абстрактных произведений при создании своих произведений. Понимаете, нам очень трудно понять его, поэтому неудивительно, что многие посетители выставки очень резко отзываются о них. <…> Меня удивляет одно — почему никто из гидов не мог объяснить идею и смысл абстрактного искусства. Вообще, если бы организаторы выставки хотели, чтобы эти произведения были понятны всем, то, несомненно, они сделали бы в этом направлении больше. 14.08.1959, Сержант».
Цит. по статье в Горький медиа.
На фото не та картина, которая была привезена в Москву в 1959!
На фото: Джексон Поллок. Отражение Большой Медведицы. 1947 Холст, масло.
111 × 91,5 см Национальный музей, Амстердам.
В художественном разделе выставки был представлен в том числе и абстрактный экспрессионизм.
Вот сохранившийся в книге отзывов текст некоего Сержанта:
«Нам непонятно абстрактное искусство — живопись, скульптура. Трудно понять, что хотел изобразить автор, и еще потому, что нет русского перевода, я очень хотел узнать, что представляет собой абстрактное искусство, чем руководствуются создатели абстрактных произведений при создании своих произведений. Понимаете, нам очень трудно понять его, поэтому неудивительно, что многие посетители выставки очень резко отзываются о них. <…> Меня удивляет одно — почему никто из гидов не мог объяснить идею и смысл абстрактного искусства. Вообще, если бы организаторы выставки хотели, чтобы эти произведения были понятны всем, то, несомненно, они сделали бы в этом направлении больше. 14.08.1959, Сержант».
Цит. по статье в Горький медиа.
На фото не та картина, которая была привезена в Москву в 1959!
На фото: Джексон Поллок. Отражение Большой Медведицы. 1947 Холст, масло.
111 × 91,5 см Национальный музей, Амстердам.
Forwarded from после критики
Начиная разговор об удовольствии, нельзя не упомянуть Фрейда и его концепцию конфликта между «принципом удовольствия» (формируется в младенчестве и выражается в стремлении к счастью) и «принципом реальности» (возникает при столкновении с ограничениями и выражается в желании избежать страдания). С точки зрения психоанализа, конфронтация этих двух принципов определяет психику человека.
Фрейд, Маркс и Ницше оказали колоссальное влияние на развитие критического мышления в ХХ веке и стали тремя столпами «философии подозрения», предполагающей разоблачение скрытых мотивов, «срывание масок». Впервые понятие «Эра подозрения» появилось в эссе литературного критика Натали Саррот в 1950 году. Позже философ Поль Рикёр дал название этому методу интерпретации: «герменевтика подозрения», критикуя его как антигуманистический.
В ХХI веке стал намечаться «посткритический поворот», предполагающий обновление критической мысли, стремящийся к расширению инструментария.
Pic: the masters of suspicion
Фрейд, Маркс и Ницше оказали колоссальное влияние на развитие критического мышления в ХХ веке и стали тремя столпами «философии подозрения», предполагающей разоблачение скрытых мотивов, «срывание масок». Впервые понятие «Эра подозрения» появилось в эссе литературного критика Натали Саррот в 1950 году. Позже философ Поль Рикёр дал название этому методу интерпретации: «герменевтика подозрения», критикуя его как антигуманистический.
В ХХI веке стал намечаться «посткритический поворот», предполагающий обновление критической мысли, стремящийся к расширению инструментария.
Pic:
Перепост выше отличная иллюстрация того о чем, мы вчера говорили со студентами, когда разбирали текст Клиффорда Гирца «Интерпретация культур». Канал ведет коллега, подписывайтесь если хотите быть в курсе значимых теоретических открытий в области культурологии.
На фото:
Barnett Newman. Vir Heroicus Sublimis, 1951.
На фото:
Barnett Newman. Vir Heroicus Sublimis, 1951.
Удачный улов на «Черном рынке»
Новинка от Ad Marginem Джорджо Агамбен. Открытое. Человек и животное.
Агамбен приводит обширную цитату из Кожева:
Новинка от Ad Marginem Джорджо Агамбен. Открытое. Человек и животное.
Агамбен приводит обширную цитату из Кожева:
«Исчезновение Человека в конце Истории не будет космической катастрофой: природный Мир останется таким, каким был от века. И это тем более не биологическая катастрофа: Человек продолжает жить, но как животное - в согласии с Природой, или наличным Бытием. Кто исчезает, так это собственно Человек, т. е. отрицающее наличное Действование и Ошибка, или вообще Субъект, противостоящий Объекту. Действительно, окончание человеческого Времени, или Истории, т. е. окончательное упразднение собственно Человека, или свободного исторического Индивида, означает просто прекращение Действования в точном смысле слова. Что практически означает: исчезновение войн и кровавых революций. А также исчезновение Философии, ибо если Человек больше по существу не меняется, то и нет причины менять основания (истинные), на которых строится его познание Мира и себя самого. Но всё остальное может сохраняться неопределенно долго: искусство, любовь, игра и т. д., и т. д.; короче, всё то, что делает Человека счастливым»
(Kojeve, 1947. P. 434-435) [Кожев, 2003. С. 538-539].
Почему мне так нравятся Марк Ротко и Джексон Поллок? Потому что они последние героические фигуры истории искусства. Последующие поколения художников уже так серьезно не относились к искусству, его задачам и целям. После них уже никто не собирается ставить свою жизнь на карту. Посмотрите на Дэмиена Херста или Джеффа Кунса. Вот настоящие примеры успешного художника, который не во что не верит кроме денег, поэтому серьезно воспринимать их работы нельзя. Другое дело, когда стоишь перед полотнами Марка Ротко…они испытывают тебя на прочность. Перед этими картинами можно проливать слезы, потому что они сотканы из трагического переживания жизни. Совершенно не важно сколько стоят сегодня картины Ротко (очень дорого!), важно что они заставляют зрителя вспомнить о том, что ты человек, из плоти и крови, собранный из болевых ощущений ( если что-то болит - ты еще живой, только у мертвеца ничего не болит). Ротко возвращает зрителя к собственной телесности через абстракцию и в этом его искусство обратно по способам, но не по силе воздействия и цели, живописи Фрэнсиса Бэкона. Сам Бэкон говорил следующее о Ротко:
И это говорит Фрэнсис Бэкон! В чьих картинах уж никак не найдешь веселья и «приятные цвета» . Если таковые находятся в его вещах, то они скорее вызывают чувство тревоги. Клаустрофобические пространства последнего ценил Дэвид Линч.
Думаю, что Бэкон видел в американских абстракционистах своих оппонентов. Британский снобизм сквозит в тех немногих высказываниях Бэкона, обращенных к американским художникам.
Вот о Поллоке:
На фото: Джексон Поллок, Марк Ротко, Фрэнсис Бэкон.
Я никогда не воспринимал Ротко. Я всегда считал, что в абстрактной живописи должны быть, по крайней мере, приятные цвета. Знаете, в галерее Тейт есть зал,посвященный ему. И если вы хотите провести остаток дня в депрессии, вам следует побывать там. Я думаю, это одни из самых тоскливых картин, когда-либо созданных.
И это говорит Фрэнсис Бэкон! В чьих картинах уж никак не найдешь веселья и «приятные цвета» . Если таковые находятся в его вещах, то они скорее вызывают чувство тревоги. Клаустрофобические пространства последнего ценил Дэвид Линч.
Думаю, что Бэкон видел в американских абстракционистах своих оппонентов. Британский снобизм сквозит в тех немногих высказываниях Бэкона, обращенных к американским художникам.
Вот о Поллоке:
Мне никогда не нравился Джексон Поллок.
Хотя в США он, конечно, самый настоящий идол. Одна овца из Америки как-то спросила, какого я мнения о его картинах. Я сказал: «Как по мне, они напоминают старые шнурки». Боюсь, с тех пор меня в Америке не жалуют.
На фото: Джексон Поллок, Марк Ротко, Фрэнсис Бэкон.
про ярмарку cosmoscow на которую вы уже сходили и на которую совсем не обязательно ходить…
То, что успел отметить для себя:
Ольга Чернышева в Пиранези Lab, программа арт-резиденций Нижегородской области, стенд ЦТИ «Фабрика» и отличный стенд MSCA.
Всего много, но толку от этого? Не стоит ждать прорыва в искусстве на выставке коммерческого искусства. Как-будто есть некоммерческое? ;)
Думаю, что вообще прорыва в искусстве ждать не стоит. Большие имена - дело прошлого. Впрочем, в этом самом прошлом есть очень много любопытного и более того - притягательного.
То, что успел отметить для себя:
Ольга Чернышева в Пиранези Lab, программа арт-резиденций Нижегородской области, стенд ЦТИ «Фабрика» и отличный стенд MSCA.
Всего много, но толку от этого? Не стоит ждать прорыва в искусстве на выставке коммерческого искусства. Как-будто есть некоммерческое? ;)
Думаю, что вообще прорыва в искусстве ждать не стоит. Большие имена - дело прошлого. Впрочем, в этом самом прошлом есть очень много любопытного и более того - притягательного.
Жак Лакан критикует французскую философию экзистенциализма в своем программном тексте «Стадия зеркала и ее роль в формировании функции Я в том виде, в каком она предстает нам в психоаналитическом опыте».
Этот доклад был прочитан Лаканом на XVI Международном конгрессе по психоанализу в Цюрихе 17 июля 1949 года.
Вот отрывок:
«Дело в том, что родоначальники психоанализа уже соприкоснулись с той экзистенциальной негативностью, о которой столь шумно заявляет современная философия бытия и ничто.
Но философия, к сожалению, постигает эту негативность лишь в пределах самодостаточности сознания, которая, будучи одной из ее предпосылок, присоединяет к образующим собственное Я непризнаниям ту иллюзию автономии, которой сама же и доверяется. Перед нами игра ума, которая, исключительно много позаимствовав в психоаналитическом опыте, в конце концов начинает претендовать на создание экзистенциального психоанализа.
Теперь, когда историческая попытка общества игнорировать любые свои функции, помимо чисто утилитарных, подходит к концу, а концентрационно-лагерная форма социальных взаимоотношений, созданием которых эта попытка, похоже, увенчалась, вызывает у индивида тревогу, экзистенциализм сам выносит себе приговор, оправдывая те субъективные тупики, которые, по сути, являются его следствием: свобода, обретающая подлинность лишь в тюремных стенах; требование приверженности, обнаруживающее бессилие чистого сознания справиться с какой бы то ни было ситуацией; вуайеристско-садистская идеализация сексуальных отношений; личность, реализующая себя лишь в самоубийстве; сознание другого, удовлетворить которое способно лишь гегелевское убийство».
Жак Лакан. Написанное. М.: Ад Маргинем Пресс, 2025. С. 26
Этот доклад был прочитан Лаканом на XVI Международном конгрессе по психоанализу в Цюрихе 17 июля 1949 года.
Вот отрывок:
«Дело в том, что родоначальники психоанализа уже соприкоснулись с той экзистенциальной негативностью, о которой столь шумно заявляет современная философия бытия и ничто.
Но философия, к сожалению, постигает эту негативность лишь в пределах самодостаточности сознания, которая, будучи одной из ее предпосылок, присоединяет к образующим собственное Я непризнаниям ту иллюзию автономии, которой сама же и доверяется. Перед нами игра ума, которая, исключительно много позаимствовав в психоаналитическом опыте, в конце концов начинает претендовать на создание экзистенциального психоанализа.
Теперь, когда историческая попытка общества игнорировать любые свои функции, помимо чисто утилитарных, подходит к концу, а концентрационно-лагерная форма социальных взаимоотношений, созданием которых эта попытка, похоже, увенчалась, вызывает у индивида тревогу, экзистенциализм сам выносит себе приговор, оправдывая те субъективные тупики, которые, по сути, являются его следствием: свобода, обретающая подлинность лишь в тюремных стенах; требование приверженности, обнаруживающее бессилие чистого сознания справиться с какой бы то ни было ситуацией; вуайеристско-садистская идеализация сексуальных отношений; личность, реализующая себя лишь в самоубийстве; сознание другого, удовлетворить которое способно лишь гегелевское убийство».
Жак Лакан. Написанное. М.: Ад Маргинем Пресс, 2025. С. 26
Прямая речь Микеланджело Антониони. О финальной сцене в картине «Ночь» (1961):
САТТА: Я бы хотел задать вам другой вопрос. Мне показалось, что в финале «Ночи» вы отошли от своего обычного стиля. Вас иногда обвиняют в том, что ваши герои мало говорят друг с другом, но последняя сцена «Ночи» демонстрирует почти обратное. Финальный разговор между мужем и женой даже наводит на мысль, что вы хотите все объяснить зрителям рад их удовольствия и умиротворения.
АНТОНИОНИ: Я не знаю, действительно ли финал
производит такое впечатление. На самом деле, этот разговор, практически представляющий собой монолог жены,- нечто вроде итога фильма, проливающего свет на истинное значение того, что произошло. Женщина все еще стремится обсуждать, анализировать, исследовать причины краха их супружеской жизни. Но она наталкивается на упорный отказ мужа признать этот крах, на его несогласие, его неспособность или нежелание понимать, его уклонение от поиска причины, от ясного анализа сложившейся ситуации, на его неумение найти какую-то основу для того, чтобы начать все сначала. Вместо этого он ищет убежища в отчаянно бессмысленной попытке физической близости. Он находится в тупике, и мы не знаем, возможен ли из него выход.
«Два соображения». По материалам коллоквиума, состоявшегося в Экспериментальном киноцентре (1961 г.)
САТТА: Я бы хотел задать вам другой вопрос. Мне показалось, что в финале «Ночи» вы отошли от своего обычного стиля. Вас иногда обвиняют в том, что ваши герои мало говорят друг с другом, но последняя сцена «Ночи» демонстрирует почти обратное. Финальный разговор между мужем и женой даже наводит на мысль, что вы хотите все объяснить зрителям рад их удовольствия и умиротворения.
АНТОНИОНИ: Я не знаю, действительно ли финал
производит такое впечатление. На самом деле, этот разговор, практически представляющий собой монолог жены,- нечто вроде итога фильма, проливающего свет на истинное значение того, что произошло. Женщина все еще стремится обсуждать, анализировать, исследовать причины краха их супружеской жизни. Но она наталкивается на упорный отказ мужа признать этот крах, на его несогласие, его неспособность или нежелание понимать, его уклонение от поиска причины, от ясного анализа сложившейся ситуации, на его неумение найти какую-то основу для того, чтобы начать все сначала. Вместо этого он ищет убежища в отчаянно бессмысленной попытке физической близости. Он находится в тупике, и мы не знаем, возможен ли из него выход.
«Два соображения». По материалам коллоквиума, состоявшегося в Экспериментальном киноцентре (1961 г.)
Один психолог в передаче «Роль отца в жизни девочки» подкаста «Ответ» определила счастье через триаду: тело, дело и отношения. То есть, счастлив тот у кого здоровое тело, любимое дело и в отношениях полный порядок.
На фото: Эндрю Уайет. Мир Кристины, 1948.
На фото: Эндрю Уайет. Мир Кристины, 1948.
Обнаружил, опубликованные аж еще в 2022 году записки В.В. Бибихина. Обратил на них внимание ещё на книжном маркете у издательства «Гнозис». Кстати их книжный магазин находится неподалеку от корпуса РАНХиГС на территории старообрядческой церкви в Турчаниновом переулке ( м. Парк культуры).
Привожу рассуждение Бибихина об аллегории:
Ученый стыдливо откажется, что он целиком вжился в миф и миф стал его жизнью; он, однако, настаивает, что «понимает» миф как именно миф, а не аллегорию. Таким заверениям верить нельзя. Этот человек научился лишь очень ловко переводить миф и символ на какой-то свой язык, которым пользуется, как дитя, во всей безответственности и простоте, не подозревая даже, что такой свой язык у него есть, и не зная, проза он или поэзия. Но это, во всяком случае, язык темный, бескрылый, рассудочный, как и следует ожидать от всякого бессознательного языка. Подставить его вместо живущей ткани мифа — примерно худшая услуга, какую только можно оказать мифу. Миф превращается в музей, в «странное» создание, символизм получается мучительно раздвоенный, зыбкий, искусственный, заставляющий инстинктивно хватать символ за горло: «а что же на самом деле?», причем «самое-то дело» дразнящее ускользает, потому что «символисты» вновь и вновь отсылают ищущего к символам, — дескать, в них суть. Мы останавливаемся в нерешительности.
В.В. Бибихин. Отдельные записи 1965-1989 годов. СПб, «Владимир Даль», 2022. С.139
Привожу рассуждение Бибихина об аллегории:
Ученый стыдливо откажется, что он целиком вжился в миф и миф стал его жизнью; он, однако, настаивает, что «понимает» миф как именно миф, а не аллегорию. Таким заверениям верить нельзя. Этот человек научился лишь очень ловко переводить миф и символ на какой-то свой язык, которым пользуется, как дитя, во всей безответственности и простоте, не подозревая даже, что такой свой язык у него есть, и не зная, проза он или поэзия. Но это, во всяком случае, язык темный, бескрылый, рассудочный, как и следует ожидать от всякого бессознательного языка. Подставить его вместо живущей ткани мифа — примерно худшая услуга, какую только можно оказать мифу. Миф превращается в музей, в «странное» создание, символизм получается мучительно раздвоенный, зыбкий, искусственный, заставляющий инстинктивно хватать символ за горло: «а что же на самом деле?», причем «самое-то дело» дразнящее ускользает, потому что «символисты» вновь и вновь отсылают ищущего к символам, — дескать, в них суть. Мы останавливаемся в нерешительности.
В.В. Бибихин. Отдельные записи 1965-1989 годов. СПб, «Владимир Даль», 2022. С.139
Искусствознание ищет внутреннее значение общечеловеческого опыта. Так говорит Джордж Кублер в книге «Форма времени». Клиффорд Гирц же в «Интерпретации культур» пишет о том, что антропологу следует интересоваться значением явлений нашего мира, то есть искать ответы на вопрос о том, что именно выражают те или иные явления культуры. Гирц приходит к идее «насыщенного описания», важной составляющей которой является интерпретация. Самый яркий текст, посвященный интерпретации принадлежит Сьюзан Сонтаг. В эссе «Против интерпретации» она провозглашает: «Вместо герменевтики нам нужна эротика искусства». Предложение отказаться от интерпретации кажется невозможным, ведь поиск значений явлений культуры непреодолим для многих из нас.
Вопрос о природе интерпретации крайне любопытен и кажется особенно актуален в разговоре об абстрактном искусстве.
На фото:
Работы Марка Ротко в Национальной галерее в Вашингтоне
Вопрос о природе интерпретации крайне любопытен и кажется особенно актуален в разговоре об абстрактном искусстве.
На фото:
Работы Марка Ротко в Национальной галерее в Вашингтоне