Западные санкции работали плохо, поэтому власть начала вводить свои.
😁2😢2🔥1👏1
Два состояния которые меня приследуют
День 1: Я гений
День 2: Я умру нищим
День 1: Я гений
День 2: Я умру нищим
😁1
Полгода. Просто в никуда. 🤡😡
Не рынок виноват. Не продукт. Не деньги.
Один человек.
В сентябре мы начали делать каталог производителей и дистрибьюторов:
подключили ГИСП, договорились с Минпромторг, синхронизировались с ассоциациями. Основа есть, данные есть — бери и собирай.
Берём «специалиста».
SEO-шник. У него «есть команда», «есть программисты», «есть копирайтеры».
Срок — 2 месяца.
Дальше шоу начинается. 🎪
— «программист не отвечает»
— «я был занят»
— «там сложнее, чем кажется»
— «давайте доделаю и покажу»
3 месяца прошло — НОЛЬ.
Показывает «результат» — там тупо тот же файл, который мы ему дали. Даже не открыт нормально. 🤡
Попросил дать шанс, исправится, так сказать — 2 недели.
И все начало повторяться, еще неделя, термины, а итог, просто пропал.
И вот тут начинается самое смешное 🤡
Я сам открываю таблицу, листаю…
И вижу, что у нас ошибка выгрузки: одна и та же компания размножена сотнями строк.
Это видно за 30 секунд.
За. 30. Секунд. 😡
Если бы этот «специалист» ХОТЯ БЫ РАЗ открыл файл и посмотрел глазами — мы бы исправили это ещё в октябре.
Итог:
минус полгода жизни проекта.
Не потому что сложно.
Не потому что невозможно.
А потому что человек просто НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ.
Вот правда, которую мало кто хочет слышать:
90% людей не тупые.
Они просто не работают.
Они разговаривают.
Объясняют.
Грузят терминами.
Создают видимость.
Но не делают.
И если тебе попадается человек, который просто:
сказал → сделал → сдал результат
Это не база. Это редкость. 🤗
Просто человек сдедал работу, а ты уже от этого в шоке🙈😂
А большинство «у меня всё есть, сейчас покажу» 🤡 и потом сам дурак.
Не рынок виноват. Не продукт. Не деньги.
Один человек.
В сентябре мы начали делать каталог производителей и дистрибьюторов:
подключили ГИСП, договорились с Минпромторг, синхронизировались с ассоциациями. Основа есть, данные есть — бери и собирай.
Берём «специалиста».
SEO-шник. У него «есть команда», «есть программисты», «есть копирайтеры».
Срок — 2 месяца.
Дальше шоу начинается. 🎪
— «программист не отвечает»
— «я был занят»
— «там сложнее, чем кажется»
— «давайте доделаю и покажу»
3 месяца прошло — НОЛЬ.
Показывает «результат» — там тупо тот же файл, который мы ему дали. Даже не открыт нормально. 🤡
Попросил дать шанс, исправится, так сказать — 2 недели.
И все начало повторяться, еще неделя, термины, а итог, просто пропал.
И вот тут начинается самое смешное 🤡
Я сам открываю таблицу, листаю…
И вижу, что у нас ошибка выгрузки: одна и та же компания размножена сотнями строк.
Это видно за 30 секунд.
За. 30. Секунд. 😡
Если бы этот «специалист» ХОТЯ БЫ РАЗ открыл файл и посмотрел глазами — мы бы исправили это ещё в октябре.
Итог:
минус полгода жизни проекта.
Не потому что сложно.
Не потому что невозможно.
А потому что человек просто НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ.
Вот правда, которую мало кто хочет слышать:
90% людей не тупые.
Они просто не работают.
Они разговаривают.
Объясняют.
Грузят терминами.
Создают видимость.
Но не делают.
И если тебе попадается человек, который просто:
сказал → сделал → сдал результат
Это не база. Это редкость. 🤗
Просто человек сдедал работу, а ты уже от этого в шоке🙈😂
А большинство «у меня всё есть, сейчас покажу» 🤡 и потом сам дурак.
😢2
От любви до ненависти — у нас это не путь, а переключатель.
Пока всё работает — это «ужас, дно, развал». Все недовольны, все плюются, каждый второй эксперт, каждый первый знает, как надо. Все живут в ощущении, что вокруг одно сплошное кривое говно, собранное на коленке людьми, которым вообще нельзя было ничего доверять.
Но стоит только появиться риску, что это «говно» сейчас тронут — и мгновенно включается другая прошивка. Уже не дно, а «уникальное место». Уже не бардак, а «наша история». Уже не бездари, а «люди с душой». И внезапно выясняется, что всё это время мы жили среди сокровищ, просто не замечали.
Самое смешное — ничего ведь не меняется. Ни люди, ни качество, ни процессы. Меняется только угол угрозы. Пока можно терпеть — все терпят и ноют. Как только появляется риск потерять — начинается истерика и героизация того же самого.
И в этом главная ловушка. Мы не хотим улучшать систему — мы хотим не потерять привычное. Даже если это привычное объективно слабое, дырявое и держится на соплях.
Поэтому у нас странная логика: чтобы что-то начали защищать — это сначала надо попытаться отобрать. Чтобы начали ценить — нужно поставить под нож. Чтобы система вдруг «стала хорошей» — достаточно просто намекнуть, что её сейчас закроют.
И вот так и живем. Не потому что не можем сделать нормально, а потому что по-настоящему включаемся только когда уже поздно.
Пока всё работает — это «ужас, дно, развал». Все недовольны, все плюются, каждый второй эксперт, каждый первый знает, как надо. Все живут в ощущении, что вокруг одно сплошное кривое говно, собранное на коленке людьми, которым вообще нельзя было ничего доверять.
Но стоит только появиться риску, что это «говно» сейчас тронут — и мгновенно включается другая прошивка. Уже не дно, а «уникальное место». Уже не бардак, а «наша история». Уже не бездари, а «люди с душой». И внезапно выясняется, что всё это время мы жили среди сокровищ, просто не замечали.
Самое смешное — ничего ведь не меняется. Ни люди, ни качество, ни процессы. Меняется только угол угрозы. Пока можно терпеть — все терпят и ноют. Как только появляется риск потерять — начинается истерика и героизация того же самого.
И в этом главная ловушка. Мы не хотим улучшать систему — мы хотим не потерять привычное. Даже если это привычное объективно слабое, дырявое и держится на соплях.
Поэтому у нас странная логика: чтобы что-то начали защищать — это сначала надо попытаться отобрать. Чтобы начали ценить — нужно поставить под нож. Чтобы система вдруг «стала хорошей» — достаточно просто намекнуть, что её сейчас закроют.
И вот так и живем. Не потому что не можем сделать нормально, а потому что по-настоящему включаемся только когда уже поздно.
👏1🤔1
Меня регулярно спрашивают:
«А что вообще изменится с появлением KIRA? Рынок же и так работает. Без вас как-то жили и дальше будут жить».
И в этот момент я понимаю — вопрос логичный.
Потому что все самые сильные изменения всегда выглядят как ненужные до тех пор, пока не становятся стандартом.
Когда появился Slack, все говорили: у нас есть почта, у нас есть корпоративные чаты, зачем ещё что-то. Сегодня попробуй забери у компании Slack — и она встанет. Не потому что это «удобно», а потому что это уже слой, на котором держится работа.
Когда появился Calendly, это выглядело вообще как шутка. Сервис, который помогает выбрать время встречи. Серьёзно?
А потом оказалось, что миллионы людей тратят часы жизни на тупую переписку «когда тебе удобно», и это стало стандартом.
Проблема в том, что рынок не понимает ценность таких вещей заранее.
Он адаптируется постфактум.
С закупками сейчас происходит ровно то же самое.
Сегодня это выглядит нормально:
искать поставщиков вручную, держать всё в Excel, писать, звонить, ждать ответы, сравнивать в голове, проверять на доверии, принимать решения на ощущениях и старых контактах.
Это не потому, что так правильно.
Это потому, что по-другому пока неудобно.
Но если посмотреть честно — это хаос, замаскированный под «опыт».
KIRA — это не про «ещё один сервис с поставщиками».
Это попытка убрать этот хаос как класс.
Чтобы выбор поставщика перестал быть квестом.
Чтобы цены и наличие не нужно было выбивать.
Чтобы не ждать КП, как милости.
Чтобы решения принимались не «на ощущениях», а на данных.
Чтобы закупка перестала быть процессом, завязанным на конкретного менеджера и его настроение.
И да, рынок сейчас живёт без этого.
Так же, как он жил без нормальной внутренней коммуникации до Slack.
Так же, как он жил без автоматического назначения встреч до Calendly.
Жить можно без многого.
Вопрос в другом — с какой скоростью и с какими потерями.
И вот это ключевое, что многие не видят.
KIRA не про то, чтобы «сделать чуть удобнее».
Она про то, чтобы изменить саму скорость принятия решений в бизнесе.
А когда скорость меняется — меняется всё.
Кто-то начинает выигрывать быстрее.
Кто-то начинает проигрывать быстрее.
И очень быстро становится очевидно, кто работает по-старому, а кто уже нет.
Такие вещи никогда не выглядят необходимыми заранее.
Они становятся очевидными только после того, как ты попробовал жить иначе.
И обратно уже не возвращаются.
«А что вообще изменится с появлением KIRA? Рынок же и так работает. Без вас как-то жили и дальше будут жить».
И в этот момент я понимаю — вопрос логичный.
Потому что все самые сильные изменения всегда выглядят как ненужные до тех пор, пока не становятся стандартом.
Когда появился Slack, все говорили: у нас есть почта, у нас есть корпоративные чаты, зачем ещё что-то. Сегодня попробуй забери у компании Slack — и она встанет. Не потому что это «удобно», а потому что это уже слой, на котором держится работа.
Когда появился Calendly, это выглядело вообще как шутка. Сервис, который помогает выбрать время встречи. Серьёзно?
А потом оказалось, что миллионы людей тратят часы жизни на тупую переписку «когда тебе удобно», и это стало стандартом.
Проблема в том, что рынок не понимает ценность таких вещей заранее.
Он адаптируется постфактум.
С закупками сейчас происходит ровно то же самое.
Сегодня это выглядит нормально:
искать поставщиков вручную, держать всё в Excel, писать, звонить, ждать ответы, сравнивать в голове, проверять на доверии, принимать решения на ощущениях и старых контактах.
Это не потому, что так правильно.
Это потому, что по-другому пока неудобно.
Но если посмотреть честно — это хаос, замаскированный под «опыт».
KIRA — это не про «ещё один сервис с поставщиками».
Это попытка убрать этот хаос как класс.
Чтобы выбор поставщика перестал быть квестом.
Чтобы цены и наличие не нужно было выбивать.
Чтобы не ждать КП, как милости.
Чтобы решения принимались не «на ощущениях», а на данных.
Чтобы закупка перестала быть процессом, завязанным на конкретного менеджера и его настроение.
И да, рынок сейчас живёт без этого.
Так же, как он жил без нормальной внутренней коммуникации до Slack.
Так же, как он жил без автоматического назначения встреч до Calendly.
Жить можно без многого.
Вопрос в другом — с какой скоростью и с какими потерями.
И вот это ключевое, что многие не видят.
KIRA не про то, чтобы «сделать чуть удобнее».
Она про то, чтобы изменить саму скорость принятия решений в бизнесе.
А когда скорость меняется — меняется всё.
Кто-то начинает выигрывать быстрее.
Кто-то начинает проигрывать быстрее.
И очень быстро становится очевидно, кто работает по-старому, а кто уже нет.
Такие вещи никогда не выглядят необходимыми заранее.
Они становятся очевидными только после того, как ты попробовал жить иначе.
И обратно уже не возвращаются.
🔥2
Я как-то решил сделать простую вещь.
Купить большую партию шоколада у Mars.
Ничего сверхъестественного.
Есть клиент. Есть деньги. Есть желание работать.
Звоню. Говорю: дайте дистрибьюторов в Москве и Краснодаре.
Мне дают одного менеджера — по Краснодару.
Он присылает контакты какой-то компании «21 век» и говорит: пишите им.
По Москве — тишина.
Говорю: дайте контакты.
Ответ: это не к нам, это другое подразделение.
Окей.
Пишу в «21 век».
День. Два. Три. Неделя. Тишина.
Пишу обратно в Mars:
«Ребят, я вообще-то купить хочу. У вас там всё нормально?»
Они кому-то передают, появляется человек из Москвы.
Звонок. Нормальный разговор.
Она говорит: «В понедельник вышлю предложение».
И пропадает.
Вообще.
Параллельно через две недели оживает Краснодар:
«Да, мы готовы поработать».
Через две недели.
У меня к этому моменту уже нет ни сделки, ни клиента, ни желания с кем-то работать.
Самое смешное в этой истории даже не в том, что мне не продали товар.
Самое смешное — мне не дали его купить.
Я был готов платить.
Я был готов работать.
Я был готов делать оборот.
Но ты упираешься не в рынок.
Ты упираешься в людей внутри системы.
В менеджеров, которые:
не отвечают
теряются
забывают
живут в своей скорости
И при этом сверху сидит руководство, которое искренне уверено, что у них всё работает.
У них CRM.
У них KPI.
У них логистика.
У них огромная компания.
Только заявки до сделки не доезжают.
И вот в этот момент ты понимаешь простую вещь.
Рынок живёт не потому, что он эффективный.
А потому, что люди научились терпеть его неэффективность.
И дальше начинается самое неприятное.
Ты не идёшь к официальному поставщику.
Ты начинаешь искать “хоть где-то”.
Через знакомых.
Через перекупов.
Через серые схемы.
Не потому что ты так хочешь.
А потому что по-другому ты просто не можешь выполнить обязательства перед своим клиентом.
И вот это и есть реальность B2B.
Не презентации.
Не отчёты.
Не красивые слова.
А ситуация, когда ты хочешь купить товар —
и не можешь.
И именно поэтому появляется KIRA.
Не чтобы “собрать поставщиков”.
А чтобы убрать из сделки всё лишнее.
Чтобы ты открыл и сразу увидел:
есть товар
есть цена
есть наличие
И дальше просто взял и купил.
Без ожидания.
Без “я вам перезвоню”.
Без потери клиента.
Потому что бизнес — это не про переписку.
Бизнес — это про скорость.
И пока решения принимаются неделями —
кто-то рядом начинает принимать их за минуты.
Купить большую партию шоколада у Mars.
Ничего сверхъестественного.
Есть клиент. Есть деньги. Есть желание работать.
Звоню. Говорю: дайте дистрибьюторов в Москве и Краснодаре.
Мне дают одного менеджера — по Краснодару.
Он присылает контакты какой-то компании «21 век» и говорит: пишите им.
По Москве — тишина.
Говорю: дайте контакты.
Ответ: это не к нам, это другое подразделение.
Окей.
Пишу в «21 век».
День. Два. Три. Неделя. Тишина.
Пишу обратно в Mars:
«Ребят, я вообще-то купить хочу. У вас там всё нормально?»
Они кому-то передают, появляется человек из Москвы.
Звонок. Нормальный разговор.
Она говорит: «В понедельник вышлю предложение».
И пропадает.
Вообще.
Параллельно через две недели оживает Краснодар:
«Да, мы готовы поработать».
Через две недели.
У меня к этому моменту уже нет ни сделки, ни клиента, ни желания с кем-то работать.
Самое смешное в этой истории даже не в том, что мне не продали товар.
Самое смешное — мне не дали его купить.
Я был готов платить.
Я был готов работать.
Я был готов делать оборот.
Но ты упираешься не в рынок.
Ты упираешься в людей внутри системы.
В менеджеров, которые:
не отвечают
теряются
забывают
живут в своей скорости
И при этом сверху сидит руководство, которое искренне уверено, что у них всё работает.
У них CRM.
У них KPI.
У них логистика.
У них огромная компания.
Только заявки до сделки не доезжают.
И вот в этот момент ты понимаешь простую вещь.
Рынок живёт не потому, что он эффективный.
А потому, что люди научились терпеть его неэффективность.
И дальше начинается самое неприятное.
Ты не идёшь к официальному поставщику.
Ты начинаешь искать “хоть где-то”.
Через знакомых.
Через перекупов.
Через серые схемы.
Не потому что ты так хочешь.
А потому что по-другому ты просто не можешь выполнить обязательства перед своим клиентом.
И вот это и есть реальность B2B.
Не презентации.
Не отчёты.
Не красивые слова.
А ситуация, когда ты хочешь купить товар —
и не можешь.
И именно поэтому появляется KIRA.
Не чтобы “собрать поставщиков”.
А чтобы убрать из сделки всё лишнее.
Чтобы ты открыл и сразу увидел:
есть товар
есть цена
есть наличие
И дальше просто взял и купил.
Без ожидания.
Без “я вам перезвоню”.
Без потери клиента.
Потому что бизнес — это не про переписку.
Бизнес — это про скорость.
И пока решения принимаются неделями —
кто-то рядом начинает принимать их за минуты.
Правительство одобрило законопроект о легализации обращения цифровых валют и цифровых прав в России.
По сути — крипторынок выводят из «серой зоны» и загоняют в регулируемую финансовую систему:
— покупать и продавать криптовалюту можно, но только через лицензированных участников (биржи, брокеры, обменники)
— появляется полноценная инфраструктура: цифровые депозитарии, операторы, реестры
— все операции — под контролем государства, с раскрытием данных при необходимости
— вводится обязательное тестирование инвесторов и ограничения для неквалифицированных
— крипта не становится средством платежа внутри страны (кроме отдельных внешнеторговых схем)
— усиливается контроль за майнингом, оборотом и AML-процедурами
Ключевая логика: не запретить, а поставить под жесткий контроль и встроить в финансовую систему.
Запуск базовых правил — с 2026 года, полная инфраструктура — к 2027.
Источник: Минфин РФ
По сути — крипторынок выводят из «серой зоны» и загоняют в регулируемую финансовую систему:
— покупать и продавать криптовалюту можно, но только через лицензированных участников (биржи, брокеры, обменники)
— появляется полноценная инфраструктура: цифровые депозитарии, операторы, реестры
— все операции — под контролем государства, с раскрытием данных при необходимости
— вводится обязательное тестирование инвесторов и ограничения для неквалифицированных
— крипта не становится средством платежа внутри страны (кроме отдельных внешнеторговых схем)
— усиливается контроль за майнингом, оборотом и AML-процедурами
Ключевая логика: не запретить, а поставить под жесткий контроль и встроить в финансовую систему.
Запуск базовых правил — с 2026 года, полная инфраструктура — к 2027.
Источник: Минфин РФ
🤔2
Не все инвестиции одинаково полезны. И это, как ни странно, ключ к пониманию того, почему многие экономики топчутся на месте.
Как справедливо отмечает Иван Белокуров — сам факт вложения денег ещё ничего не гарантирует. Можно строить заводы, можно — склады, а можно — просто «осваивать бюджет». Формально инвестиции есть, а роста нет.
И тут в игру вступает логика Роберт Солоу. Он прямо говорит: рыночная экономика не обязана бесконечно расти. Она может существовать в стационарном состоянии — без роста, без падения.
Но есть нюанс.
Люди всегда хотят накапливать. Они хотят сохранять и увеличивать своё богатство. И вот здесь возникает риск: если все сбережения превращаются в реальные инвестиции (заводы, стройки, инфраструктура) — экономика начинает расти.
А если рост не нужен?
Решение, предложенное Солоу, звучит почти цинично:
государство может «забирать» эти сбережения через облигации… и тратить их не на развитие, а на потребление.
Фейерверки. Фестивали. Концерты.
Красиво. Эффектно. И — экономически нейтрально.
Бизнес переживает ровно то же, инвестиции не туда, в лучшем случае не приносит ни чего.
Как справедливо отмечает Иван Белокуров — сам факт вложения денег ещё ничего не гарантирует. Можно строить заводы, можно — склады, а можно — просто «осваивать бюджет». Формально инвестиции есть, а роста нет.
И тут в игру вступает логика Роберт Солоу. Он прямо говорит: рыночная экономика не обязана бесконечно расти. Она может существовать в стационарном состоянии — без роста, без падения.
Но есть нюанс.
Люди всегда хотят накапливать. Они хотят сохранять и увеличивать своё богатство. И вот здесь возникает риск: если все сбережения превращаются в реальные инвестиции (заводы, стройки, инфраструктура) — экономика начинает расти.
А если рост не нужен?
Решение, предложенное Солоу, звучит почти цинично:
государство может «забирать» эти сбережения через облигации… и тратить их не на развитие, а на потребление.
Фейерверки. Фестивали. Концерты.
Красиво. Эффектно. И — экономически нейтрально.
Бизнес переживает ровно то же, инвестиции не туда, в лучшем случае не приносит ни чего.
😂😂😂
Я сейчас перелистал свой канал и понял, что если прочитать сначала, можно увидеть как человек уходит в депрессию.
Я сейчас перелистал свой канал и понял, что если прочитать сначала, можно увидеть как человек уходит в депрессию.
😁2
Предпринимателю тяжело вернуться в найм не потому, что он “не умеет подчиняться”. А потому что после своего дела особенно остро видно, сколько вокруг людей, которые лезут принимать элементарные решения, вообще не включая голову.
Самое утомительное в найме — не правила, не график и не начальники. Самое утомительное — количество дураков на квадратный метр, которые уверенно рассуждают о том, в чём не понимают вообще ничего. Один тормозит процесс, потому что боится взять на себя ответственность. Второй, наоборот, лезет туда, где не соображает, и ломает то, что работало. Третий делает что-то “по инструкции”, даже если инструкция ведёт прямо в стену.
И вот ты смотришь на это и понимаешь: проблема не в системе. Проблема в людях, которые разучились думать. Им дали кусок власти, должность, доступ к кнопке согласования — и всё, человек уже мнит себя центром принятия решений. Хотя по-хорошему ему бы сначала научиться видеть последствия своих действий хотя бы на два шага вперёд.
Когда ты занимался своим делом, у тебя быстро пропадает иллюзия, что можно делать что угодно и не отвечать за результат. Ты либо думаешь, либо платишь за тупость своими деньгами, временем, репутацией. А в найме слишком многие живут в режиме: сделал херню, создал проблему, переложил дальше, пошёл пить кофе.
Именно поэтому предпринимателю там тяжело. Не потому что он какой-то особенный. А потому что после жизни, где решение должно работать, очень трудно каждый день смотреть на людей, которые с серьёзным лицом творят бессмысленную дичь и даже не понимают этого.
Самое утомительное в найме — не правила, не график и не начальники. Самое утомительное — количество дураков на квадратный метр, которые уверенно рассуждают о том, в чём не понимают вообще ничего. Один тормозит процесс, потому что боится взять на себя ответственность. Второй, наоборот, лезет туда, где не соображает, и ломает то, что работало. Третий делает что-то “по инструкции”, даже если инструкция ведёт прямо в стену.
И вот ты смотришь на это и понимаешь: проблема не в системе. Проблема в людях, которые разучились думать. Им дали кусок власти, должность, доступ к кнопке согласования — и всё, человек уже мнит себя центром принятия решений. Хотя по-хорошему ему бы сначала научиться видеть последствия своих действий хотя бы на два шага вперёд.
Когда ты занимался своим делом, у тебя быстро пропадает иллюзия, что можно делать что угодно и не отвечать за результат. Ты либо думаешь, либо платишь за тупость своими деньгами, временем, репутацией. А в найме слишком многие живут в режиме: сделал херню, создал проблему, переложил дальше, пошёл пить кофе.
Именно поэтому предпринимателю там тяжело. Не потому что он какой-то особенный. А потому что после жизни, где решение должно работать, очень трудно каждый день смотреть на людей, которые с серьёзным лицом творят бессмысленную дичь и даже не понимают этого.
В госдуме предложили не платить зарплату, тогда мошенники ни чего не смогут красть.
🤔2
Сейчас многие смотрят на стримы так, будто это какая-то странная новая привычка молодежи. Мол, сидят, часами смотрят, как кто-то разговаривает, играет, реагирует, шутит, что-то обсуждает. И взрослому человеку хочется скривиться и спросить: серьезно, вот это вам интересно?
Но самое смешное в том, что ничего нового здесь нет.
Людям всегда нравилось наблюдать за другими людьми в режиме почти живого присутствия. Всегда нравилось быть рядом с чужой эмоцией, чужой реакцией, чужой энергией. Всегда нравилось чувствовать себя частью разговора, частью компании, частью общего момента. Просто раньше это выглядело по-другому, а теперь у этого есть название, платформа и донаты.
По сути, стримы — это старая человеческая потребность в новом интерфейсе. Потребность быть подключенным. Подсматривать. Слушать. Сопереживать. Находиться внутри чужого эфира, чужого настроения, чужой жизни. Это не сбой системы. Это и есть система.
Поэтому меня удивляют не стримы. Меня удивляют взрослые, которые до сих пор делают вид, что это какая-то деградация и нелепость. Будто до этого люди выбирали исключительно высокие формы досуга, а потом вдруг что-то пошло не так. Да ничего не пошло не так. Просто теперь это стало честнее, быстрее и ближе.
Стримы будут только расти. Потому что это не временная мода и не случайный всплеск. Это формат, который очень точно попал в базовую человеческую механику: нам интересны люди, нам интересна эмоция, нам интересно быть внутри потока, а не просто смотреть готовый отполированный продукт.
Можно сколько угодно морщиться, но это уже часть новой нормы. И самое наивное, что можно сделать, — это пытаться отмахнуться от этого как от глупости. Не глупость это. Это просто жизнь в новой оболочке.
И да, через десять лет выиграют не те, кто смеялся над этим, а те, кто вовремя понял, почему это вообще работает.
Но самое смешное в том, что ничего нового здесь нет.
Людям всегда нравилось наблюдать за другими людьми в режиме почти живого присутствия. Всегда нравилось быть рядом с чужой эмоцией, чужой реакцией, чужой энергией. Всегда нравилось чувствовать себя частью разговора, частью компании, частью общего момента. Просто раньше это выглядело по-другому, а теперь у этого есть название, платформа и донаты.
По сути, стримы — это старая человеческая потребность в новом интерфейсе. Потребность быть подключенным. Подсматривать. Слушать. Сопереживать. Находиться внутри чужого эфира, чужого настроения, чужой жизни. Это не сбой системы. Это и есть система.
Поэтому меня удивляют не стримы. Меня удивляют взрослые, которые до сих пор делают вид, что это какая-то деградация и нелепость. Будто до этого люди выбирали исключительно высокие формы досуга, а потом вдруг что-то пошло не так. Да ничего не пошло не так. Просто теперь это стало честнее, быстрее и ближе.
Стримы будут только расти. Потому что это не временная мода и не случайный всплеск. Это формат, который очень точно попал в базовую человеческую механику: нам интересны люди, нам интересна эмоция, нам интересно быть внутри потока, а не просто смотреть готовый отполированный продукт.
Можно сколько угодно морщиться, но это уже часть новой нормы. И самое наивное, что можно сделать, — это пытаться отмахнуться от этого как от глупости. Не глупость это. Это просто жизнь в новой оболочке.
И да, через десять лет выиграют не те, кто смеялся над этим, а те, кто вовремя понял, почему это вообще работает.
Меня во всей этой истории со стримами и молодежными форматами больше всего удивляет даже не молодежь, а взрослые.
Особенно смешно наблюдать, как люди, которые сами в своей юности гуляли ночами по центру, пили, пели песни в метро, шумели, знакомились, лезли в любую движуху и всеми способами привлекали к себе внимание, вдруг с возрастом начинают смотреть на чужое веселье так, будто перед ними конец цивилизации.
Вот это для меня правда странно.
Когда они были молодыми, это называлось жить, отдыхать, кайфовать, ловить момент. Когда то же самое делают другие, просто в другой форме, через стримы, эфиры, видео, чаты, мемы и весь этот новый цифровой шум, вдруг начинаются тяжелые вздохи, закатывание глаз и разговоры о том, что мир уже не тот.
Да мир тот же.
Люди вообще не поменялись. Людям всегда хотелось быть замеченными. Хотелось тусоваться. Хотелось чувствовать себя частью компании. Хотелось смеяться, шуметь, дурачиться, влюбляться, спорить, привлекать внимание и проживать свою молодость не по инструкции, а как получается. Раньше для этого шли во двор, на лавку, в бар, в гости, на улицу. Сейчас для этого открывают стрим.
Форма изменилась. Суть нет.
Поэтому меня каждый раз поражает, как взрослые почему-то не хотят признать в молодежи самих себя. Как будто они забыли, какими были. Как будто их собственное веселье было настоящим, глубоким и правильным, а чужое — обязательно поверхностное, глупое и тревожное.
Почему так происходит, я до конца не понимаю. Может, людям хочется отрезать себя от прошлого и сделать вид, что теперь они какие-то окончательно серьезные. Может, им просто неприятно смотреть на свободу, которую они сами себе уже запретили. Может, легче обесценить чужую жизнь, чем признать, что ты сам когда-то был точно таким же.
Но по-честному всё это выглядит очень просто: люди отдыхают, живут, шумят, ищут себя, кайфуют от общения и присутствия друг друга. И в этом нет никакой катастрофы.
Странно не то, что молодежь любит стримы и всю эту новую движуху. Странно то, как быстро взрослые забывают, что сами когда-то были точно такими же.
Особенно смешно наблюдать, как люди, которые сами в своей юности гуляли ночами по центру, пили, пели песни в метро, шумели, знакомились, лезли в любую движуху и всеми способами привлекали к себе внимание, вдруг с возрастом начинают смотреть на чужое веселье так, будто перед ними конец цивилизации.
Вот это для меня правда странно.
Когда они были молодыми, это называлось жить, отдыхать, кайфовать, ловить момент. Когда то же самое делают другие, просто в другой форме, через стримы, эфиры, видео, чаты, мемы и весь этот новый цифровой шум, вдруг начинаются тяжелые вздохи, закатывание глаз и разговоры о том, что мир уже не тот.
Да мир тот же.
Люди вообще не поменялись. Людям всегда хотелось быть замеченными. Хотелось тусоваться. Хотелось чувствовать себя частью компании. Хотелось смеяться, шуметь, дурачиться, влюбляться, спорить, привлекать внимание и проживать свою молодость не по инструкции, а как получается. Раньше для этого шли во двор, на лавку, в бар, в гости, на улицу. Сейчас для этого открывают стрим.
Форма изменилась. Суть нет.
Поэтому меня каждый раз поражает, как взрослые почему-то не хотят признать в молодежи самих себя. Как будто они забыли, какими были. Как будто их собственное веселье было настоящим, глубоким и правильным, а чужое — обязательно поверхностное, глупое и тревожное.
Почему так происходит, я до конца не понимаю. Может, людям хочется отрезать себя от прошлого и сделать вид, что теперь они какие-то окончательно серьезные. Может, им просто неприятно смотреть на свободу, которую они сами себе уже запретили. Может, легче обесценить чужую жизнь, чем признать, что ты сам когда-то был точно таким же.
Но по-честному всё это выглядит очень просто: люди отдыхают, живут, шумят, ищут себя, кайфуют от общения и присутствия друг друга. И в этом нет никакой катастрофы.
Странно не то, что молодежь любит стримы и всю эту новую движуху. Странно то, как быстро взрослые забывают, что сами когда-то были точно такими же.
👍2
Я долго думал о том, что на самом деле определяет человека.
Не слова. Не знания. Не правильные взгляды. Не то, как красиво он умеет объяснять себе и другим, почему однажды обязательно начнет жить по-настоящему.
Человека определяют поступки.
Только по ним и видно, кто ты есть. На что ты способен. Во что ты действительно веришь. Все остальное слишком легко придумать, приукрасить, отложить на потом.
Я никогда не считал себя трусом. Но, если честно, я много чего боялся. Боялся ошибиться, боялся выглядеть глупо, боялся потерять, боялся не справиться. И, наверное, именно поэтому со временем понял простую вещь: страшно будет почти всегда. Нет такого момента, в котором ты вдруг становишься полностью готовым. Нет такой гарантии, после которой можно спокойно начинать.
Есть только выбор — сделать или не сделать.
И чаще всего человек жалеет не о том, что попробовал и ошибся. Он жалеет о том, на что так и не решился. О разговорах, которые не состоялись. О шагах, которые так и не были сделаны. О жизни, которую он все время откладывал, как будто впереди бесконечный запас времени.
Но его нет.
Можно сколько угодно гордиться своим опытом, образованием, пониманием жизни, только правда в том, что никто ничего не знает наверняка. Никто не знает, что получится, а что нет. Никто не знает, сколько вообще у него времени. Даже любовь, которая кажется вечной, может однажды закончиться. Завтра все может резко измениться. И именно поэтому жить в режиме ожидания — самая обидная форма существования.
Я понял для себя одну вещь: важно не быть безупречно правильным. Важно не предавать то, что для тебя по-настоящему имеет значение.
Делать. Идти. Стоять на своем. Пытаться. Рисковать. Не потому, что ты ничего не боишься, а потому, что иначе жизнь проходит мимо.
Наверное, со стороны это может выглядеть наивно. Может быть, я ошибаюсь. Может быть, все это зря. Но сегодня я хотя бы честен с собой: я хочу не просто существовать, не просто ждать удобного момента, не просто объяснять себе, почему пока рано.
Я хочу делать то, что считаю важным.
Потому что в конце остается только это. Не наши оправдания. Не наши страхи. Не наши правильные формулировки.
Остается только то, на что мы решились.
Не слова. Не знания. Не правильные взгляды. Не то, как красиво он умеет объяснять себе и другим, почему однажды обязательно начнет жить по-настоящему.
Человека определяют поступки.
Только по ним и видно, кто ты есть. На что ты способен. Во что ты действительно веришь. Все остальное слишком легко придумать, приукрасить, отложить на потом.
Я никогда не считал себя трусом. Но, если честно, я много чего боялся. Боялся ошибиться, боялся выглядеть глупо, боялся потерять, боялся не справиться. И, наверное, именно поэтому со временем понял простую вещь: страшно будет почти всегда. Нет такого момента, в котором ты вдруг становишься полностью готовым. Нет такой гарантии, после которой можно спокойно начинать.
Есть только выбор — сделать или не сделать.
И чаще всего человек жалеет не о том, что попробовал и ошибся. Он жалеет о том, на что так и не решился. О разговорах, которые не состоялись. О шагах, которые так и не были сделаны. О жизни, которую он все время откладывал, как будто впереди бесконечный запас времени.
Но его нет.
Можно сколько угодно гордиться своим опытом, образованием, пониманием жизни, только правда в том, что никто ничего не знает наверняка. Никто не знает, что получится, а что нет. Никто не знает, сколько вообще у него времени. Даже любовь, которая кажется вечной, может однажды закончиться. Завтра все может резко измениться. И именно поэтому жить в режиме ожидания — самая обидная форма существования.
Я понял для себя одну вещь: важно не быть безупречно правильным. Важно не предавать то, что для тебя по-настоящему имеет значение.
Делать. Идти. Стоять на своем. Пытаться. Рисковать. Не потому, что ты ничего не боишься, а потому, что иначе жизнь проходит мимо.
Наверное, со стороны это может выглядеть наивно. Может быть, я ошибаюсь. Может быть, все это зря. Но сегодня я хотя бы честен с собой: я хочу не просто существовать, не просто ждать удобного момента, не просто объяснять себе, почему пока рано.
Я хочу делать то, что считаю важным.
Потому что в конце остается только это. Не наши оправдания. Не наши страхи. Не наши правильные формулировки.
Остается только то, на что мы решились.
👏4🔥2❤🔥1👍1
Людьми всегда было проще управлять не через силу, а через обещание.
Когда я читал про ассасинов, меня зацепили не сами убийства, а механизм. Людям пудрили голову, показывали якобы рай, давали почувствовать, что они прикоснулись к чему-то недоступному другим, а потом говорили: хочешь вернуться туда снова — слушайся. По сути, схема старая как мир: сначала отключить человеку трезвость, потом подменить реальность, потом заставить служить чужой воле.
С тех пор ничего принципиально не изменилось. Просто декорации стали современнее.
И сегодня огромное количество людей точно так же ведутся на обещания. Кому-то обещают рай. Кому-то быстрые деньги. Кому-то статус. Кому-то чувство, что он стал частью чего-то большого и важного. И чем слабее у человека внутренняя опора, чем меньше он привык думать, сомневаться и сопоставлять, тем проще в него загрузить любую чушь.
Я много раз думал, можно ли вот так использовать меня. И каждый раз приходил к одному ответу: нет. Не потому, что я какой-то особенный. А потому, что образование, родители, воспитание, опыт — всё это в какой-то момент формирует элементарный фильтр. Ты просто перестаешь верить любому, кто обещает тебе золотые горы в обмен на подлость, слепое подчинение или преступление.
Но самое интересное, что в обычной жизни всё работает ровно так же. Только без гаремов, вина и сказок про рай.
Последний год у меня был про людей и компании, которые очень уверенно обещали результат. На старте всё красиво: да, сделаем, да, справимся, да, не переживайте. А потом, когда приходит время отвечать за работу, начинается привычный спектакль: мы не так поняли, нам не так объяснили, мы думали, задача другая, это не входило, это вы неправильно поставили задачу.
И почти всегда в конце одна и та же жалкая попытка перевернуть всё с ног на голову: виноват не тот, кто не сделал, а тот, кто ждал результата.
Так и хочется сказать: господа, мы не в детском саду. Я не нанимаю людей для того, чтобы они у меня учились, взрослели, искали себя и в конце получали диплом. У бизнеса другая задача — делать дело. И если вы взялись за работу, ваша задача была помочь сделать результат, а не придумывать оправдания, почему у вас не получилось.
Если вы в процессе не смогли разобраться, доучиться, задать вопросы вовремя и довести дело до конца — проблема не во мне. Проблема в вашей профессиональной несостоятельности.
Мне вообще кажется, что зрелость человека определяется очень просто. Не тем, как красиво он говорит. Не тем, как уверенно продает себя. И не тем, сколько умных слов знает. А тем, может ли он без истерик, оправданий и перекладывания ответственности выполнить свои обязательства.
История ассасинов давно закончилась, но технология никуда не делась. Одним до сих пор обещают рай после смерти. Другим — деньги без компетентности. Третьим — статус без усилий. И если у человека нет привычки думать, он обязательно кому-то отдаст свою волю: идеологу, мошеннику, начальнику или подрядчику с красивой речью и нулевым результатом.
Поэтому один из самых важных навыков в жизни — не только не вестись на большие опасные сказки, но и уметь распознавать маленьких бытовых лжецов. Тех, кто всегда обещает чуть больше, чем способен сделать, а потом делает виноватым того, кто ему поверил.
Когда я читал про ассасинов, меня зацепили не сами убийства, а механизм. Людям пудрили голову, показывали якобы рай, давали почувствовать, что они прикоснулись к чему-то недоступному другим, а потом говорили: хочешь вернуться туда снова — слушайся. По сути, схема старая как мир: сначала отключить человеку трезвость, потом подменить реальность, потом заставить служить чужой воле.
С тех пор ничего принципиально не изменилось. Просто декорации стали современнее.
И сегодня огромное количество людей точно так же ведутся на обещания. Кому-то обещают рай. Кому-то быстрые деньги. Кому-то статус. Кому-то чувство, что он стал частью чего-то большого и важного. И чем слабее у человека внутренняя опора, чем меньше он привык думать, сомневаться и сопоставлять, тем проще в него загрузить любую чушь.
Я много раз думал, можно ли вот так использовать меня. И каждый раз приходил к одному ответу: нет. Не потому, что я какой-то особенный. А потому, что образование, родители, воспитание, опыт — всё это в какой-то момент формирует элементарный фильтр. Ты просто перестаешь верить любому, кто обещает тебе золотые горы в обмен на подлость, слепое подчинение или преступление.
Но самое интересное, что в обычной жизни всё работает ровно так же. Только без гаремов, вина и сказок про рай.
Последний год у меня был про людей и компании, которые очень уверенно обещали результат. На старте всё красиво: да, сделаем, да, справимся, да, не переживайте. А потом, когда приходит время отвечать за работу, начинается привычный спектакль: мы не так поняли, нам не так объяснили, мы думали, задача другая, это не входило, это вы неправильно поставили задачу.
И почти всегда в конце одна и та же жалкая попытка перевернуть всё с ног на голову: виноват не тот, кто не сделал, а тот, кто ждал результата.
Так и хочется сказать: господа, мы не в детском саду. Я не нанимаю людей для того, чтобы они у меня учились, взрослели, искали себя и в конце получали диплом. У бизнеса другая задача — делать дело. И если вы взялись за работу, ваша задача была помочь сделать результат, а не придумывать оправдания, почему у вас не получилось.
Если вы в процессе не смогли разобраться, доучиться, задать вопросы вовремя и довести дело до конца — проблема не во мне. Проблема в вашей профессиональной несостоятельности.
Мне вообще кажется, что зрелость человека определяется очень просто. Не тем, как красиво он говорит. Не тем, как уверенно продает себя. И не тем, сколько умных слов знает. А тем, может ли он без истерик, оправданий и перекладывания ответственности выполнить свои обязательства.
История ассасинов давно закончилась, но технология никуда не делась. Одним до сих пор обещают рай после смерти. Другим — деньги без компетентности. Третьим — статус без усилий. И если у человека нет привычки думать, он обязательно кому-то отдаст свою волю: идеологу, мошеннику, начальнику или подрядчику с красивой речью и нулевым результатом.
Поэтому один из самых важных навыков в жизни — не только не вестись на большие опасные сказки, но и уметь распознавать маленьких бытовых лжецов. Тех, кто всегда обещает чуть больше, чем способен сделать, а потом делает виноватым того, кто ему поверил.
👍2🔥1👏1