8 ноября — день, с которого всё началось. Тогда прошла наша первая репетиция: я собрал команду и впервые поделился своим видением того, каким должен быть наш театр.

Через пару месяцев мы устроили первое выступление — камерное, почти домашнее, только для семьи и друзей (дату уже никто не помнит, но эмоции остались яркими).

Следующее выступление — в детском отделении больницы. Детей привозили прямо в кроватях, вокруг стояли родители и медсёстры. Каждый рассказывал свою историю — и было видно, что эти слова не звучали бы в обычной жизни.

А потом — резкий контраст: вечер академической конференции. Мы начали с того, что прямо на сцене переодевались из уличной одежды в сценические костюмы, бросая вещи через экран в сторону зрителей.

С этого момента всё закрутилось. Мы выступали в самых разных местах — пробуя новое, тестируя идею, стремясь быть настоящим театром сообщества.

Одно из первых выступлений я запомнил особенно: под открытым небом, в парке у Гудзона. Мы выбежали на сцену, сбегая с холма за спинами зрителей, — и с этого бега, кажется, началось наше настоящее движение вперёд.

❤❤❤❤❤❤❤❤❤

“November 8 — the day it all began.”

That’s when we had our very first rehearsal. I gathered the team and finally shared my vision of what our theatre could be.

A couple of months later came our first performance — small, intimate, almost home-like, just for family and friends (no one remembers the exact date anymore, but the feelings are still vivid).

Then came something completely different — a performance in the children’s ward of a hospital.
Kids were wheeled in their beds, parents and nurses standing around.
Everyone told their stories — and you could tell these were things they’d never normally say aloud.

After that — a sharp contrast: an evening at an academic conference.
We opened by changing on stage, right in front of the audience, tossing our street clothes over a screen as we stepped into our performing selves.

That’s when the momentum really began.
We performed in all kinds of spaces — experimenting, testing the idea, striving to become a true community theatre.

One of the early performances I remember most vividly was outdoors, in a park by the Hudson River.
We ran down the hill behind the audience, onto the stage by the water — and it felt like that run marked the real start of our movement forward.