ВРУЧАТЕЛЯМ ПРЕМИЙ СТИХОВ ПОЭЗИИ

Сблев мочи, тела-аффекты
Всплески ритма и пучки
Блядским премиям совет мой
Протереть свои очки

Гений ходит рядом с вами
Свет вам дарит неземной
Вы же, пиздрики в панаме
Душ своих плодите гной

ДНЕВНИК ПИДОРЕНКИ. 26 окт. 2020 E.V.

Рассказал Бычковой Ванде
Об основах, блядь, Кимбанды.

ФОРЕЛЬ РАЗБИВАЕТ ХУЙ

Старухой скорчилось время
Прочухалась ночь-вальдшнеп
Незряче в чумном гареме
Кадит пенчекрячий хлеб

Ворчит змеевик столетий
Зловещий бесплотен чих
Живые как свечи дети
Готовят из мертвых жмых

Все круче уклон у шконок
Все толще и хвощ, и свищ
На даче речной котенок
Страшится чужих жилищ

Но в куре и даже в грече
Под сенью гниющих туй
В разрывах печной картечи
Форель разбивает хуй

РОЖДЕННЫЙ В СИНОГОГЕ САТАНЫ

Я родился в синогоге,
В синогоге Сатаны,
Где в ужасные чертоги
Открывают двери тьмы.

Молоком ужасных ребе
Был я отроком вскормлен,
Черным блеском дыр на небе
Я по жизни вдохновлен.

Скоро я откину ноги
И спиною гроб потру.
Я родился в синогоге,
В синогоге и умру.

***

Может квир ты, может транс
Но по-русски - пидорас

***

Я дышу мизогинией
Это хлеб мой и мечта
Потому что синий иней
Лег на смерти провода

***

Наглотавшись плексигласа
Сжав в руке своей обрез
Я убью вас, пидорасы
Словно Пушкина Донтес

БЛИНЫ ИЗ БАРЕБУХОВ

Из баребухов я тесто
Замесил на два ведра,
Их поставил на ночь в место,
Где гниет скелет бобра.

Утром я начну готовку,
Буду печь весь день блины,
Не жалея ни духовку,
Ни моей больной спины.

ДОМ ИЗ ХУЕВ

На обрыве скал холодных
Дом стоит, что я возвел
Из хуев различных: темных,
Светлых, с города и с сел.

Песню ветра запевает,
Словно Коля Расторгуев,
И залупами моргает
Дом, построенный из хуев.

***

Я ебался не с гориллой
А с малиновым щенком
Притворяясь адской глиной
Притворялся камельком

На корнях угрюмой ветки
По-над пропастью Орлан
Беби-йоды из пипетки
Потчевал я древний клан

Образ карлика творожный
Я лепил из курдюка
Господи Пресвятый Боже
Пожалей же мудака

УСТАЛОСТЬ

В отпуск я уйду, наверно,
Папироску закурю,
Почитаю Жуля Верна,
Тинто Брасса посмотрю,

Буду водку с пивом лопать,
Нюхать кожу старых пись,
Лишь бы больше не работать,
Лишь бы больше не ебстись.

НА СМЕРТЬ ШЁНА КОННЕРИ

Мы с тобой говна въебали,
Как никто говна не въёб,
В многих фильмах мы сыграли,
Много выпили взахлёб.

Больше кровь в груди не бьется,
Сердца сдавлен капюшон.
Что еще нам остается?
Спи спокойно, милый Шён.

ДВЕНАДЦАТЬ

День и ночь чертей я вижу,
Вижу бесов день и ночь,
Иногда их даже слышу,
Бог не в силах мне помочь.

Черт в лиловом спорткостюме,
Черт, летящий в Амстердам,
Черт с глазами из изюма,
Черт, похожий на тамтам,

Черт в обличье попугая,
Черт, читающий Генона,
Черт, наевшийся насвая,
Черт по кличке Персефона,

Черт, сгоревший при пожаре,
Черт на кончике весла,
Черт, повешенный в амбаре,
Черт, зарезавший осла.

БЛАГОДАРНОСТЬ

Сижу на стуле, ем котлету
Спасибо Господу за это

АРИЯ ПРОСТОКОВА

Я дрочил на подоконник,
Я кончал на Форт Боярд,
Я сегодня, блядь, полковник,
Я сегодня Скотлонд-Ярд.

Приглашен на данный фестиваль в грядущем году в качестве чтеца стихов поэзии собственного сочинения. Обязуюсь быть. С уважением.

https://vk.com/karlik_navsegda

ОШЕЙНИК ПЯТОК НОЧИ ТЬМЫ КИНЖАЛА ПЕНЧЕКРЯКА ГНОМА ХРАМА СУХОДРОЧИ ЯМЫ КОШКИ ТЬМЫ ПЕПЯКИ СМРАДА ПЛАМЕНИ ЗАЛУПЫ ГНИДЫ ВЫМЕНИ БОЛЬНИЦЫ ГОР СКРИЖАЛЕЙ МГЛЫ ЗЛА ТРУПА ПЛОТИ ХЛЕБА ЖОПЫ ПТИЦЫ ПСА

Пса ошейник пяток ночи
Тьмы кинжала Пенчекряка
Гнома храма суходрочи
Ямы кошки тьмы пепяки

Смрада пламени залупы
Гниды вымени больницы
Гор скрижалей мглы зла трупа
Плоти хлеба жопы птицы.

***

До чего прекрасна Юля
Словно котик-подишах
Словно бикуклё в Сеуле
Словно мат, а также шах

О ВМЕШАТЕЛЬСТВЕ ПИДОРЕНКИ В ВЫБОРЫ В ЕБУЧИХ СОЕДИНЕНЫХ ШТАТАХ ТАК НАЗЫВАЕМОЙ АМЕРИКИ

В плебисцит я твой вмешаюсь
Гнусный пидорас пендос
В поле голову как страус
Ты засунешь словно пес

ПРИГВОЖДЕННЫЙ УЖАС

Давно я здесь в лесу — искатель счастья.
В душе моей столетние печали.
Я весь исполнен ужасом ненастья.
На холм взошел, чтоб лучше видеть дали.

Глядит с руин в пурпурном карлик вещий
с худым лицом, обросшим белым мохом.
Торчит изломом горб его зловещий.
Сложив уста, он ветру вторит вздохом.

Так горестно, так жалобно взывает:
«Усни, мечтатель жалкий, — поздно, поздно»…
Вампир пищит, как ласточка, шныряет
вокруг него безжизненно и грозно.

Ревут вершины в ликованье бурном.
Погасли в тучах горние пожары.
Горбун торчит во мгле пятном пурпурным.
На горб к нему уселся филин старый…

Молился я… И сердце билось, билось.
С вампирным карлом бой казался труден…
Был час четвертый Небо просветилось.
И горизонт стал бледно-изумруден.

Я заклинал, и верил я заклятью.
Молил творца о счастии безбурном.
Увидел вдруг — к высокому распятью
был пригвожден седой вампир в пурпурном.

Я возопил восторженно и страстно:
«Заря, заря!.. Вновь ужас обессилен!..»
И мне внимал распятый безучастно.
Вцепившись в крест, заплакал старый филин.

МАГНИТ ДЛЯ ХУЙНИ

Для пиздамбы я присоска
И магнитик для хуйни
Прилипает она жестко
Вместе с ней меня распни