И снова немного медицины в искусстве🤫

В прошлый мой визит Красноярский художественный музей им. В. И. Сурикова был закрыт на санитарный день, в этот я его все-таки посетила. Не могу сказать, что под впечатлением от собрания, Поздеев меня порадовал больше (из-за временной выставки, его картины из второго здания музея временно убрали), ну не люблю я передвижников, но зато погрузилась в творчество Сурикова. В его, так скажем, драматургию, которая набила оскомину еще в школе и памятна многим с посещений Третьяковки в детстве.

И вот, сразу без труда нашла пальцы Гиппократа и часовые стекла в «Милосердном самарянине*» 1874г..
За это полотно художник был удостоен малой золотой медали Академии художеств. Картина изображает момент притчи, когда самарянин, склонившись над несчастным иноверным, пытается помочь ему. Художник ввел в картину дополнительную фигуру тёмного слуги для уравновешивания композиции, он не упоминается в притче. Прилежный молодой Суриков, приехавший учиться в Академию из Красноярска в рыбном обозе, демонстрирует все знания и умения, полученные за время учёбы. И иноверный у него истощен и обезвожен: тургор кожи явно снижен, чётко видны ребра. Ногтевое ложе на пальцах рук и ног деформировано по типу "часовых стёкол", а сами пальцы с небольшим, но заметным колбовидным утолщением концевых фаланг.

Что ещё можно увидеть на полотне? Иноверный имеет розовые кожные покровы и мы как будто даже слышим его частое дыхание. В целом, его внешний вид с бочкообразной грудной клеткой вполне укладывается в так называемого "розового пыхтельщика", коллеги, не правда ли? А это означает, что герой страдает хронической обструктивной болезнью легких, при которой происходит частичное необратимое ограничение воздушного потока в дыхательных путях. "Розовые пыхтельщики" или эмфизематозный тип, как нас учили на пропедевтике, действительно чаще худые люди, с контурирующимися рёбрами и бочкообразной грудной клеткой. Даже после небольшой физической нагрузки они пыхтят, раздувая щеки, а межреберные промежутки "втягиваются". Тем самым они долгое время сохраняют нормальными показатели сатурации, то есть насыщения крови кислородом.

Пришлось поинтересоваться судьбой самаритянина. Вдруг, часовые стекла были такой же прилежной задумкой, как приходилось уже видеть в некоторых других полотнах?

И мой интерес пальцами Гиппократа на полотне Сурикова привёл меня к нечто большему. В поиске информации я случайно "попала" в конфликт Сурикова и Верещагина. Этот конфликт дал мне несколько интересных выводов.

Суриков часто брал для своих картин батальные сюжеты, а ведь это была вотчина Верещагина, не раз бывавшего в театре военных действий, разбиравшегося во всех тонкостях военной тактики. Он сильно критиковал все работы Сурикова. Начиная с «Перехода Суворова через Альпы», в котором, по мнению Верещагина, было много фальши, ведь нельзя ходить по горным перевалам с неубранными штыками, так как скатываясь по почти отвесным скалам, солдаты могли переколоть друг друга. Сурикова не интересовала критика к деталям, ведь он создал полотно подвига, а уж мелочи в виде убранных штыков лишили бы его героизма.

Тем не менее, конфликт между Верещагиным и Суриковым только нарастал. В «Покорении Сибири Ермаком» Верещагин нашел, что ружья, которыми пользуются казаки ( с кремниевыми замками) в 16 веке в России ещё не могли использоваться, и такая фактологическая ошибка с его точки зрения недопустима, ведь у войск хана Кучумы не было огнестрельного оружия, только луки. "А Войско казаков, значительно уступавшее в численности татарам, было зато вооружено ружьями. Зачем же они лезут в ближний бой? Это ведь подлинное самоубийство. Несуразность мы видим на картине господина Сурикова!", - писал Верещагин.

Критика Верещагина справедлива и объектива, он не уходит в эмоции, а отмечает только фактологические неточности. Но за этой критикой стоит разное мировозрение.

Эту причину конфликта Верещагин не озвучил, он всегда был одиночкой и держался особняком. В художественные объединения не вступал, сотрудничества с государством сторонился. Звания академика художеств в 1874 году не принял. Политические взгляды свои не озвучивал, но о них лучше всего говорит его знаменитая туркестанская серия, особенно такие картины, как «Смертельно раненный» и «Апофеоз войны». В этих полотнах нет никакого героизма, лишь боль, смерть и бессмысленная, неизбежная жестокость.

Кстати, на работы туркестанской серии Верещагина обрушилась довольно агрессивная критика: где героизм, где отвага, где победоносные русские чудо – богатыри? Говорят, что эти нападки довели Верещагина почти до нервного срыва и он сам уничтожил ряд своих картин. Зато на полотнах Сурикова с батальной темой много героизма, а вот фактчекинг так себе.

Собственно, глубокий идеалогический антагонизм двух художников заметен с первого взгляда. Но он важен и для нас, как для докторов, пытающихся вплести изображенную болезнь в канву сюжета. Скорее всего, ничего, кроме портретного сходства с моделью, за "розовым пыхтельщиком" не стоит. А уж чем болел мужчина, ставший моделью, как и его социальный статус нам неизвестны. Хотела поискать, кого могли изображать ещё обучающиеся художники вне стен академии. Возможно, натурщиками были бродяги или нищие, но врать не буду, точно не знаю.

Но мне интересным показался и другой факт. Несмотря на столь выраженное
несовпадение взглядов на базовые вопросы политики и морали между Суриковым и Верещагиным, сейчас самые большие собрания творчества каждого находятся под одной крышей. И объединил их Третьяков, который, видимо, умел принимать разные точки зрения.

*Самаряне (самаритяне) – этно-религиозная группа, проживавшая на западном берегу реки Иордан)

И снова пост медицины в искусстве. Слепые ангелы и демоны.

Побывала сегодня на выставке «Авангард. На телеге в XXI век» – на первой, можно сказать, провинциальной выставке авангардного искусства. Этот проект обращается к событиям столетней давности, бурного послереволюционного времени в Советской России, новым возможностям, открывшимся перед искусством, и непростым условиям, в которых оно пыталось прокладывать путь к зрителю. По замыслу устроителей, картины сто лет назад должны были проехать по семи (малоизвестным мне) городам Вятской губернии. Через месяц после открытия шедевры по разбитым дорогам на телегах привезли из Советска в Яранск, где из-за проблем с финансированием и начала бездорожья они остались навсегда. Некоторые поехали дальше, так и осели. И вот мы их, наконец, увидели вместе.

Надо сказать, на выставку я хотела попасть уже раз дцать, ибо её первая точка экспозиции в Екатеринбурге совпала с жёсткими ограничениями в связи с пандемией, и Ельцин центр стал для меня почти что центром Жоржа Помпиду. Я минимум раза три прослушала подкаст на Арзамасе про эту выставку. Да и вообще, под впечатлением от критики Дороченкова, чуть не разлюбила Фешина😝. И вот, неделю назад, путешествуя в Красноярск, наткнулась в журнале "Аэрофлот", что вот же, она уже в Москве.

Прибежала.

Много эмоций. Много цитат, мыслей, и, как ни странно, попыток найти рифмы. Потому что именно рифмами выставка богата больше всего. Например, стоит пара перед графикой, она ему "ой, кого-то напоминает, ну этого, как его", а я сзади "Шагала", девушка "да, точно, спасибо!!
Там можно увидеть рифмы или цитаты почти ко всем мировым художникам, которых просто не могли видеть художники. Фон Штук, Мунк, немецкие зкспрессионисты.

И вот внезапно слепец Николая Никонова, ученика Фешина, довольно известного в дальнейшем советского художника.

Николай Никонов придерживался по началу свободной системы живописи, близкой импрессионизму. Работа «Слепец» была выполнена Никоновым в ученический период - в первой половине 1910-х годов. В «Слепце» художник легко и органично использует дробную манеру письма, быстрыми ударами кисти выстраивая словно увиденную только что сцену на многолюдной площади: трагический контраст шумящей пестрой толпы, залитой солнечным светом, и неподвижной фигуры, который оказался как будто вне этой пестроты настоящей жизни.

Внезапно, он у меня сразу зарифмовался с Гойей. И его Слепцом.

Человека на картине Гойи можно идентифицировать благодаря надписи на обороте. На полотне изображён дядя Пакете, слепой, который просил милостыню на паперти церкви в Мадриде. Никоновский персонаж тоже с миской для подаяний.

Но мы точно знаем, что слепец Гойи так хорошо пел куплеты под гитару, что его частенько приглашали ко двору (сходная участь была у некоторых карликов и "уродцев"). Видимо, поэтому "дядя" на картине Гойи больше походит на шутов Веласкеса.

Однако у Гойи выражение лица слепца далеко от веселья. Это полотно предвосхищает Pinturas negras. Это словно портрет самого художника, который переживает один из самых страшных этапов своей жизни. Больной, глухой, без друзей, разочарованный даже в своих либеральных идеалах, Гойя гримасничает от безысходности.

Про слепца Никонова нам ничего не известно. Но глубокая провинция и нравы того времени не могли сделать из него "усладу" для богатых, ибо мир менялся, старого уже не было, а новый ещё не был создан. И вот "слепец" Никонова повис в безвременье. И нет на нем гримасы. Только растерянность да такая же безысходность.

Слепец Гойи выделяется на черном фоне благодаря мощному боковому свету, падающему слева и создающему светотень. Безжизненные глаза запали в глазницах, а беззубый рот насмешливо ухмыляетоя зрителю. Мазок сильный, быстрый и выразительный, а ведь ещё более ста лет до экспрессионизма. И именно этот мазок, предвосхищающий будущее, и создаст демоническую атмосферу этого портрета.
А Никонов не побоялся поместить слепца на пестрый фон.
Может показаться, что я хочу одного демонизировать, а другого сделать ангелом, но нет.

"Земля взяла свое земное,
Она назад не отдает"(с), Лермонтов)

Кажется, я наконец нашла точку баланса со всеми своими многочисленными увлечениями. Всю жизнь переживала, что ну ни в чем нет у меня "искры божьего гнева", хотя ко многому есть определенные способности. И, собственно, тогда зачем все это делать, если ну не талант я.

Смотрю сериал "Струны" , про талантливых ребят - музыкантов, студентов Гнесинки. Они переживают, что их будущее, которое пока очень туманно, закончится "за четвёртым пультом" провинциального оркестра. Это, конечно, не "ничем" , но явно не тем, о чем они мечтают.

Вспоминаю "Бремя страстей человеческих", автобиографический роман моего любимого Моэма, которого я перечитала всего и не по одному разу.

Главный герой мучительно ищет своё призвание и пытается выяснить, в чём же состоит смысл жизни. В итоге он расстается с иллюзиями о своей уникальности и начинает "делай, что должно, и будь, что будет".
Хотя... не очень пример, Моэм - все-таки гений. Может, и не в художественных изысканиях, и не в медицине ( он и художник, и врач одновременно), но глубокий анализ и бесподобная наблюдательность позволили ему стать поистине гениальным писателем.

Так вот, мой баланс в том, что все мои хобби явно не имеют амбициозных целей кого-то покорить или пленить, стать лучшим. И наверное, я стала тем, кем стала, именно благодаря отсутствию даже посредственных талантов в чем-то другом. И в медицине звёзд с неба не хватаю, но мой "четвёртый пульт", до которого я доросла тут, вполне меня устраивает.


В музыкальной школе меня оставили на второй год, потому что до 4 класса я откровенно дурила учительницу пенсионного возраста, играя с рук (подбирая дома по слуху), а не по нотам. Когда она таки ушла на пенсию, обман вскрылся, и мне пришлось брать ещё один год для того, чтобы выучить ноты.
Идеальный слух. Подарок небес, который сотворил со мной такое, не дал мне стать музыкантом.
Сложности в осваивании нот и отсутствие терпения не привили мне любовь к музыке. Моя новая учительница, которую я до сих пор с трепетом вспоминаю, начала придумывать, как бы мне сделать это обучение интересным. С ней я зазвучала, у меня появилось "будущее" . И она отправила меня пробовать аккомпониировать в струнный ансамбль. Я не смогла. И это было довольно унизительным фиаско, потому что мне давали ещё и ещё шансы. То есть мне способностей в музыке не хватило даже для потенциальной возможности встать за четвёртый пульт.
Когда закончила школу, закрыла крышку пианино. До сих пор не играю.

Рисование. В детстве хотела рисовать, но времени хватало только на музыкалку. Когда музыкалка кончилась, осмелела и подошла к грузной женщине предпинсионного возраста в школе, ведущей историю искусства. В то время внезапно этот предмет ввели, а потом вывели из программы. Она на каждом уроке откровенно хвасталась тем, что сама очень крутой художник. Ну и щеголяла знакомствами с художественной элитой.
Она меня попросила нарисовать шар, куб и пирамиду, натюрморт с кувшином и что- то ещё. Кажется, барельеф головы. Потом брезгливо так посмотрела на все это и сказала "ну нет, ищи себя в ином"....

И за это ей тоже спасибо. Сначала думала, не стать ли искусствоведом, потом пошла в физмат класс, но внезапно за сутки летом между выпускным классом решила поступать в первый мед.

Собственно, даже мой путь в медицине, где тоже было много трудностей, позволил мне держаться того места и того уровня, на котором я нахожусь. С благодарностью ко всем моим недоталантам в других областях. Были бы они чуть ярче, возможно, меньшему количеству людей я смогла бы помочь в роли врача. Да и реализовать все свои художественные потребности тоже.

Поэтому спасибо всему "недо"😊