никотиновое облако сражает наповал.
я снова проиграл тому,
кто даже не играл.
и мне тут не поможет ничего, кроме тебя,
но ты пока не рядом, а может навсегда.
стены моей комнаты оплел густой туман
и даже в этом пепле я вижу твой оскал,
и время оставляет привкус на губах,
как привкус тех признаний, что я не смог сказать.
я вечно забываю все, кроме тебя.
и я схожу с ума, ведь гробовая тишина
взъелась мне под кожу, и не хочет уходить
вернись ко мне, прошу. не дай тебя забыть.
— phantom.
я снова проиграл тому,
кто даже не играл.
и мне тут не поможет ничего, кроме тебя,
но ты пока не рядом, а может навсегда.
стены моей комнаты оплел густой туман
и даже в этом пепле я вижу твой оскал,
и время оставляет привкус на губах,
как привкус тех признаний, что я не смог сказать.
я вечно забываю все, кроме тебя.
и я схожу с ума, ведь гробовая тишина
взъелась мне под кожу, и не хочет уходить
вернись ко мне, прошу. не дай тебя забыть.
— phantom.
4 33 31
они говорят, что умеют любить, но они не хан из жнецов, который, умирая, целовал щеки своей любви
шел ночью по улице под дождём, но тут, проходя мимо цветочного магазина, увидел красные розы за 833, к которым в подарок шёл лимонный чизкейк.
оглядевшись, заметил светофор с 26 секундами, по две стороны которого стояли люди, прощающиеся улыбками, и тут понял, что больше никогда не выйду на улицу
оглядевшись, заметил светофор с 26 секундами, по две стороны которого стояли люди, прощающиеся улыбками, и тут понял, что больше никогда не выйду на улицу
ты ненавидишь и презираешь слабость в себе, но позволяешь окружающим быть слабыми
Forwarded from 秘密’ éclosion
в этой комнате остался я один.
и ни души здесь больше нет.
ты моя зависимость, ###котик, героин.
напьюсь и напишу тебе, отруби инет.
обещал быть рядом, но теперь я «токсин».
куплю веревку, табурет. к чертям сожгу все песни о любви, которой нет.
нет, как и тебя, твоих глаз бездонных.
умру от дыма сигарет, от этих стен картонных.