Мой сосед принимает душ уже более четырех часов.

Часть 2.

Я замер, мой мозг совершенно не мог принять происходящее и увиденное. Этот человек не был моим соседом, слишком высокий рост. На самом деле, рост был такой высокий, что не подходил под описание ни одного из моих знакомых. 

Как бы сильно я не пытался всмотреться, я не мог разглядеть больше никаких деталей.
Темнота и расстояние мешали сделать это. Но было что-то такое, что привело меня и к другой мысли. Возможно, не было больше никаких деталей, кроме всепоглощающей темноты. 

Конечно, мои инстинкты быстро подсказали убираться оттуда. Но голос в моей голове кричал, что если я попытаюсь убежать, за мной пойдут следом. 

Я вернулся в макдональдс, закрыв себя в туалете. Только там я набрал 911. Я сообщил оператору, что кто-то вломился в мою квартиру, но мне удалось выбраться оттуда незаметно, однако, в квартире всё ещё кто-то есть. Эта история была максимально близкой к тому, что было на самом деле. 

Оператор ответила, что они пришлют кого-нибудь на проверку, сказала мне быть на связи. Я покинул туалет и сел как можно ближе к выходу, пока не увидел полицейскую машину. 

Встретив полицию, я посмотрел в сторону балкона, но там уже никого не было, хотя дверь на него была открыта. Мне задали несколько вопросов, включая, есть ли у меня предположения, кто это мог быть. Я говорил им, что не знаю, но они продолжали спрашивать. В конечном итоге, я чуть ли не наорал на них, чтобы они пошли проверить квартиру. Думаю, ужас в моём голосе убедил их отнестись к моим словам серьёзно. 

Они сказали ждать на месте, и я наблюдал за тем, как они отправляются в квартиру. Прошло не мало времени, и с каждой секундой мне становилось всё тревожнее от мыслей о том, что они могут сказать, когда вернутся обратно. 

Спустя ещё пару минут ночная тишина была прервана одним единственным выстрелом. Моё сердце, кажется, действительно ушло в пятки. Я продолжил ждать, не зная, что делать. Спустя ещё двадцать минут тишины, полицейские не спускались. В скором времени я услышал ещё один патруль в отдалении. 

Следом, всё закрутилось. Полицейские окружили меня, вокруг стал подниматься хаос и суматоха, каждый что-то кричал в рацию, а мне задавали всё больше и больше вопросов, на которые я не мог ничего ответить. Следующие события достаточно туманны в моей голове, но я помню, что начали эвакуировать жителей дома. Жители были напуганы и растеряны, когда их вывели на улицу, а полицейские более напряжёнными. Помню, что слышал ещё выстрелы, крики и другой непонятный шум. 

После этого в моей памяти образовался небольшой провал, но я помню, как меня усаживали в полицейскую машину. Когда меня привезли в участок, отправили на допрос с двумя мужчинами в форме. Они не представились и тут же стали задавать вопросы. Один страннее другого. 

— В какой компании работал твой сосед? Чем он занимался?

— Как много людей было в твоей квартире с того момента, как туда переехал твой сосед?

— Ты когда-нибудь слышал голоса в период с полуночи до трех утра? Незнакомые голоса?

— Ты когда-нибудь видел людей, стоящих на улице в период с полуночи до трёх утра? Высоких людей?

И один, особенно странный и вселяющий ужас. 

— Ты когда-нибудь видел человека, стоящего у твоей кровати в период с полуночи до трех утра? Кого-нибудь, кто исчезал через мгновенье? Если да, помнишь, как выглядел этот человек? Какие-либо приметы?

Пока они продолжали допрашивать меня, в моей голове всплывали странные вещи, которые начали происходить после переезда соседа. Ситуации, которые я списывал на своё странное воображение просто потому, что у меня не было им объяснения. 

Мой сосед принимает душ уже более четырёх часов.

Часть 3.

Пока они продолжали допрашивать меня, в моей голове всплывали странные вещи, которые начали происходить после переезда соседа. Ситуации, которые я списывал на своё странное воображение просто потому, что у меня не было им объяснения. 

Я слышал голоса, они всегда исходили из соседней комнаты, из той, в которой был мой сосед. Я всегда был уставший, но чётко помню, что это была либо молодая женщина, либо мужчина с очень глубоким голосом. Их речь всегда была непонятной. 

Был ещё момент, когда я пошел в туалет посреди ночи. Всё ещё будучи сонным, я не включал свет в ванной. Но когда мои глаза стали привыкать к темноте, я готов поклясться, что видел, что кто-то уже находится в туалете. Кто-то очень высокий. 

Конечно, когда я включал свет, ничего не было. Я всегда думал, что мне просто померещилось спросонья. И я не думал об этом дважды. 

Стараясь дать полиции как можно больше полезной информации, я видел, как они записывают большую часть. Когда они закончили, то быстро собрались и сказали, что будут на связи, а затем покинули комнату.
Очередной полицейский вошёл в комнату через несколько минут и сообщил, что поскольку я не могу вернуться в свою квартиру, они предоставят мне номер в отеле неподалеку, пока ситуация не прояснится. Мне также сказали быть на связи. 

— Что случилось? — спросил я. — Что вы нашли внутри?

Полицейский долго смотрел на меня, но не потому что он задумался, а потому что он взвешивал, что может мне сказать. Затем он покачал головой. 

— Я не знаю, — сказал он. — Серьёзно, не знаю. 

Я кивнул, попытавшись слегка улыбнуться. Уверен, вышло плохо. 

Сейчас я в отеле. Прошёл день. Разумеется, я не смог уснуть и не смог даже поесть. Из полиции мне не звонили. Когда я пытался разузнать информацию в интернете, нашел только статьи про предполагаемый пожар, в следствии которого эвакуировали жителей. 

Пожар, серьёзно? 

Обновление: я только что проснулся, на часах час ночи. И я слышу звук из душевой кабинки.

Камера моего сына сработала на движение посреди ночи.

Часть 1.

Я проверил её и увидел, как моя жена и сын сидят на кровати. Это были не моя жена и сын. 

Я сотрудник скорой помощи и сейчас работаю ночами. Это сильно изматывает, но надеюсь, что скоро ситуация изменится, поскольку собираюсь выйти на пенсию. Но не суть. В одну из ночей на работе, я увидел, что сработал датчик движения в комнате сына, сообщив о звуках и движении. Ничего необычного, скорее всего он просто закашлял или чихнул. Ему три года, поэтому обычно он спит всю ночь до утра. Подняв телефон, я увидел, что моя жена сидит с сыном на кровати. Опять же, ничего такого. Может, он заплакал от приснившегося кошмара. 

Я уже собирался закрыть приложение, когда заметил, что они ведут себя странно, почти пугающе. И под «почти» я имею в виду «очень пугающе». Они вдвоём сидели на кровати, и оба смотрели прямо в камеру пустым взглядом. Ночное видение черно-белое, поэтому их взгляд был белым. Они совершенно не двигались, за исключением того, что просто дышали. Оба сидели и смотрели в камеру. 

Я закрыл приложение и решил позвонить жене, чтобы удостовериться, что всё в порядке. В обед у меня не вышло набрать ей, так что было бы здорово даже просто поболтать с ней сейчас. 

Я услышал несколько гудков, прежде чем она ответила сонным голосом: «Алло?» 

Складывалось впечатление, что она только-только проснулась, и я разбудил её, в то время как на камере она совсем не выглядела сонной. 

— Привет, у вас там всё хорошо?

— Что? Да.. Дружок (иногда мы зовём так сына) пришёл 15 минут назад. Сказал, что ему страшно, я разрешила поспать со мной. 

Я нахмурился, осознавая, что видел их в комнате сына ещё минуту назад, если верить камере. Буквально. Прошло 60 секунд, как я закрыл приложение и позвонил жене. 

— Подожди, значит, вы в нашей комнате?

— Ну да, я сразу уснула. Всё в порядке? Сегодня все решили меня разбудить, — её голос звучал слегка раздражённо. 

— Подожди секунду, — я включил динамик и вернулся в приложение, мысленно надеясь, что просто ошибся из-за усталости. Пока приложение погружались, мой живот скрутило от нервного напряжения, которого не было со школьных времён, когда за завтраком я осознал, что забыл сделать домашку по одному из предметов. Моё сердце стучало где-то в горле, когда картинка, наконец, появилась. 

Жена и сын продолжали сидеть на кровати, глядя в камеру пустым взглядом. 

— Алло?

— Вы точно в нашей кровати?

— Да, и мы пытаемся поспать. 

— Просто я смотрю на камеру в детской, и она показывает, что вы там. 

— Что? Нет, мы в нашей комнате. 

— Я понимаю. Но прямо сейчас смотрю на видео с камеры, и вы всё ещё там. 

— Подожди, — она замолкает на секунду и судя по звукам открывает приложение на своём телефоне. Следом я слышу как она в ужасе вздыхает. Словно весь воздух вышел из её лёгких. Я не часто слышу подобный ужас в простом вздохе от моей жены, обычно только когда она действительно в ужасе, например, её внезапно напугали, или она увидела скример в фильме ужасов. Один раз слышал его, когда она отвернулась на секунду, и наш сын вышел на дорогу. 

Шелест простыни, и звонок обрывается. 

Камера моего сына сработала на движение.

Часть 2.

Конечно, в эту секунду я находился в полнейшем ужасе, поэтому тут же перезвонил. Автоответчик. Набрал снова. Я звонил и звонил, но не получал ответа. Прошло около четырёх минут прежде чем она перезвонила. Эти четыре минуты ощущались как 40 лет. 

— Эй, что у вас там? 

Она находилась в истерике и рыдала. Я не мог понять ни слова из того, что она говорит. 

— Подожди… Можешь помедленнее? Я ничего не понимаю, — напряжённо сказал я. 

Она сделала глубокий вдох и через всхлипы постаралась объяснить мне, что они с сыном сейчас в машине и едут к её родителям. Рассказала, что как только увидела происходящее на камере, она взяла сына, вещи, и выбежала из дома. Даже не закрыла гараж. 

— Забудь про гараж, я закрою, когда освобожусь. 

Мы живём в достаточно безопасном районе, поэтому я не переживал за открытую дверь. 

— Не вздумай ехать туда! — взмолилась жена. 

— Ещё чего. 

— Почему мы на камере? — она задала вопрос, ответ на который я не знал. — Это запись?

— Я не знаю. Буду наблюдать за ней, может, пойму в чём дело. Проверь наши кодовые слова на дружочке. 

Да, у нас есть кодовые слова, потому что мы те ещё задроты. И мы посмотрели слишком много фильмов про подставных людей и смену личности, так что ещё когда познакомились решили придумать кодовые слова, в шутку, чтобы точно понимать, что мы — это мы. Есть пара кодовых слов, но также есть история из трёх предложений. Каждому из нас приготовлена своя реплика. 

Спустя пару секунд, я услышал, как она проверяет эту историю на нашем сыне. Он смеётся и отвечает нужную фразу (он уверен, что это шутка). Убедившись, что это наш сын, моя жена назвала свою часть истории, и я убедился, что это она. 

Чёрт, всё это придумывалось в шутку, не более. Никогда бы не подумал, что это действительно может понадобиться. 

Хотя она в безопасности добралась до своих родителей, я не хотел обрывать звонок, переживая, что что-то может случиться. Но так или иначе, я сказал, что мы разберёмся со всем утром, вдруг это просто лаг. 

Она сказала, что не думает, что это лаг. Когда она собирала вещи и выбегала с сыном из дома, она краем глаза заметила, что дверь в его комнату открыта. От фонаря за окном исходил свет, и она видела фигуру, сидящую на кровати. Просто силуэт, но этого было достаточно. По моей спине пробежал холодок. 

Единственная вещь, которая помогла мне относительно спокойно досидеть на работе до утра — моя жена и ребёнок были в безопасности. Это были долгие четыре часа, но я продолжал проверять камеру при каждом удобном случае. Конечно же, они все еще сидели на кровати, уставившись в камеру пустыми взглядами.

Я изучал их, чтобы понять, не замечаю ли я какой-нибудь закономерности, от их дыхания до моргания. Их дыхание было ровным и выглядело нормальным, только по тому, как они моргали, я мог заметить проблема в видео или нет. Я пристально смотрел на свой телефон и считал секунды между каждым морганием, говоря себе, что если видео зациклено и каким-то образом включилась старая запись, то их моргания должны быть закономерными и происходить каждый раз в одно и то же время.

Но в их моргании не было закономерности, оно было беспорядочным, как и должно быть у человека, который моргает. 

Прошедшие часы окончательно подтвердили, что это не сбой видео. В кадре видно окно моего сына, и когда в комнате становилось светлее, я понял, что ошибки быть не могло.

Камера моего сына сработала на движение.

Часть 4.

Простите, что на это ушло так много времени. Это был эмоциональный месяц. Кажется, я сошёл с ума со всеми событиями, а последние три недели провёл в больнице. 

Как вы помните, моя жена была у родителей, а я понятия не имел, что делать. Мы с женой много спорили о том, как нам быть. Её родители утверждали что нужно вызвать священника. Я сказал, что мы позвоним в полицию. 

В тот день, когда мы наконец-то вызвали полицию — вся чертовщина продолжалась уже шестой день. Не-моя-семья продолжала сидеть на кровати в комнате сына, смотря в камеру. Я сообщил диспетчеру, что кто-то проник в мой дом, не упоминая, что этот кто-то точная копия моей жены и моего сына. Сообщил, что мы не дома, но я могу встретить полицейского на месте. Она направила два подразделения. 

Моя жена умоляла не ехать к нашему дому. Я сказал, что мне необходимо быть там, у меня был план. В общем-то, я собирался взять телефон матери моей жены и разговаривать с женой по видеосвязи через него, одновременно показывая полиции видео с камеры. Я надеялся, что они поймут всю серьёзность ситуации и будут осторожнее. Мой коллега сказал, что может поехать со мной. 

Вместе, мы привели копов к моему дому. Как большинство из вас говорили в комментариях к предыдущему посту, я был во все оружии. У меня было оружие, я взял пистолет. Можно было не беспокоиться об этом, так как я собирался предоставить полиции разрешение на него. О чём я не собирался говорить, так это о том, что в багажнике машины лежала винтовка моего тестя. Это даже смешно, что многие из вас согласились, что это правильное решение. Я не планировал использовать её, поскольку не думал, что она понадобится. Полицейские были вооружены и подготовлены. 

Когда они приехали, я сообщил о том, что вооружён, и начал действовать согласно своему плану. Они смотрели друг на друга, явно считая меня сумасшедшим психом. Разумеется, они не поверили ни единому слову. Тогда я позвонил своей жене по видеосвязи, чтобы они убедились, что её действительно нет внутри дома, несмотря на то, что показывала камера. 

После этого, их интерес увеличился, но они всё ещё были скептически настроены. Я попрощался с женой и пообещал перезвонить, как только что-то станет известно. 

— Теперь мы убедились, что это не просто записанное видео, — сказал один из офицеров а то, о чём я подумал ещё неделю назад. 

— Да. Ночное и дневное видение меняется каждый день. Их моргание нерегулярное, оно не повторяется, как было бы при зацикленной записи, — сказал я. 

— Знаю, вопрос глупый. Но у вашей жены нет близнеца? — спросил офицер. Я ответил, что нет. 

Внезапно, мой друг предложил: 

— У меня есть идея. Включи звук на полную, я брошу камешек в окно. 

Он пошёл на задний двор, я увеличил громкость на максимум. 

— Окей, я бросаю. 

Мы услышали лёгкий звук камешка снаружи, но с секундной задержкой звук раздался в телефоне. Не-моя-жена слегка повернула голову в сторону окна, а затем снова посмотрела в камеру — это было первое движение, что я видел от неё за всё время, за исключением того случая, когда её вовсе не было в кадре. 

— Хорошо, видео в прямом эфире, — сказал офицер. — Сейчас мне нужно, чтобы вы и ваш друг оставались снаружи. Мы войдём внутрь и со всем разберёмся. 

— Может, стоит вызвать подкрепление? — спросил я с надеждой в голосе. 

— Не сейчас, сначала необходимо оценить ситуацию. Они не выглядят вооруженными, но мы будем осторожны. 

Я открыл гараж, и они направились к кухонной двери. По рации они сообщили, что входят в дом и попросили дежурных оставаться на связи. Затем, офицеры исчезли в доме. 

Через несколько секунд после их входа камера отключилась. 

Камера моего сына сработала на движение.

Часть 5.

Меня чуть не стошнило и мне казалось, что сердце начинает стучать где-то в горле. 

— Черт! — крикнул я другу и тут же открыл багажник, доставая винтовку, и побежал в гараж. Друг следовал точно за мной. Мы вошли как раз вовремя, чтобы услышать низкий зловещий рёв, похожий на демонический. Он исходил со второго этажа. Помимо него были слышны громкие голоса полицейских. Следом прозвучало несколько выстрелов. 

— Нужно подкрепление, стрельба… — голос в рации прервался. 

— О господи, — в ужасе прошептал мой друг. Он был до чёртиков напуган, как и я. 

— Чёрт возьми, я знал, что так будет, — сказал я, бегом поднимаясь по лестнице. 

Комната моего сына находится сразу же возле лестницы, когда поднимаешься наверх. И поднявшись, сразу же видно стену. Поэтому я тут же начал палить в неё, когда поднимался выше. В винтовке было 30 патронов, но казалось, что я выпустил все сто. Я стрелял по всей стене, зная, что пули пройдут сквозь неё, как сквозь бумагу, и попадут прямо на то место, где находилась кровать сына. Также я стрелял по двери и в пол, на случай, если эти твари решат пригнуться. Мы услышали крики ужаса и боли из комнаты, а затем всё стихло. 

Мы с другом на мгновение замерли, прежде чем решиться войти в комнату. Камера по прежнему не работала. Мы услышали стон из комнаты. В коридоре лежал мёртвый полицейский, через которого пришлось перешагнуть. Зрелище было ужасным, не думаю, что смогу когда-то это забыть. Его голова была отделена от тела и лежала прямо на пороге другой комнаты. Мы нашли второго полицейского в комнате моего сына, прямо у двери. В его груди были огромные дыры, словно его истерзали. Именно этого я и боялся. Я вызвал полицию, а эти твари убили их. 

Когда мы вошли в комнату, источником стона оказалась «не-моя-жена». Она лежала на спине на полу, держась за грудь, пробитую пулями, и тяжело дышала. Сцена была ужасной. Мне сложно передать словами, насколько. Я знал, что это была не моя семья. Мне нужно было просто покончить с этим, но вместо этого я рухнул на колени. Не-моя-жена умоляла о пощаде. 

— Я не хочу умирать, дорогой, — стонала она. — Я хотела завести ещё детей, я не могу умереть сейчас. 

Я посмотрел на не-моего-сына, который, по всей видимости, был мёртв. Он получил как минимум две пули в голову, или в то, что от неё осталось. Несколько попаданий в грудь, и одна-две в ноги и руки. Если у вас есть дети, то увидеть их безжизненное, изрешеченное тело — особый вид Ада. Я знал, что это не мой сын, но в то же время… Они выглядели одинаково. 

Меня начало тошнить. Я убил свою семью. Я повернулся к не-моей-жене, она вела себя точно также как моя собственная. Даже её тревога по поводу смерти была похожа на приступы тревоги моей жены. 

— Чувак, это не она, — я совершенно забыл, что мой друг был рядом. — Это не она, стреляй в неё. 

Знаю, что вы думаете. Такое часто происходит в фильмах, и в эти моменты люди кричат в экран, чтобы главный герой просто застрелил подмену. Думаю, в фильмах передана верная картина. Я больше не стану смотреть свысока на персонажа, который не может убить зловещую копию своего близкого человека. 

— Пожалуйста, не стреляй, — она умоляла меня. 

Мои руки дрожали, пока я целился в неё. Почему я не мог этого сделать? Я ведь знал, что это не моя жена. 

— Послушай, чувак, — спокойно начал мой друг.  — Посмотри на неё. Её кровь жёлтая. Это не твоя семья. 

И правда, она была жёлтой. Смотреть на свою мёртвую семью было таким травмирующим событием, что я не сразу заметил, что их кровь не красного цвета. 

Я выровнял прицел и не-моя-жена внезапно перестала умолять о пощаде. Она начала издавать тот же жуткий, ужасающий рев, и что-то чёрное начало вылезать из её рта. Что-то вроде щупальца. Я выстрелил. 

С такого расстояния её голова буквально взорвалась. Кем бы она не была, она оказалась смертной.