В течение всего времени существования журнала «Петрополь» мы стараемся не ограничиваться лишь газетными заметками и собственными текстами о городской жизни Петербурга начала ХХ века. Так, при «Петрополе» уже существует экскурсионное бюро, лекторий, бюро исторических расследований. Сегодня же мы хотим обратить ваше внимание на историю двух артефактов — тарелок из легендарного ресторана «Медведь» из коллекции сооснователя «Петрополя» — Семёна Попова. Тарелки были приобретены за довольно скромную плату у одного господина, которому они достались вместе с квартирой в центре города, купленной почти 30 лет назад. Он сам, в конце концов, любезно решил передать их кому-нибудь, кто смог бы по достоинству оценить историческую ценность данных артефактов — вашему покорному слуге повезло оказаться в нужное время в нужном месте.

В семью же прежних владельцев они попали из одного распределителя посуды, где в советское время работала хозяйка квартиры. Можно себе лишь представить судьбу сервизов и столовых приборов, изъятых большевиками на волне силовых закрытий петербургских ресторанов в 1918 году.

На самих тарелках мы видим логотип ресторана в виде медведя. Аутентичность рисунка и тарелок в целом подтверждается, например, карточкой меню ресторана «Медведь». На фотографиях из ресторана, конечно, невозможно разглядеть на тарелках точное изображение — лишь силуэт рисунка.

На обратной стороне тарелок имеется клеймо производителя — английской гончарной фирмы «Bisto», что является сокращением фамилий владельцев — James Bishop и John Stonier. Фирма была основана в 1891 году и просуществовала до начала Второй мировой войны в 1939 году. Расцвет дела пришёлся на 1890-е – 1900-е года. Приводим рекламу фирмы «Bisto» 1906 года. Также отличительной чертой данного производителя было дополнительное выдавливание клейма и порядкового номера на дне. К сожалению, сами номера не разобрать, хотя английские специалисты утверждают, что Музей гончарного дела в городе Сток-он-Трент мог бы по ним установить даже примерную дату производства этих тарелок.

В конце марта 1913-го года петербургские газеты наперебой передавали сообщения об аресте в Будапеште русского поданного Николая Бравуры по обвинению в шпионаже.

Бравура был весьма известен в карточных кругах Петербурга. Завсегдатай многочисленных клубов, он имел славу авантюриста и повесы. Знавшие Бравуру лично не могли поверить в такие серьёзные обвинения, как работа на русскую разведку в Австро-Венгрии.

Мы решили разобраться в этом сложном деле. А заодно охватить взглядом всю широкую шпионскую сеть России в Австро-Венгрии.

Общедоступная обсерватория

На Марсовом поле в части, прилегающем к памятнику Суворова, воздвигнута временная деревянная башня общедоступной обсерватории — «Русской Урании». Верхняя часть башни увенчана полусферическим куполом с прорезом, сквозь который будет направлен сильный телескоп-экваториал с 5 ½ дюймовым объективом.

Публика, интересующаяся обозрением планет и звёздного неба, получит возможность за минимальную плату познакомиться с наглядным астрономическим наблюдением.
—————
Газета «Петербургский листок» от 8 апреля 1907г.

Ещё одна женская «победа»
1-ая в Спб. женщина-шофёр — Е.Н.Шуммер.
БЕСЕДА С Е.Н.ШУММЕР.

Бесследно, по-видимому, канули в Лету те времена, когда наши дамы всего боялись и ужасались, когда мужское ремесло было для них — terra incognita.

Теперь смелые дамы ездят на велосипедах, участвуют в гонках, в гребных и парусных состязаниях, поднимаются на аэропланах, катаются по шумным и многолюдным городским улицам на автомобилях.

Недавно городская управа выдала шофёрский билет на право езды по городу жене инженера, г-же Е.Н.Шуммер.
Я посетил первую даму-шофёра.
— В течение нескольких месяцев я обучалась управлять автомобилем, — говорит г-жа Шуммер. — Сначала, действительно, я ездила нерешительно и с большим смущением, а потом напрактиковалась и теперь без хвастовства скажу, могу дать десять очков вперед любому шофёру.
При городской управе я выдержала экзамен на право езды по городу в качестве шофёра; мне выдали книжку, в которой значится, что я принята на учёт резерва, за №977. Экзамен при управе производил инженер Куров; экзамен, в общем, не из легких и продолжался целых полчаса.
— Никого пока ещё не переехали, как-то подобает истинным шофёрам? — поинтересовался у дамы-шофёра.
— Слава Богу, никого ещё не переехала, но тем не менее штрафу уже подверглась на целых 100 рублей. Случилось это, когда я проезжала мимо Летнего сада. Городовому показалось, что я развивала слишком большую скорость.
— Стойте, стойте! — закричал блюститель порядка. — Вы г-жа Шуммер, женщина–автомобилист?..
Очевидно, я была на примете, и за мной, как за чудом каким-то, следило зоркое полицейское око.
Шофёрского билета у меня не оказалось; пришлось заплатить 100 рублей. Теперь я езжу уже с управским удостоверением, всегда «на случай» имею его при себе.
Могу ездить по самым людным улицам.
При сильном движении еду третьей скоростью; когда машина глохнет сразу останавливаю. Нахожу своеобразное удовольствие в управлении автомобилем. Особенно физической силы не требуется, но уменье, находчивость и расторопность необходимы.
Езжу на машине «Опель Шульц». Летом думаю на сорокасильной машине «Радиа» принять участие в гонках спб. автомобильного клуба. А заграницей непременно попробую сделаться пилоткой.
Шофёром на автомобиле я езжу очень часто; тогда надеваю специальное длинное пальто.
Если есть что неприятное при управлении мотором, это встреча с таксомоторами. Озорной народ: катят без передышки во весь дух.
—————
«Петербургская газета» от 13 апреля 1912г.