— Нас ждут совместные проекты с Пермской краевой филармонией, Дягилевским фестивалем, Краевой музыкальной школой, где с нового сезона дважды в год будет проводиться Оркестровая академия — недельные сессии-интенсивы под руководством музыкантов оркестра Пермского театра оперы и балета, которые позволят ученикам выйти на новый уровень исполнительского мастерства. Достигнуты договоренности о совместных проектах с Пермским государственным педагогическим университетом.

— Камерную оперу «Служанка-госпожа» мы представим в концертном фойе. Небольшой масштаб произведения органично сочетается с пространством малой сцены, и мы сознательно ищем такие решения, когда сама опера определяет форму ее воплощения. Тем более мы намерены развивать эту площадку.

Завершит сезон «Царская невеста» Римского-Корсакова в постановке Андрея Прикотенко. Это большая классика, но в этот раз нас ожидает совершенно новый подход — и сценический, и музыкальный. Полагаю, мы сможем раскрыть смыслы произведения, которых раньше не удавалось увидеть, и представить его зрителям в новой интерпретации.

— И что важно, молодые солисты, придя в наш театр, не сидят на второстепенных партиях, не выходят в формате «спел два слова и ушел». Мы доверяем им крупные роли. Мы не заставляем их долго «притираться», а сразу даем конкретную возможность проявить себя — предоставляем партию и работаем с человеком. Мы отбираем лучших и честно даем им шанс раскрыться.

— Принято считать, что советская версия «Жизели» была эталонной. Я так не думаю. В ней многое убрали — из соображений, что «публика этого не поймет». Но именно эти фрагменты и создавали глубину произведения.

Дирижер Иван Худяков-Веденяпин проделал колоссальную работу: изучил все существующие редакции партитуры и сделал целое исследование, собрав изменения по сравнению с оригиналом. Например, оказалось, что сцена безумия Жизели была значительно длиннее и сопровождалась потрясающим хоралом. А во втором акте в первоначальной версии был целый эпизод с охотниками, которых настигали вилисы.

Благодаря этой работе в спектакль вернутся эпизоды, которых пермская публика прежде никогда не видела. Так, в первом акте появится па-де-де. Но если раньше оно выглядело как вставной номер, то теперь это станет полноценным свадебным танцем жениха и невесты. Вся история начнется с их свидания, а потом они же выйдут в па-де-де — уже в нарядах для деревенской свадьбы.

Во втором акте я не стал возвращать охотников на сцену — мне достаточно образа Ганса как жертвы мстительных вилис. Но сама музыка, которая была когда-то исключена, возвращена. Начало акта будет происходить в замке Альберта: он будет проживать трагедию Жизели, переосмыслять собственные поступки, и там же произойдет его объяснение с Батильдой. Ее образ станет более многогранным, чем в привычной для зрителей трактовке.

Хотя в спектакле есть новые танцы, я постарался вписать их так, чтобы всё выглядело органично, словно над балетом работали только Коралли, Перро и Петипа.

Для меня важно сохранить атмосферу романтического театра: чтобы на сцене было это особое ощущение чудесного — вуали, мерцающий свет, загадочные исчезновения и внезапные появления героев буквально «из ниоткуда».

— За последние десять лет хор оперного театра был фактически разделен на основное подразделение и камерный состав. Сегодня для меня главным приоритетом остается большой, полноценный хор. Это особая вокальная работа, требующая серьезного подхода.

Я мечтаю о том, чтобы хор исполнял кантатно-ораториальные программы. Репертуара для этого достаточно, и наш коллектив вполне способен воплотить его в жизнь. Мне особенно близка идея исполнения реквиемов. Здесь у нас полное взаимопонимание с Владимиром Ткаченко: именно такой хор должен брать на себя этот пласт мировой музыки.

Мы уже обращались к симфониям и псалмам. Теперь я мечтаю о «Немецком реквиеме» и надеюсь, что вся эта музыка для большого хора и оркестра в скором времени станет частью нашего репертуара.